Часть 14

Пятый бродил по улицам города, словно потерянный призрак, нащупывающий свою сущность в серых тенях. Он искал её в каждом углу, в каждом взгляде прохожих, надеясь увидеть знакомые черты. Улицы, площади и даже заброшенные дома становились для него не просто локациями, а мрачными напоминаниями о том, что Абигайль исчезла из его жизни. Каждое место, где они когда-то были вместе, теперь казалось пустым и безжизненным, словно кто-то стёр их воспоминания и оставил лишь отголоски горечи. Он подходил к людям, спрашивал, пытался уловить в их глазах искру понимания или сочувствия, но все они смотрели на него с недоумением. Никто её не видел. Чем больше он искал, тем отчётливее понимал, что она словно испарилась, растворилась в воздухе. Дни превращались в недели, и каждый новый день только усиливал его отчаяние. Он понимал, что она ушла не просто из его жизни; она покинула саму реальность, и это было похоже на кошмар, из которого нельзя проснуться. Телефон Эбигейл был выключен, а все знакомые лишь качали головами в ответ на его вопросы. Даже её любимые места больше не вызывали никаких эмоций, лишь холодное чувство утраты. Он не мог поверить, что её больше нет. Она исчезла, словно стёрла своё существование из этого мира, оставив его с пустотой и одиночеством. В одну из тёмных ночей, когда надежда окончательно покинула его, Пятый вернулся в её квартиру. Он надеялся, что, может быть, она всё-таки там, притаилась в тишине и просто ждёт его. Но квартира встретила его молчанием, которое словно подавляло всё вокруг. Всё, что осталось от её жизни, было убрано, как будто кто-то специально решил стереть все воспоминания о её существовании. Фотографии, которые раньше напоминали ему о её смехе, исчезли; её вещи были убраны, а единственный аромат, который когда-то наполнял пространство, уже выветривался. — Ну что, ищешь свою потерянную девочку? — раздался за спиной знакомый холодный голос. Пятый резко обернулся и встретился с ледяным взглядом Куратора. Выражение её лица было безразличным, но в уголках губ мелькнула удовлетворённая усмешка, как у хищника, поймавшего свою добычу. — Это ты её забрала? — прорычал он, сжимая кулаки от гнева. — Ты играешь со мной, чтобы доказать, что я недостоин? — Я ничего не забирала, — ответила она, спокойно наклонив голову, словно наслаждаясь его страданиями. — Она сама решила исчезнуть. А ты ей помог. Разве не ты показал ей, что вокруг только ложь и предательство? Его сердце сжалось, и он почувствовал, как в груди нарастает осознание правды, которую он не хотел принимать. Он сам разрушил её доверие, сам создал причины для её ухода. — Но где она? — его голос дрожал от отчаяния, хотя он и пытался говорить твёрдо. — Ты знаешь, где она, и ты скажешь мне. Куратор приблизилась, и в её глазах на мгновение промелькнуло что-то похожее на жалость — лишь едва заметный отблеск эмоции, которую она, казалось, давно похоронила. — Она ушла за пределы твоих возможностей, Пятый. Ты больше не найдёшь её, и она не захочет, чтобы ты её нашёл. Ты был её слабостью, и теперь она избавилась от неё. Его грудь наполнилась гневом, но он отвернулся, чувствуя, как внутри него что-то окончательно ломается. Он надеялся, что их связь была сильнее, что он сможет вернуть её. Но куратор была права. Эбигейл сама приняла решение исчезнуть. В глубине души он знал, что не сможет отпустить её. Её образ остался в нём, как тень, как напоминание о том, что он потерял. И, несмотря на её исчезновение, он решил не прекращать поиски, даже если это станет его проклятием. — Я всё равно буду искать её, — хрипло произнёс он почти шёпотом, хотя внутри него поднималась волна бессилия. — Пока не найду, пока она сама не скажет, что не хочет меня видеть. Куратор смотрела на него с лёгкой усмешкой, словно наслаждаясь его страданиями. — Ты всегда был упрямым, Пятый. Но знай одно: если она действительно ушла, то уже не вернётся. И, возможно, ты навсегда останешься с этим чувством потери. Он промолчал. Её слова оставили след, но он знал, что не сможет остановиться. Не после всего, что произошло. Пятый покинул квартиру, готовый снова погрузиться в ночь в поисках ответа на вопрос, терзавший его сердце.Где же ты, Абигайль?