Издёвки с восьмой по девятую. Встреча двадцать третья.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, стоя по разные концы кухни и вгрызаясь друг другу в глаза двумя голодными озлобленными собаками. - Весьма громкие слова для маленькой немощной девчонки, только окончевшей школу. - "Мисс", будьте любезны, если Вы это умеете. Маски спали, и никто уже не играл ни в вежливость, ни в доброту, ни даже в гостеприимство. В момент вспоминилась их холодная война в Хогвартсе, чужое лицемерие и совершённое, даже от необходимости, преступление. Они всё так же ненавидели друг друга, готовы были напрямую загрызть друг друга и не сделали этого до сих пор лишь потому, что для обоих это не было в характере. - Так что же... Мисс. Планируете заручиться моей поддержкой, кидая подобные угрозы? - Никаких угроз, мсье, - она снова сладко улыбнулась, положа ладонь на стол и мягко двинулась навстречу, ведя кончиками пальцев по столешнице, - Я всего лишь обрисовываю Ваше будущее. Я была весьма рада, когда Гарри Поттер предложил мне выступить вместе с ним в Вашу защиту. Это была замечательная идея, ведь будь Вы в Азкабане, мне было бы сложно до Вас добраться, чтобы напомнить, как сильно Вы мозолите мне глаза. Плюсом ко всему прочему... Мне понравилось быть... Как Вы это назвали, мсье? Адвокатом? Да, верно. Улыбка чуть шире, свободной рукой убирая чуть мокрые волосы с лица и останавливаясь в шагах четыре от него. - И поддержка нужна не мне, мсье. А Вашему другу, Вашему крестнику и женщине, которой Вы дали Непреложный Обет. Вы не откажете мне, просто не сможете. И она была чертовски права. Он не отказал. Сара Мунволф покинула его ближе к полуночи после обсуждения всех деталей процесса, к которым отнеслась весьма трепетно, отказавшись воспользоваться каминной сетью, поскольку от неё слишком много грязи и её непременно тошнит от подобного способа передвижения. Вышла в ночь, расстаяв в собирающемся на улице тумане, но непременно перед этим окинув его дом брезгливым взглядом. Северусу ничего не оставалось, кроме как действительно явиться на заседание по делу Малфоев. У Люциуса плохо получилось скрыть, с каким облегчением он встретил Снейпа, которого до последнего грызло три вопроса: как так легко Мунволф согласилась помочь Люциусу после Малфой-менора, сколько он ей за это заплатил и почему из всех возможных способов избежать Азкабана Малфой выбрал именно её. Ответы на все три вопроса он получил прямо перед началом заседания, сидя рядом с Драко в амфитеатре Визенгамота и смотря на спокойно перелистывающую страницы личной записной книжки чуть в отдалении Сару. Во-первых, Сара затребовала оплаты не в денежном эквиваленте. Люциусу пришлось представить её чуть ли не всем подкупленным им работникам Минестерства, и ещё более десяти встречь и приёмов назначено на будущий месяц - настолько они были уверены в своей победе. Мунволф нужны были связи и знакомства, но не деньги. Во-вторых, согласилась она совершенно легко и ни словом не обмолвилась по поводу собственного заключения. В-третьих, Северусу стоило читать газет. Пока он отдыхал, трое бывших Пожирателей Смерти чудом избежали Азкабана, обратившей к ней, как к свидетелю защиты. Магическая общественность разделилась на два лагеря: одни обвиняли Мунволф в выгораживании опасных преступников, другие клевали на её медовую ложь и не верили, что дважды жертва Пожирателей может выгораживать их перед справедливостью. Каким-то чудом до сих пор Визенгамот не закрыл своих дверей для Сары, Снейп чувствовал в этом настойчивый запах коррупции, панибратства и любовного зелья. Заседание прошло максимально гладко. И, как и ожидалось, несмотря на некоторые санкции в сторону Малфоев, им удалось избежать Азкабана. Всем троим. Снова вернувшись к себе, начал понемногу возвращаться к социуму. Стопка лежавших на столе газет начала понемногу уменьшаться. И Люциус оказался прав. Практически сразу "Пророк" выкинул нелицеприятную пометку по поводу его освобождения, несмотря на слова героя Поттера, Снейпа продолжали поливать грязью. Однако вся эта история внезапно