18. Амиция де Рун

Подходя к главным воротам поместья, Артур и Амиция, не сговариваясь, одновременно отпустили руки. Демонстрировать свои эмоции на публике не был готов ни один из них. К тому же не мешало бы и самим разобраться в том, что они на самом деле чувствуют друг к другу и как назвать это чувство. Отвлечься на другие дела было лучшим выходом из этой ситуации. Впрочем, продолжать бросать красноречивые молчаливые взгляды друг на друга им никто не запрещал, чем они и пользовались. — Ну и куда вы пропали? — Люка в нетерпении бросился к ним, как только они открыли дверь лаборатории. — Мы... ну... ээээ... — Амиция пыталась в срочном порядке придумать новую версию того, чем они только что занимались с Артуром. — Я закончил! У меня получилось! Оно готово! — к счастью, Люку совершенно не волновал ответ на этот вопрос, он просто хотел как можно быстрее разделить с ними свой восторг. — Кристально чистое, как и говорится в книге! — Я знала! Я всегда знала, что ты сможешь! Люка! — Амиция бросилась обнимать Люку, не скрывая своего восторга. — Лаврентий бы гордился тобой! Я горжусь тобой! — и она еще крепче прижала его к себе. Единственный, кто не принимал участия в этом веселье, был Артур. Во-первых, готовое лекарство означало, что им пора в обратный путь. Он знал, что это рано или поздно случится, но после недавних событий надеялся, что удастся оттянуть этот момент как можно дольше. Во-вторых, ему совершенно не понравилось то, как Люка прижимался к Амиции, или она к нему, без разницы. Просто ему не нравилось за этим наблюдать. Единственное, что успокаивало его в этой ситуации, — возраст Люки. Умом он понимал, что не стоит воспринимать двенадцатилетнего парнишку за реального соперника. Впрочем, сердцу было наплевать на все эти нюансы, поэтому он поморщился в лице против своей воли. — Если выйдем прямо сейчас, то к ночи можем успеть вернуться обратно в замок, — обратился к ним Артур, с радостью отмечая, что эта парочка наконец-то перестала обниматься. — Дорогу мы уже хорошо знаем, времени должно занять меньше. Амиция и Люка оживленно переглянулись между собой. Судьба Гюго их очень волновала, что неудивительно, ведь они успели за время своего путешествия сильно сблизиться и узнать друг друга. В отличие от Артура, который видел мальчика лишь мельком в лагере англичан и пару раз в Шато. Вся троица принялась ускоренным образом собираться в обратный путь. Амиция настояла на том, чтобы Артур захватил с собой пару факелов, несмотря на то, что к замку они должны были добраться в сумерках. Артур попытался оспорить это решение, но, наткнувшись на суровый взгляд и плотно поджатые губы девушки, предпочел с ней не спорить. Это было даже забавно. Раньше он боялся только грозного вида Мели, а теперь еще и Амиции. На секунду в его голову закралась мысль о том, что его ожидает, если он сможет разозлить их одновременно... Подавив дрожь в теле, Артур принялся усердно мотать головой из стороны в сторону, прогоняя эту мысль. Возвращение домой прошло без приключений, как и планировалось. За исключением того, что теперь обратный путь был наполнен разговорами и шутками всех участников. А еще того, что Артур использовал любую возможность коснуться девушки: когда помогал перейти по поваленному бревну, залезть на какую-то возвышенность или, напротив, слезть с него. Амиция помощь принимала, не забывая при этом каждый раз краснеть до кончиков ушей и стеснительно отводить взгляд в сторону. К их счастью, Люка был не в том возрасте, чтобы увидеть что-то подозрительное в их поведении.

