37. Правила Разлома (2).

Директор пришёл несколько раньше условленного срока, однако позже, чем Миона его ожидала. Как бы там ни было, ученики в гостиной уже не зависали. Учитывая, что обычно школяры, — из тех, что постарше, — высиживали перед камином чуть ли не до рассвета, видеть пустое помещение оказалось странно. — О, тут довольно миленько, — сказала Луна, заглядывая Мионе за плечо и рассматривая гостиную. — Альби, ты под здешний интерьер совсем не подходишь. Летящей походкой она обогнула Миону, после чего обошла всю гостиную по периметру как кошка, знакомящаяся с новым домом. Судя по тому, как Луна то и дело морщила нос, интерьер ей не нравился. Значит, её «миленько» не говорило о симпатии? Директор спокойно наблюдал за этим исследованием, встав с дивана и заложив руки за спину. Миона впервые видела у мужчины такой взгляд: ласковый, нежный, какой-то излишне проникновенный и проникающий до глубин души, будто ты засунул руки под едва тёплую воду, только вернувшись с морозной улицы. Без слов становилось ясно, что Луна была дорога Альбусу Дамблдору. Возможно, даже слишком. — О! — вдруг остановила свои похождения Луна. — Альби, у нас важное обновление. — Какое? Она подошла к директору и, ни секунды не сомневаясь, отдала ему свой меч. — Мы идём в лес и мы с тобой не знаем Миону, так что для безопасности у каждого должен быть нож. Брови Дамблдора поднялись высоко-высоко. — Если ты отдашь директору свой меч, то у тебя «ножа» уже не будет, — заметила Миона, уже совсем не удивлённая. — Я продуманная! — мотнула головой Луна. — У меня всё есть! В следующую секунду она вытащила из левого рукава маленький столовый ножик. Серебряный, опять же. — Теперь у каждого из нас есть нож! Мы можем идти в лес? Нам нужно просмотреть несколько мест, так что времени не слишком много. Миона вздохнула, и, ничего не комментируя, — а также избегая вопроса в льдистых директорских глазах, — поспешила в комнату, чтобы взять верхнюю одежду. На улице было по-зимнему морозно; или, возможно, это чувство рождалось исключительно из-за близости Луны, щедро распространяющей свою морозную энергию во все стороны. Против этого холода не спасала даже погодная магия. Только и оставалась надежда, что на тёплую одежду и поддетое термобельё. В любом случае, что бы ни наводило такой холод, Миона была максимально утеплена и довольна. И даже жёсткие порывы ветра, сильно толкающие девочку в спину, были нипочём: внутри Мионы плескалась целая чашка горячего чая, поданная услужливой Мисти. — Я следила за единорогами и нашла несколько мест, которые, возможно, могут стать проходом в мягкий лес, — рассказывала Луна, пока их небольшая группка двигалась в сторону чёрных, покачивающихся на ветру деревьев. — Они все расположены в отдалении друг от друга, но я поведу вас по своим тропам, так что всё будет нормально. За ночь точно исправимся. — Рядом с тобой временная аномалия, — проворчала Миона. — С ней и за неделю можем не сдюжить. Директор, услышав недовольный тон девочки, тихо рассмеялся. — Всё в порядке, мисс Грейнджер. Ари… то есть, это уже знакомая мне проблема у мисс Луны. Я подготовил несколько презабавнейших вещиц, чтобы никакие аномалии не вмешивались в наши исследования и поиски. Действительно, на руках Луны виднелись тонкие золотые браслеты, странно смотрящиеся на фоне белой кожи и общего «серебряного» облика. И энергия, исходящая от этих украшений, была довольно странной. Миона бы сказала, что Луне она не подходила так же, как и внешнее золото браслетов. Впрочем, кажется, артефакты действительно гасили временные аномалии; по крайней мере, Миона не чувствовала никаких искажений рядом с существом Разлома. Это было хорошо: не хватало ещё потом из-за очередной своей пропажи оправдываться перед деканом МакГонагалл. «Простите, профессор, я потерялась во времени! Что? Отработки? Нет-нет, профессор, пожалуйста, я и так уже потеряла слишком много минут своей жизни буквально ни на что!!!» — О. — Что-то не так, мисс Грейнджер? — Если что, сразу используй нож! — Да я не об этом, — пробормотала девочка, потерев немного подмёрзший нос. — Просто подумала, что нам очень повезло не встретиться с деканом в гостиной. — Везение тут ни при чём, — сказал директор, проходя вперёд с заведёнными руками за спину. Лимонно-жёлтая мантия как обычно казалась ярким пятном