Часть 15. Точка невозврата.

Пятый вернулся домой, когда небо ещё было тёмным, а мир вокруг окутывала ночная мгла. Он не слышал своих шагов, не чувствовал холода, который пробирался под кожу. Всё вокруг казалось чужим.Эбигейл .Это имя, как тупая боль в груди, не отпускало его. Его глаза, красные от бессонницы, смотрели в никуда, и на мгновение он подумал, что если бы мог стереть это чувство, то сделал бы это. Но боль не отпускала. Он зашёл на кухню. Клаус и Эллисон сидели за столом как ни в чём не бывало, поглощая свой завтрак. Их спокойствие раздражало его. Но он ничего не сказал. Просто сел, уставившись в пустую чашку, стараясь не смотреть на их лица, которые видели, что с ним происходит, но не знали, что это на самом деле. — Ты в порядке?— спросил Клаус, щурясь от утреннего света. Пятый молчал, его пальцы скользили по краю чашки. Внутри всё было как в пустыне — бескрайнее, одинокое и холодное. Он не знал, что ему сказать. Слишком многое произошло. Он не хотел признаваться, что сам стал причиной этого кошмара. — Я искал её.Эбигейл пропала, — наконец выдохнул он, но его слова не звучали как признание. Это был просто факт, который он знал, но не мог принять. Эллисон, заметив его выражение, подошла ближе, её глаза полны беспокойства. — Что случилось? Пятый посмотрел ей в глаза. В её взгляде не было осуждения. Она хотела помочь. Но как помочь тому, кто сам не знает, что делать? — Я пришёл к ней, и Куратор...она заставила меня поцеловать её, — его слова звучали почти безжизненно, как что-то давно забытое, но горькое. Он почти не знал, что сказать об этом. Но Эбигейл видела. Она всё видела. И теперь она исчезла. Клаус нахмурился, не понимая, что происходит. — Ты что, с ума сошел? Ты вообще подумал, что делаешь? Ты не думаешь о последствиях? — А что я мог сделать, Клаус?— Пятый не смог сдержать вспышку раздражения. — Я не хотел этого. Я не мог ей отказать. Я был слаб. Я — идиот .Я всё испортил. Эллисон подошла ближе, её рука мягко легла ему на плечо, словно пытаясь поддержать его. Он не чувствовал этого. Он был слишком поглощён собой и своей ошибкой. — Мы можем помочь, — тихо сказала она, но Пятый лишь покачал головой. — Помочь?Как? Она исчезла, Эллисон! Она не отвечает на звонки.Я уже всё перепробовал.Она просто ушла.И это всё моя вина. Клаус сжал кулаки, словно пытаясь собрать все силы, чтобы не потерять терпение. Он был обеспокоен, но Пятый знал, что даже он не мог помочь. — Не думай так. Ты не знаешь, что она думает, — произнёс Клаус, и его слова прозвучали как попытка вернуть его в реальность. Но Пятый был слишком далеко. — Да какая разница, что она думает? Я причинил ей боль, и теперь она меня ненавидит. Я больше не могу её найти, и всё это только потому, что я сам всё разрушил, — его голос становился всё тише, но сильнее. Это была не злость. Это была безысходность, но она была такой же разрушительной. Эллисон пыталась его успокоить, но Пятый не хотел слышать этих пустых слов. Он чувствовал, как что-то снова ломается у него в груди. Его глаза были полны боли, и он понимал, что если ничего не сделает, то просто сойдёт с ума. Он встал, не сказав ни слова, и вышел на улицу, не замечая, как холод пробирает его до костей. Всё, что он знал, — это то, что он не может остановиться. Он должен был найти её, и даже если это означало, что ему придётся пройти через всё, чтобы вернуть её, он сделает это. Прошло несколько часов.Он брёл по пустым улицам, его шаги были такими же безжизненными, как и его мысли. Эбигейл была где-то там, но не рядом с ним. Он пытался мыслить логически, но его разум был парализован. Где она? Почему она ушла?Он знал только одно — его следы вели к Крис. Он стоял перед её дверью.