Глава 3. Надвигающиеся перемены.

Наступил новый день. В дверь постучали, она открылась – на пороге стояла Милена. На этот раз с собой из дома она захватила метлу и ведро с водой. - Ничего, если я здесь порядок наведу? – на всякий случай спросила она у Урфина, добродушно улыбаясь. – Можно? Урфин смущённо отвернулся. - Можно. – просто ответил он. И Милена принялась за уборку. Такая миниатюрная, но как она решительно и ловко орудовала в просторной комнате, где была куча столярных инструментов, и по полу были разбросаны деревянные опилки и стружки. - Здесь как будто уже сто лет не убирались… - усмехнулась про себя Милена, подметая метлой пол. – Этому дому не помешает женская рука… Урфин, стараясь не мешать ей, да и вообще лишний раз не попадаться ей на глаза, сидел на крыльце дома и делал вид, что занят важной работой, хотя на самом деле просто водил перочинным ножиком по полену и прислушивался к тому, что Милена делает, иногда оглядываясь через плечо и смотря внутрь дома через раскрытую дверь. От поднимаемой в воздух пыли чихнул Медведь – для медвежьей шкуры это странно, хотя, он, наверное, делает это по памяти – и совсем расчихался Клоун, чуть было не упав на пол с окна – он-то почему так умеет делать, он же вообще деревянный?.. А Милена тихонько напевала про себя какой-то простенький мотив. Когда Милена протёрла мокрой тряпкой поверхности – до того, до чего она не могла дотянуться, поднимал, помогая ей, Медведь, бережно беря её своими огромными лапами – и вымыла полы, она вооружилась готовить обед. Сварила суп в котелке, Медведь ей немного помогал. - Какой большой у тебя камин! – весело окликнула она Урфина, всё ещё сидящего на крыльце. – Зимой не мёрзнешь, верно? - Верно… - неловко улыбнулся Урфин, не ожидав, что она так просто будет с ним разговаривать. А когда Милена накрыла на стол, налив ему тарелку супа, Урфин подошёл к ней и протянул ей большой белый платок с крошками. - Вот, это я вчера твой пирог съел… - проговорил он, неловко отводя взгляд. - …вкусный… И Милена счастливо улыбнулась и смущённо покраснела, принимая свой платок обратно. - Завтра я принесу тебе ещё, если хочешь. Я всё равно собиралась и завтра приходить – работы здесь невпроворот… И Урфин совсем уж растерялся. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Неужели и правда придёт, даже сегодня? Вчера она же приходила и прибиралась! А он совсем за собой не следит… Рано утром следующего дня Урфин начисто побрился и пригладил руками взъерошенные и жёсткие волосы на голове. Одежда только такая простая, но другой у него нет… Милена, придя к нему со свежеиспечённым пирогом, заметила его изменения. - Так уже лучше выглядишь. – оценила она. – Освежился. Урфин гордо подбоченился, одновременно красуясь и стараясь выглядеть независимым. - А что, не могу себе позволить, что ли? – ответил он, сделал шаг вбок, собираясь отойти… и неуклюже натолкнулся на стол. Милена тихонечко прыснула, прикрывая лицо руками, а Урфин густо покраснел от стыда и нахмурился с досады – не на Милену, на себя. Этим же днём Милена, отходя от камина к столу, словно спохватившись, коснулась рукой своего чепчика на голове. - Ничего, что у меня бубенчики звенят? – обратилась она к Урфину, снова сидящему на крыльце. – Я знаю, тебе не нравится их звон. Я могу их снять… - Нет, не надо! – поворачиваясь, откликнулся Урфин, смущённо отвернулся и добавил уже более сдержанно. – Пусть звенят, они мне не мешают… Милена облегчённо улыбнулась, а Урфин внутренне сам себе удивился. Неужели и правда звон бубенчиков, который он слышал от Жевунов, его больше не раздражает? Ведь этот звон раздавался всегда, когда Жевуны веселились и переговаривались между собой – и Урфину среди них не было места… А Милена здесь, рядом. У неё бубенчики звенят от малейшего поворота её головы, тихо и словно ласково, будто… по-домашнему.     ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Каждый раз начинался новый день, и каждый раз Милена приходила навещать его, готовила обеды и изредка прибиралась. В доме впервые за многие годы запахло домашней едой и повеяло тёплым уютом. И всё потому, что по дому теперь ходила хрупкая и нежная фигурка в голубом платье. Урфин, поначалу где-то глубоко внутри себя сохранявший недоверие и настороженность по отношению к ней, принял её заботу и внимание. Он даже поймал себя на мысли, что привык к стуку её маленьких и поспешных шагов и лёгкому звону бубенчиков на её чепчике. С Медведем Милена и вовсе сдружилась, косолапый зверь каждый раз радовался её приходу, как дитя. А Клоуна что-то редко было видно, затих, сидя на окне, под ногами не путался и не разговаривал ни с кем... ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Взгляд из-за плеча, мимолётный взгляд от лёгкого поворота головы… и Урфин поспешно смущённо отворачивался, краснея до кончиков ушей, и Милена тоже, зардевшись, подобно маку, и смущённо и счастливо улыбаясь… Ну, не может быть, подумал Урфин. Не может быть, чтобы она… Такого простого и глупого, угрюмого и одинокого, наворотившего столько бед… Она же просто помогает ему, заботится о нём, это же не значит, что… Урфин внимательно посмотрел на себя в зеркало над умывальником – теперь оно блестело чистотой, когда Милена его помыла. Ну, что это такое, спрашивается? Уши огромные и торчащие, длинный нос – не нос, а носище, торчащие передние зубы неровные, шапка волос такая жёсткая, и весь он такой нескладный!.. Ну не может же быть, чтобы… - Что ты делаешь? – тихонько хихикнув, поинтересовалась Милена, наблюдая, как Урфин рассматривает себя в зеркале. – Что-то случилось? Урфин смутился, опуская голову. - Да так, ничего… ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Этим же днём Милена подошла к Урфину, стоявшему на улице во дворе. Собравшись с духом, она всё-таки спросила: - И… не скучно тебе было все эти годы сидеть в четырёх стенах? Ты, наверное, был очень одиноким. – сочувственно проговорила она. Урфин внутренне напрягся, но Милене ответил, говоря лишь половину правды: - Да нет, почему… у меня, вон, столько материалов на полках для работы… На мгновение повисло неловкое молчание. - А почему ты, всё-таки, не дружил с нами? – поинтересовалась Жевунья. – Я так редко видела тебя в деревне. А ты всегда такой угрюмый и несговорчивый ходил. У наших даже сложилось мнение, что ты очень злой… Это, в какой-то степени, задело Урфина. Он горячо запротестовал: - Да я… Да я совсем не злой! С чего вы так решили? Я просто очень серьёзный! Уголки губ Милены слегка приподнялись. - Тебе важно выглядеть очень серьёзным? - Ну… - растерялся Урфин. Однако, какая она всё-таки маленькая по сравнению с ним… Он рядом с ней возвышается как гигант. Неудобно и невежливо как-то… Урфин опустился на корточки, чтобы находиться примерно на одном уровне с Миленой. - Просто я не хочу, чтобы во мне видели слабака и размазню, вот и всё… - Но ты вовсе не слабак! – ласково возразила Милена и беззлобно усмехнулась. – Вон какую суету в Волшебной Стране навёл… - она проговорила, припоминая. – «Великий и Ужасный Волшебник Урфин Джюс», да?.. Урфин пристыженно опустил голову, вспоминая, как он важничал и распинался перед Жевунами, когда пришёл захватывать их деревню со своими деревянными солдатами. Неужели, Милена тоже тогда была там, в толпе? - Да чего уж вспоминать об этом… - промолвил он с ноткой горечи в голосе. – Никакой я не волшебник. Это случайно всё вышло. Да и корону я на своей голове не смог удержать… Он вспомнил кое о чём и внутренне забеспокоился. Он прямо спросил у Милены: - А… никто не спрашивает тебя в деревне, куда ты постоянно уходишь? Милена просто улыбнулась. - Все знают, что я тебя навещаю. Урфин чуть было не поперхнулся от испуга и удивления. - Все?! – воскликнул