***

Родрик первым заметил их приближение, что неудивительно. Всё свое свободное время, когда не был занят колкой дров или другой помощью по хозяйству, он проводил на крыше сторожевой башни, высматривая возвращение этой троицы. За это время он неплохо поладил с Мели и даже с Гюго, который всё же пришел в себя. У мальчика теперь часто болела голова, порой он не мог встать с лежанки несколько часов кряду, но бывали и моменты облегчения. И тогда он вновь был похож на обычного пятилетнего ребенка, что старается познать мир вокруг себя: успеть всё потрогать и залезть в каждую щель. Что было непросто, так как за ним пристально следила Мели и отгоняла его от всех потенциально опасных мест. А таких в замке было большинство. Он с нетерпением окликнул Мели, та как раз должна была закончить с укладыванием Гюго спать, и уже вместе отправились встречать хозяйку этого места. Родрик был взволнован, он не видел Амицию пару дней и успел по ней соскучиться. А еще все они ожидали хороших новостей о лекарстве для Гюго. — Добро пожаловать домой, Ваше Высочество, Амиция де Рун! — Мели присела в импровизированном реверансе перед подругой. — Ваш замок был под надежной защитой, возвращаем его в том же состоянии, что и взяли. Почти! — она расхохоталась в голос. — Там Родрик расширил некоторые покои за счет снесения каменных перегородок. Стало даже удобнее! — она уже не могла остановиться смеяться, вспомнив, как парень нечаянно упал на и без того дряхлую стену и снес ее под своим весом. — Так я ж это... Ну... Нечаянно... — неуверенно начал оправдываться Родрик, недовольно глядя на Мели, которая первым же делом рассказала про этот неприятный инцидент. — Как ты ее назвала? — вклинился в разговор Артур с самым серьезным выражением на своем лице. Его что-то смутило в том обращении к Амиции, но он не мог взять в толк, что именно. — Ваше Величество? — недовольным голосом уточнила Амиция, которая всё также не любила, когда Мели обращалась к ней подобным образом. — Нет, потом... — помотав головой, Артур продолжил. — Как она тебя назвала после? — Амиция де Рун? — непонимающим голосом переспросила Мели. — Так это ее имя, дурень, если ты не знал. Приятно познакомиться! — ехидно добавила она. — Де Рун... Де Рун... Я где-то уже слышал это... Не могу только понять, где и когда, — продолжил вслух размышлять Артур. У него было мучительное ощущение, что правильный ответ крутится в голове, но каждый раз ускользает в последний момент. — Может, видел на фамильном гербе в поместье? — Амиция пыталась вспомнить еще самые очевидные места и варианты, где могла попасться на глаза ее фамилия. — Или в объявлениях о розыске, что Инквизиция распространяла по всему городу? Я видела пару таких листков у солдат, когда они гнались за нами. — Нет! Что-то другое... — Артур вновь крепко задумался, погрузившись полностью в себя. Мели и Амиция тревожно переглянулись между собой. — Вспомнил! — на миг его лицо осветила улыбка, которая тут же погасла, и он с тревогой посмотрел на Амицию. — После вашего побега из лагеря я попал в гости к тем дружелюбным ребятам, что обожают жечь еретиков. В общем, инквизиторы словили меня и посадили в клетку в своей темнице. Однажды я увидел, как стражники ведут одну пленницу — она выглядела ужасно, но точно была из знатных. Эти ублюдки требовали, чтобы она сказала им, где ее сын. И угрожали ей. Я слышал, как к ней обращались: мадам де Рун. — Мама жива!? — Амиция опешила от таких новостей. Ее мозг тут же заработал на пределе своих возможностей, переваривая полученную информацию и пытаясь понять, что с ней теперь делать. — Если она жива, — она обратилась к Мели, — ты же смогла вытащить Артура... — ее голос дрогнул от напряжения, и в нем послышались нотки мольбы. — Значит, ты и маму сможешь вытащить! — Поверь мне, это было непросто... — Мели очень не хотелось расстраивать подругу и отказывать ей в помощи, но то, что она смогла вытащить Артура из лап Инквизиции, было подобно чуду. А чудеса не любят повторяться. — Забудь об этом! — Артуру было неприятно говорить такие вещи прямо в лицо девушке, но другого выхода не было. У него перед глазами снова всплыли картины своего пребывания там и то, как он думал о скорейшей смерти. Амиции точно там не место. — До меня просто дела никому не было, а вот она... Она слишком важна для Великого инквизитора. Он ее... эммм... — он запнулся, пытаясь как-то подобрать свои слова, чтобы не расстраивать девушку еще больше. — Постоянно «допрашивал»... — Они ее «пытали»? — Амиция все же не купилась на его попытку смягчить смысл его слов. Ее голос вновь стал жестким и сосредоточенным. Все ее внутренние переживания и эмоции отошли на задний план, она вновь была той, кто борется за себя и своих близких. Любыми