Серый кардинал.

Все эти ситуации, где ревность была понятна и оправдана, в общем и целом не повлияли на отношения супругов. Они даже не ссорились - Филипп активно глушил в себе любой ревностный порыв, все чаще и чаще прибегая к успокоительной дыхательной технике, которой его когда-то обучил Курцер. Чуть позже Алла и Филипп уехали семьей на Истру, прихватив с собой сынишку и двух помощниц. На Новый Год Киркоров преподнес жене эксклюзивный подарок - ноутбук, который тогда только-только вышел, абсолютная новинка Sony Vaio. От других компьютеров его отличал компактный - почти женский - дизайн, тончайший корпус и мощный процессор. Ноутбук не просто красивый - он сделан элегантно. При его компактных, почти формата А5, размерах нет ощущения "кирпичности". Алла нередко работала на ноутбуке, просматривая то, что ей присылали на одобрение: начиная от сценических нарядов Юдашкина и Зайцева, заканчивая текстами песен, которые с легкой руки Пугачевой могли бы стать хитами. Впрочем, долго побыть вместе супругам не удалось: даже на новогодних каникулах выступления Киркорова были востребованы и оплачивались по повышенному тарифу. Когда Филипп заявил, что хочет взять небольшую паузу и побыть с семьей, Алла настояла на том, чтобы он и в выходные праздничные дни не прерывал свою гастрольную деятельность, впрочем, она и сама ждала окончательной версии клипа, который был снят с Максимом Галкиным. После празднования Рождества, восьмого января, запланирована небольшая пресс-конференция, где Алла должна представить Галкина в новом амплуа - не как юмориста, которого все узнали на фестивале в Витебске с подачи Задорнова, а теперь и как начинающего певца. Арсений Шкурыгин, бледной тенью следовавший по пятам своего друга, оставался эдаким серым кардиналом всей этой ситуации, которую он же изначально и запланировал. И более - в его черновом режиссерском сценарии была еще одна сцена, которую надо реализовать, но как - Арсений пока размышлял, для полного пазла не хватало детали. Пресс-конференция, на которой присутствовали Алла и Филипп, Максим и Арсений более, чем удачна - вопросы все по сути, журналисты неплохо подготовились в этот раз, и Алла поймала себя на мысли, что ей даже отвечать в удовольствие, а потому привычные два часа растянулись на три с половиной. Когда уже уставшие - и звезды эстрады, и сами журналисты - разошлись, Максим чисто из искренних добрых побуждений подошел к Пугачевой, просто, чтобы поблагодарить: - Спасибо Вам, Алла Борисовна! Вы мне дали путевку в мир шоу-бизнеса. - улыбнулся комик, пожав Филиппу руку, а приме слегка улыбнувшись. - Да не за что, Макс. Не профукай свой билетик только, ладно? - улыбнулась ему в ответ Алла, зацепившись за мужа - Фил стоял рядом. Шкурыгин, который находился неподалеку от этой троицы и краем уха слышал все, что они говорили, активно размышлял над тем, что ему делать дальше: нужен скандал, а для него - повод, пока еще не все журналисты разошлись. Ему мало упоминания его имени в клипе в качестве сценариста, мало пресс-конференции - это все ошметки той популярности, на которую Шкурыгин рассчитывал изначально. И мысль, как привлечь к себе внимание Пугачевой, при этом оставшись в тени, пришла сама собой, когда Максим - опять же из самых добрых наилучших побуждений - пригласил Филиппа и Аллу в ресторанчик пообедать после пресс-конференции. Алла ничего не заподозрила в этом вполне открытом жесте благодарности, и супруги согласились. Вечером Шкурыгин специально отвлекал Филиппа своими байками и рассказами о том-о сем, прекрасно зная, что тактичный Киркоров не позволит себе его послать прямым текстом. Это элемент психологии в сочетании с наглостью: казалось, ничего такого, Арсений искренне интересовался у Филиппа о его прошлых проектах с просьбой дать совет на будущее, пока скучающая Алла танцевала с Максимом. Заметив, что жена буквально хохочет о чем-то с Максом, Фил, не вытерпев, забросил своего собеседника, который ехидно улыбнулся этой реакции, и подошел к жене: - Аллунь, разреши, - ничего такого, никакого скандала - воспитанный Галкин остановил танец и, поблагодарив за уделенное ему внимание кратким кивком головы, поспешил отойти в сторону, - Скучаешь, солнышко? - Фил, хоть и ревновал, старался не показывать и говорил привычным дружелюбным тоном с женой. Алла, почувствовав вкус игры, вкус этих дразнилок, которые случайно пробудили ревность в Филиппе, тоже улыбнулась, кружась с мужем в танце. - Да, ты там о чем-то с Арсением беседовал, а мне-то что одной сидеть скучать? - Да он меня достал уже, ей-Богу! - честно