вынесла Сару Мунволф из какой-то мелкой сводки знатных родов на первые страницы. О ней писали много и перетёрли в жерновах критики её биографию, где упоминалась лишь драма с рождением и последние события магической войны, и конечно же Малфоев выставили героями, что смогли сбереч девушку, спрятав у себя. В следующем же выпуске она снова засветилась, где пожертвовала крайне крупную сумму госпиталям и больницам, включая магловские, и её имя каким-то чудом почти сразу же отбелили. Северусу опять запахло коррупцией. Похожие трюки ждали и дальше, а после - громкие заседания Визенгамота. Мунволф пророчили либо сливовую мантию, либо посыпали проклятиями за выгораживание Пожирателей Смерти. Впрочем, после каждого крупного заседания тут же шла новость о необыкновенной доброте или щедрости девушки: будь то пожертвования, помощь пострадавшим или перетягивания на сторону Магического Минестерства Британии именитых чародеев Франции и Германии. Другими словами, она действительно начала изобретать профессию адвоката в магическом мире. Но в случае с Мунволф Снейп в сердцах назвал её Адвокатом Дьявола. Последней статьёй, посвящённой Саре Мунволф, стало её короткое интервью, где она рассказывала, почему отказалась от мысли возвращаться в Париж: "Ведь я родилась здесь. Как могу я бросить свою Родину в это трудное для неё время? Раз я имею возможность помочь правосудию, моим долгом станет помощь всем магам и ведьмам, обратившимся за ней ко мне. Визенгамот не страшный зверь с окровавленной пастью, но честный слуга народа, и я каждый раз с честью захожу в зал заседаний." Сдержаться от кривой усмешки у него не получилось. Колдография девушки под текстом нежно ему улыбнулась. На короткий момент он пожалел, что так переживал о её самочувствии - гаргулья точно бы не пропала и без него. Издёвка восьмая - приём. На следующий месяц прилетела сова: "Северус, Кау насчёт отпраздновать нашу свободу? Приём в семь вечера в среду. Ты засиделся. Люциус М." Впрочем, он действительно что-то увлёкся той самой личной свободой и спокойствием. А приём Малфоя ему совершенно ничем не грозил - бывал там достаточно. В назначенное время и место он явился минута в минуту. Ничем удивлять никого не стал, манжеты были всё такими же белоснежными, а мантия - чёрной. Какое-то время эта вылазка была весьма приятной - Нарцисса была отличным собеседником. Волшебников было достаточно - в основном представители влиятельных родов и работники Минестерства. Пожалуй, подобных Северусу полукровок, совершенно не равных среди равных, при беглом осмотре взглядом он не нашёл. - Меня это немного тревожит. Проследив за взглядом Нарциссы, приметил галантно поклонившемуся кому-то в толпе Драко, после сразу же предложившего руку. В следующий же момент из толпы отделилась жемчужно-призрачная фигура с неприятно цепким и холодным взглядом. Тут же снова пробежался по толпе взглядом и не заметил ни одного иного знакомого лица её семьи. Неужели одна? - Если хотите поговорить об этом, объяснитесь понятнее. - Меня тревожит её равнодушие ко всему случившемуся. Так просто приходить людям в дом, где её держали в заложниках, и помогать этим людям... Не может у человека, так поступающего, не быть какого-то злого умысла. Хочет мести? Хочет навредить Драко?.. - и тут Нарцисса взглянула ему прямо в глаза, да так жалобно, что сердце сжалось непроизвольно и он с силой заглушил воспоминания о слезливой сцене перед Непреложным Обетом, отведя от женщины взгляда и ненароком проведя пальцем по губам. - Не волнуйтесь. Мисс Мунволф обладает на зависть короткой памятью и отсутствием гордости. Короткое вальсирование быстро закончилось глубоким поклоном партнёров друг другу. Но не успел Драко отойти, как голос Мунволф раздался над толпой - чистый и звонкий, поставленный умело и тонко настроенный. Внимание людей тут же было приковано к ней. - Истинным вальсом считается быстрый, но плавный танец, - она подошла к столу, забирая из подсвечника горящую свечу прямо в руки, снова развернулась к стоявшему Драко, - Настолько плавный, чтобы свеча не смела