на фоне скучной обыденности. — Она наверняка спит. — Спит? — Я просто договорился с Минни на ночное дежурство. — И ушли из замка?.. — А кто узнает, ушёл я или нет? — с улыбкой обернулся через плечо директор. — Луна, куда дальше? Луна хорошо ориентировалась в магическом лесу, да настолько, что Миона предположила, будто в голове у блондинки имеется целая карта местности. В любом случае, так оно было или нет, до первого места, — широкой полянки с кучей мелких мерцающих голубых цветов, — они дошли за каких-то пару минут. — Мда, — выдохнул директор, рассматривая растущие под лунным светом цветочки. — Сюда бы Северуса… — Профессор Снейп сам собирает ингредиенты? Директор насмешливо фыркнул в бороду. — Северус-то?.. нет, естественно нет. Он из тех людей, которые без острой нужды не высунет носа из помещения, истинный домосед. Вывести его в лес могут только две вещи: моё упорство и обещание больших денег. — И какой из вариантов привёл бы его сюда? — Конечно же второй. За настойку из лепестков этих цветов дамы в возрасте готовы платить большие деньги. Миона окинула равнодушным взглядом поляну. Растения были девочке не знакомы, и даже новость об их исключительной ценности для «дам в возрасте» не прибавляла голубым лепесточкам привлекательности. Да, цветы были красивыми. Настолько, что Луна уже практически закончила плести из них венок. Но на этом — всё. — Я не чувствую здесь перехода, — сказала Миона спустя пару минут. — Ты по единорогам ориентировалась? Луна активно закивала, и голубой венок рассыпался на её волосах яркими цветочными каплями. — Их здесь очень-очень много ходит, честно! — Наверное, цветы подъедают. Пошли на следующее место. Неудачи продолжали преследовать небольшой отряд и на следующем месте, и на месте после него, и потом, и снова. Переходы между потенциальными точками не занимали много времени, однако Миона всё равно начинала потихоньку раздражаться: во-первых, у неё всё-таки был детский организм, который довольно чутко реагировал на нехватку сна; во-вторых, из-за фонящей энергией Луны Миона всё больше замерзала; в-третьих, Миона была одета в скучный пуховик и тёмные тёплые штаны, тогда как директорв щеголял в потрясающей лимонной мантии, на изломах красиво переливающейся платиной. Нет в мире справедливости! — Ну я даже не знаю, — расстроилась Луна, когда их компания в очередной раз пришла на «пустое» место. — Осталась ещё парочка. Но здесь было днём много единорогов, которые быстро исчезли, правда! Миона в искренности существа не сомневалась. А вот внимательность Луны вызывала вопросы: блондинка легко отвлекалась буквально на что угодно, концентрации в её голове было ноль. Так что, возможно, «внезапно исчезнувшие» единороги на самом деле просто тихонько ушли с места, которое до этого облюбовали; Луне же это «исчезновение» могло показаться резким и неожиданным. — Давай пройдём по остальным локациям, — вздохнула Миона. — И не нервничай так. Я не особо рассчитывала на успех сегодня. — Почему это? — Потому, что мне в общем не везёт с поисками Светлолесья. Как отваживает что-то… — А ты всё равно идёшь и идёшь? — Тут как в присказке: как же не идти к ждущим меня неприятностям, если они меня ждут? Директор Дамблдор усмехнулся в бороду и, подняв волшебную палочку высоко над головой, принялся выпускать с её кончика мыльные пузыри разного размера. За переливающейся плёнкой мягко сверкали звёздочки, словно пойманные с ночного неба; на полянке, где стояли маги и существо, стало совсем светло, хоть рисуй здесь. — А совсем не идти нет вариантов? — спросила Луна. Миона задумалась. В принципе, Светлолесье было нужно ей всего по двум причинам: чтобы избавиться от аиту внутри и чтобы провести безопасный ритуал для Лаванды. Ну, может ещё для Хогвартса что-нибудь полезное сделать, потому что мягкая магия Светлолесья при правильном её использовании точно не навредит замку, в каком бы состоянии он ни был. — Ну… — Если тебе что-то нужно, — продолжила Луна, — то наверняка есть другой способ получить это, да? — Хм, — Миона осмотрела существо с ног до головы. — А знаешь, вообще-то, да. Есть. Учитывая, что Луна была существом Разлома, она точно умела работать с душами. На самом деле, любые разломные твари это умели — прежде всего из-за того, что они питались духовной энергией так же, как Миона сосисками. В