признался Фил, устав от своего назойливого приставучего собеседника, - То это расскажи, то там посоветуй! И зачем ему это все? - Если Вы уже закончили Вашу беседу, может, поедем домой? - Алла устало облокотилась на Филиппа, танцуя с ним медленный танец. Киркоров прикрыл глаза и чмокнул жену в макушку, а затем глубоко вздохнул. - Закончили? - хмыкнул он, - Да я сбежал просто-напросто! - ухмыльнулся Фил, прижимая к себе жену покрепче, - Конечно, поехали домой. Я тоже устал и по сыну соскучился. - на том и решили. Уже спустя пять минут супруги, никому ничего не сказав, просто ретировались из заведения в сторону Истры, где на тот момент жили. И, несмотря на то, что этот эпизод с рестораном не возымел первоначального эффекта - конфликта на почве ревности, как хотел Арсений - Шкурыгин знал, что Филиппу будет не очень приятно видеть, как Алла танцует с другим. Даже если этот другой пригласил на танец без какого-то подтекста и задней мысли. То, чего так отчаянно добивался Шкурыгин - некоего скандала - все-таки случилось на премьере клипа: когда все фотографировались, Арсений посоветовал по-дружески чмокнуть на глазах толпы журналистов Пугачеву в щечку, словно это какая-то шутка. Юморист, который не увидел в этом ничего такого, наклонился и едва коснулся женской щеки, на что Алла буквально опешила и даже отпрянула, но растерянно улыбнулась в один момент, и именно этот момент запечатлели, как назло, подкупленные Шкурыгиным журналисты. "Пока Киркоров гастролировал, чтобы прокормить и обеспечить семью, Алла чмокается с Галкиным!" - именно такой заголовок газеты с весьма красноречивым фото показали то ли други, то ли недруги Филиппу, едва он сошел со сцены после выступления. Алла, только увидев напечатанное, поняла, что у Фила, как у любого мужа в этой ситуации, который не присутствовал на церемонии и не видел воочию, что произошло, могли возникнуть вопросы, однако, решила действовать по ситуации. Галкин ей был симпатичен не более, чем любой другой из ее тусовки приближенных - будь то Зверев, Юдашкин или тот же Буйнов, конфликт с которым недавно разрешился. Макс считался просто другом, и Фил относился к нему соответствующе - хотя за близкого лично себе не считал, но уважал право жены общаться с тем, кто ей приятен. - Отлично! Отлично! - Шкурыгин довольно потирал ладони, уже в сотый раз перечитывая заголовок, - Макс, да ты почти звезда! Скоро мужем Пугачевой станешь! - Сень, ты с дуба рухнул? - выйдя из ванной комнаты, где недавно чистил зубы, недовольно посмотрел на товарища Макс, - Каким мужем? Мы просто песню одну спели! - Так давайте еще одну, че бы нет? Смотри, тебя газеты уже "новым фаворитом Пугачевой" называют! Во как! Далеко попрете, мессир! - Ты зачем мне посоветовал Аллу Борисовну в щеку поцеловать? - настаивал Макс, подойдя к другу, - Я ж не знал, что такой хай поднимется! А она как испугалась! Аж дернулась от меня! - Ой, да ладно тебе! Не хотел бы ты ее целовать, не стал бы! Признайся, нравится тебе она, да? - хихикнул над ним Шкурыгин. - Сеня, твою мать! Не провоцируй меня! Она клевая певица, не более! Мои вкусы и увлечения ты один и знаешь! - Знаю-знаю, - хихикнул Арсений, - Смотри, чтоб другие не узнали! - крикнул ему вслед Шкурыгин, когда Галкин вышел из комнаты, - А то плану моему пизда. А ты мне еще, Максюша, пригодишься на пути к Аллочке. - едва представив, какая популярность обрушится на него, Шкурыгин довольно улыбнулся и от предвкушения этого пьянящего ощущения, когда с ноги любые двери можно открывать, облизнул губы. Киркоров сидел в своем кабинете сам не свой. Он жадно курил одну сигарету за другой, уже в сотый раз подряд перечитывая заголовок и рассматривая фото улыбающейся Аллы, которую чмокнул Макс в щечку. Всего лишь мгновение, а как оно негативно отразилось даже на самочувствии Фила - и без того боли за грудиной беспокоили при нагрузке, а сейчас и вовсе при малейшем стрессе. Потушив бычок о газету, буквально вдавив его в писчую бумагу, Филипп глубоко вздохнул и, выйдя из кабинета, подошел к Алле, которая хозяйничала на кухне. "Чего же тебе не хватает, Аллочка? Я ведь все для тебя делаю..." (Филипп). - Аллунь, - Фил нежно обнял жену за талию и, убрав непослушную прядь, поцеловал ее оголенное плечико, - Аллочка, у нас все в порядке? - Пугачева, которая в этот момент лепила домашние котлеты, буквально замерла с куском фарша в руке - она предполагала, что у мужа могут возникнуть вопросы насчет той статьи в газете, но все же думала, что обойдется. - Да... - как-то неуверенно ответила прима, повернувшись к мужу лицом, - котлеты