Глава 5 (Бри)

***

Ещё в детстве я без памяти влюбилась в солёную карамель, а затем стала просто обожать макать картошку фри в клубничный молочный коктейль. Родители в ответ на моё пристрастие лишь поджимали губы и строго запрещали играть с едой, но я упорно продолжала баловаться и время от времени мне всё же удавалось насладиться противоречивыми сочетаниями вкусов хотя бы тайком. Пицца с ананасами, свиные рёбрышки под шоколадным соусом, сыр только с мёдом. Джорджия кривилась, когда видела, как я сластила помидоры или солила арбуз. Мой мозг не смог определиться даже с вкусовыми предпочтениями, было бы наивно ожидать от него отсутствия метаний в общении с людьми. Именно поэтому теперь мне было крайне сложно объяснить самой себе, что именно я почувствовала, когда проснулась одна в постели. Возможно ли вообще испытывать облегчение и разочарование одновременно? Как это бывало у не слишком замотивированных школьников: принципиально не готовился к тесту, надеялся получить несчастную тройку из жалости, неожиданно получил четыре, но всё равно неприятно удивился, почему не пять. То же самое происходило в моей голове по отношению к Сэму. Мечтала избавиться от него с минимальными потерями, получила приличную порцию игнора в свою сторону и полное отсутствие желания дальше выяснять отношения, а теперь удивлялась, почему он не шёл напролом и не пытался добиться от меня большего. К счастью, моя нестабильная, а чаще даже заниженная самооценка быстро спустила меня с небес на землю. Вряд ли человек с нормальной психикой предпочёл бы вечно стучаться в закрытые двери. Сэм честно попытался разобраться в ситуации, приложил к этому некоторые усилия и, получив недвусмысленный отказ, просто решил больше не заморачиваться. Этот парень в свои семнадцать, похоже, был гораздо более зрелым, чем я. Во всех смыслах. Он злился на меня, имея на это полное право, но старался сглаживать углы. Даже попросил прощения за то, что несколько раз перегнул палку в своих высказываниях. Он не стеснялся своей симпатии, не скрывал своего неравнодушия, говорил о своих намерениях прямо и чётко. Я же лгала, как ненароком пойманный воришка, увиливала, прятала глаза и из рук вон плохо продолжала играть придуманную мной же роль. Единственное, что меня радовало, — стабильность. Меня продолжало стабильно тошнить от самой себя, следовательно, всё шло по плану. Из смежной ванной комнаты доносился шум воды. Вторая половина кровати всё ещё была тёплой, значит, Сэм проснулся немногим раньше меня. Сквозь щель между ночных штор в комнату проникла полоска света, разрезавшая комнату пополам. Я бездумно смотрела на неё, пытаясь оттянуть окончательное наступление пробуждения. Спросонья мир казался совершенно другим. В этом мире в спёртом из-за закрытых окон воздухе медленно кружилась пыль, отражая солнечный свет, в нём пахло телом Сэма и отсутствием обязательств. В нём никто ничего от меня не требовал, и я могла расслабить уставшие от груза переживаний плечи. Я позволила себе зажмуриться от удовольствия и полежать на подушке Сэма с минуту, наслаждаясь запахом мужского парфюма, въевшегося в сатиновую ткань наволочки. Этот аромат окружал меня всю ночь, врезаясь в ноздри, заставляя подыхать от желания наплевать на все принципы и попросить снова меня обнять. Просто обнять. Без намёков на интимную близость. Чтобы почувствовать себя нужной. Почему с ним было так хорошо и в то же время так невыносимо? Неужели его возраст вкупе с нашим пикантным прошлым настолько выбили из-под моих ног почву, что у меня больше не было шанса насладиться моментом? Или дело было в какой-то странной и мнимой верности Тони, который даже не был в курсе моих грандиозных планов на его счёт? Мне до смерти надоело быть в смятении, подвешенное состояние терроризировало меня гораздо хлеще, чем привычный и уже упорядоченный хаос моей жизни. Я просто мечтала, чтобы в неё внезапно ворвался добрый волшебник и разложил всё по полочкам. Комплекс к комплексу, неправильное решение к неправильному решению, таракан к таракану. Мне