он, глядя на неё во все глаза. - Ну да. – так же просто продолжала Милена. – И про мой подарок тебе, переданный Элли, тоже знают. – она легко рассмеялась, заявляя уверенно и твёрдо. – Ну и что? Пусть думают, что хотят! Злого умысла у меня нет, мне нечего стыдиться. От звука её смеха, которому вторили звенящие на её чепчике бубенчики, Урфин перестал волноваться. Неожиданно для самого себя, преодолевая смущение, решился и спросил, с лёгкой надеждой в голосе: - А… почему ты до сих пор так и не вышла замуж? Молодая женщина пожала плечами, опуская взгляд вниз. - Многие добивались моей руки, но… я никого не полюбила, так получилось. Сказала лишь половину правды. Она бросила короткий взгляд на Урфина и смущённо зарделась. Неловкий и смущённый миг прервал громкий скрип. Урфин и Милена, вздрогнув, моментально повернули головы в сторону дома. Это просто был Медведь в глубине дома, наступил на скрипучую половицу. Урфин и Милена смущённо прокашлялись и поводили глазами вокруг, боясь встретиться друг с другом взглядом. Милена внимательно посмотрела на двор. Практически голая земля, заваленная кое-где большими камнями, все деревья поблизости, во дворе и снаружи, чёрные и голые, на них ничего не растёт. Милена спросила, меняя тему разговора: - И всегда здесь был такой безрадостный и пустынный вид? Урфин неловко пожал плечами и ответил: - Моя мама хотела здесь что-нибудь выращивать, но отец не позволил. Говорил, нечего лишними делами заниматься, для еды хватит пойманной дичи и зелени, выращенной другими. - А что, если здесь что-нибудь посадить? – предложила Милена. – Я думаю, почва здесь подходит для выращивания разных растений. - Не знаю… - проговорил Урфин и вдруг задумался, о чём-то вспоминая. А что, если…

                                               ***

Вечером того же дня Урфин облазил весь чердак и после долгих поисков наконец-то нашёл то, что искал. В покрытой пылью большой деревянной коробке хранилось множество самых разных семян. Это принадлежало его матери, она забрала их с собой из прежнего дома. Отец не позволил ей их здесь сажать. Что, если из этих семян что-нибудь да вырастет? Урфин, не зная точно, как работают семена, вечером просто раскидал эти семена на земле во дворе и пошёл спать. Завтра Милена придёт, посмотрит и скажет, что делать дальше. А утром Урфин проснулся, вышел во двор… и обомлел. На дворе, который раньше был пустынным, повсюду буйно росла всякая зелень. Множество деревьев с золотыми яблоками, крупными сливами, медовыми грушами и мягкими персиками, огромные кочаны капусты, гигантские тыквы и дыни, зелёные хвостики морковок, свёклы и ананасов торчали из земли, огурцы, помидоры и горох, клубника и малина… Неужели это всё выросло за одну ночь? Милена как раз пришла к нему, и Урфин, весело смеясь, окликнул её: - Милена, посмотри, что у меня здесь!.. Милена тоже обомлела, а её глаза разбежались при виде такого великолепия. - Как?.. Откуда всё это? – изумлённо улыбнулась она, прикладывая руку к груди. - Это семена моей мамы. Волшебные семена! – как ребёнок радовался Урфин. – Пусть растут! - Даже если они волшебные, за ними всё равно нужен уход. – рассудила Милена. – И нужно будет оставлять семена про запас, чтобы можно было вырастить новые плоды. - Да? – прислушался к её советам Урфин. – Ладно… С этого дня Урфин начал осваивать огородные и садовые премудрости. Рыхлил лопатой землю, где было нужно, чтобы растениям было удобно, готовый урожай собирал и относил домой. Медведь тоже подключился к работе, расчистил землю от камней, сложив их в другом месте, носил вёдрами воду из колодца и поливал растения. Спустя пару дней даже чёрные и голые деревья поблизости чудесным образом покрылись зелёной листвой. Совсем неожиданно Урфин был рад этим новым домашним хлопотам. Возможно, потому что это каким-то образом было связано с его мамой…