будешь? - А... что произошло на премьере клипа? - не унимался Киркоров, чем заставлял Пугачеву изрядно нервничать - женское сердце в предвкушении возможного скандала забилось чуть быстрее, - Я видел новости. И твое фото с Максом. Потому и спрашиваю... Может, у нас с тобой какие-то проблемы? - А, ну попутал мальчик берега! Я его осекла! - словно ничего страшного, резко ответила прима, желая поскорее закрыть тему, - Это просто журналисты один момент выбрали неудачный. - А для них - очень даже удачный, - продолжал Фил, отчего Алла буквально закатила глаза, - "новый фаворит Пугачевой" - раздраженно процитировал певец один из заголовков. - Филя, не начинай! Я же сказала - мы с Максом просто дружим, понимаешь? Нет ничего такого, что тебя, как моего мужчину и мужа, могло бы разозлить или напрячь! - но глаза Киркорова уже сверкали нездоровым блеском, в них читалась смесь отчаяния и злости, хотя внешне - даже в тоне голоса - эти чувства не проявлялись. Посмотрев на него, Алла так занервничала, что едва не выронила из рук только что вылепленную котлету, - Филь, - женщина, видя его состояние, нежным поцелуем прильнула к его губам, приподнявшись на цыпочки, но Киркоров не ответил, стоя столбом, - не ревнуй, я тебя очень прошу. Не надо. - Это поводов мне давать не надо, - все-таки не сдержался Филипп, едва ли не процедив эту фразу сквозь зубы, - тогда и ревности не будет. С хера ли он вообще посмел тебя - мою жену - трогать? Даже пальцем касаться никто не смеет! Или это ты ему позволила? Что ты молчишь? - вопросы сыпались один за другим, Фила буквально прорвало от переизбытка не просто ревности, а искреннего негодования, - Может, это я тебя мало... трогаю? Так ты скажи! Буду чаще! Не пять раз в неделю, а все семь! - Филя, успокойся! - Алла попыталась остановить его, отложив в сторону котлету, - Ну ты чего разошелся? - Главное, чтобы ширинка у Максима на брюках не разошлась! - рявкнул Фил. Сперва Алла захохотала - ей стало смешно и от самой ситуации, и от фразы, но потом в голове что-то щелкнуло, и она, положив руки на пояс, буквально словесно напала на мужа, сменив тон на грубый и недовольный: - А ты кто такой, чтобы меня обвинять в подобном, а? Кто ты такой? - Я кто такой? - ссоры все же не удалось избежать, новые обороты набирались с космической скоростью, - Я твой муж, блять! - не выдержав, Фил шлепнул ладонью по столешнице и случайно едва ли не отбил себе руку. - Четвертый по счету! - съязвила Алла, скрестив руки на груди, - Думаешь, ты можешь мне командовать? Я, что, перед тобой, словно школьница, должна отчитываться? Да пошел бы ты знаешь, куда? Не хочешь мне верить - это твое право! Но меня не смей обвинять в измене! - она, сильно разозлившись, буквально процедила сквозь зубы, а затем погрозила мужу перед носом свои пальцем, - Не смей, ты понял? - и сделала это так, что двухметровый мужчина буквально замялся, ему стало вдруг неловко, возникло откуда-то чувство вины. Не желая продолжать конфликт, Киркоров в который раз проглотил обиду и, когда Алла собиралась уйти из кухни, не дал ей это сделать, осторожно перехватив за руку: - Алл! - Уйди! - крикнула женщина, вырвав свою конечность, но Филипп прижал ее к себе за талию и, разгневанный до бордового оттенка лица, часто дыша, посмотрел ей в глаза. Долгая мучительная минута прошла прежде, чем Фил смог более-менее восстановить сбитое дыхание и вымолвить хоть что-то: - Прости меня... Прости, я завелся... - прошептал мужчина, зажмурившись на миг, - Аллунь... - он ласково обнял Пугачеву, но та осталась стоять неподвижно, просто позволяя ему себя обнять, - Меня достали гастроли, надоели эти вечные поездки! Мне надоело тебя ревновать. - А ты не ревнуй. - сухо ответила прима. - Как? Ты мне сама повод даешь. Скажешь, что это не так? Тебе нравится со мной играться? - Ничего мне не нравится, - буркнула прима, - меня бесит, когда меня обвиняют в том, что я не делала, понимаешь? - Понимаю... ну ладно, прости. Я правда... - Фил пытался подобрать правильные слова, помириться, но это плохо получалось, и тогда прима лишь снисходительно ухмыльнулась, - Аллочка, я очень люблю тебя. И боюсь потерять. - А ты не бойся! - вдруг оживленно воскликнула Пугачева, - А то потеряешь! Вообще, вспомни Булгакова - никогда и ничего не бойтесь, по крайней мере, это неразумно. Я вот, знаешь, очень боялась, что у тебя с сердечком проблемы, - в этот момент Фил нахмурился, ведь о своем самочувствии с тех самых пор, как Илюша в августе заболел, они не говорили, - В общем, я втихаря проконсультировалась с одним спецом, описала ему твою