хотелось, чтобы мой внутренний мир напоминал королевскую библиотеку, но он всё ещё был коробкой с игрушками, где безволосые барби пили из разбитых чашек несуществующий чай. Ну или пусть на моём пути встретится человек, который откровенно признается, что не у меня одной в голове обосновалось злокачественное новообразование, отвечающее за нерациональность и постоянные сомнения. Жизнь сразу же заиграла бы новыми красками. Внезапно в комнате стало подозрительно тихо, и до меня не сразу дошло, что я перестала слышать шум воды. Значит, у меня было всего несколько минут, чтобы привести себя в порядок и попытаться не пересечься с Сэмом наедине в закрытом помещении. Это было чревато очередными колкими фразами и едкими взглядами. Он бы не упустил возможности надо мной посмеяться, в этом я была уверена, а это значило, что мой хрупкий внутренний мир был в безопасности только рядом с Софи и Крисом. Я собрала волосы в низкий хвост, неаккуратно накрыла смятую постель одеялом и вышла из комнаты. Хозяева квартиры уже были на кухне. Софи завтракала, параллельно печатая что-то в телефоне, а Кристофер сидел на диване в примыкавшей гостиной и смотрел обзор на какой-то боевик. Я наблюдала за ними всего несколько секунд, не решаясь разрушить магию их совместного утра, но даже за столь короткий промежуток времени они умудрились несколько раз встретиться взглядами и нежно улыбнуться друг другу. Так странно. Кэрролл до последнего не верила, что у них с Крисом могло быть будущее, я же не переставала убеждать её в обратном. Пусть я говорила об этом под влиянием романтической литературы, которая уже давно плотно обосновалась на моих книжных полках, всё равно было приятно выйти победителем из нашего маленького спора. Я была права, а они были счастливы. Итог устраивал всех участников. Вероятно, я начала похрюкивать от умиления, потому что Кэрролл вдруг посмотрела прямо на меня. — Уже хотела идти тебя будить, — улыбнувшись, сказала она, шумно отхлебнув кофе из маленькой чашки. — Почти полдень. Я бросила взгляд на настенные часы, чтобы убедиться в словах подруги. Не то чтобы я ей не доверяла, просто привыкла всё контролировать. План наведаться с утра пораньше в кафе на первом этаже провалился. Если у хозяев местной пекарни не было отбоя от потенциальных работников, я могла упустить свой шанс. Как я и предсказывала: наступило утро и привело с собой постоянного спутника моей жизни — тревожность. — Шон и Ива уже ушли? — спросила я, сразу же пресекая потенциальное желание Кэрролл развивать тему моего непривычно долгого сна в одной постели с кузеном Кристофера. Судя по заискивающему взгляду Софи, её так и подмывало спросить что-нибудь эдакое. — Они обычно отсыпаются в выходные, насколько я помню. Нолан выключил видео, как только я обозначила своё присутствие, затем лениво встал с дивана и потянулся. — Они поехали по делам, чуть не проспали, — пробормотал он и зевнул, сев рядом с Софи и заговорщически блеснув глазами. — Небольшая предыстория: в конце прошлого года Ива и Шон очень сильно повздорили. Она безумно хотела завести собаку, а он был категорически против. Эта неугомонная отрицала все его аргументы и утверждала, что он просто не готов к ответственности, а это попахивает кризисом в их отношениях, и как вообще они собираются строить семью в будущем, если неспособны даже на такой небольшой шаг. Шон почти полгода пробовал на Иве абсолютно все техники убеждения, которые я ему советовал: отвлекал её сюрпризами, объяснял, что в их квартире недостаточно места, попытался пойти на компромисс и пообещал, что купит ей щенка, как только они выпустятся. Рыжая всё это время понимающе кивала и со всем соглашалась. — Дай угадаю: они поехали за собакой? — вклинилась я. — Бинго! — засмеялся Крис. — Полчаса назад она прислала фото их нового члена семьи. Шон, кажется, в восторге. Когда этой рыжеволосой девчонке что-то было нужно, она шла напролом. Я была уверена: если бы Ива действительно того захотела, она бы заставила свою дурацкую чёлку отрасти за сутки. Кристофер повернул экран