Часть 12 Цена безрассудства

Цена безрассудства

Люси уже несколько дней жила в замке Румпельштильцхена, постепенно привыкая к новой обстановке. Несмотря на его холодную отстранённость, здесь ей было удивительно спокойно. Возможно, потому, что в замке жила Белль — добрая и внимательная, она быстро стала для Люси чем-то вроде подруги. Утро началось, как обычно: тихий скрип половиц, приглушённый свет факелов и аромат травяного чая, который Белль заваривала каждое утро. Люси помогала ей по дому — то вытирала пыль с бесконечных полок, уставленных книгами, то раскладывала свитки. Работа отвлекала её от тревожных мыслей о будущем и странных уроках, которые давал ей Румпельштильцхен. — Спасибо за помощь — с улыбкой сказала Белль, протирая полку слева от Люси. — Мне несложно — ответила та, ставя на место очередную книгу. Но прежде чем она успела продолжить, за спиной раздался знакомый голос: — Надеюсь, твоя любовь к уборке не вытеснила из головы всё, что я объяснял тебе на последнем уроке? Люси вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Обернувшись, она встретилась с его пристальным взглядом. — Конечно, нет. Румпельштильцхен ухмыльнулся, будто не слишком верил в её слова. — Отлично. Тогда посмотрим, насколько хорошо ты всё запомнила. Он скользнул взглядом по Белль, и та, молча кивнув, покинула комнату. Румпельштильцхен стоял у стола, на котором лежало несколько предметов: перо, книга и металлический кубок. Он не торопился начинать, давая Люси время осмотреться, а затем спокойно произнёс: — Сегодня мы займёмся телекинезом. Люси удивлённо моргнула — Что думала, что мы будем изучать что-то более сложное? — усмехнулся он. — Нет, просто… — она замялась, но затем честно призналась — Я никогда не думала, что смогу поднимать вещи без рук. Даже не пыталась. — Тем лучше — он взял кубок и поставил его перед ней. — Значит, у тебя нет предвзятых ожиданий, которые пришлось бы ломать. Он сцепил пальцы в замок и отступил на шаг. — Подними его. Люси нахмурилась, глядя на кубок. Как именно она должна это сделать? — Как? — Ах, да, совсем забыл — в его голосе скользнуло ленивое веселье. — Ты ведь привыкла полагаться только на свои руки. Люси закатила глаза, но промолчала. — Магия — это не усилие — продолжил он. — Она должна быть естественной, как дыхание. Ты же не заставляешь себя дышать? Она покачала головой. — Вот и здесь так же. Не приказывай кубку подняться. Представь, что он уже не касается стола. Люси попыталась. Она ясно увидела в своём воображении, как кубок поднимается… но ничего не произошло. — Ты думаешь, но не чувствуешь — мягко поправил он. — Попробуй иначе. Закрой глаза. Она подчинилась. — Теперь представь, что кубок — часть тебя. Как рука или пальцы. Почувствуй его. Это было странно. Но она постаралась. Представила, как металл холодит её кожу, как она касается его, не касаясь… И вдруг услышала тихий скрежет. Люси резко открыла глаза. Кубок действительно приподнялся над столом — всего на пару сантиметров, но этого хватило, чтобы её сердце ухнуло вниз. Румпельштильцхен довольно усмехнулся. — Видишь? Не так уж и сложно. Но Люси едва его слышала. В следующий момент её сосредоточенность дрогнула, и кубок с глухим стуком упал обратно на стол. Она раздражённо сжала кулаки. Почти получилось! Ещё немного — и она бы смогла удержать его! — Почему он упал? — нахмурившись, спросила она. Румпельштильцхен медленно подошёл ближе, глядя на неё с лёгкой насмешкой. — Потому что ты засомневалась — просто ответил он. — Помни,что я тебе говорил, магия — это всегда