16. Возвращение и странные новости (2).

Вспышка зелёного пламени на миг осветила бежевый кабинет и выпустила из своего жара две фигуры: МакГонагалл привела с собой директора. Дамблдор, казалось, изменил себе и надел простую мантию вместе с обычным колпаком; и то, и другое было глубокого коричневого цвета и совсем не напоминало о дневных ярких нарядах волшебника. Однако впечатление это было обманчивым: стоило только немного подождать, как на скучной коричневой мантии начинали выскакивать пучки неестественно-яркой зелёной травы. А после, если подождать ещё немного, можно было увидеть, как откуда-то со стороны швов к этим крошечным островкам зелени начинали бежать малюсенькие, едва ли больше спичечного коробка, овечки с белой шерстью. Пара секунд, и стадо съедало выскочившую травку, после чего опять пряталось где-то в районе воротника, подмышек или швов. Затем трава выскакивала посреди груди Дамблдора или на спине, и цикл начинался заново. — Мисс Грейнджер? — МакГонагалл оглянулась по сторонам, но не увидела ничего, кроме убирающейся домовой эльфы. — Мисс Грейнджер! Где вы? Боже, я оставила её всего на пять минут! — Три минуты сорок семь секунд, — поправил коллегу директор. — Гм… но, действительно… мисс Грейнджер, вы в комнате? — Я сверху. Маги одновременно запрокинули головы. Дамблдор увидев Миону, улыбнулся; МакГонагалл, напротив, сурово нахмурилась. Увиденное декану явно не понравилось… — Как интересно! — всплеснул руками мужчина. — Мисс Грейнджер, как это у вас так вышло? — Я оставила вас на пять минут. Пять минут! — не разделяла веселье мужчины МакГонагалл. — И что вы уже успели за это время учудить! — Минерва, не пять. Три минуты, сорок семь секунд. — Меньше, чем на пять минут, мисс Грейнджер! Миона извинительно пожала плечами и поднесла чашечку к губам. Пиввз, сидевший рядом и пивший точно не чай, заливисто расхохотался: ему вывести взрослого волшебника из себя было только в радость. На потолке стояло два кресла, — в одном из них Миона и сидела, — и кофейный столик с посудой. Под ногами у девочки лежал коврик в расцветке, которая могла понравиться разве что слепому… или полтергейсту. — Ещё чаю, вашство? — максимально галантно спросил Пиввз, поднимая чайник со стола. — Да, спасибо, — Миона протянула чашечку ближе к Громкому Духу. — Прекрасный купаж. — Я для вас, вашство, украл самый лучший из тех, что только был на кухне! — Гм… спасибо, Пиввз. — Мисс Грейнджер, спускайтесь немедленно! Миона вздохнула и отпила чай. Тот на самом деле был замечательным, с лёгким шоколадным послевкусием и насыщенным ароматом. Жаль, что такой не подавали на завтрак… Миона пила бы его литрами, честное слово. А было бы ещё и печенье Аиту вприкуску… м-м-м, мечты. — Она не может, — пришёл на помощь Мионе Пиввз. — Ч-что?.. почему это? Пиввз, объяснись немедленно! — Так того-этого, чегой-то объяснять-то надо? Пока магия не кончится, всё будет прилеплено к потолку, профе-ессор. И никак иначе! Он довольно забулькал в кружку. МакГонагалл вытащила волшебную палочку, и настроение Пиввза сразу поменялось: вместо бравады и весёлости вылезла тревожность и неуверенность. Последняя появлялась каждый раз, когда Громкий Дух сталкивался с кем-то, кто мог как-то ему навредить. Миона это уже давно заметила. — Ну зачем же сразу с угроз-то начинать? — забормотал Пиввз, из-за нервов проливший чай прямиком на руку Мионе вместо чашечки; хорошо ещё, что в чайнике был не кипяток, а едва тёплый напиток. — Да и, к тому же, это всё равно не сработает! Даже с угрозами! Пока магия не выветрится, ничего обратно не вернётся. — А как выветрится — всё упадёт одновременно, — вздохнула Миона. Пиввз нервно улыбнулся, однако даже не подумал извиняться: шалость, как говорится, вышла на славу. Вообще-то, Громкий Дух изначально поднял девочку на потолок просто для того, чтобы улучшить Мионе настроение. Чайник, столик и в общем вся мебель и утварь оказались здесь исключительно из-за любопытства гриффиндорки. Чай в том числе! Ну кто же знал, что после отмены заклинания, — принудительной или естественной, из-за банальной нехватки энергии, — всё поднятое