телефона в нашу сторону, чтобы показать снимок маленького золотистого ретривера с жёлтым бантом на шее. Пёс неуклюже свисал с рук Ивы лапками вниз, на лице девушки сияла счастливейшая улыбка. Судя по тому, что находилось ниже практически безволосого животика, малыш был очаровательной девочкой. А ещё, когда Ива решила поделиться этой фотографией, она явно не заметила, что фотограф, он же её парень, отражался в зеркальной двери шкафа-купе, демонстрируя самое недовольное лицо на планете. — Шон шёл к успеху, — вскинув брови, сказала я. — Не дошёл. Софи рассмеялась, размазывая арахисовую пасту по тосту. Я села напротив неё и тоже утащила со стола кусок хлеба, потому что в желудке начинало неприятно урчать. Единственное свободное место за кухонным островом было рядом со мной, и оно всё ещё пустовало. Не то чтобы я кого-то отчаянно ждала. — Как назвали собачку? — улыбнувшись, спросила я, чтобы отвлечься от мыслей о Сэме, который вскоре должен был к нам присоединиться. — Лили. Ива просто фанатеет от Гарри Поттера, — пояснил Крис. — Но она начисто отвергла все имена, что предлагал Шон: Долорес, Плакса Миртл, Пэнси, Рита Скиттер и даже Нагайна ей не понравились. — В его выборе имён чувствуется какая-то предвзятость, — сказала Софи, наигранно задумавшись. — О, ты тоже заметила? — Нужно было назвать её Хагридом. Услышав чуть хриплый после сна голос, мы все повернулись в сторону Сэма, который стоял в паре метров от нас в одних пижамных штанах, прислонившись плечом к стене. Усилием воли я выдержала это непростое испытание и не опустила взгляд ниже его подбородка. Хотя очень хотелось. Не знаю, на какой дряни сидел этот парень, но развит он был не по годам. Впрочем, всё, что было нужно, я уже рассмотрела в ту ночь, когда мы переспали. Вряд ли там появилось что-то новое, поэтому можно было и потерпеть. — Это же девочка, — протянула Кэрролл. — Какая разница, — парень пожал плечами и двинулся в нашу сторону. — Она вырастет большой и волосатой. Всё сходится. Ребята засмеялись, одобряя его шутку, а я позволила себе на мгновение отключиться от реальности, как только почувствовала, что все вокруг были заняты друг другом. Их диалоги превратились в подобие белого шума, потому что моё внимание было сосредоточено только на Сэме. Он сел рядом, даже не посмотрев в мою сторону, хотя я жадно заглядывала ему в глаза всё то время, пока между нами медленно сокращалось расстояние. Словно я была пустым местом. В груди что-то неприятно сдавило, и мои плечи поникли. Я с трудом подавила в себе желание сбежать отсюда под любым нелепым предлогом. Сэм дышал ровно, его лицо выглядело расслабленным и спокойным, словно парня совершенно не трогало моё присутствие. Он решил вообще больше не контактировать со мной? Пытался как-то меня проучить? У него отлично получалось мной манипулировать, как бы ни было тяжело это признавать. Меня отвлёк запах кофе: Софи поставила чашку прямо передо мной и выразительно заглянула мне в глаза. Похоже, она единственная заметила перемену в моём настроении и попыталась намекнуть, что заглядываться на Сэма с открытым ртом при Крисе не стоило. Я сразу же приободрилась и попыталась улыбнуться. Несмотря на физический голод, есть мне совершенно расхотелось, потому что ситуация была неприятной до тошноты. — Надеюсь, ты не приставал к Бриттани? — лукаво спросил Кристофер, стрельнув взглядом в сторону Сэма. — Она у нас девушка серьёзная, с кем попало путаться не будет. Повисшую тишину можно было резать ножом, настолько она была густой и липкой. Глаза Кэрролл норовили выскочить из орбит, но я быстро отвела от неё взгляд, потому что гораздо больше интересовалась реакцией Сэма. Он не засмеялся и даже не посмотрел в мою сторону. На его губах медленно расползлась расслабленная улыбка. — С этим не поспоришь. — А ты пытался к ней лезть? — Кристофер закусил нижнюю губу, пытаясь скрыть широкую улыбку. — О, ещё как. Но она была непреклонна. Я бы не заметила сарказма в его словах, если бы не знала наверняка, что именно он там и скрывался. — Наш общий знакомый