затухнуть. Мсье, сделаете одолжение? Замявшийся Драко не сразу среагировал, но второй танец состоялся. Быстрый... Но не плавный. Свеча, зажатая в их отставленных ладонях, затухла менее, чем через минуту. - Простите, - зажато раздался голос Малфоя, и тот поспешил удрать. - Жалость, мсье Малфой, - снова поджигая свечу от другой свечи, развернулась лицом к толпе, не теряя добродушной улыбки, - Господа, кто уверен в своих навыках? Неожиданно, но уверенных нашлось достаточно. Парочку из них Северус даже знал - кабинетные жители Министерства. Он даже не успел приметить, в какой именно момент Сара начала так близко подбираться к Министерству, когда успела встать с кровати, начать говорить? Как будто из полного беспамятства, сразу - и в омут своих мелких интрижек. Сколько уже незаметно опаено её личным любовным зельем? Откуда талант в дебаты? Чёртова Мунволф поистине творила чёрт пойми что. Меж тем ни у кого не выходило исполнить вальс идеально - свеча тухла. Дольше всего она продержалась только до половины танца. И, не уставая, девушка всё приглашала из толпы следующего, вальсируя с каждым желающим и удерживая в ладони свечу. Ход весьма понятен - пыталась всем запомнится и понравиться с первого же своего самостоятельного выхода в свет после длительного отсутствия. Умно. Ловко. Наконец, по её ослабевшим рукам и сбавившемуся темпу стало понятно, что девушка устала. Меж тем свеча всё продолжала и продолжала гаснуть. И каждый раз поджигалась заново. Развернулась лицом в его сторону, и Нарцисса как будто мелко дёрнулась. - Мсье Люциус, все мои надежды исключительно на Вас! - Прошу простить меня, но я танцую лишь с женой, - Малфой ответил сдержанной улыбкой и неглубоким наклоном головы. В какой-то момент показалось, что в его взгляде промелькнула издёвка. - Я бы высказала, что думаю о Вас, но боюсь что Вы не готовы к такому обилию комплиментов, - Малфой громко хмыкнул, и не нужно было быть гением, чтобы уловить в его голосе иронию, - Мсье? Северус среагировал не сразу, лишь когда поймал на себе пытливый взгляд Малфоя и рискнул посмотреть в сторону девушки. Та замерла, протягивая в его сторону руку со свечой. Взгляд был не читаем - даже пропали мало-мальские намёки на весёлость. - Нет. - Мсье Снейп проявляет скромность, прошу заметить, ранее за ним этого не водилось. По рядам зрителей прошелестел тихий смех, и он же ударом ножа прошёлся по нервам Северуса. Мунволф, не теряя наглости, продолжала протягивать в его сторону капавшую на пол воском свечу. Слева раздался ещё один смешок - Люциуса, но от комментариев тот воздержался. Рука девушки медленно опала, прекратив это молчаливое приглашение, и зельевар уже решил, что она сдалась. К сожалению, нет. Ладони её медленно подтянулись к груди, и зал внезапно оглушил аккуратный хлопок в ладони. Следом - второй. Её давление начали перенимать люди вокруг, как перенимают друг от друга заразные болезни, и в считанные моменты присутствующих оглушила громкая волна аплодисментов, с резкой переодичностью требующих зрелища. Губы девушки растянулись шире, угловатой неприятной улыбкой. Свеча дрожала в её слабо хлопающих ладонях, оплавляясь воском на её рукав белого с пугавицами впереди платья. Немигающий взгляд вгрызся в него, и тащил ближе. Напор возрастал, и отказываться уже было как-то не удобно... Вышел, медленно двинувшись навстречу и прижав кисть к животу. Аплодисменты на короткое время превратились в овации, и так же быстро пропали, заменившись полной тишиной ожидания. В этой тишине она встретила его протянутой кистью руки, меж пальцев которой всё ещё слабо теплился огонёк. Принял эту кисть в свою. Рука Мунволф показалась ему холодной, слабо лежавшей в ладони и хрупкой - у неё слабо хрустнули выступающие под кожей суставы. Вторая кисть легла ей на лопатку, веса же её собственной руки, положенной ему на плечо, он даже не почувствовал. Музыки не было, и всё произошло в полной тишине, дрожащей от чужих взглядов. Сделал короткий шаг чуть влево, не позволив девушке себя вести и восстановив порядок шагов. Заметившая хитрость Сара