симптоматику. Скорее всего, у тебя какой-то комплекс симптоматики - вегетососудистая дистония - но это фигня, даже лечить не надо. - А что ж ты мне не сказала? - А зачем? Ты все равно бегаешь от врачей, как черт от ладана. Да и... если лечить не надо, то чего тебе мозг напрягать лишней инфой? - Киркоров, не понимая сути псевдо-диагноза, который был неверно поставлен на основе одного лишь словесного описания, не стал спорить и признаваться, что у него даже от простейшей физической нагрузки идут самые неприятные ощущения, и что даже последние концерты исполнять вживую едва-едва хватало сил. Эта тема с его самочувствием закрылась, жена больше не нервничает, и мужчину вполне это устраивало, - Ладно, - отрезала Алла, сменив тему, - забыли. Я, может, тоже не права, - кокетничала Пугачева, - Все-таки не предотвратила такие фото, я ж не знала, что он целоваться полезет! - хихикнула женщина, - Хотя... когда предупреждают, - она подняла свой хитрый взгляд на мужа, - как-то неинтересно, - улыбнулась так, что Филипп сразу понял подтекст. Он прильнул к ее губам нежным поцелуем, углубив его, сделав интимным и французским, что женское желание разыгралось не на шутку. Совершенно позабыв о том, что ее руки в муке, Алла сняла с Филиппа домашнюю футболку и, обняв, добавила свои сочные поцелуи, раздразнивая до предела мужчину. Прекрасно помня, что в любой момент мог зайти кто-то из родных: будь то Люся, Иза или маленький Илюша, интимное выражение любви произошло почти наспех, когда Фил лишь усадил жену на столешницу и, подкравшись под юбку рукой, нащупал полоску влажных трусиков и, отодвинув ее, вошел в разгоряченное лоно, чуть приспустив брюки и боксеры. Пугачева искусала все губы, пытаясь сдержать стоны удовольствия, грязными руками проводя по обнаженной спине Фила, будто поглаживая его. Филипп был крайне деликатен, осторожен, он заходил постепенно, наблюдая реакцию и, лишь когда Алла простонала ему прямо в уста при поцелуе, вошел до основания и возобновил пока нечастые толчки в ней. Правой рукой Алла нашла его ладонь и заставила сжать прямо через блузу. Пробравшись теплой конечностью под ее кофту, Киркоров нащупал пышный бюст, закованный в бюстгальтер и, расстегнув застежку спереди, не прекращая движения в ней, сжал грудь, отчего Алла простонала глубже, от такого неприкрытого кайфа зажмурив глаза. Видя, что все-таки звуки наслаждения, не вытерпев, срываются с ее губ, Фил прикрыл рот свободной рукой и, крепко обняв, вдруг задал быстрый - чрезмерно быстрый - почти дикий темп, помогая и ей, и себе достичь пика. - Алл! - позвала Люся откуда-то со второго этажа, - Тебе помочь на кухне? Илюшка кушать хочет! - Не-е-ет! - как можно тверже произнесла прима, и Фил помог ей, мгновенно остановившись, чтобы голос не дрожал, - Люсь, не надо! - она прокричала в ответ, не подозревая, что Людмила уже спустилась на первый этаж и уже буквально подходила. Изрядно испугавшись, Алла вцепилась в руки мужа, и он, словно прикрывая, обнял ее, что кроме его приспущенных брюк в итоге трудно что-то было разглядеть. - Етить твою мать... - шепотом произнесла Люся, когда все-таки зашла на порог кухни, - Ну... котлетки, как я вижу, жарятся... Как в анекдоте - и в духовку на двести градусов, - она, хоть и поняла все с первого кадра, закрыла двустворчатые двери кухни и, словно боясь, что их может застать кто-то еще, буквально стояла за дверью, чтобы не позволить никому войти. - Филь... - Алла притянула мужа к себе, совершенно наплевав на то, что Люся сейчас видела то в общих тонах, что видеть ей было вовсе необязательно, - Филя, не останавливайся! - потребовала прима, помогая ему бедрами. Киркоров снова переключился на процесс и за считанные минуты, все также заглушая ее стоны поцелуями, довел жену до трясущего оргазма, когда ее тело словно кратко передернуло от мощной волны, а протяжный долгий стон вылился за пределы кухни, что Людмила даже покраснела. Алла не слишком волновалась, что их могут застать за пикантным занятием, ведь знала наверняка, что Изольда пошла на вечернюю прогулку с Илюшей, а Люся... она в своей жизни видела столько, что перед ней уже и стыдно не было. Но Дороднова все-таки перестраховалась, оставшись стоять солдатиком за закрытыми дверьми. - Я очень люблю тебя... - прошептал Фил, целуя жену во взмокшую шею и поглаживая обнаженные ноги, - очень. До безумия... - И я тебя очень, Филь. - в этот момент Люся услышала знакомые голоса с первого этажа и поняла, что с прогулки вернулись Илья с няней. - П-с-с! - она тактично постучалась в дверь, окликая супругов, - Ребят, шухер! Ребят! - шепотом