часть десятая.

м— несколько вопросов. где ты ее нашел, по какой причине ты берешь ее с собой в офис, знаешь ли ты хоть что то о ее жизни год назад и что ты должен мне рассказать? Ханма выдохнул и, сняв очки, потер переносицу. — мне же нужно было устроиться в школу? вот там и познакомились. в офис беру, потому что Ран озверел, когда ее увидел. подослал сегодня Санзу к ней домой. если бы меня не было рядом, хуй знает, что Ран бы сделал с ней... м— оно неудивительно. почему не стал расспрашивать о жизни? что ты знаешь сейчас? — знаю, что она была с вами еще во времена Тосвы. там получила ножевое, почти прекратила общение со всеми.. пару раз пересекалась с Раном, но в крупные дела с ним не лезла. теперь знаю, что вы оказывается друзья, покойный Баджи ее сводные брат, а ее отец ей отчим... господи, как это все переварить... он облокотился руками о стену, пока Майки понимал, что тот не знает, кого и кому в руки он может "передать". м— значит так. Рана я приструню. ты с нее глаз не своди. с семейным древом там сами разберетесь, не так важно. за Хайтани теперь отвечаю только я и Коко, ты больше не даешь им задания, и Санзу в том числе. ее новый адрес я жду у себя в личке, твой тоже. сегодня в 20:40 жду у себя в кабинете, будем знакомить тебя поближе с новой девушкой. Ханма кивнул в ответ на слова Майки. тот в свою очередь ушел куда то, набирая кого то по телефону. Ханма вернулся в кабинет и, зев за стол, открыл ящик. —все в порядке? спросила я, чувствуя вину за то, что не посвятила его полностью в свою прошлую жизнь. —не переживай сейчас об этом. я позову Коко, мы обсудим нагорешвие дела, заедем к тебе, ты соберешься и поедем ко мне. будь готова к тому, что всегда, когда будет возможность, ты будешь у меня. вечером вернемся в офис на встречу с Майки. говоря все это, Ханма достал стопку и бутылку коньяка. налив половину, он одним движением опустошил ее, но не убрал, а оставил в сторону. —хорошо.. прости, я.. должна была рассказать тебе больше... сказала я, чувствуя вину. сидя на кресле я поджала ноги к себе и обхватила их руками. было и стыдно и страшно за то, что подставляю не только себя, но и его. —ты не должна извиняться ни перед кем. никогда. забудь пока об этом, и лучше подумай, какие вещи оставишь у меня на постоянку. -хорошо. я молча взяла телефон и зашла в заметки, начав писать список вещей. когда я внесла туда несколько пунктов, я начала всерьез задумываться о том, чтобы начать тренироваться не только в зале. времени ходить на какие нибудь боевые искусства у меня не было, да и там нужно было бы время, чтобы привыкнуть. в конечном итоге я решила вернуться к обычным тренировкам на улице: разминка, несколько упражнений на выдержку, а после только оттачивание моих боевых навыков. через какое то время, Ханма, как я поняла, успокоился. убрал алкоголь обратно в ящик, а после позвонил кому то. — Коко, зайди ко мне в кабинет. к— сейчас буду. через пару минут дверь открылась, и туда вошел Коконой. к—чего опять? сказал Коко, а после, заметив меня, обратился и ко мне. к— привет. все в порядке? я молча покачала головой, мол, все в норме. — я несколько дней не появлюсь в офисе. будь на телефоне, если я скажу, что ты мне срочно нужен, не важно где, ты должен будешь бросить все и поехать хоть на другой конец Токио. это.. не телефонный разговор, но и сейчас у меня нет времени обсуждать это с тобой. позже встретимся и все обсудим. немного подумав, Коко ответил к— понял. я на телефоне, звони в любое время. Ханма устало кивнул с благодарностью, что тот вновь выручает его. когда Коко ушел, Шуджи недолго покапался в ноутбуке, а после сказал. —можем идти. заедем к тебе, возьмешь вещи и поедем домой. я встала с кресла и последовала за Шуджи. до машины мы шли молча, лишь когда уже были на парковке оба закурили. — тебе ведь в школу завтра? —в пизду, не пойду никуда. возьму больничный на эту неделю. — а если отец узнает? — если берешь больничный, то это уважительная причина, и прогул не ставят. он не узнает. — опасно, не думаешь? —если ради его безопасности мне придется не