***

      Утро встретило Дуфо ярким светом солнца и щебетом птиц. Он так мучался переживаниями в ожидании собственной смерти, что уснул прямо в кресле, позабыв даже закрыть окно. Несмотря на жуткую головную боль от выпитого и назойливый яркий свет, его настроение, на удивление, было приподнятым.       Он озадаченно оглянулся, гадая, отчего же на душе не погано, как обычно бывало по утрам. Хотя, ведь если так поразмыслить, то день был погожий, на столе еда, а в сундуках деньги, пусть и немного, как хотелось бы, но достаточно, чтобы не умереть с голоду и закупиться новым товаром. Именно последним он и собирался сегодня заняться.       Пока переодевался, вдруг в голове всплыла мелодия, которую тут же захотелось напеть. Видимо, подцепил ее где-то на рынке. Настолько она оказалось прилипчивой, как блоха в дешевой гостинице, что купец никак не мог перестать ее насвистывать, чем сильно поразил коллегу с первого этажа:       – Чему так радуешься? Неужели кто-то твою мечту купил?       Дуфо посмотрел на него, вскинул по привычке брови, а потом вдруг подумал: чего ему злиться на этого человека? Они делят один дом, но торгуют разными товарами. Да и плохого тот никогда ему не делал.       – Удачного дня тебе, – неуверенно буркнул Дуфо, отчего коллега даже не нашел, что ответить.       А может, и неплохо было бы завести друга – задумался Дуфо. – Вечерами могли бы с ним выпивать, может, даже делиться секретами торговли, в конце концов, какой толк от опыта, если тот валяется без дела? Хлам купец на своих полках никогда не терпел, стала вещь бесполезная – выкидывай, а тут, выходит, у него в голове столько накопилось мыслей и соображений, а поделиться не с кем, значит, и толку от них нет. Может, подмастерьем обзавестись? Будет у него шустрый мальчуган по лестницам носиться, полки разбирать, гостей встречать, и времени станет больше на торговые дела. А то, что все по началу глупые, теперь не казалось ему большой бедой, научится, разумится, а там, гляди, и пользу приносить начнет.       Наследника у него нет, вот где вся трагедия! Но с женщинами ему никогда не везло. Тяжело с ними, как в поле с плугом. Красивым много надо, со страшными в постель боязно лечь, а иной раз бывает, что все в женщине хорошо, но характер такой, что сущая преисподняя во плоти. Но вот странно как-то, другие-то находят подходящих, а у него не складывается. Может тут как с торговлей: цену своему товару набиваешь неимоверную, от того вечно без выручки стоишь. Надо же уметь и прогнуться, трезво на свое добро посмотреть, может не в жадных покупателях проблема. С женой-то хорошо было б, а уж если б и сын родился!       Рынок сегодня показался Дуфо особенно оживленным. Даже знакомые рожи торговцев внезапно не виделись такими уж омерзительными. Люди, как люди. Он вон вчера собственного рыла в зеркале чуть было не испугался, чего уж других тогда осуждать. Глаза, рот и нос на месте – значит, уже не полный урод.       От странных размышлений его отвлек доходяга, который еле передвигал ногами, пребывая в сильном опохмеле. Он явно пытался вернуться домой после ночного веселья, но тело его совсем не слушалось, он расталкивал собой всех, кто подвернется, пока не наткнулся на Дуфо. Они столкнулись, отчего у торговца из рук выпал список товаров, а пьяница упал на зад, неловко засмеявшись, и неразборчиво промямлил:       – Уж извеняйте, господин.       – Да чтоб твою гажью морду… – Начал ругаться Дуфо, наклонившись за списком, когда вдруг заметил, что под бумагой лежит монета. Но не простая, а с эмблемой игорного дома, возможно, даже на приличную сумму.       Он жадно загреб ее себе в ладонь и нервно оглянулся, боясь, не заметил ли кто. Но люди шли мимо, поглощенные мыслями и разглядыванием товаров на прилавках, а пьяница уже уползал на четвереньках от беды подальше. То есть от Дуфо.       – Любопытненько, – он повертел в своих руках приобретенную монету.       В игорные дома Дуфо никогда не ходил. Не для того он столько лет учился, горбатился и зарабатывал каждый свой медяк, чтобы потом разбрасываться деньгами на шлюх и выпивку. К тому же он знал, как дурят в этих заведениях. Но почему-то все никак не мог оторвать глаз от блеска круглой и плоской находки. Он же просто может зайти и обменять чей-то выигрыш на реальные деньги. Делов-то на четверть выгоревшей свечи, зайти за угол, пересечь улицу да завернуть под козырек заведения с дурной славой. Не зря же боги ему такое подбросили? Чего шансом-то не воспользоваться? А вдруг там выигрыш солидный будет?       Внезапно в нем заиграл азарт, которого он раньше никогда в себе не замечал. И чем больше он смаковал это чувство, тем ближе становился игорный дом. А уж когда в его руки легли деньги за врученную монету, он и вовсе вдруг решил, что настал тот момент, когда ему стоит подумать о собственном удовольствии. Он столько лет гнул спину перед покупателями, заискивал перед чиновниками, все зубы на сухарях сточил, пока накопил на собственную лавку, а жизнь-то проходит! Еще лет десять и не захочется ни пить, ни играть, ни женщин за мягкое щипать. Пора себя побаловать, отплатить телу и мозгу за достигнутое.       