отняла от свечи взгляд и перевела ему в глаза, зацепившись за них с едва заметным недовольным прищуром и что-то шепнув в воздух. Судя по тому, что он совершенно не понял её слов - выругалась на французском. Двинулись. Аккуратными плавными шагами по кругу, огибая смотрящих. Мунволф устала, и это позволило замедлить темп, сделав вальс не таким быстрым. Уловка снова была замечена и Сара ускорила, выходя на первую позицию и предприняв попытку перехватить инициативу, повести его в обход правилам вальса. Не позволил. Мелко взглянул на окружение. Кто-то гаденько ухмыльнулся, остальные же шептались, не отводя взгляда от вальсировавших. В поле зрения на короткий момент попал Люциус - он скрывал за рукой в перчатке ехидную улыбку. Чёрт платиновый. Усталость снова взяла своё, и Мунволф сдалась, позволив незаметно замедлить темп. Этот ход в последний момент спас капризный огонёк - он едва не затух в их руках. Три полных широких круга. Девушка вцепилась ему в глаза с силой одеревеневших после смерти пальцев, и ни при каких обстоятельствах не собиралась выпускать его из этого капкана. - О сегодняшнем вечере пойдут разговоры, мсье. Без сомнений, о Вас тоже что-нибудь скажут. Не ответил. Но упускать случай показалось неправильным. Аккуратно, чтобы она не заметила, чуть наклонил вперёд голову. Зрительный контакт стал прямым, прочным. И тогда условия для использования легилименции стали идеальны. О чём думала она и чего добивалась? Была ли от неё реальная угроза или мисс Мунволф так и останется мелкой интриганткой? В сознании мисс Сары было мрачно, душно, словно в затхлой комнате брошенного дома, полной пыли. Быстро, пока позволяло время и не заметила сама девушка, считал самые живые образы её мозга, вызывавшие в ней ворох чувств. Его самого тут же завалило этими чувствами: брезгливостью, омерзением. Попытался проследить, куда направлено это омерзение, на что... И понял, что на саму Сару. Картинки воспоминаний промелькнули одна за другой: обнажённый мужской торс, нависший сверху, блестящий от пота где-то в полной темноте комнаты. Следом за ним - второй случай, крайне похожий, но мужское лицо напротив было другим. Вкрадчивым шёпотом с нескрываемой улыбкой: "Плата принята, Сара... Ирландия не забудет твоего подвига." Полные сочувствия взгляды членов семьи, - Мерлин, как же их много... - нескончаемые разговоры, что маленькая слабая мисс Мунволф не в состоянии ничего достичь, которую та самая маленькая мисс подслушивала под замочной скважиной. Попытки насильно слепить из неё что-то стоящее. И тёмные низкие подвальные помещения, затянутые парами от варева в котле, полки с украденными и полученными иными недобросовестными путями ингридиенты. Он вынырнул из её воспоминаний аккурат к тому моменту, когда девушка остановилась посреди завершающего круга. Взглянула на него как-то устало, отойдя на полшага, и приблизила их отставленные руки, привлекая к ним его внимание. Свеча погасла. Кривая улыбка озарила её лицо на короткий момент, но позже тут же преобразилась в что-то мягкое и женственное. Открыла рот, видимо, решившись на речь... И тут её голова быстро стукнулась ему о грудь, а руки упали вдоль тела. Моментально по залу пробежал встревоженный шёпот, но пока никто ничего не предпринимал. Зрители всё ещё жадно внимали открывшемуся им зрелищу. Свеча с оглушительным в этой шепотливой тишине упала на пол и покатилась прочь, оставляя за собой восковой след белым налётом. Перехватив девушку за плечи, аккуратно, предчувствуя неладное, отодвинул от себя. Всем своим малым весом Мунволф откинулась ему на руки и пришлось с силой её удержать от падения. Её голова невольно откинулась назад и повисла. - Обморок! Обморочная и уставшая, Мунволф была отнесена кем-то в гостевую комнату и оставлена там под присмотром Нарциссы. Конечно же, случившееся моментально стало главной темой вечера, и гости со страстью и косыми взглядами обсуждали связь между преступлениями Северуса перед их семьёй, внезапным заступничеством Сары за него перед Визенгамотом и, конечно же, странностью их вальса, ставшего