на потолок попросту упадёт? Точно не Миона. Вообще-то, изначально Грейнджер просто хотела узнать, распространяется ли магия Пиввза исключительно на неё, или же другие физические объекты также могут попасть под влияние сил полтергейста. Затем, — повышая уровень собственной любознательности, — Грейнджер захотела узнать, как именно действует магия Пиввза. Поднялась ли Миона в воздух просто из-за того, что силы Пиввза её поддерживали, или же Громкий Дух влиял на реальность как-то иначе? Для этого, кстати говоря, и потребовался чайник, чашки и чай. Именно благодаря вкусному купажу Миона поняла, что силы Пиввза влияют, прежде всего, на гравитацию: жидкость спокойно текла против всяких физических законов, оставалась в чашке и даже не думала о том, чтобы выливаться на пол. Это потом, — уже сидя в кресле, с чашкой в руках, — Миона поняла, что для удовлетворения собственного любопытства ей, вообще-то, было достаточно посмотреть на собственную школьную форму: юбка-то преспокойно висела себе вниз… то есть, вверх. Стремясь подолом к потолку. Волосы тоже оставались привычно-вздыбленными, без всяких неожиданностей. Да и полы рубашки не задирались… Короче, зря Миона заставила Пиввза поднимать на потолок чай. Однако нельзя сказать, что это не было весело. — Пять минут! — продолжала разоряться МакГонагалл, беспомощно всплёскивая руками. — Пять минут, мисс Грейнджер! — Вообще-то, Минерва… — Альбус, не сейчас! — Но, Минерва!.. — Падаем! — взвизгнул Пиввз, выпрыгивая из своего кресла. — Вашство, держитесь крепче! «За что?!» — хотела было спросить Миона. Но не успела, естественно. На мгновение она ощутила себя на месте Алисы, попавшей в кроличью нору: вниз полетело всё, что до этого преспокойно стояло на потолке. Миона, естественно, тоже… что было довольно забавно, как ни посмотри. А умеет всё-таки Пиввз развлекаться, правда? Девочка не успела даже подумать о левитации, как её мягко подхватила сеть чужих чар. Учитывая, что магия пахла морозной свежестью, не составляло труда догадаться, кто оказался неожиданным спасителем не-Алисы. — Вот и всё, — довольно сказал Дамблдор, мягкими движениями волшебной палочки заставляя всю мебель встать на пол, на свои места. — Как ощущения, мисс Грейнджер? — Как обычно, волшебные. У вас замечательная мантия, директор! — Ох-хо, да вы знаете, как порадовать старика… правда, это не мантия, а ночная рубаха. Минерва меня, знаете ли, буквально из-под одеяла выдернула. — Альбус, ты даже не ложился ещё! — ахнула от такого вранья МакГонагалл. — Но я уже переоделся! — Да я вообще думала, что это обычная твоя мантия. Трава! Овцы! Они ещё и блеют! — Восторг! — захлопала в ладоши Миона. — Естественно, — довольно закивал директор. «За что мне всё это? — читалось на лице МакГонагалл. — Впрочем, — кашлянул Дамблдор, проходя к одному из кресел и с удобством устраиваясь в нём, — я здесь для того, чтобы узнать о ваших очередных приключениях, мисс Грейнджер. Минерва сказала, что в этот раз вы были в Запретном Лесу? — И это при том, что ты должен был наложить на девочку ограничение на выход из замка, — сквозь зубы заметила МакГонагалл. Альбус её проигнорировал. — Так что случилось, мисс Грейнджер? На этот раз. Миона вздохнула. Опять рассказывать?.. да что такое. Она бы с намного большим удовольствием уже спать пошла. Или поела ещё что-нибудь: бутерброды-то ей не все достались. Но пришлось рассказывать. МакГонагалл за время рассказа не сводила с Мионы по-птичьему острого взгляда. Казалось, что женщина ждёт каких-то новых деталей, новой информации; к сожалению, Миона рассказала директору ровно то же, что и собственному декану. Девочка в общем ничего не скрывала… — Толстый Монах, значит, — покачал головой Дамблдор, задумчиво поглаживая заплетённую в толстую косу бороду. — Ясно… признаться честно, я думал, что он не рискнёт как-либо проявляться в ближайшее время. Хотя бы потому, что он лишился своего статуса и большей части энергии. Миона вздохнула. — Я тоже на это рассчитывала. Это было бы логично… но, с другой стороны, где призраки — и где логика? — Действительно, — отзеркалил её вздох