В его голове не было ни мыслей, ни решений. Он просто знал, что ему нужно что-то сделать. Он не знал, что именно. Но Крис… она была единственной, кто мог ему что-то сказать. Может быть, она что-то знала. Он постучал. Дверь открылась, и Крис стояла на пороге. Её лицо было спокойным, но в её взгляде было что-то другое, что-то скрытое, заставившее его замереть на месте. Она выглядела так, будто уже знала, зачем он пришёл. — Привет, Пятый, — её голос был мягким, с едва заметной улыбкой, но что-то в её выражении лица подсказало ему, что она не так рада его видеть, как пытается показать. — Привет, Крис.Можно мне войти?— он не знал, что ещё сказать. Слова слетали с его языка, но не имели смысла. Он был как сломанный механизм, который пытался работать, но не мог. Она молча отошла в сторону, пропуская его, и не произнесла ни слова. Но её взгляд следил за ним, и что-то внутри Пятого заставило его почувствовать себя уязвимым. Он сел за стол, нервно вертя в руках чашку с кофе, который она ему предложила. Крис села напротив, не сводя с него глаз. — Ты что-то сказал о том, что ищешь Эбигейл, — её голос был почти неслышен, но Пятый почувствовал, как её слова плавно проникают в его сознание. Он откинулся назад, чувствуя, как его тело наполняется ненавистью. Не к Крис. К ней он не испытывал злости. Но она была слишком спокойной. Слишком уверенной в себе, чтобы быть просто другом. — Где она, Крис? Я должен её найти.Понимаешь? Мне нужно её найти, — его слова были отрывистыми, как будто он сам не мог в них поверить. Но его голос был полон отчаяния. Крис наклонилась вперёд, её пальцы скользнули по краю стола, и в её взгляде мелькнуло что-то странное. Что-то, что заставило его замереть. — Она ушла, Пятый, — спокойно сказала она, и её губы изогнулись в лёгкой, но не совсем дружелюбной улыбке. — Она не вернётся. Пятый почувствовал, как что-то оборвалось внутри него.Он сжался, но не мог поверить её словам. — Куда она ушла? Ты знаешь? Ты ведь что-то скрываешь. Что ты знаешь, Крис? Она медленно приподняла бровь, как будто её что-то забавляло в этой ситуации. Но её глаза были глубже, чем обычно. Они казались почти живыми. — Зачем тебе это, Пятый? Ты уверен, что хочешь знать правду? Что, если я скажу тебе, что она не та, кто тебе нужен? — её голос был почти шепотом, как будто она знала, как воздействовать на его душу. Пятый замер. В голове гудело от мысли, что она может сказать что-то важное. Он понимал, что в её словах была доля правды. Но не мог позволить себе в это поверить. — Ты не знаешь её, Крис.Ты не знаешь, что она для меня значила, — его голос дрогнул, но он сдержался. — Я должен её найти. Она молча смотрела на него, словно анализируя каждый его жест. И тогда, словно внезапно, её лицо смягчилось. Её взгляд перестал быть таким холодным и изысканным. Но в нём всё ещё было что-то опасное. — Если ты не можешь найти её, Пятый, может быть, это потому, что ты не должен её искать. Может быть, ты должен найти себя, прежде чем искать кого-то другого. Её слова вонзились в его грудь, как кинжал. Но Пятый не мог остановиться. Тишина в комнате, казалось, давила на него, и Пятый чувствовал, как её слова бьются в его голове, как эхо, которое не исчезает. Его сердце было в плену чувств, которым он не мог найти выхода. Он знал, что любит Эбигейл, но её не было. Что, если она не вернётся? Что, если он потерял её навсегда? Крис внимательно наблюдала за ним, её взгляд почти неотрывно следил за каждым его движением, за каждым словом, которое он произносил, словно они имели для неё особое значение. Её близость, её внимание… всё это казалось чуждым, но в то же время манящим. Он был уязвим, и это не могло не сказаться на его действиях. Она заметила, как слегка дрожат его губы, как он беспокойно скользит взглядом по её фигуре. И она знала, что у неё есть шанс. — Знаешь, Пятый, — её голос стал мягким, но чувственным, — ты не должен так переживать. Эбигейл...