обратилась к Алле и Филиппу, понятия не имея о стадии интимного процесса - завершен он или нет. Двери распахнулись, и счастливая довольная Алла в сопровождении супруга вышла из комнаты. Глаза сияют, на лице широкая улыбка - не женщина, а загляденье. Киркоров смущенно улыбается, глядя на Люсю, прячет стыдливо глаза. - Люсенька, ты нас прости! - по-дружески обняла ее Алла, - Страсть... Ниче не поделаешь. Котлеты можешь долепить и пожарить, пожалуйста? - Да запросто. Таблетку снотворного только мне дай, очень тебя прошу. А то я сегодня просто так не засну - у меня очень богатая фантазия. - ухмыльнулась Дороднова. Вечером, позвонив друзьям-соседям, в гости пришел Роман Родин - надо все же наконец-то отдать снятые кадры, что он обещал! Киркорову не терпелось посмотреть отснятый материал и, прекрасно помня, что свой ноутбук он оставил на Истре, попросил у Аллы ее - тот, что подарил ей на Новый Год. - Филь... - замялась женщина, вспомнив одну важную деталь, - ты сейчас не злись, пожалуйста... - В смысле? - напрягся Киркоров, не понимая, почему супруга едва ли не побледнела, - Что такое? - он взял Аллу за руку и нежно сжал, утешая, - Аллунечка? Что случилось? Сломался, что ли? - Пугачева прекрасно понимала, как это будет звучать и что Фил подумает, но и скрывать правду не могла: - Ну... в общем... Я ноутбук Максу отдала. - повисла такая гробовая тишина, что все присутствующие, включая Изольду и Родина, почувствовали себя максимально неловко. Еще бы - собрались, чтобы глянуть семейный архив, замечательные кадры хроники на новейшем DVD-носителе, которые оцифровал Роман, перенеся с кассеты, а тут... Люся заметила, как в глазах Филиппа от такой обиды сверкнули капельки слез, веки покраснели, и он буквально сдерживался, чтобы не сказать ничего обидного. Пожалуй, впервые за много лет ему было так больно - что его подарком жена распорядилась, отдав другому, настолько легко. "А Арлекина ты ему еще не подарила, нет? Чтоб меня уж точно инфаркт хватанул!" (Филипп). - Алл, в смысле? - вмешалась Люся, видя, что Киркоров просто остолбенел от такой информации. - Ну... как сказать... Просто Максу нужен был ноутбук для работы, а у него не было. С собой не было. А я взяла. Мы подготовили проект новой песни, текстовка там... "Громоотводы" называется. А на ноутбуке можно запросто подобрать хотя бы примерную минусовку. У него не было, ну я ему и дала. - видя, что Фила едва ли не трясет от обиды, сразу поспешила добавить, - На время, Филь! Он отдаст! Просто сейчас нет! "Класс. Новая песня. Совместная. Алл, ты меня убить хочешь?" (Филипп). Филипп ничего не ответил. Еще одна минута прошла в молчании, лишь Изольда увела Илюшу в детскую, чтобы с ним позаниматься, когда поняла, что "кина" не будет. Роман Родин активно делал вид, что происходящее его не касается и все еще копался для вида в настройках камеры, хотя за друга переживал. Видно было реакцию Филиппа - да такую, что он даже выпустил руку жены. - Хорошо, я... - не желая на людях устраивать скандал, Киркоров только с Божьей помощью сдержался, чтобы что-то не разбить близстоящее, - Я понял, Аллочка... - как-то сипло произнес он от излишнего волнения, проморгавшись, чтобы никто не заметил слез дичайшей обиды. - Я могу ему прямо сейчас позвонить и он привезет! - настаивала прима, понимая, что Филу это неприятно, - Щас! - Да нет-нет, - остановил ее Киркоров, - раз надо для работы, то... Конечно. Я просто не знал, что ты ему ноутбук дала... И о песне тоже... - он говорил обрывками, стараясь, чтобы голос от обиды не дрожал, - вашей... не знал. Но если так, то... пожалуйста. - Филипп повернулся в сторону Люси и, сделав глубокий незаметный вдох, попытался сбавить накал эмоций и боли, - Я... пойду покурю... - Филипп вышел из комнаты, оставив в гостиной Люсю, Аллу и Романа. Позже, желая замять неловкую ситуацию, Людмила заварила чай и пригласила гостя к столу, надеясь, что Фил тоже придет. Но Киркоров просто сперва гулял под окнами собственного дома, а после сидел на лавочке, не желая заходить в квартиру. Его очень обидел поступок Аллы - не потому, что она дала ноутбук Максу, нет. В конце концов, это ее вещь, она распоряжается ею, как хочет. А что не сказала ни о песне, ни о чем, и что Фил узнал обо всем только в присутствии посторонних, хоть и считал Романа близким другом. Киркоров вернулся в квартиру поздно вечером, почти ночью - заглянул в детскую к сынишке. Тот не спал, ожидая, пока придет папа и изрядно за него волнуясь. - Папочка, - полуторагодовалый Илюша как будто все понимал и ласково обнял, отчего Киркоров