директор. МакГонагалл, сидевшая на диване с идеально ровной спиной и недовольно скрещенными на груди руками, цыкнула. — Совершенно недопустимо, чтобы призраки продолжали действовать, как им вздумается, — сказала она, недовольно посмотрев на директора. — Альбус, это, несомненно, наш недосмотр. Из-за которого ребёнок подвергся опасности! — Да, верно… — Будь на её месте мистер Малфой!.. — Как хорошо, что на моём месте не Драко, — простонала Миона, закатывая глаза. — Он прошлый раз, когда Толстый Монах за нами охотился, забыть не может. Постоянно об этом вспоминает! — Мисс Грейнджер, не перебивайте старших! Альбус тихонько усмехнулся в ответ на эту фразу и заговорщицки подмигнул Мионе. Да уж… «старших». — Простите, декан, — послушно склонила голову Миона. — А можно… я спать пойду? — Вам бы в Медицинское Крыло… — Идите, мисс Грейнджер, — кивнул директор. — Отдыхайте. — Альбус! — Если почувствуете недомогание, обязательно зайдите к Поппи, — добавил директор. — Минерва, у нас сейчас будут другие задачи. Будь добра, сходи к другим деканам. Собери их у меня в кабинете. МакГонагалл поджала губы, но всё же не стала спорить. Почти: — Сначала я провожу свою ученицу до кровати. Всё остальное — потом. — Конечно, Минерва. Как скажешь. *** — Попробуйте хотя бы до завтра никуда не влипать! — в сердцах попросила МакГонагалл, прикрывая дверь за своей самой проблемной студенткой. — Пожалуйста! — Да будто мне это всё нравится, — услышала женщина бубнёж. — Доброй ночи. — Спокойной ночи, мисс Грейнджер. Спокойной, а не доброй! Грейнджер хмыкнула, но ничего на это не ответила. Да и что бы она сказала? Что «доброе» «спокойным» не бывает? Так Минерва это уже поняла! Миона Грейнджер была, так-то, замечательным ребёнком. Хорошее воспитание, общая доброта, стремление к знаниям, взрослое поведение — всё это и ещё многое другое делали Миону, пожалуй, самым умным ребёнком на своём потоке. Договороспособность и признание учительского авторитета, — хотя бы в том, что касалось собственно обучения, — только прибавляли девочке привлекательности в женских глазах. Но, как обычно, в мази не без мухи. А в Мионе Грейнджер этих «мух» было едва ли не столько же, сколько добродетелей. Строя ожидания насчёт нового учебного года, Минерва МакГонагалл никак не могла подумать, что у неё на курсе появится зло большее, чем печально известные всему преподавательскому составу близнецы Уизли. А близнецов, на минуточку, было двое! Тогда как Миона Грейнджер — одна! Одна на весь курс! Уникальная, если можно так сказать! Ох, что бы так и оставалось… сердце Минервы не выдержало бы, будь Мион две; нет-нет-нет, учитывая наличие ещё и близнецов Уизли, это уже больше было похоже на какой-то кошмар, навеянный боггартом. Не надо ей такого. Так вот. Несмотря на все свои прекрасные качества, Миона Грейнджер оказалась той, кого учителя в Хогвартсе называли «путешественниками». Той, кто буквально из ничего мог создать себе целое путешествие, — отчего и пошло прозвище, — полное опасностей, неожиданностей и странных, необъяснимых событий. Ну вот кому вообще может прийти в голову, к примеру, искупаться в Чёрном Озере? Да там же кальмар живёт — как минимум! А что насчёт гриндилоу и русалок? Хищных рыб? Водорослей, которые могут оплести тебя и утянуть на дно? Да хорошо, ребёнок из обычной семьи, — хотя к Мионе это не относится! — может попросту не знать обо всех этих опасностях. Но кто вообще в своём уме будет плавать в ледяной воде в шотландский октябрь?! Это в целом было чем-то невообразимым для Минервы. Тем более когда разговор шёл о девочке, привыкшей к более тёплой погоде Новой Зеландии! Ох, но, кто бы что ни говорил — хорошо всё-таки, что Миона не пыталась привнести в школьную жизнь аборигенские привычки своей пра-родины. Читала МакГонагалл, чем там маги среди туземцев пользовались до сих пор… ужас да жуть. Школе было достаточно и других учеников, у которых никак не получалось приспособиться к жизни в Англии и правилам колдовства в Туманном Альбионе. Да уж… хорошо, что… С другой стороны, Миона и без всяких новозеландских способов колдовства умудрилась поставить школу