появляться дома неделями, то я так и поступлю. пусть он не родной мне, и не отец года, но он ни в чем не повинный человек. по мне было видно, что я испытываю чувство тревожности и стыда из-за всего этого. я сложила руки на груди, все чаще затягиваясь. — не переживай по этому поводу, мы справимся. я посмотрела на Шуджи, и мне стало легче. тем не менее я понимала, что вечером у нас состоится серьезный разговор не только с ним, но и с Майки, а значит, все мои подводные камни сегодня всплывут наружу. когда мы приехали ко мне, мы зашли в квартиру и я положила еще несколько вещей в рюкзак, который не разбирала с прошлого раза. пока я была у себя в комнате, Шуджи вышел в коридор и подошел к тому месту, куда утром выстрелил Санзу. внизу шкафа, в правом углу был небольшой скол. если не всматриваться, то его даже не видно. он подошел к моей комнате и остановился в дверном проеме. — внизу шкафа остался небольшой скол. можно будет вызвать мастера, чтобы его заделали. — не стоит. в этом доме часто что то травмируется и деформируется, отец его даже не заметит. — как знаешь. — я готова, можем ехать. сказала я, взяв рюкзак в руки. проходя мимо Шуджи, он легким движением выхватил рюкзак из моих рук и последовал за мной к прихожей. — ты можешь не делать все за меня, я ведь не из ваты.. — для меня из нее самой. обувайся давай. на его лице появилась ухмылка. я была рада, что он успокоился после всего произошедшего. мы сели в машину и поехали уже по привычному маршруту. пока мы ехали, я написала однокласснице. —"Сина, меня не будет эту неделю, передай учителям, что я взяла больничный." ответ не заставил себя ждать. с—"у тебя все в порядке? сильно заболела?" —"нет, все хорошо, не переживай. обычная простуда." с—"хорошо. я передам в школе. поправляйся!" отправив милый стикер на прощание, я выключила телефон и взглянула в окно. по приезде в Ханме мы сидели вместе у меня в комнате. оперевшись о спинку кровати, он обнимал меня на плечо, а я положила голову на него. — кажется, я правда слишком мало знаю о тебе? спокойно сказал он. почти тихо, как будто обреченно. — это не тот промежуток времени, о котором я рассказывала бы направо и налево.. —я понимаю, но, кажется, сейчас мне нужно будет узнать об этом? — ты прав.. выдержав небольшую паузу, я пересела так, чтобы быть лицом к Шуджи. — постарайся не перебивать, но если что то будет непонятно, то говори сразу, чтобы я ничего не упустила. хорошо? — конечно. я выдохнула, а после, собрались с мыслями, наконец произнесла. — в общем, все началось еще лет 7 назад наверно. если тебе сейчас 20, то Майки должно быть 19. с чего бы начать... я пару секунд подумала, а после продолжила. — забегу еще немного назад. как я уже говорила, мой отец мне отчим. до моего рождения у его матери и нашего биологического отца родился сын — Баджи Кейске. он старше меня на два года. когда он родился, любовница отца узнала, что беременна. его любовницей была моя мать. биол. отец ушел от мамы Кейске к моей, и тогда родилась я. но у него обнаружили какую то болезнь, и он скончался. моя мать нашла себе нового мужа, он стал мне отчимом, но, поняв, что такая жизнь ее заебала, ушла от него, оставив меня с ним. короче говоря, у нас с Кейске был один биол. отец, но разные матери, потому мы считались братом и сестрой. по стечению обстоятельств мы с ним познакомились, начали дружить и он познакомил меня со своими друзьями. мне тогда было 11, ему 13, и Тосва только только начала формироваться. прошло два года. мне 13, ему еще не исполнилось 15. в инциденте, который прозвали кровавым хеллоуином 31 октября, он погиб, вставив нож себе в живот. меня тогда не было, но, после того, как Майки мне все рассказал, я отдалилась. отчим не знал, что я общаюсь с братом, и я ему так и не рассказала. после этого примерно через пол года я встретила Майки. мы тогда помню прогуляли весь вечер, и он предложил мне вернуться в Тосву. так скажем официально я там не состояла, но когда нужно было носила их форму. примерно через две недели после своего четырнадцатилетия, в одной из стычек с