вьётся вокруг неё уже полгода, и ничего, — не унимался Крис, разгоняя неудобную для меня тему, словно это всё было какой-то весёлой шуткой. — Всем бы такую выдержку. Нолан мне подмигнул. Мы с ним не были настолько близки, чтобы вести задушевные разговоры, но Крис уже долгое время не оставлял попыток свести меня с кем-то из своих друзей. Он как типичная бабка-сводница отчего-то был уверен, что корень всех моих проблем крылся в одиночестве. Однажды он даже позвал меня на свою вечеринку в дом отца на Карлстон-стрит, которая больше напоминала смотрины, нежели сборище желающей напиться молодёжи. Я сбежала оттуда, как только заметила неадекватный интерес к собственной персоне сразу от нескольких парней. Уж не знаю, чего Нолан им наобещал, но от того вечера хотелось хорошенько отмыться. — Согласен, — ещё более равнодушно и спокойно бросил Сэм, играя пальцами с помидоркой черри. Моей помидоркой. Софи выставила миску с ними для меня. — Думаю, тщательный подход к выбору партнёра заслуживает уважения. Ты так не похожа на большинство современных девушек, Бриттани. Молодец. Последние слова он произнёс нарочито громко, прямо глядя мне в глаза. Дыхание спёрло, и моё сердце вновь подкатило к глотке. Это было несправедливо. Просто нечестно вот так издеваться надо мной, зная, что я ещё не оправилась от всех предыдущих потрясений. Я услышала, как Софи подавилась кофе, затем заметила, что Крис смотрел на нас всех по очереди непонимающим взглядом. Видимо, Кэрролл так и не нашла удобного момента, чтобы поделиться горячими новостями со своим парнем, и он действительно ничего не знал и говорил о моей непорочности вполне искренне. — У вас что-то было этой ночью? Правда? — глаза Нолана заблестели от предвкушения новой сплетни, но Сэм поспешил его осадить: — Не было. К чёрту. Этот цирк пора было заканчивать. — Этой ночью не было, — вскинув брови выразительно отчеканила я, не глядя на Сэма. — Мы переспали полгода назад. Случайно познакомились в баре. Сам знаешь, как это бывает. Ничего выдающегося там не было, поэтому желания повторить тоже не появилось. Вот так, малыш, в эту игру могут играть сразу двое. О да. Теперь я отчётливо это почувствовала, прямо собственной вспыхнувшей до красноты кожей. Мне не нужно было поворачиваться в сторону Сэма, чтобы убедиться, что в его взгляде не осталось ни капли прежнего равнодушия. То, чего я и добивалась. Держу пари, если бы не Софи и Крис, он бы сорвался и набросился на меня если не с кулаками, то с поцелуями, чтобы доказать самому себе, что я была чёртовой лгуньей. И Сэм очень скоро поставил бы меня на место, потому что я действительно безбожно соврала нашим друзьям, но ему приходилось держать лицо до последнего, как и мне. Если месть — это блюдо, которое подают холодным, то я готова была сделать его даже до прилипшего языка ледяным, лишь бы всё внутри меня продолжало вот так сжиматься от удовольствия. Неожиданно для самой себя я настолько воспряла духом, что еле сдерживала рвущуюся наружу улыбку, потому что мне удалось поставить точку в этом нелепом и слегка затянувшемся перформансе. Я так долго стыдила и осуждала себя за тот необдуманный поступок, наслаждаясь угрызениями совести и смешивая себя с грязью, что внезапное освобождение от этих оков снесло меня волной дофамина. А всего-то и нужно было, что откровенно признаться в собственном грешке. — В-а-ау, — протянул Кристофер, пряча улыбавшийся во все дёсны рот за кулаком. — Мы, конечно, не имеем права лезть в это дело и всё такое, но теперь будет так трудно удержаться. Я просто требую подробностей. Он настолько плох, да? Софи поджала губы, сдерживая смех. Никто не осудил меня за мой резкий выпад, все восприняли это с юмором. Очевидно, кроме Сэма, который продолжал спокойно смотреть на мой профиль в ожидании, что я повернусь в его сторону. И, конечно, я не удержалась и заглянула ему в глаза. Ответить на вопрос Кристофера я не успела. — Мне жаль, что так вышло, — спокойно сказал Сэм. — Я надеялся, что тебе понравилось. Похоже, в силу возраста мне просто недостаёт