так растаял, что ему стало даже больно от этой чистой детской ласки, и он прослезился, - Папа, мама очень любит тебя. - тихо сказал не по годам развитый мальчик, чувствуя, что именно эти слова нужны его отцу, как никогда, - Папа, не плачь, - попросил ребенок, каким-то образом понимая, что Фил еле сдерживается. - Сынок, - немного отстранившись, Филипп улыбнулся сквозь все-таки потекшие слезы по щекам, - маленький мой взрослый сынок... Счастье, что ты у меня есть, - и снова обнял ребенка, немного укачивая на своих руках. Уложив сынишку спать, Фил зашел в спальню - Алла не спала и что-то читала в своих заметках, вычеркивая карандашом. Она тихонько напевала мелодию, словно подстраивая под стихи музыку, но, заметив вошедшего мужа, отложила бумаги в сторону: - Я, может, в чем-то не права. - скрестив руки на груди, начала прима, - но и ты не прав. Какого хера ты свалил из дома и шлялся, черт знает, где, пока я Романа, в надежде, что ты придешь, поила чаем? У тебя совесть есть так со мной поступать? - Алла думала, что сейчас Фил непременно припомнит ей ее недоговоренность с песней, но Киркоров лишь тихо, раздеваясь до трусов, произнес: - Извини. - не сказав ни слова больше, лег в кровать и накрылся с головой одеялом. Алла, чувствуя толику вины, погасила свет в комнате и, пробравшись рукой под покрывало, положила теплую ладонь на его бедра. - Филь, не дуйся на меня, пожалуйста. Все не так, как ты думаешь, правда! Макс вернет ноут, я ему уже звонила. - Я не дуюсь, Алл. Я хочу спать, - тихим приглушенным тоном, так и не повернувшись лицом к жене, ответил Фил, - У меня завтра самолет в Краснодар в семь утра, я тебе говорил, но ты, наверное, забыла. Мне хочется выспаться, чтобы встать в четыре и в пять быть в аэропорту. - Хорошо... - растерянно произнесла Алла, - Доброй ночи... - Доброй. Несмотря на возраст старше тридцати, Филипп по-прежнему оставался в некоторой степени ребенком - столь же добрым и открытым, до боли ранимый, обидчивый, но отходчивый. Его больше всего ранила недосказанность жены в этой ситуации, которую, чтобы не было конфликта, он предпочел не развивать и не обсуждать, а в очередной раз проглотить. Рано утром Алла приготовила мужу завтрак и посидела с ним на кухне, пока он пил кофе. Быстро обувшись и надев пальто, Алла с Филиппом долго целовались, стоя на пороге квартиры, проглотив предыдущие обидные ситуации, просто оставив их в прошлом. Эта разлука давалась им тяжелее предыдущих, и почему - никто из них не знал. Фил всегда поддерживал любые стремления и увлечения своей жены: будь то новая линия обуви под ее брендом или провальные невкусные чипсы "АБ", которые никто не покупал - все спонсировал, лишь бы Алле было хорошо, а потому относительно спокойно перенес новость о новом дуэте с Галкиным. Правда, на пресс-конференции по его туру журналисты едва не вывели Фила из себя неудобными вопросами о недавней статье в газете, но Филипп мужественно стерпел и вполне деликатно отвечал на всякую бестактность, держа имидж и марку семьи. Масла в огонь, провоцируя ревность у Киркорова, подливал и Шкурыгин - он фактически использовал Макса для своих целей, сделав из него подсадную утку... Когда Филипп вернулся спустя неделю из гастролей, Шкурыгин обзвонил всех друзей примы, с которыми успел не только познакомиться за короткий срок, но и даже обзавестись полезными друзьями. Обычная вечеринка в любимом казино Аллы "Шангри-ла", проходила в VIP зале, куда были приглашены все самые близкие примы. Приехал Киркоров с цветами, вручил жене, они поцеловались. Алла искренне рада видеть любимого мужа и выразила свою радость широкой улыбкой. Предложили поиграть в покер, но Алла больше любила автоматы, а потому сразу заняла свободный. Филипп стоял подле нее, морально болея, поддерживая и попивая шампанское в бокале. В тот вечер, впрочем, пил не только Филипп, но и остальные, включая Максима. Достав из внутреннего кармана пиджака бумажку с каким-то порошком - скорее всего, заранее перемолотую таблетку - Шкурыгин добавил психоактивное вещество в бокал лучшего друга-комика, который за вечер сумел обыграть Арсения на крупную сумму и сейчас обыгрывал остальных за столом. Нет, к Галкину Шкурыгин не питал ненависти, просто Макс был для него средством для достижения цели, не более. И этому средству он даже ради себя был готов помочь стать популярным, сблизив с Пугачевой. - Ну что! Давайте за успех Максима Галкина! Он сегодня круто играет! - предложил Шкурыгин, подав комику бокал с растворившимся содержимым. Все радостно поддержали тост и, чокнувшись, пригубили