причиной внезапного обморока. По толпе прошёлся громкий слух, что милая болезненная Сара была Снейпом запугана с самого начала. Конечно же, он моментально снова стал козлом отпущения. Не желая становиться главной пищей недостаточно пытливых, но любопытных умов, мероприятие было им покинуто. В "Пророке", конечно же, не применули обо всём этом указать, пусть и весьма прозрачно. Сара Мунволф снова стала слабой жертвой в руках чудовища. Чудовищем, непременно, стал Северус. Было принято весьма правильное решение более с девушкой не пересекаться. Нет, страха перед ней он не испытывал, но Мунволф жульничала в их игре методами Малфоя и давила на всех зрителей, играя кроткую бракованную овечку. Он не считал, что Сара была волком в овечьей шкуре; скорее овцой, пытающейся натянуть на себя волчий мех, однако упёртости и возможностей ей было не занимать, и это в действительности стало сложно - играть с соперником, заранее имевшем все козыри и тузы в рукавах. В таком случае Снейп предпочитал вовсе не вести этой игры. Но Мунволф продолжала измываться. Издёвку девятую принесла ему сова: "Глубоко уважаемый мсье Снейп, Приношу свои извинения за случившееся на приёме. По своей глупости приняла корень боярышника, что вступил в реакцию с зельем - и вот результат. В газетах пишут редкостную чушь, я предприняла попытки их успокоить, однако было слишком поздно. Ещё раз приношу свои искренние извинения. Искренне Ваша, Сара Мунволф. P. S. Позвольте загладить свою вину и пригласить Вас на чашку кофе. Для Вас это будет полезно, поскольку успокоит мнение общественности. Так же хочу презентовать Вам своего нового личного зельевара - мсье Александр питает к Вашим заслугам истинную слабость и давно просит меня вас познакомить. К тому же питает надежду предложить Вам что-то из вашего, зельеварского, интереса" На обратной стороне письма была прикреплена брошурка ресторана и время уже забронированного стола. Ответа он давать не стал. Посещать мероприятие, ею организованное, шло вразрез с идеей более с девушкой не пересекаться. Однако у неё удалось заинтересовать пытливый ум, и, скрепя сердцем и чувствуя, что ничем хорошим это не закончится, всё же выдвинулся на встречу. Адрес вёл к расположенной на небольшом озере летней вилле, среднего чека которой вполне хватило бы каким-нибудь среднестатистическим Уизли на полмесяца жизни. Северус специально опоздал ровно на двадцать минут, дабы оценить обстановку. На открытой веранде, уставленной плетённой мебелью, он сразу же узнал белую макушку, лениво листавшую поданную кем-то, ему не знакомым, книгу. Как только Мунволф подняла книгу поближе к глазам, ему удалось прочитать название - "Приворотные зелья. История направления и опасность использования". Сидевший напротив девушки мужчина, хорошо одетый, но с небрежно накинутой на плечи изумрудной мантией, в весьма оживлённой манере что-то рассказывал, активно жестикулируя и прерываясь лишь на уже третью чашку кофе, судя по пустой посуде рядом с ним. Когда девушка жестом попросила его помолчать, более детально вчитываясь в текст, незнакомец немного нервно сложил перед собой руки и чуть вытянулся вверх, пытаясь кого-то рассмотреть среди посетителей. Когда взгляды их пересеклись, и на лице мужчины проскочило изумление в перемешку с радостью, он тут же поднялся, неприятно чирканув ножками стула по полу, и уставился в сторону Снейпа. Отвлечённая неожиданными действиями собеседника Сара оторвалась от изучения и проследила за его взглядом, так же наткнувшись на Северуса. Лицо её озарила улыбка, а книга была закрыта и отложена вниз названием, спрятав от Снейпа предмет её изучения. Он был раскрыт и оставалось только подойти поближе. - Мистер Снейп, приятно удивлён, - пожавший ему руку Александр широко и искренне улыбнулся, - Мисс говорила, что Вы тот ещё затворник, и на Ваш приход надеяться не стоит. - В самом деле?.. - со злобным прищуром взглянул на девушку. Та обезоруживающе состроила сострадание: - И разве я где-то не права, мсье? Позвольте представить Вас мсье Александра Де'Блюм, большого специалиста в