опыта. Я исправлюсь. Лучше бы он съязвил в ответ, чем так равнодушно принял поражение. Теперь моя остроумная реплика казалась просто мерзкой и злой, словно я без причины решила оскорбить ни в чём не повинного парня. Я скривилась и выхватила из его пальцев измученный помидор, тут же засунув его в рот, чтобы чем-то его занять и наконец-то заткнуться. Софи и Кристофер продолжали переглядываться и ухмыляться, ведя безмолвный диалог и понимая друг друга без слов. От моего прежнего самодовольства не осталось и следа. А потом я чуть не подавилась, когда почувствовала руку Сэма у основания моей шеи. Моё тело предательски прогнулось в пояснице. Как у псины во время течки. Чёрт бы побрал эту физиологию вместе с изголодавшейся по прикосновениям кожей. — Бри, у тебя резинка с волос падает, — чуть наклонившись к моему уху, сказал Сэм, и меня обдало волной жара. Никто не заметил подвоха, потому что никто и понятия не имел, что резинка на моих волосах сидела плотно и падать никуда не собиралась. Сэм сам стянул её вниз и провёл костяшками пальцев по моему позвоночнику до самой поясницы так, что мурашки, разбежавшиеся по моему напряжённому телу, едва не заставили меня поёжиться. Он сделал это специально, просто чтобы поиграть, чтобы увидеть мою реакцию, чтобы показать, что он может. Я покосилась в его сторону. Сэм невинно улыбался, но его глаза смотрели насмешливо. Если бы Крис и Софи чуть меньше были заняты друг другом, они бы наверняка заметили эту сцену. — Спасибо, — еле слышно ответила я. — Отдай её мне, пожалуйста. — Конечно. Я выхватила резинку из его цепких пальцев и тут же заново собрала волосы, накрутив её так крепко, что кожа головы протестующе заныла. Я растерянно смотрела на Криса, который шептал что-то в ухо Софи, не переставая смеяться, и чувствовала себя не в своей тарелке. Прежде казавшаяся сладкой победа начала горчить. В этот раз противоречивый вкус мне не понравился. Сэм снова наклонился ко мне. — Даже жаль, Бриттани. Минуту назад я почти искренне сказал, что ты отличаешься от других девушек. Оказывается, это совсем не так. Не могу передать словами, как я разочарован, — он сказал это так тихо, что никто, кроме меня, этого не услышал. Его ехидный тон остался тайной для окружающих, поэтому сукой по-прежнему выглядела только я. — Ты просила меня не устраивать сцен, и я никому ничего не сказал, пока ты сама не решилась признаться нашим друзьям. И что я получил взамен? Я пристыженно поджала губы. Мы оба отвлеклись на невнятное кряхтение со стороны: ребята явно хотели привлечь наше внимание. — Судя по всему, нашим голубками надо пошептаться, — голос Криса сквозил искренним восторгом: он радовался моей личной жизни больше, чем своей. — Кэрролл, прошу со мной на балкон, срочный перекур. Софи только и успела, что схватить со стола чашку со своим недопитым кофе перед тем, как её увели на свежий воздух. За стеклянные двери с прекрасной звукоизоляцией. Мой личный телохранитель меня покинул, и я невольно сжалась в ожидании очередной ссоры, но Сэм не спешил подтверждать мои опасения. — Прости меня. Я не должна была так говорить. Что ж, сказать это было гораздо проще, чем я думала. Получилось вполне искренне, потому что чёрный пояс по извинениям я получила ещё в начальной школе. Мамочка обожала наказывать меня полнейшим игнором, а затем с большим удовольствием слушала мои обещания впредь быть хорошей девочкой. — Да, не должна была, — ответил Сэм, беззаботно пожав плечами. — Но я не в обиде. Я в курсе, что ты соврала. Ну конечно. Он не был похож на парня, который сомневался в себе. — Мне бы твою самооценку. — У меня нормальная самооценка, — возразил он. — Я просто отлично помню ту ночь, помню, как ты себя вела и что делала. И сейчас я ещё раз убедился, что твоё желание избавиться от меня — напускное. Ты меня хочешь, Бриттани. Так же, как хотела тогда. — Сэм сел вполоборота ко мне. — Я только не могу понять, к чему это представление. — Да это же на поверхности, — возмутилась я. — Крис хвалил меня за целомудрие, ты ему подыгрывал, хотя