может, она и не вернётся, но это не значит, что ты должен оставаться один. Он почувствовал, как его грудь сжалась от боли. Она была права, не так ли? Эбигейл исчезла. Возможно, она не вернётся, и Пятый не знал, как пережить этот факт. Он бросил взгляд на Крис, и она улыбнулась ему такой мягкой, обманчиво заботливой улыбкой. Она шагнула ближе. — Ты слишком много о ней думаешь, — сказала Крис, её голос стал чуть тише, но гораздо интимнее. — А я здесь, Пятый. Я могу быть тем, кто тебе нужен. Ты ведь сам этого хочешь, правда? Её слова, как тёплый ветер, ласкали его кожу, но внутри у него всё сжалось. Он любил Эбигейл, и это было не просто чувство, это было нечто гораздо более глубокое. Но Крис была рядом, она предлагала ему утешение, и часть его сознания, смущённая и разорванная на части, не могла не думать о том, что, возможно, она могла бы заполнить пустоту, оставшуюся после исчезновения Эбигейл. Крис подошла к нему ещё ближе, её дыхание стало едва уловимым, но тёплым. Она прижалась к нему почти слишком тесно, её рука скользнула по его плечу, заставляя его почувствовать её тепло, её присутствие. — Ты не один, Пятый, — прошептала она, и в её глазах читалось не только сочувствие, но и что-то ещё — то, что заставляло его сердце бешено колотиться, а разум метаться. — Ты заслуживаешь чего-то большего, чем эти мучительные воспоминания. Я могу дать тебе это. Пятый почувствовал, как напряглось его тело. Он знал, что не должен этого чувствовать. Он знал, что его чувства были предназначены только для Эбигейл. Но её слова, её прикосновения — всё это было как наркотик, затуманивающий его разум. Его рука неосознанно поднялась, чтобы коснуться её локтя, и он почувствовал, как тепло её кожи пронизывает его, как нечто чуждое и незнакомое. Он был так близко, так близко к её губам, что его дыхание стало прерывистым. Но в его голове звучал один вопрос, который не давал ему покоя:

"Что, если она не вернётся?"

Он отстранился, но его взгляд не мог не задержаться на её лице. Это было испытание, которое он не хотел проходить. Он не знал, что делать, и чем больше Крис была рядом, тем сильнее он ощущал эту пропасть между собой и Эбигейл. Этот тупой страх, что он потерял её навсегда, вызывал в нём отчаяние и боль, которые было трудно игнорировать. — Крис...я не знаю, что мне делать, — его голос был слабым, дрожащим. — Я не могу просто забыть её. Я...я всё равно буду искать её. Крис наклонила голову, её взгляд стал глубже, как будто она видела что-то, что Пятый скрывал даже от самого себя. Она улыбнулась, но её улыбка уже не была такой мягкой. Она знала, что её слова, её действия сейчас решат всё. Она должна была сделать шаг. — Я понимаю, что ты всё ещё надеешься на неё, — тихо сказала она, но её голос был уверенным и немного горьким. — Но если она не вернётся, ты останешься один. Ты не можешь застрять в прошлом, Пятый. Я здесь. Я готова быть тем, что ты ищешь. Может быть, тебе стоит хотя бы попытаться почувствовать что-то… настоящее. Её слова врезались в его сознание, как удар. Он видел, как её губы слегка приподнялись, и не мог не заметить, что её взгляд стал более… настойчивым. Она флиртовала с ним, играла с его эмоциями, но Пятый не мог понять, что было правдой, а что — нет. Его сердце было переполнено любовью к Эбигейл, но её не было рядом. А Крис была. Он снова посмотрел ей в глаза. Он не мог сопротивляться тому, что она предлагала. Но в его голове было только одно имя, и он знал, что, несмотря ни на что, будет бороться за неё. Он не мог просто забыть. — Я не могу. Я… не могу, Крис, — тихо произнёс он, едва сдерживая боль, которая разрывала его грудь. — Я не могу перестать её любить. Я не могу её забыть. Её взгляд стал холодным, но она не отступила. Крис улыбнулась, но эта улыбка уже не была такой тёплой. Это была улыбка человека, который знал, что сделал всё, что мог. И всё, что оставалось, — это ждать. — Ты будешь продолжать искать её, Пятый. Я знаю, что ты не можешь её забыть. Но когда ты поймёшь, что она не вернётся, я буду рядом. Она отошла от него, и Пятый почувствовал, как пространство между ними стало холодным и непреодолимым. Он был пойман между двумя мирами: миром надежды на то, что Эбигейл вернётся, и миром, в котором Крис предлагала ему что-то новое. Но он не мог отказаться от одного, не забыв о другом. Он молча встал, и, не сказав ни слова, покинул её дом.