своей области. - Вы зря нахваливаете меня, мисс, - покрасневший кончик носа выдал смущение, - Будь я таким большим специалистом, Вы бы сами вышли на меня. А так я лишь напросился на эту должность. - И проявили большое рвение и напор, мсье. Это нельзя не уважать. Севший между ними Северус выжидательно посмотрел на Александра, и тот снова смутился, начав диалог с какой-то несуразной мелочи, но вовремя опомнился под иронично изогнувшейся бровью. - Так... Мистер Снейп, я весьма много наслышан о Вашем таланте в зельеделии. Стыдно признать, я изначально даже не планировал попасть на должность личного зельевара мисс, лишь хотел попросить рецепт Вашего зелья для жертв Круциатуса - в некоторых узких кругах оно стало поводом поднять большой шум. И... О, примите моё искреннее изумление! Оно - настоящее искусство! - Ближе к делу. - Да-да, конечно... - Де'Блюм снова смутился, потупив взгляд и начав нервно перебирать пальцами салфетку, - Я состою в числе членов Клуба Зелий, у которого в следующем месяце намечается мероприятие, и, не сочтите за дерзость, узнал, что несколько лет Вашу заявку на вступление отвергали. Преступление, я считаю! Неладное действительно началось, и Северус, игнорируя Александра, перевёл взгляд на Мунволф, которая, взяв свой чай на колени, старательно что-то высматривала в чаинках, не вступая в чужой диалог. Словно почувствовав его взгляд, отозвалась весьма лениво и тихо, не поднимая головы: - Слышу об этом впервые, мсье. Личного интереса не имею. Александр, на несколько секунд озадачившийся этими односторонними переглядками, замолк, но когда внимание снова вернулось к нему, продолжил: - Я приглашаю Вас на ближайшее мероприятие и, если Вы позволите, готов просить за Ваше вступление в Клуб. - Мне отказывали три года подряд. Считаете, что Ваше слово выше организаторов? - Это было так давно! - словно пропустив издёвку мимо ушей, наклонился чуть вперёд, начав говорить заговорщеческим шёпотом, - А с этого года одним из наших спонсоров является фамилия Мунволф... Мисс обещала. Слово спонсоров уж точно будет выше организаторов. Он снова устроил им с Сарой переглядки, которая, тяжело вздохнув, вернула чашку на место и забрала себе на колени уже книгу, раскрывая её и углубляясь в чтение. - Мсье, повторюсь ещё раз - личного интереса не имею. Вы мешаете мне читать, наградите уже своим вниманием мсье Александра - он прожжужал про Вас мне все уши, ещё немного и Вы начнёте мне сниться. - Мисс! - слабо хлопнув ладонями по столу возмутился Александр, - Даже с Вашими познаниями в нашей области Вы должны понимать... - Поучаете меня? Взгляд Мунволф поднялся с книги на Александра. Тяжёлый и цепкий. Под столом раздался хлопок закрывшейся книги, и она на вытянутых руках была протянута Де'Блюму. - Весьма неплохое произведение, мсье, но, мне кажется, я читала что-то более... Понятное, если позволите. Разочарование на лице Александра стоило видеть - с таким видом он принял книгу обратно, словно это была и не книга вовсе, а документ о его немедленной казни. И теперь этот цепкий холодный взгляд с Александра не сводился. Пока диалог продолжался и весьма осевший Де'Блюм продолжал настаивать на вступлении Северуса в Клуб, рядом с Мунволф появился уже знакомый домовой эльф, которому та подала только что исписанную карандашом салфетку. Судя по тройке слов, что он успел прочитать, там было требование приобрести ей эту самую книгу, но только тихо. В конце концов и у самого Северуса не было особых причин отказываться от заманчивого предложения, кроме как подозрений в сторону Мунволф. - Мисс, - чуть откинувшись на спинку стула, с наигранной ленью и усталостью посмотрел в сторону Сары, ответившей ему тем же, - Купите себе по пути домой букет из гортензии и бегонии. Вам подойдёт. Сара почему-то не сразу нашлась, что ответить, какое-то время молча вглядывалась ему в глаза и даже Александр предпочёл не влезать. - Мсье, Вы, должно быть, запутались в ботанике. Он не запутался в ботанике на их двадцать третью встречу, но всё равно Сара Мунволф истолковала его слова немного по-иному.