прекрасно знал, что им там и не пахнет. Конечно, я вспылила. Ты укусил меня, я сделала то же самое в ответ. У меня же не было других дел, кроме как разжёвывать очевидные истории, о которых невозможно молчать. — Так я и не об этом спрашиваю. Твой последний выпад мне понятен. — Тогда в чём дело? — В том, что ты пытаешься меня отшить без видимой на то причины. Мне казалось, или дистанция между нами с каждой репликой сокращалась всё больше и больше? Наши колени и так соприкасались с момента, когда Крис и Софи ушли на балкон, но сейчас те жалкие двадцать сантиметров, что разделяли наши носы, уже не оставляли ни личного пространства, ни простора для фантазии. — Не то чтобы ты ко мне серьёзно подкатывал, Сэм. — Я слегка подалась назад, чтобы оставить себе немного свободы хотя бы для дыхания. — Попытка пощупать меня ночью — не в счёт. — А ты хочешь, чтобы я подкатил серьёзно? — лукаво спросил он. — Я могу. Нужно только попросить. Отлично. Его рука скользнул по спинке моего стула, словно там ей было самое место. Сэм стал играться с кончиком моего хвоста, ожидая моей реакции, но горло сдавило от волнения. — Не надо, — пискнула я. — Почему? — У меня есть причины. Глаза Сэма сверкнули лишь на мгновение и тут же потухли. Он понял, что я говорила серьёзно, а не продолжала глупо ломаться. Это напомнило мне вчерашнюю сцену в ванной, и я снова почувствовала себя дерьмово. — Ты ведь ни с кем не встречаешься? Сэм наклонил голову вбок, продолжая изучать моё лицо глазами, пытаясь уловить малейшие изменения в моей мимике. Чтобы было за что зацепиться. — Не встречаюсь, — я помотала головой. — Мои причины с этим не связаны. Я попыталась слезть со стула, параллельно продумывая в голове любой подходящий предлог для того, чтобы сбежать, но Сэм ясно дал понять, что разговор ещё не закончен. Он положил свою руку мне на бедро и чуть сжал пальцы, буквально пригвоздив меня к месту. Кончики его пальцев оказались под моей юбкой, и кожу в этом месте стало невыносимо печь. Мне хотелось скинуть его руку с себя хотя бы из вредности, но я невольно замерла. — Если дело в возрасте, то можешь не волноваться. Мне в июле исполняется восемнадцать. — Меня не волнует твой возраст. Парень закатил глаза и скривил губы. — Сомневаюсь. У тебя чуть ли глаза на лоб не полезли, когда ты поняла, что переспала со школьником. — Это просто было довольно неожиданно. Я и так была в подвешенном состоянии, перенервничала, а тут ещё и это. — Я нервно заправила выбившиеся из хвоста пряди за уши. — Виновата ли последняя рюмка водки в том, что ты бежишь блевать? Или дело в выпитой до этого бутылке? В моих словах не было и грамма лжи. Во всяком случае было непохоже, что Сэм собирался обращаться в полицию и обвинять меня в его растлении, а значит, его возраст вполне можно было считать лишь очередным неприятным сюрпризом. — Хорошо, — он кивнул, показав, что сдаётся. — Тогда ответь честно, можно даже без заумных метафор: почему ты так сильно хочешь от меня избавиться? — А почему ты так сильно не хочешь оставлять меня в покое? Сэм наигранно задумался, словно пытался выудить правильный ответ из недр своей памяти, но насмешливый взгляд выдавал его с головой. — Мне казалось, что это тоже лежит на поверхности, — он перестал кривиться и серьёзно посмотрел мне в глаза. — Ты мне просто понравилась, вот и весь секрет. Я подписался на профиль Кэрролл после свадьбы их родителей и заметил тебя ещё тогда на одной из фотографий. Вы там вдвоём с Софи на школьной ярмарке едите сладкую вату, и ты так широко улыбаешься, что невозможно пройти мимо. Тут ты попала в точку. Когда я увидел тебя в баре, я сразу же тебя узнал. А дальше всё так хорошо складывалось, я уже размечтался, что притащу тебя на вечеринку к своим друзьям, похвастаюсь симпатичным трофеем, — заметив мой недоумённый взгляд, Сэм поспешил объясниться: — В хорошем смысле, Бри, не смотри на меня так. Это нормальное желание, которое свойственно не только мужчинам. Когда нам удаётся расположить к себе действительно стоящую девчонку, нам хочется кричать об