                                                ***

А потом Милена позвала его погулять одним вечером. И он, неожиданно с лёгкостью, согласился. Так и прогуливались по округе, рядом с домом Урфина и деревней Жевунов. Был уже поздний вечер, всё вокруг освещала яркая полная луна, кое-где летали светлячки, похожие на маленькие звёздочки. Урфин, когда возвращался домой после своих злоключений, не думал, что посмеет выйти за пределы своего дома в ближайшие дни – был слишком подавлен своими неудачами. Но, когда Милена так неожиданно вернулась в его жизнь, стало легче. Урфин посмотрел на деревню Жевунов далеко внизу – почему ему теперь совсем не больно смотреть на голубые острые крыши домиков, похожие на знаковые шляпы Жевунов?.. - Знаешь, Урфин… - подала голос Милена, смущённо отводя взгляд. – Ты можешь приходить к нам на праздники. Я приглашаю! Составлю тебе компанию. Урфин оторопел и засмущался, но сердце в его груди интуитивно радостно подпрыгнуло. Его впервые позвали на праздники к Жевунам! - Ну, я на них ни разу не был, не знаю, понравится ли мне… - от волнения сбивчиво пробормотал Урфин. - Понравится, понравится! – улыбаясь, заверила его Милена. А потом она хитро и озорно прищурилась. Легко взбежала на лежащий рядом большой камень и, ступив по нему несколько шажков, сделала вид, что не удержала равновесие и падает. - Ой-ёй-ёй! – пискнула она, взмахивая в воздухе руками. Урфин моментально кинулся к ней, подхватил её за талию и бережно поставил на землю. Милена смущённо и радостно захихикала. Поймал. - Ты что, совсем того?.. – неуклюже воскликнул обеспокоенный Урфин, опускаясь на корточки и глядя прямо на неё. – Осторожнее нужно быть! А если бы упала, и меня бы рядом не было? Мгновение они смотрели друг другу в глаза, потом оба покраснели и смущённо отвели взгляды. Было в этой ситуации что-то знакомое, и в то же время что-то новое добавилось к этому… Урфин повернулся и сел на траву, Милена присела на камень. Они оба смотрели на тёмное ночное небо, усеянное звёздами. - Обычно в это время года можно увидеть созвездие Счастливого Жевуна… - проговорила Милена, а потом весело воскликнула, показывая пальцем на небо. – Вот, вон он, я его вижу! - Где? – заинтересовался Урфин, вертя головой и внимательным прищуренным взглядом всматриваясь в небо, но ничего не замечая. Милена хихикнула и, ласково коснувшись рукой его щеки, повернула его голову направо. - Вон там. Видишь, звёзды выстроены таким образом, что похожи на человечка, который весело танцует? Урфин внимательно присмотрелся к скоплению множества звёзд. - Ага… - пробормотал он. – Кажется, вижу… - он весело хмыкнул. – А ведь и вправду похоже… И тут он о чём-то вспомнил и широко улыбнулся. - Я сейчас!.. – воскликнул он, вскакивая на ноги и побежав к своему дому. Милена осталась сидеть на своём месте, терпеливо ожидая Урфина. Расправила складки на длинной юбке. На мгновение растерянно озадачилась, взметнув тонкие светлые брови вверх, испугавшись, что он её оставил. Но Урфин, к её облегчению, быстро прибежал обратно, держа что-то в руке. - Вот, моя подзорная труба. – проговорил он, стараясь отдышаться от бега. Он шмыгнул носом, вытирая его рукой. – Я часто в неё смотрел. Не на звёзды, правда… Он сел обратно на своё место и помог Милене держать трубу, пока она смотрела в неё, закрыв один глаз, на звёздное небо. - Ух ты!.. – изумлённо выдохнула она, восхищаясь. – До звёзд как будто можно рукой дотянуться! Какие они яркие!.. Урфин смущённо тихонько засмеялся, опуская взгляд, а Милена продолжила, перестав глядеть в трубу: - Мне с детства всегда казалось, что я слышу, как звёздные бубенчики на шляпе Счастливого Жевуна весело звенят в такт его танцу… Урфин посмотрел на неё. Какая же она красивая… Простая, но такая добрая, заботливая и дружелюбная. Пусть такая крохотная по сравнению с ним, но она поразила его в самое сердце. Светлые