напитки. - Сеня, дружище! - Макс, пьяный от эйфории выигрыша, залпом опустошил бокал и потрепал проигравшегося в доску друга по макушке, - Не расстраивайся! Ты еще выиграешь! - А мне че расстраиваться? Я за друга рад! Песни с Пугачевой записывает, клипы снимает! Все бабло тебе! А вот слабо тебе, Максюша, сделать кое-че, раз ты такой крутой сегодня? - Это что? - икнул Галкин, который уже неважно соображал из-за мгновенно подействовавшего психоактивного вещества, что ненароком выпил, - Сень, ты о чем? - Ну как! Тебя Киркоров к Алле ревнует! - И что? У нас же с Аллой Бор... - икнул снова, - Борисовной исключительно деловые дружеские отношения! - Ну так иди и скажи ему об этом! - рявкнул Шкурыгин повышенным из-за громкой музыки голосом, - А то он бедный - страдает! Или, что, слабо? - Я пошел, Сень! Я щас! - Максим, находясь под действием таблетки, подошел к спокойно играющей в автоматы Алле и, обратившись к ее мужу, попытался как можно четче произнести, - Филипп... Бедросч... - как-то невнятно произнес он, - Пжласта! - опять невнятно, да настолько, что Алла отвлеклась от игры и посмотрела на комика, - Я хочу... сказать! Я... - посмотрел на приму, которая нахмурилась, - Я Вашу жену, - запнулся Макс, ненароком сделав такую многозначительную паузу, что Пугачева занервничала, и в этот момент сердце Киркорова чуть не разорвалось от страшной догадки, которую он несколько месяцев от кипящей в крови ревности старательно глушил, - пальцем, понимаете? Вашу жену... я... - Макс не мог понять, почему мысли спутались и банальная фраза о том, что он Аллу и пальцем не трогал, превратилась во что-то совершенно противоположное, да такое громкое впридачу, что на эту картину маслом смотрели все присутствующие, даже забросив покер и блэк-джек, - Ваша жена - супер! - показал Макс большой палец вверх, - Она... - Алла была в таком шоке, что сердце в пятки ушло, женщина сидела, как вкопанная, просто боясь посмотреть на мужа, у которого аж лицо передернуло судорогой от злости, - Ваще такая! У-у-у-х! - Киркоров, просто не выдержав такого публичного оскорбления, врезал со всей дури комику, который окончательно запутался в собственных и словах, и мыслях так, что Макс едва зубов не лишился. "Вот и чудненько. А вот теперь расступитесь, господа, мой выход." (Арсений). - Филипп, ты что! Он же пьян! - Алла вскочила со стула, пытаясь остановить разбушевавшегося мужа, но Фил на нее так посмотрел... Что лучше бы наорал, в нем было столько боли, в этих любящих глазах слезы, и Алла сама заплакала, понимая, что Филипп понял все не так, как было на самом деле. Как вишенка на торте, Макс, поднявшись с пола, провел по своей челюсти и снова обратился к Киркорову: - Да я... я ж не про... про то самое! Ну Вы извините... Мы просто, когда Вы на гастролях... - еще один удар отправил комика в нокаут, а сам Фил, обиженный до предела и униженный прилюдно, стоял, смотря на Аллу. - Алл, поехали домой, - прошептал он, протянув ей руку. Но, когда жена не среагировала, униженный певец пулей выбежал из здания казино, даже забыв про оставленную в гардеробе верхнюю одежду. В этот момент не растерялся только Шкурыгин - еще в самом начале знакомства, когда он понял, что приставать к чужой жене при таком муже плохая затея, сделал просто-напросто из Макса подсадную утку, чтобы весь фокус внимания, как на объект ревности, переместить на него. А сам тем временем подстраивал ситуации, которые бы дали трещину в отношениях супругов. Теперь ему и Макс не нужен был - тот, даже сам не понял, что являлся пешкой в этой игре - Шкурыгин подошел к Алле и протянул ей, словно джентельмен, носовой белоснежный платочек. Вся эта режиссура молодого комика была рассчитана на один исход - стать реальным, а не мнимым, в отличие от Галкина, фаворитом Пугачевой с перспективой вытеснить Киркорова из ее жизни и занять его место. Ради чего? Популярность, известность, заработок, вес в обществе и все прочие "плюшки", которые доставались фаворитам примы когда-то до замужества за Филиппом - он-то единственный, кто ее силу приумножал своим успехом, а не брал. - Спасибо, - ничего не подозревая об истинных намерениях, Алла поблагодарила Арсения и утерла платочком слезы. Эта ситуация с ревностью мужа успела утомить ее, и она плакала только из-за его реакции. - Алла Борисовна, Вам лучше уйти или уехать. Позвольте Вам помочь, - Сеня проявлял поразительную деликатность с нотками сочувствия: мол, женщину незаслуженно обидел родной муж, а тут такая жилетка в виде друга Шкурыгина, - Я знаю недалеко есть место, Вы позволите Вас туда сопроводить? - буквально