с ног на голову. Не особенно при этом и стараясь, между прочим! — Всё хорошо? — спросил Альбус, когда Минерва вернулась в деканский кабинет. — Удивительно, но по пути нам не встретилось ни троллей, ни оборотней, ни дементоров, — суховато ответила МакГонагалл, закрывая дверь за собой. — Альбус. Я всё могу понять, но… ты что, нашёл себе любимицу среди учеников? Дамблдор басовито хохотнул, вставая из кресла. В который раз Минерва удивилась, насколько он был высок; хотя за годы, проведённые рядом, можно было уже и привыкнуть… и к привычке носить колпаки, делавшие Дамблдора ещё выше — тоже. — Зачем ты хочешь собрать деканов? — Ну, Минни, ответ же на поверхности, — Альбус со вздохом поправил очки и посмотрел на свою заместительницу поверх бликующих стёклышек, — пора бы напомнить призракам, что в мире живых им не всегда рады. Минерва поджала губы. Да уж… стоило бы. Конечно, призраки в последнее время не особенно проявляли себя: всего два случая с начала учебного года. Но… оба этих раза были связаны с Гермионой Грейнджер, и деканская интуиция подсказывала Минерве, что ничего хорошего от этого союза ждать не стоит. К тому же, в первый раз пострадал мистер Малфой… у которого очень, просто до неприличия нервная мать. Да и отец такой же, пускай и владеет собой не в пример лучше. Их-то понять можно: единственный наследник… В общем, стоило бы заняться призраками, Альбус был прав. — И что ты предлагаешь? — спросила женщина, подходя к камину. — Зачем деканы? — Попробуем кое-что новенькое, — таинственно блеснул очками директор. — Прошу, Минни. Дамы вперёд. Короткая изумрудная вспышка перемещения, и МакГонагалл оказалась в кабинете Дамблдора. Сам директор задержался, очевидно обходя остальных деканов… и зачем Альбусу были нужны они все, спрашивается? Что он такого узнал, что могут потребоваться четыре главы школьных домов? — Итак, раз уж все в сборе, — довольно протянул Дамблдор, когда все деканы оказались в его кабинете, — то у меня для вас две новости. — Хорошая и плохая? — любопытно подняла брови Помона. — Побойтесь Мерлина, мадам, — закатил на это глаза как обычно всем недовольный Снейп. — Это же мистер Дамблдор. Плохая и плохая, директор? Альбус покачал головой, однако Северусу уже было не четырнадцать лет, чтобы реагировать на подобные порицания. Так что зельевар разве что руки на груди скрестил, да подбородок поднял, показывая, что мнение о директоре у мужчины самое… Не самое, в общем. — Хорошая и плохая, — Альбус улыбнулся Спраут. — Плохая состоит в том, что спать мы сегодня не будем. Снейп, ничуть не удивлённый «отличной» новостью, всплеснул руками. — О, прекрасно. У меня же нет завтра уроков! — Но вот хорошая, — продолжил директор, напрочь игнорируя желчного слизеринца, — в том, что мы сможем… укротить хогвартских привидений. Деканы замерли. Даже коротышка-Флитвик, известный в учительских кругах за равнодушие и попустительство, когда дело касалось его подопечных, недоверчиво прищурился: призраки умудрились задеть и его полугоблинское эго. А это, между прочим, довольно тяжело. Проблема хогвартских привидений не была нова. Минерва, к примеру, столкнулась с ней ещё во времена собственного обучения. Конечно, тогда призраки не были столь… разбалованы, а потому позволяли себе значительно меньше. Но вот призрачная охота на «вкусных» учеников уже тогда процветала. Минерва была уверена, — напрямую этого, естественно, никто не говорил, да и записей никаких не осталось, — что одна из её однокурсниц, Сэмюэль Джейн, пропала именно из-за призраков. Пятикурсница просто шла на урок Травологии по общеизвестному ходу — совсем как Миона Грейнджер сегодня. И пропала — опять же, совсем как Миона Грейнджер. У Сэмюэль Джейн не было навыков ориентирования и хорошо относящегося к ней Кровавого Барона, так что девушка… вполне могла попросту не выйти из чащи Запретного Леса. — Каким образом, Альбус? — тихо спросила Помона, теребя в руках платочек с милой розовой вышивкой. — Я, конечно, не сомневаюсь в твоих словах, но… — Мы не первый раз пытаемся придумать что-то против призраков, — перебил женщину Снейп, остро взглянув