волосы, выглядывающие из-под чепчика, кажутся такими воздушными и лёгкими, а глаза, обрамлённые светлыми ресницами… они дивного цвета, не то голубые, не то зелёные… кажется, этот цвет называется бирюзовый. Милена повернула голову и встретилась взглядом с его тёмно-серыми глазами. Они сейчас как будто светятся от внутренней радости, а густые чёрные брови сейчас грозно не нависают над его глазами… Она впервые видит его таким счастливым! - Какой ты симпатичный, когда улыбаешься. – смущённо проговорила Милена. Урфин покраснел и поспешно отвёл взгляд, прижимая подзорную трубу к своей груди, сжимая её в руках. В голову ему неожиданно пришла странная мысль. - И почему я раньше не встречался и не говорил с тобой вот так? – задумчиво произнёс он. – Это, оказывается, так просто… - Да я и сама не решалась к тебе подойти. Ты ещё казался мне таким огромным… - вздохнула Милена и улыбнулась. – Получается, мы с тобой оба глупые. - Да, наверное… - облегчённо и неловко рассмеялся Урфин. Почему на душе сейчас стало так легко? Просто быть наедине рядом с Миленой ощущается гораздо грандиознее и значительнее, чем правителем принимать восхищение поданных. Урфин сейчас как будто узнал простую истину. За его спиной словно выросли крылья. - Так ты… - уточнил Урфин, преодолевая смущение и в то же время боясь посмотреть на Милену. – Ты правда не против, если я на праздники к вам загляну? - Не против, конечно. – улыбнулась Милена, пока её щёки розовели. - А если?.. – спросил Урфин и не договорил, со вздохом стыдливо опуская голову. Изредка его беспокоили кошмары, где все его ненавидят. Неужели окружающие спокойно смогут принять его после всего того, что он сделал? Этого он боялся спросить. Но Милена, к его удивлению, догадалась, что он имеет в виду, и поспешила его обнадёжить: - Пусть кто-нибудь только попробует тебя обидеть! Я ему не позволю! Уголки губ Урфина неловко чуть-чуть приподнялись. Тугой узел в его груди понемногу ослаб. Эх, Урфин, Урфин… В голове Милены крутился эпизод из прошлого, из детства, когда она решилась наконец-то познакомиться с ним, с забавным мальчишкой, непохожим ни на кого из Жевунов. В тот день он неуклюже делал первые шаги на коньках и восхищался её маленькой и чудесной юлой. И вот теперь они вместе после стольких лет, после скитаний Урфина, в которых он надеялся стать могущественным правителем и волшебником… Неужели она действительно не прогадала насчёт него? Неужели она правильно доверилась своим чувствам, и именно с ним будет счастлива в дальнейшем? Так хочется верить в лучшее и позволить сердцу и дальше биться в груди так взволнованно и сильно, думая о том человеке, который стал к ней на самую чуточку ближе… Юла до сих пор лежит в его кармане. Подарок, который она хранила для него все эти годы… И тут Урфина осенило. Ну что он просто так водит перочинным ножиком по полену? Может, пора действительно уже что-нибудь сделать? И подарить… В наполненном ароматами трав и цветов летнем тёплом вечернем воздухе, чуточку прохладном после жаркого дня, ощущаются надвигающиеся перемены…

                                                   ***

В подземной стране волшебников и колдунов, несмотря на запустение и опустошение, шли чередом свои дела. На протяжении нескольких долгих дней Глючка творила нужное заклинание, и теперь дело близилось к завершению. Держа в руках стеклянную колбу, в которой переливалось жёлтым светом лёгкое облачко, она, напрягая силы, направила сквозь свои ладони внутрь колбы маленькие голубые молнии. - Заклинание Жёлтого Тумана уже почти настоялось. – зловеще проговорила она. – Скоро оно распространится над всей Волшебной Страной… - И тогда вы получите Серебряные Туфельки, и у вас будет безграничная власть! – поддакивал ей стоявший позади Руф Билан. Теперь он носил сероватый тёмно-синий костюм, в тон мрачному дворцу. – А я, ваш верный