баланс. Чем больше ты отдаёшь, тем больше получаешь. Люси глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Она не хотела разочаровать его или все же себя? — Попробуй ещё раз — велел он. Она кивнула и снова сосредоточилась. Кубок. Он — часть её. Должен двигаться так же легко, как её собственные руки. На этот раз она чувствовала его лучше. Ощущала его вес, текстуру металла, даже небольшой изгиб на ободке. Люси медленно подняла ладонь, словно тянула его за невидимую нить. Кубок снова приподнялся. На этот раз выше — примерно на ладонь над столом. — Хорошо — голос Румпельштильцхена был низким, почти мурлыкающим. — Теперь поверни его. Она попыталась. В голове мелькнул образ: кубок вращается в воздухе, как будто она держит его пальцами. Кубок слегка дёрнулся в сторону… но вдруг рванулся вверх и со звоном ударился о потолок. Люси ахнула затем замерла, когда кубок, описав дугу, рухнул прямо к ногам Румпельштильцхена. Но он не усмехнулся. Не бросил ехидной ремарки. Просто наклонился, поднял кубок и холодно, оценивающе взглянул на неё. — Сосредоточенность — произнёс он ровным голосом. — Ты теряешь контроль в самый важный момент. Люси сглотнула. — Я пыталась… — Не пытайся — перебил он. — Делай. Он снова поставил кубок на стол. — Ещё раз. Она кивнула. В этот раз — медленнее, осторожнее. Кубок плавно поднялся, завис в воздухе. — Хорошо — кивнул Румпельштильцхен. — Теперь поверни его. Люси глубже сосредоточилась. Медленно, на несколько градусов, потом ещё… — Не теряй концентрацию — напомнил он. Она задержала дыхание, удерживая кубок. — Достаточно. Она осторожно опустила его обратно. Румпельштильцхен изучающе кивнул. — Лучше. Но этого недостаточно. Завтра повторим. Вдруг раздался стук в дверь. — Позови горничную, пусть подаст ужин — бросил он, направляясь к двери. Дверь в замке скрипнула, впуская в тёплый полумрак фигуру, застывшую в напряжённой решимости. В тусклом свете факелов блеснул клинок — юноша сжимал меч с такой силой, будто одной только волей мог пробить непреодолимую преграду. — Ты похитил Люси — голос его дрожал, но не от страха. От ярости. Румпельштильцхен медленно перевёл взгляд с юноши на меч, затем неторопливо протянул руку и кончиками пальцев легонько коснулся лезвия. — Осторожнее — его голос скользил, как змеиный шёпот. — Таким можно и пораниться. Лёгкий щелчок пальцев — и вдруг звон металла сменился глухим стуком дерева. Юноша моргнул, растерянно глядя на тонкую, хрупкую палку в своей ладони. В следующую секунду он со злостью отбросил её в сторону. — Пусть я и безоружен, но я должен спасти Люси от тебя, монстр — твёрдо заявил он, сжимая кулаки. Румпельштильцхен склонил голову, разглядывая его с ленивым интересом, словно потешаясь над бесполезной храбростью. — Ах, какой героизм… — произнёс он с насмешливым восхищением. — Жаль, что такой недолговечный. Прежде чем Эндрю успел отреагировать, его зрение затуманилось, а тело охватила странная лёгкость. Всё вокруг разом разрослось, превратившись в гигантский, пугающий мир. Он с ужасом ощутил, как его руки и ноги исчезли, заменившись тонкими, неестественными конечностями. Румпельштильцхен усмехнулся, опуская взгляд. На холодном каменном полу, беспомощно перебирая крошечными лапками, шевелился таракан. — Теперь ты действительно безоружен — с удовлетворением заметил он. С ленивой небрежностью он пнул насекомое носком ботинка, отправляя его за порог. Тело юноши-насекомого беспомощно перевернулось на спину, а Румпельштильцхен, даже не удостоив его последним взглядом, захлопнул дверь, отрезая путь обратно.