стародавние времена, когда земли, сейчас принадлежавшие замку, ещё не были изведаны, пришедшие семьи-основатели знатно так пострадали из-за духовной диеты разломных тварей. Вроде бы даже пара Хаффлпаффов умерло… они пошли изучать лес и наткнулись на противников, к которым не были готовы. Следом за Хаффлпаффами пострадали Равенкло, искавшие «что-то полезное» в лесу. Ну а затем уже в дело вступили Гриффиндоры, славящиеся своими боевыми способностями и умением из любой драки выйти победителем, и разломным тварям стало грустно. Помнится, Мионе тогда пришлось знатно потрудиться, чтобы лечить духовные раны: наращивать откушенное, сшивать разорванное, приводить в порядок вывернутое. Повезло, что опыт у неё благодаря прежней жизни был богатым: на острове колибри всякое происходило в веках. Итак. Поскольку Луна была одной из разломных тварей, то она, соответственно, легко могла работать с душами. А значит, — гипотетически! — её умений должно было хватить, чтобы нежно выдернуть гнилой осколок аиту из Мионы. И тогда тот прекратит отравлять Океан её души. — Не-а, не буду, — замотала головой Луна, когда Миона спросила, может ли она это сделать. — «Не могу» или «не буду»? — «Могу», но «не буду», — поправилась блондинка. — Почему? — Если я это сделаю, то он ведь умрёт. А я уже говорила, что не люблю насилие. …умрёт, значит. Что ж. Миона, признаться, была бы не против такого исхода. Скорее всего, после прошлых манипуляций и присутствия Уиро, без тела аиту был подобен моллюску, не просто лишившемуся раковины, но и попавшему в неблагоприятные условия. С другой стороны, а что этот осколок ожидал? Душа не просто так цельная; её оболочка защищает нежное, стремящееся к развитию нутро, и нарушать эту целостность разрывами — всё равно что подписать собственный смертный приговор. В конце концов, чего этот убогий хотел-то? Бессмертия? Захватить чужое тело?.. ну так это не так делается. Даже если не брать в расчёт способ, которым Миона «выживала» изначальную душу из выбранного будущего вместилища, существовали ещё сотни других методов для того же результата. У тех же арабов перемещение души из тела в тело было чем-то нормальным… по крайней мере, четыреста лет назад были. Как сейчас — без понятия. Короче, лопухнулся аиту. Причём знатно. Настолько тупо и нелепо, что Мионе его даже жаль становилось. — Ну вот поэтому мне и нужно Светлолесье, — вздохнула Миона, отворачиваясь от Луны, разглядывавшей её светло-серыми, будто прозрачными радужками. — Раз ты мне не собираешься помогать. — Я не буду. Но вокруг тебя есть и другие, кто может помочь. Почему не обратишься к ним? Миона отмахнулась. Кто? Одиннадцатилетки, с которыми она комнату делит? Или взрослые маги, выросшии в мысли, что работа с духовным — это чуть ли не грех? Да не смешно даже. К тому же, Миона всё-таки привыкла разбираться с проблемами самостоятельно. То, что она была сейчас в компании директора и существа Разлома — уже большой прогресс. Видимо, в этой жизни Миона не будет сторониться общества. Столько адекватных существ и людей рядом, просто загляденье. Даже жить приятно. Следующие места тоже оказались пустышками. Напоследок Луна оставила прогулку по берегу Чёрного Озера: не единожды блондинка видела, как единороги, пришедшие на водопой, бесследно исчезали в мгновение ока. — Ну потому что если проход не там, то я не знаю где, — ныла Луна, оправдываясь почему-то перед Дамблдором, а не перед Мионой, которой и требовался проход в Светлолесье. — Честное слово, я не вру! Я, вообще-то, никогда не вру! Ложь портит воздух, знаете ли. — И жизнь тоже, — понятливо кивал на эту тираду Дамблдор, выглядящий как человек, который просто наслаждался поздней прогулкой в приятной компании. — Не переживай, Луна, никто не думает, что ты врёшь. Миона согласно вздохнула. Луна почему-то продолжала беспокоиться, что о ней подумают как-то плохо, хотя, говоря откровенно, после раздачи ножей её моральный облик и так упал ниже всяких границ. Наверное, просто Луна не понимала, что ухудшать-то уже и нечего. — Давайте после проверки этого места пойдём в замок, — предложила девочка. — У меня от холода скоро нос отвалится. Да и времени много прошло. Мысли о тёплой кровати волновали душу Мионы куда больше, чем аиту и все беспокойства мира разом. Вот когда понимаешь прелесть мелочей вроде чашки