этом всему миру. Я немного стушевалась, не понимая, стоило ли злиться из-за того, что меня сравнивали с трофеем, или было логичнее принять это за комплимент. — Допустим, — после глубокого вдоха сказала я. — Но я тебя заблокировала, не стала отвечать на сообщения. Разве было неясно, что я не заинтересована в общении? — О, это было предельно ясно, но у меня проснулся спортивный интерес. Плюс я списал всё на то, что ты просто растерялась, не знала, как себя вести. Людям вообще свойственно верить в лучшее, сама знаешь, — Сэм нежно улыбнулся, очаровывая своим простодушием. — Я был уверен, что мы ещё встретимся и поговорим об этом. Просто история слишком затянулась. Парень опустил глаза. Нужно было срочно бежать, пока я окончательно не растаяла из-за этого нового образа откровенного и искреннего Сэма, который честно признаётся в своих чувствах, пряча за тёмными ресницами эти бездонные глаза кота из Шрека. Либо это было очередной манипуляцией, либо мне было пора подавать заявку на участие в конкурсе «Мразь года». — Слушай, прости, что не оправдала твои ожидания, правда. Такое иногда случается, — неловко сказала я. — Нам просто не по пути. И дело действительно не в возрасте. — Тогда в чем? — Как я уже сказала: у меня есть причины. Но я не хочу о них говорить. — Я бросила взгляд в сторону балкона, мгновенно спалив, что Крис и Софи за нами подглядывали, не переставая о чём-то шептаться. — У нас есть общие друзья, игнорировать мы друг друга не сможем, поэтому давай договоримся, что постараемся как-то наладить отношения. Мы могли бы дружить. — Это вряд ли, — тут же бросил Сэм. — Почему? Я свела брови на переносице, удивившись резкой смене тона нашего разговора. — Потому что ты мне нравишься не как друг, Бриттани, — отрезал он. — Когда я думаю о тебе, я представляю тебя в своей постели, а не за столиком в кафе во время дружеской встречи. Вряд ли тебе нужен такой приятель, не находишь? Ты будешь искать во всех моих действиях двойное дно. И будешь права. — Мое дело предложить, твоё дело отказаться. Мне всё же удалось спрыгнуть с барного стула, чтобы ретироваться до того момента, как моё лицо выдаст весь спектр обиды из-за прямого отказа. Но я не успела увернуться, поэтому оказалась между коленей Сэма. Парень осторожно и как-то нарочито мягко взял мои руки в свои, вынуждая сделать шаг к нему. Продолжая сидеть на высоком стуле, он возвышался надо мной подобно могучей скале. На его губах играла ленивая улыбка, словно всё происходящее было для него маленькой детской забавой. Сухие горячие пальцы скользнули вверх по моим предплечьям и снова остановились у основания шеи. Чуть сжав мою кожу, подарив эту невинную ласку, они двинулись выше и обхватили мои щёки. — Ты сама-то уверена, что хочешь от этого отказаться? Кончики наших носов всё же соприкоснулись. Его язык скользнул по моей нижней губе, а большой палец провёл полоску по горлу к яремной впадине. Кожа к коже. Самое интимное из того, что мне когда-либо удавалось почувствовать. Почему-то именно это ощущение отзывалось во мне желанием свести лопатки и откинуть голову назад, чтобы предоставить доступ к своей шее. Просто забыться на минуту. Между бёдер потеплело, хотя Сэм даже не касался моих эрогенных зон. Мне было достаточно собственных фантазий об этом. Мне было достаточно ощущать его гладкий подбородок своим. Тщательно сбритые редкие волоски на его челюсти до сих пор были слишком мягкими, поэтому не превращались в щетину. Юный мальчишка с лукавым взглядом и широкой улыбкой. Мои колени задрожали, ноги постепенно превращались в вату. Единственное, что держало меня на плаву — его руки и рот. Короткий невинный поцелуй. Сэм не попытался его углубить, лишь коснулся сухими губами моих. Я зажмурилась от удовольствия, потерявшись в ощущении того, что мои органы связывались в узел от предвкушения. И только тот факт, что Кристофер и Софи наверняка за нами наблюдали, помог мне прийти в себя и легко оттолкнуть Сэма. — Я же попросила: не надо. Даже если весь мой вид кричал о том, что это откровенная ложь.