другой бандой мне всадили нож в живот. Майки и ребята хотели меня обезопасить, потому решили, что более я не буду участвовать в их делах. мы общались, но уже реже, чем обычно. я окончательно восстановилась к началу 8 класса. начала тренироваться просто на площадках, бегать, оттачивать боевые навыки и так далее. ты тогда еще не работал у нас в школе, и, думаю, что тебя не уведомляли о "проблемных учениках". девятые классы, которые уже выпустились, тогда любили задирать тех, кто на год или несколько младше них, и я начала просто вступаться за них. заработала себе репутацию в школе. обо мне пускали слухи, какие то были правдивые, какие нет. обо мне узнавали ребята и из других школ. потом мне начали предлагать выходить один на один с разными популярными ребятами. сначала я отказывалась, но потом решила из интереса пару раз попробовать. почти всю весну я дралась после школы. иногда даже делали ставки, и я зарабатывала с этого. но в один момент я столкнулась с каким то парнем старше меня, который раньше был в банде. тогда было трудно, но у меня получилось победить. вот только из-за того, что он бывал в какой то банде, там были разные люди уровня выше него. как смотрящие, просто развлечься. вот тогда пришли братья Хайтани. я слышала о них, но ни разу не видела в лицо. после боя я видела, как Ран смотрел на меня не переставая. позже, он один раз ждал меня у школы после уроков. было много народу, и понятное дело все его боялись. они встали вокруг, опасаясь, что тот сейчас начнет всех бить и крушить, но он ждал только одного человека... когда я вышла из здания, он подошел ко мне и начать катить. я обозначила, что, кто бы он там ни был, мне это не нужно, а быть игрушкой на одну ночь я не собиралась. он тогда прижал меня к забору, а я... врезала ему между ног, прокричала вслед какой он мудила и ушла... с началом девятого класса, я окончательно бросила все эти бои, и просто стала ходить в зал. в школе конечно царит тишина, ведь все помнят, кто я и что из себя представляю, а я уже и забыла об этой ситуации, пока не встретила его вновь тогда с тобой в клубе. Шуджи сидел с ошарашенным видом. возможно, это слишком много важной и шокирующей информации для него, но еще немного переварив все это, он ответил. — да моя жизнь по сравнению с твоей просто скукота... с семейными делами я в целом все понял, но... боже, Рану еще ни одна девушка не отказала, а те, кто отказали, наверно гниют в лесу. почему он так просто отпустил тебя? — я не знаю... тогда ведь и его почти не знала, так что не представляла, кто тогда стоял передо мной.. — я в целом понимаю теперь, откуда у Рана такой интерес к тебе, но.. как тебя теперь одну блять оставлять? — я.. собираюсь восстановиться в боевых тренировках. не то, чтобы я совсем потеряла хватку, но, думаю, если немного позанимаюсь, то смогу делать все то, что умела раньше. поверь, даже показывать все это будет долгим процессом. — судя по твоему прошлому это правда. немного помолчав, Шуджи подвинулся ко мне и обнял. он обхватил меня обеими руками, и, было ощущение, что меня больше никто не тронет. я думала, что в его объятиях, меня даже не видно со стороны. я положила свои руки ему на грудь, и так мы сидели минут 10. когда было 19:56, я сделала нам чай. мы сидели на кухне, курили, пили чай и думали о том, что же нам предстоит узнать сегодня. —я пойду надену что нибудь потеплее. сказала я, сделав последний глоток чуть теплого чая. — хорошо. буду ждать в прихожей. Шуджи поставил кружки в посудомоечную машину, а я пошла к себе. из рюкзака я взяла свою любимую олимпийку, выполненную в гоночном стиле. перед девятым классом я урвала ее в секонде по дешевке, и теперь я не расстаюсь с ней. перед тем, как надеть ее, я сменила топик на обычный черный, а после, уже надев олимпийку, вышла из комнаты. мы обулись и вышли к машине. в 20:33 мы уже были у офиса. признаться честно, вечером он выглядит более атмосферно, чем днем. зайдя в него, там уже не было людей. наверно, кроме Коко и Майки. мы поднялись к его кабинету. Ханма постучал, а после открыл дверь.