С таким воодушевлением и чувством любви к себе он впервые зашел в игральный дом. С порога ему сразу налили сладкого пойла и проводили вдоль столов. Во что тут только не играли и как только не отдыхали! Певички пели, плясали и трясли своими прелестями, напитки и еда бесперебойно разносились по залу, круглые кости гремели о столы, а прямоугольные – собирались в ряд, шуршала бумага, на которой вписывались ставки, взметались и падали карты.       Одна из игр заинтересовала Дуфо больше остальных. Если на прочих столах нужна была только удача, то тут пригодится прыткий ум. Стой да подсчитывай, у кого что на руках, а уж считать Дуфо умел мастерски! Сам того и не заметил, как присел среди прочих игроков, а спустя какое-то время начал загребать ладонями монетки с символом игрального дома. Как ни поили его работники этого заведения, как ни пытались сбить со счету – ничего не выходило. Дуфо считать научился раньше, чем слова произносить, и вся его жизнь – складывай, дели, умножай, да вычитай. Куда этим идиотам до него!       К концу вечера, когда чувство азарта стало сменяться усталостью, Дуфо сгреб выигрыш в мешок и направился к выходу. С таким количеством денег теперь он мог арендовать себе целых два этажа, мог закупиться товаром на полгода вперед, а мог бы и вообще год ничего не делать. Да и зачем ему торговать с такими-то мозгами? Вон как лихо он тут всех обыграл, и ни перед кем спину гнуть не надо. Дуфо стали посещать странные идеи отказаться от ремесла, но додумать он их не успел. Его окружили страшные великаны с лицами, похожими на покореженные сундуки.       – Пойдешь с нами.       Дуфо не успел даже ничего ответить, как у самого выхода из игорного дома его поволокли обратно вглубь заведения. Там, столь же бесцеремонно, затащили на подвальную лестницу и, сильно толкнув в спину, отправили внутрь какой-то комнаты.       – Так, так, – в самом центре помещения за столом сидел мужчина. Его одежда кричала о богатстве ее обладателя, на руках сверкали кольца, на шее красовались украшения. – Ты, значит, у нас тот, кто не только лисицу удачи за хвост отловил, но еще надумал ее выпотрошить, а мех на шубу пустить?       Дуфо сразу сообразил, что это владелец игорного дома и что он совсем не рад такому гостю, как Дуфо. Да и кто был бы рад? Это ж, как если бы на распродаже товара кто-то скупил бы махом все, отвалив в три раза меньше реальной стоимости. Не для того же распродажи устраиваются, чтобы покупатели все скупили. Это ж так, прикормка на глупого малька, чтобы он потом еще раз сюда приплыл и уже по-крупному потратился. Так и Дуфо, взял, да и собрал, поди, всю дневную кассу в свой мешок. А судя по лицам амбалов, они его с этим мешком отсюда уже не выпустят. Надо будет сторговаться хотя бы на половину…       – Посадите его, а то он, кажется, окаменел, – приказал хозяин своим великанам, и те надавили на плечи Дуфо, сложив его в двое, как соломенное одеяло.       Не получится сторговаться, – испуганно и разочарованно подумал Дуфо, – придется все отдавать. Ну что ж, не жили хорошо, и начинать не стоило.       – Господин, я сам торговец, понимаю, чем вы так недовольны. Ну, заигрался я, бывает же, – начал лепетать Дуфо. – У меня голова светлая, я быстро соображаю. Да и удача, видимо, не такая уж у меня хорошая, раз я не учел, что стоило остановиться еще на втором коне. Я первый раз играю, как тут и что у вас не знаю, но как торговец готов все обсудить и прийти к обоюдовыгодному решению.       Хозяин слушал молча, постукивая толстыми кольцами по столу, а под конец внезапно растянулся в улыбке.       – Торговец, говоришь? Голова светлая? Давай проверим, может быть, и правда ты счастливчик.       Дуфо коротко кивнул, только сейчас заметив, что продолжает прижимать к себе мешок с выигрышем. Он разжал руки и положил его рядом с собой, виновато улыбнувшись и тут же приняв деловой вид.       – Чем торгуешь? – поинтересовался хозяин.       – Всякими безделушками, доход не велик, но жить можно.       – Кому-то служишь или сам по себе?       – Все сам, господин… – С напускной тяжестью отозвался Дуфо. – От самых низов рос, ни разу ни к кому не обратился.       – А хотел бы улучшить свое положение? – хитро подмигнул ему хозяин. – Под моим покровительством, разумеется. Ты же, наверное, слышал, что есть у нас в городе торговцы, кто купается в золоте и спят спокойно под защитой тех, кто поставляет разный товар?       Дуфо сразу оживился, совсем позабыв про опасность и страшных великанов, что продолжали стоять по обе стороны от него. Он о таком, конечно, слышал, потому и подался в ростовщичество, все пытался найти связь с теми, кто его озолотит. Но, как оказалось, с улицы туда никого не набирают, сколько по беднягам да прощелыгам не ходи, а нужные люди тебя не замечают. Дуфо уже не первый год начал подозревать, что все тепленькие местечки там давно заняты, но все еще пытался пробиться в теневую торговлю.       – Чем торговать будем, господин Хороший? – заискивающе заулыбался Дуфо, встал и поклонился ниже, чем ветер сгибал траву.