на директора. — С чего ты решил, что в этот раз всё получится? Флитвик откашлялся. — Смею напомнить, коллеги, что в прошлый раз у нас не только ничего не вышло, но и… ситуация знатно ухудшилась. А сейчас, к тому же, тёмное время. Завтра начинается Самайн. Минерва кивнула. Она верила в Альбуса и его идеи, только… разве это разумно — бороться с призраками в период, когда мертвецы практически на пике своей силы? Хуже было бы, наверное, только напасть на них под Йоль, в разгар выхода тёмной стороны. — В этот раз всё несколько иначе, — вздохнул директор, ничуть не обиженный недоверием коллег. — Смотрите. Взмах палочкой, и с рабочего стола Дамблдора в руки деканов медленно спланировали листы. Кабинет погрузился в молчание: преподаватели читали, а любопытные портреты пытались заглянуть через плечи живых, чтобы узнать, что там задумал нынешний директор. — Это выглядит… странно, — сказал в итоге Снейп, всегда отличавшийся высокой скоростью чтения. — Оно сработает? — Флитвик поднял глаза от листа. — Откуда вообще эта информация? Минерва потёрла подбородок. В листе, который достался ей, был описан ритуал: до того простой, что в его эффективность попросту не верилось. Это как… как… как использовать на каком-то предмете сложнейшую схему для Трансфигурации материи, а в итоге оказывается, что для того же эффекта было достаточно нажать какую-нибудь кнопку. Всё, что делали деканы раньше, было той самой громоздкой, сложной для запоминания схемой. То, что Минерва держала сейчас в руках, могло стать прорывом. «Кнопкой». «Нажала» такую — и призраки в узде… пускай и всего на пару-другую месяцев. Но ведь никто не мешает вовремя заново «нажимать кнопку», правильно? — Присоединяюсь к вопросам коллег, Альбус. Откуда информация? Директор довольно улыбнулся и сложил руки на животе. Вид у Альбуса, в этой его ужасной коричневой мантии с белыми облачками барашков, был самым что ни на есть умиротворённым. С такого лица надо было писать портреты Святых после разговора с Богом — вот что сказал бы отец Минервы. «Не к добру такая улыбка», — вот что сказала бы сама Минерва. Дождавшись, пока Помона закончит чтение, Дамблдор довольно потёр руки и сказал: — Всё оказалось намного проще и ближе, чем мы думали. Буквально под носом! И мы всё это не видели просто потому, что пески времени… — Альбус, — прервал речь директора Снейп, — нам вся ночь потребуется на этот ритуал. Буквально вся. Так что можно как-нибудь покороче? — Ох, Северус, нет в тебе внутреннего огня… — Я слизеринец. У меня внутренняя вода — как раз выпил стакан перед тем, как спать ложиться. Дамблдор недовольно вздохнул, но быстро вернул довольную усмешку. Мальчишескую такую, проказливую… совсем как у близнецов Уизли. Иногда МакГонагалл задавалась вопросом, не был ли Альбус в родстве с родителями мальчишек. Это бы многое объясняло, в самом деле… «Точно не к добру, — подумала Минерва, снова смотря на бумаги, — может, там что-то, чего мы не понимаем? К примеру, Альбус просто хочет, чтобы около Хогвартса неделю шёл конфетный дождь…» Да, иногда веры в него у Минервы не было. С другой стороны… — Если этот ритуал сработает, — медленно сказала она, — то мы сможем буквально взять призраков под контроль. Никаких нападений на учеников. Никаких «пиршеств». Никаких вальсов сквозь первокурсников. Никаких эманаций смерти. — Смею напомнить, — опять встрял Флитвик, — что также не будет никакой Истории Магии. Её, так-то, призрак ведёт. МакГонагалл сжала кулаки. — Да всё равно, — сказала она, неприязненно посмотрев на коллегу. — Однако это мелочи. Если понадобится, я возьму Историю себе как факультатив. Или будем её вести по очереди. Зато больше ни один ученик не пострадает. Больше — никаких Сэмюэль Джейн. — Минни, не волнуйся раньше времени, — хохотнул директор. — Историю я планировал взять на себя. Что же касательно источника этого ритуала… Он широко улыбнулся, и Минерва снова подумала о конфетном дожде и лакричном граде. — Вы не поверите, но… этот ритуал был записан в хогвартском договоре на обучение. В старой версии. Как хорошо, что у меня появилась возможность его перевести, верно?