слуга, буду всегда рядом! Глючка сделала вид, будто его вовсе нет поблизости. - Даже жалко, что падение подземной страны далось мне так легко. – продолжала она говорить будто сама с собой. – Это сотни лет назад волшебников и фей, колдунов и ведьм здесь было бесчисленное множество, и они все воевали между собой. А в последнее время людей с магией в крови по пальцам пересчитать можно было, только и могли что дуэли устраивать и мелкие пакости строить. – живая книга неприязненно поморщилась. – И только королевы у нас всегда недостижимый идеал… Сверху к ней опустились древесные Руки, неестественно дёргаясь, и зашептали ей на ухо: - Повелительница, она снова была здесь. Она снова хотела сюда пролезть. - они захихикали. – Как всегда, не продержалась дольше минуты. Глючка коварно и самодовольно улыбнулась, а Руф Билан заинтересовался: - Кто? – не понял он. – О ком это они? - Всё-то ей неймётся! – насмешливо проговорила Глючка, всё ещё не обращая внимания на Руфа Билана, и добавила с лёгким издевательством. - Наша светлоликая правительница всё надеется вернуться сюда. Ничего не выйдет. – сказала она уже серьёзнее. – Потеряла она свой трон. Проиграла более достойной. Ни ей, ни кому-либо другому теперь не удастся испортить мои планы… И тут же, словно о чём-то вспомнив, Глючка сосредоточенно нахмурилась. - Кстати, об испорченных планах… - недовольно пробормотала она. – Есть там наверху кое-кто больно хитрый. Умнее, чем кажется на первый взгляд. Один раз он мне здесь карты спутал, и я не хочу, чтобы он мне что-нибудь подпортил там. Не хотелось бы спускать с него глаз… – книга повернулась к Рукам и приказала. – Живую игрушку ко мне тащите! - Какую? – не поняли сначала её слуги. Глючка раздражённо коротко помотала головой, закатив глаза и цокнув языком, досадуя на их нерасторопность. - Вы знаете других живых игрушек? – гневно прикрикнула она. – Он – один! - А-а-а… Слушаемся, Повелительница! – откликнулись Руки и взметнулись вверх.

                                                    ***

Клоун сидел у окна, смотрел недовольным взглядом на улицу и стучал пяткой по подоконнику, свесив одну ногу вниз. Повторяющийся монотонный деревянный стук мог хоть на самую чуточку отвлечь его от скуки. А то каждый день одно и то же… Ну, не совсем, теперь во дворе куча всякой зелени растёт… А ему какой с этого прок? Клоун повернулся и посмотрел на длинные полки у стены, на которых громоздилось всякое, и уголки его нарисованных губ опустились ещё ниже. Ну, по крайней мере сейчас он больше не валяется там безжизненным… …Когда Урфин Джюс нарисовал ему глаза и рот, тогда он, законченная готовая игрушка, каким-то образом понял, что он готов к выполнению какой-то своей роли, он не знал конкретно какой, но был готов… Но его никто не взял. Совсем никто. Было ли это из-за грустного выражения лица или чего-то ещё, но у него не появилось нового хозяина. И готовность выполнять свою роль словно зашла в тупик, натолкнулась на непреодолимую стену. А Урфин Джюс положил его на одну из полок и забыл о нём. И много долгих лет он пролежал на полке, забытая и оказавшаяся никому не нужная деревянная игрушка. Среди других игрушек, инструментов и сложенных поленьев, покрытых пылью. Смотрел только в одну точку, не в силах что-либо изменить. Словно застыв в разочарованном огорчении и бессилии с вечно опущенными вниз уголками нарисованных губ. А Урфин жил свою жизнь, ходил по комнате, разговаривал иногда сам с собой, когда безыдейно водил каким-нибудь инструментом по дереву или обедал, глядя куда-то и перебирая в пальцах ложку. О том, что происходит в Волшебной Стране, об Изумрудном городе и его правителях, о волшебных предметах, с которыми можно самому стать волшебником. Бормотал про себя и тяжело вздыхал. Однажды Урфин взял его с полки, посмотрел на него, даже посадил на стол… но потом снова забыл, будто его и не