***

Мои ноги всё ещё дрожали, когда я стояла в лифте и смотрела на своё отражение в зеркальной панели. Мне было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю. Я сбежала из квартиры своих друзей буквально за минуту, даже не попрощавшись. Лишь забежала в комнату, чтобы захватить сумку и телефон. Я никогда не вела себя так отвратительно. Софи стала названивать мне, когда я уже спустилась на первый этаж, но я сбросила вызов. Успокаивало лишь одно: с последствиями моего побега разбираться не мне. Надеюсь, Сэм не будет слишком сильно приукрашивать реальность, когда ребята начнут заваливать его вопросами. Я уверенно пошла в сторону остановки общественного транспорта, и, когда подъехал нужный мне автобус, мой гениальный мозг решил напомнить, что я планировала зайти в кафе в доме Криса и Софи, чтобы узнать насчёт открытой вакансии. Я плелась обратно с таким видом, что люди вокруг начали бы подкидывать мне мелочь, достань я из рюкзака коробку для милостыни. Из-за не пойми откуда взявшейся паранойи мне было так страшно проходить под окнами их дома, что я перешла на бег и буквально на всех парах ввалилась в нужное мне заведение, еле дыша. Эмоции зашкаливали, поэтому я не успела толком оценить обстановку. Прямо с порога я встретилась взглядом со старушкой, стоявшей за барной стойкой с тряпкой в руках. В ноздри ударил запах благовоний. Эта пожилая дама с гордой осанкой с невообразимой нежностью протирала фарфоровых слоников, но, завидев запыхавшуюся меня, тут же остановилась и округлила глаза. — У вас всё в порядке? — О, в полном, — затараторила я. — Просто увидела на улице собаку без поводка, она проявила ко мне недюжинный интерес, и я решила спасаться бегством. Я же говорила — ложь срывалась с моего языка гораздо быстрее правды. Правду ещё нужно было приукрашивать, дозировать, оценивать. С ложью всегда проще. — Вы можете садиться, я сейчас принесу меню… — О, нет-нет, я по поводу работы. Мои друзья живут в вашем доме, покупают у вас хлеб, а я была настолько от него без ума, что захотела стать к нему ближе. Старушка улыбнулась, оценив мою шутку. Её щёки тут же довольно разрумянились, и она поманила меня ближе к себе. — У меня работает девочка по вечерам, потому что днём учится в университете, так что мне нужна помощница только на первую половину дня, где-то до трёх. И иногда по выходным, если сама не буду успевать. Это типа не придётся пахать по ночам? Боже, заверните два, пожалуйста. — Мне очень нужна эта работа, — уверенно сказала я. — Кафе, в котором я трудилась, вчера сгорело. А мне нужно платить за аренду комнаты. — Работники с опытом приветствуются вдвойне, — улыбнувшись, сказала хозяйка заведения. По её взгляду всё было понятно. И то, что вопрос был решён, и то, что я, очевидно, ей понравилась. Занятная тенденция: в Бостоне у меня наилучшим образом складывались близкие отношения преимущественно с пожилыми людьми. Было ли это чем-то здоровым? Я вас умоляю, это как всю жизнь жить с бабуленькой. Не стоит завидовать. Мой телефон пиликнул снова, и я достала его из сумки, чтобы отписаться Кэрролл. Но сообщения были не от неё. Тони: «Не забудь, ты обещала прийти на мой концерт в субботу. Я скину тебе адрес завтра. Хорошего дня, красотка». Итан: «Совсем пропала, Бри. Я скучаю». Мои глаза полезли на лоб. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила моя-уже-начальница. — Не подскажете, где у вас здесь уборная? Мне нужно быстренько разреветься и потом привести себя в порядок, чтобы никто не заметил, — выпалила я. — О, милая, налево и до конца коридора, — беззаботно ответила она, кажется, оценив моё специфическое чувство юмора, но всё же посмотрела на меня с подозрением. — Спасибо, — ответила я и улыбнулась. Что ж, во всяком случае, теперь я не была безработной. Запутавшейся? Да. Не знающей, что делать дальше? Естественно. Но не безработной. Оставалось только дождаться сообщения от Сэма, чтобы собрать комбо. Ах, да. Как я могла забыть о том, что его номер по-прежнему был в моём чёрном списке.