способами. — Гюго не должен об этом знать! — Даже о том, что она жива? — удивилась Мели. — Это бы придало ему сил! — А что я ему скажу, когда он захочет ее увидеть? — это было жестким решением, но единственно правильным. Она не может снова подвергать опасности жизнь брата и своих друзей. Амиция сжала кулаки от своего же бессилия. Она снова ничего не может с этим поделать. — Не говорите ему ничего, хорошо? — она с надеждой всмотрелась в глаза всех присутствующих, ища там поддержки и одобрения своего решения, в котором сама не была до конца уверена. Со стороны лестницы внезапно раздался крик Гюго. Мели растерянно переглянулась с Родриком: мальчик уже должен был спать, она лично его уложила. Встревоженная Амиция тут же сорвалась с места и побежала на звук упавшего тела. Гюго лежал на каменном полу и сотрясался от приступа. Черные прожилки на его лице были насыщенно черного цвета, и даже белки глаз почернели. Он корчился от боли, скребя своими маленькими пальчиками в воздухе, будто пытаясь выкарабкаться на поверхность из глубокой ямы. — Это следующий порог! — испуганным голосом заявил Люка. Он, как и все остальные, быстро побежали вслед за Амицией. — Лекарство! Нужно срочно его дать! Амиция принялась дрожащими руками открывать тугую пробку, молясь про себя, чтобы она не разбила колбу и не расплескала ее содержимое. — Держите его! — скомандовала она уже уверенным голосом. За нее никто не сделает эту работу, значит, нужно собраться! Не дожидаясь дальнейших указаний, Мели тут же присела рядом и положила голову мальчика на свои колени, удерживая ее двумя руками. Родрик и Артур схватили его по разные стороны за руки и ноги, также пытаясь удержать его тело на одном месте. Влив пару капель драгоценной жидкости в сотрясающееся судорогами тело Гюго, она остановилась, наблюдая за реакцией. Дрожь уменьшилась, взгляд стал не таким туманным и расфокусированным, в нем появилась даже небольшая искра осознанности. — Вот хороший мальчик, — приговаривала Амиция ласковым голосом. — Это лекарство! Люка справился! Ты поправишься! Всё будет хорошо! — и продолжила по капле вливать лекарство в рот Гюго. Его состояние улучшалось прямо на глазах. Дрожь окончательно пропала, черные прожилки, хоть и не пропали полностью, значительно посветлели, а глаза вновь были чистого голубого цвета. К нему даже вернулась речь. — Я теперь выздоровел? — в его голосе сквозила надежда. Он устал приносить своим близким одно беспокойство. — Эм... Ну... — Люка пытался подобрать подходящие слова. Гюго был еще слишком мал, чтобы понимать, что Macula нельзя заставить исчезнуть одним лишь лекарством. Лекарство может лишь облегчить прохождение порогов, естественных уровней развития этого проклятия, и не дать носителю умереть в попытке их преодолеть. Но это точно не то, что нужно говорить маленькому пятилетнему ребенку. — В любом случае, тебе скоро станет гораздо лучше. — Амиция, мы больше никогда не увидим мамочку? — Гюго посмотрел прямо в глаза сестры. — Ох... Гюго... — ее сердце разрывалось от этого пронзительного и полного доверия взгляда. Она не знала наверняка, мог ли он услышать их разговор на мосту, и не хотела рисковать еще больше. Возможно, увидев ее, впервые за это недолгое отсутствие, он вспомнил и о матери заодно. — Я же тебе говорила... Она... не вернется... — она старалась максимально аккуратно подбирать слова для маленького брата. — А там, где... Там, где она сейчас, ей не больно? — с надеждой в голосе продолжал спрашивать Гюго, всё так же не отводя взгляда от лица сестры. — Нет, конечно, нет... — Амиция и сама ненавидела себя за эту ложь. А что еще она могла сказать? Рассказать о том, что их мать пытали и к этому времени, возможно, она уже все равно мертва. А на небесах, куда и попадают все умершие, точно никто не страдает от боли. Она и сама хотела бы поверить в эту ложь и не мучиться мыслью, что ее мама в это время жива, а она не может ничего сделать для ее спасения. — А теперь давай спать. Завтра ты будешь чувствовать себя гораздо лучше, вот увидишь! — Амиция заставила себя улыбнуться, а голос звучать бодрым. Взяв его на свои руки, она крепко прижалась к нему и вместе с ним отправилась в центральный зал устраиваться на ночлег. Пора уже этому дню закончиться. Все остальные молча согласились с ней и последовали наверх, к ярко горящему камину. Завтрашний день точно будет еще лучше. В конце концов, они снова все вместе, с крышей над головой, и Гюго принял лекарство. Что может пойти не так? ********************************************************** Здесь, я заранее попрошу извинения, если завтра не смогу выпустить продолжение. Любимая работа шепчет мне на ушко "Я тебе что, какая-то шутка? Меня тоже нужно работать!". Но по возможности, постараюсь успеть :)