выбитая из колеи, Алла оперлась на ближайшую опору, даже не подозревая, что эта почва запросто могла ее утянуть в болото, и согласилась. План Шкурыгина удался на пять с плюсом, ведь в итоге они сидели в баре с Пугачевой и болтали, отвлекшись, о том-о сем. Он веселил ее шутками, пародиями, и Алла буквально забылась, искренне хохоча. Плохое настроение мигом испарилось, оставив только смех... У Арсения получалось шутить и остроумно, и смешно. Незаметно наступило утро, но, все еще не желая получить по морде от разъяренного Киркорова, Шкурыгин проводил Аллу лишь до такси, но не до дома. Филипп не спал всю ночь. Много курил, много думал. Был момент, когда он плакал и, не выдержав, ища поддержки, рассказал ситуацию Люсе - но та лишь посмеялась. Измена Пугачевой при их-то любви ей казалась на грани фантастики. В общем, ей удалось успокоить Филиппа, и жену он встретил рано утром хмурым, но хотя бы не злым. - Аллунь, давай поговорим, - спокойно попросил Фил, наблюдая, как жена разувается. - Давай. - резко расстегнув молнию сапог, почти рявкнула прима, - О чем? О том, что ты меня к любому столбу ревнуешь? О том, что позоришь меня? О чем, Филя? - Я позорю? - возмутился Киркоров, не сдержавшись, - Да Галкин так себя вел! Разве я мог отреагировать иначе? При всем честном народе, что там был! Он затронул твою честь, между прочим! Честь моей жены! Я защищал тебя! И что слышу в ответ? - видя, что Алла не реагирует, продолжил, - Где ты была до утра? - Где надо! - за время ночной беседы Арсений как-то повлиял на мнение Аллы и, мало того, что уговорил женщину отказаться от новой песни с Галкиным, так еще и внушил мысль, что ее муж не любит, раз ревнует ко всем. Ослабленная уставшая женщина... повелась на эти речи. - Алла! Алла! - не выдержав, заорал Филипп, проследовав за женой на второй этаж, но та захлопнула дверь буквально перед его носом, - Алла, твою мать! - Фил едва дверь с петель не сорвал, дергая за ручку, а Пугачева, желая избежать всяких разборок, заперлась и не выходила до обеда. Понимая, что ситуация переходит за всякие пределы, прима все же вышла из комнаты и, найдя мужа в гостиной, заявила суровым тоном: - Значит так. Говорю первый и последний раз. - обратилась она к Филу, который едва ли волосы на голове не рвал от досады, сидя на диване, - У меня с Максом ничего не было. И быть не могло. Он уже уволен, я за его выходку разорвала с ним все контракты. Больше я не хочу слышать твоих обвинений и всяких ревностей в свой адрес, тебе понятно? Хоть один упрек в мой адрес - Филя, я на тебя очень, - выделила она голосом, - обижусь. Ты меня понял? - Алл... пойми меня, пожалуйста! - едва ли взвыл Киркоров, вскочив с дивана и подойдя к жене, - Как я должен был отреагировать? Как? - Да он пьяный был! Мало ли, что ляпнул! Если бы ты ему лицо не расфигачил, никто бы даже ничего не понял! - Хорошо, ладно. - попытался успокоиться Фил, - А была-то ты где? - Мы с Арсением в бар сходили. Ты уехал, и он меня шутейками отвлек. - Филипп отчего-то чуть не упал, сделав шаг назад. Ему очень не понравилось, что Алла поведала, но теперь он еще и боялся показать собственные чувства - боялся, что жена обидится, как и обещала. - Хорошо, - еле сдерживая подступившие слезы, произнес он, - Хорошо. Главное, что ты цела, жива-здорова. Что ты дома, - Фил кое-как нашел в себе силы произнести именно это, а не то, что вертелось на кончике языка, - Аллунь... - попытался обнять, но женщина отпрянула: - Не трогай меня. Выбесил. - с этими словами она ушла к сыну, закрыв за собой дверь гостиной. Филипп буквально рухнул на колени и, прислонив руки к груди, беззвучно выплеснул всю боль слезами. Ему хотелось орать, крушить, бить ногами, но он не мог позволить себе такое поведение, страшась то напугать сына, то обидеть жену. Он не догадывался, что номер телефона Аллы теперь был записан и в другой телефонной книжке - того самого абонента, который писал приме уже сейчас такие смс: "Аллочка, доброе утро. Прости, что на Ты, вчера вроде бы мне сама разрешила. Я подумал, что затратно отказываться от песни, все-таки много денег ушло на аранжировку. Если не против, посоветую тебе человечка, который споет не хуже Макса. Арсений Шкурыгин." "Доброе. Ну давай." "Спасибо за доверие. Этот человек - я. Пусть нескромно, но честно. Учился в Гнесинке, пока не выперли за драку. Но ноты знаю, голос есть. Послушаешь? А дальше сама решишь. Можем вечером увидеться в караоке, заодно оценишь мои данные. Или их отсутствие." "Сеня, сегодня не хочу никого видеть. Давай позже." "Конечно. Когда удобно. На связи".