Борис/Лэйн

      Приглушенный свет скользил по резным узорам на лестнице и по чучелам животных, чьи головы покоились на высоких стенах. Атмосфера вокруг казалась наэлектризованной, воздух вибрировал от скрытого напряжения, которое невозможно было игнорировать. Лэйн стояла у окна, разглядывая зимний пейзаж за стеклом, а в ее глазах отражалась яркая, искристая ночь. Борис бесшумно приблизился к девушке, позволяя звуку собственных шагов раствориться в мягкости ковра, но каждая секунда его приближения отдавала трепетом внутри девичьей груди.        — Ты так молчалива сегодня, — проговорил Борис, нежно проведя длинными пальцами вдоль линии ее плеча, что скрылось под слоями одежды. В его прикосновении сквозила осторожность, словно он следил за каждым своим движением, не желая нарушить подходящее настроение.       Он остановился настолько близко, что Лэйн ощутила его дыхание на чувствительной шее. Его ладонь мягко легла на ее талию и скользнула вниз, слегка надавливая, чтобы подтолкнуть ее ближе к окну и заточить в ловушку. Девушка подчинилась без единого слова, прижавшись одной рукой к холодному стеклу, а другой вцепившись в подоконник.       Лэйн резко повернула голову, взглянув на мужчину через плечо, позволяя ему прочитать в ее глазах вызов. В эту минуту ей хотелось быть еще ближе, испытать нечто, чего она сама до конца не понимала. Она жаждала вкусить смесь боли и удовольствия, которые разожгут внутри огонь и заставят ее наконец почувствовать себя живой. Она нуждалась в этом. Стремилась доказать прежде всего самой себе, что ничем не отличалась от того же отряда — тоже могла бояться, радоваться… чувствовать.        Борис, казалось, знал ее мысли, лицезрел любое, даже самое потаенное желание на ее лице. Читал ее как книгу, каждая страница которой открывалась перед ним.       — Ты уверена? — прошептал Борис, приподняв уголок губ. Его голос звучал мягко и обволакивающе, разрывая тишину своим тембром. Мужчина будто уже предвкушал девичий ответ, не смея отрываться от нее ни на секунду.       — Уверена, — коротко ответила она, вновь устремив взгляд на окно и слегка прогибаясь в пояснице, вжимаясь ягодицами в мужскую ногу. В тоне Лэйн звучало терпение, но язык тела был абсолютно иным. Борис заметил эту разницу и улыбнулся. Она не видела этой обворожительной, теплой улыбки, но отчетливо слышала ее.        Его рука уверенно сжала девичье бедро, подняв юбку выше, чтобы обнажить мягкую, даже бархатную кожу. Это был его способ не только слышать, но и видеть реакцию на свои действия. Все-таки хотелось получить не только физическое, но и эстетическое удовольствие. И он ощутил наслаждение, когда перед ним открылись очертания женского белья, резинка которого оставила едва заметные следы на небольших бледных ягодицах. Картина была настолько опьяняющей, что желание опуститься на колени и очертить этот рисунок своим языком захлестнуло весь разум. Великолепная... Великолепная Лэйн.        В следующую секунду девушка почувствовала мужскую ладонь прямо под хлопковой тканью. Борис медленно оттянул резинку и отпустил ее с легким щелчком, пробираясь дальше к внутренней стороне ее бедра. Как бы подготавливая к тому, что произойдет следом. Едва мазнув напряженными пальцами, он не стал продолжать, оставив ее тело без внимания на бесконечные мгновения. Лэйн погибала от ожидания, что будет дальше. Дрожала и кусала губы, прижимаясь к подоконнику, впиваясь в него до боли в суставах и практически царапая стекло. Каждая мысль, что проносилась вихрем в голове, обжигала ее сознание.        Первый шлепок был звонким, отозвавшись эхом в ушах. Резкий и неожиданный удар разлился жаром, мгновенно пробудив каждую клеточку ее разгоряченного тела. Лэйн заметно вздрогнула, но невольно потянулась навстречу его руке, еще больше подставляя всю себя под необычные ласки. Несмотря на непривычность ощущений, она не отстранилась, отвечала ему немой благодарностью за то, что он позволял ей испытывать. Борис следом замедлился, едва касаясь обожженного места, будто поощряя ее покорность, и склонился к уху, чтобы услышать ее дыхание.        — Хочешь еще? — деликатно спросил он, а его голос был полностью пропитан едва сдерживаемым желанием.       Лэйн уверенно кивнула, стиснув зубы, но не могла скрыть легкого дрожания голоса:        — Давай.       Следующий удар был в разы сильнее — по вмиг покрасневшей коже прошла новая волна боли, сменившаяся сладким, терпким теплом. Борис снова погладил ее бедро, позволяя собственной руке ласково обвести проявившийся рисунок. Яркие узоры украшали ее ягодицу, делали ее еще привлекательнее, буквально манили не останавливаться, а рваное девичье дыхание вынуждало его сердце биться быстрее.        Мужчина играл с Лэйн, испытывая ее пределы, и каждая секунда этой игры тянулась неописуемой вечностью. Его прикосновения становились все более властными, каждый раз шлепок звучал громче. Возможно, останутся лиловые следы, которые еще долго будут напоминать о том, какой же порочной была душа у этой девушки. Порочной, но от этого не менее пленительной.       — Ты удивительна. Никогда не встречал таких, как ты. Достойная… Достойная лучшего. — Хрипло сказал Борис, а его дыхание стало неровным. Он наклонился ближе, лаская девичью шею раскаленным дыханием, а после провел по ней языком, пока его рука снова не опустилась на ее бедро. Жестко. Мощно. До нарастающей пульсации. Сжимая после и оттягивая плоть. — Твоя реакция. Твое тело… Все так, как я и представлял.       Лэйн глубоко выдохнула, но ничего не ответила, наслаждаясь контрастом между болью и удовольствием, которому она позволяла захлестнуть себя. Ее руки сжались на стекле, пока Борис прижимал ее к холодной поверхности, терся своим твердым желанием, наслаждался процессом.       — Ты делаешь это… специально? — ее голос дрожал от напряжения, но в нем сквозило уловимое удовольствие.       — Конечно, — тихо ответил он, его пальцы сжались сильнее, оставляя за собой горячий след. — Я хочу, чтобы тебе было приятно. Незабываемо. Так, как ты это заслуживаешь.        И он продолжил, чередуя силу и нежность, пока границы между болью и наслаждением не исчезли, сливаясь в один пылающий вихрь эмоций, что накрыл их обоих.