горячего чая или тяжести одеяла: после того, как жизнь помещает тебя в максимально некомфортную ситуацию! — Нам туда, — Луна ещё и своим серебряным столовым ножичком указала в сторону Чёрного озера, чья гладь зеркально отражала хмурость осеннего ночного неба без единой звезды на нём. — Вон там единороги пропадали. Естественно, по великому закону подлости, идти было нужно в самую дальнюю точку озёрного берега. Луна убежала далеко вперёд, сопровождаемая светящимися мыльными пузырями. Благодаря магии директора Дамблдора она выглядела по-особенному впечатляюще, невероятно; взять бы её сияние и волшебство, которое Луна испускала буквально кожей и каждым своим движением, и зафиксировать для какой-нибудь детской книжки. Так и не скажешь, что эта хрупкая, волшебная фея должна питаться душами неудачников, случайно забредших в лес. — Сюда! Сюда! В своём энтузиазме Луна принялась прыгать на берегу, активно указывая, куда именно Мионе и Альбусу нужно подойти. Во время очередного не слишком осторожного движения блондинка запнулась обо что-то и, неловко взмахнув руками, шлёпнулась прямо в ледяную озёрную воду. В следующую секунду из чёрной глади высунулось множество белых уродливых рук. Они схватили Луну и дёрнули на глубину, которой точно не могло быть так близко к берегу. Миона закатила глаза, видя это, и даже шаг не ускорила. Ну, Белая… сама себе проблемы ищет на пустом месте, тут по-другому и не скажешь. — Это… что было? — тревожно спросил директор. Миона скосила на него глаза и поёжилась. Когда Луна оказалась в отдалении, погодная магия Дамблдора снова заработала нормально, и Грейнджер начала потихоньку отогреваться. В бёдра возвращаться чувствительность. Ледяные, негнущиеся пальцы приходили в себя и наполнялись неприятным покалыванием. — Белая, — сказала Миона так, будто это всё объясняло. — Белая? — Существо, связанное со мной. Не переживайте, с Луной всё будет в порядке. Учитывая, что директор так-то был братом для бывшей «Ари», его беспокойство казалось Мионе даже трогательным. Правда, оно также было совершенно бессмысленным: схватка двух белых существ в любом случае закончилась бы неудачей для старой знакомой Мионы. Как ни посмотри, а Луна, всё-таки умеющая работать с душами, — и, как Миона не уставала себе напоминать, питающаяся ими, — имела весомое преимущество перед Белой, которая так-то духовной сущностью и являлась. Фактически, для Луны Белая была деликатесом, который буквально умолял: ну же, съешь меня! Другой вопрос, прислушается ли Луна к этому зову. И если да, то сможет ли она сожрать Белую за один раз: всё же островное существо давно жило и нарастило за время своего бытия много духовного «жирка». — Ну вот что я и говорила, — фыркнула Миона, когда над водой поднялась белая спина Луны; кофта оказалась разорвана, одного рукава и вовсе не хватало, а на появившейся голове стоял такой капитальный шухер, что Миона скорее бы посоветовала не мучиться и отрезать волосы сразу, чем пытаться их распутать. — Всё с вашей сестрой нормально. — Приятно видеть. — У меня теперь, кажется, есть орудие сдерживания против Белой, — довольно протянула Миона, с удовольствием закладывая руки за спину и выпрямляя спину. — Даже если мы не найдём сегодня вход в Светлолесье, определённо, день прожит не зря. — Сейчас ночь. — Вы придираетесь. — Возможно. К моменту, когда Миона с Дамблдором подошли к Луне, существо уже стояло на берегу и выжимало волосы. Воды с них текло столько, сколько ни одни нормальные пряди не впитают; казалось, что Луна этой водой из волос вполне могла наполнить второе Чёрное озеро. — Здесь вход, — сказала Луна самым недовольным тоном, который Миона только от неё слышала. — Точно говорю. — Что с настроением? — спросила Миона, разглядывая новое украшение Белой. — Я потеряла свою тыкалку! — предсказуемо возмутилась Луна, откидывая всё ещё мокрые волосы за плечи. — И всё из-за этой агрессивной невоспитанной… штуки! Ну, «штукой» Белую ещё никто не называл. Грейнджер подошла к воде и склонилась над ней, стараясь не мочить обувь. Из отражения на девочку выглянула скалящая иглоподобные клыки Белая. — Какой ужас, — участливо протянула Миона, крайне довольная увиденным. — Не расстраивайся, я тебе потом дам новый. В оружейной их много. Из шеи существа торчал столовый нож, который Луна не так давно держала в руках.