существовало вовсе. Так бы и валялся он на полу, если бы внезапно не почувствовал, что что-то, какая-то сила, влилась в него. И впервые, неожиданно, сам шевельнул мизинцем, по собственной воле. И тогда впервые улыбнулся, радуясь дарованной ему возможности. Сначала он, почувствовав себя неприкасаемым и хозяином своей жизни, весело бросился издеваться над Урфином, невольно одновременно мстя ему за годы своего бесполезного валяния на полке, но сильная медвежья лапа дала ему понять, что много не набалуешь, да и полной свободы действий у него на самом деле нет. А потом он предложил Урфину сделать и оживить деревянную армию, чтобы пойти и захватить Изумрудный Город, дал новую форму мыслям Урфина. Ведь Урфин Джюс больше всего на свете хотел быть великим, хоть правителем, хоть волшебником, хоть и тем и другим одновременно. И тогда он впервые понял, что может пригодиться своему хозяину, быть нужным хоть в чём-то… Даже если ожил он абсолютно случайно, он решительно собрался жить на полную, лишь бы не возвращаться к пустому валянию на полке или где-то ещё. Да, он не состоялся как игрушка, но, начав жить, он стал полезным и нужным для хозяина, к нему прислушивались, он находился в самой гуще событий, мог бы стать при Урфине в Изумрудном Городе кем угодно!.. …Но теперь он снова безвылазно застрял в этом доме. И Урфин как будто забыл о своей мечте, как будто всё его теперь устраивает, про Изумрудный Город вообще не заикается, да ещё и эта Милена… Клоун разочарованно промычал. А ему-то теперь что делать? Никому не нужный игрушечный клоун… Неужели про него опять забывают?.. - Эй, чего ты там сидишь? – весело позвал его с улицы Медведь, стоя на грядках. – Давай, помогай! Клоун без интереса соскочил с подоконника на пол и пошёл на улицу. Безрадостно и монотонно наложил в корзину яблоки, которые Медведь стряхнул с дерева на землю, надёргал из земли морковки – давалось это с трудом. Конечно, он ведь маленький, и деревянные ручки на верёвочках – тоненькие. Что ими вообще можно поднять?.. - И зачем это всё? – недовольно протянул Клоун, кивком головы указывая в сторону наполненных овощами и фруктами корзин в лапах Медведя, когда они зашли обратно в дом. - Хозяину это нужно, будет есть. – простодушно откликнулся Медведь. Но он же не это имел в виду… - А… а Изумрудный Город ему больше не нужен? – с толикой надежды поинтересовался Клоун. - А зачем? – спросил Медведь, ставя корзины в угол комнаты. – Он о нём вообще не говорил. Они оба посмотрели на сидящего за столом Урфина Джюса. Хозяин терпеливо, старательно и увлечённо вырезал перочинным ножичком из дерева что-то маленькое, изредка он мечтательно и радостно улыбался, погрузившись в свои мысли. - Вот именно, что не говорит. - недовольно буркнул Клоун.      - Ну… Хозяин теперь такой радостный. – улыбнувшись, заметил Медведь. – Мне кажется, он сейчас очень счастлив. А если он счастлив, то и я тоже. Пусть живёт, как хочет. Навсегда остаться здесь, в этом доме… Быть не нужным со своими советами… - А я, может, лучше знаю, чего он хочет! – капризно и обиженно воскликнул Клоун. Урфин, не отрывая глаз от своей работы, прикрикнул на них: - Эй! Чего вы там шушукаетесь? Отвлекаете меня. Клоун раздосадовано пнул лежащую на полу у камина кочергу, но не рассчитал силы и повалился на спину. Как неловкая и смешная игрушка. Клоун сердито тихонько прорычал и пробубнил: - Ну, всё! С меня хватит! Лёжа на спине, он внезапно заметил, что в камине, среди серой и пыльной золы, блестит что-то фиолетовое и искрящееся. Клоун удивлённо округлил глаза. Это же остатки Живительного Порошка! Клоун поспешно вскочил на ноги и радостно и взволнованно позвал Урфина, показывая руками на камин: - Хозяин! Хозяин! А вот же… Волшебный Порошок! Урфин сначала подумал, что ослышался. - Что?.. – рассеянно откликнулся он, поднял голову и посмотрел на Клоуна. - Вот, здесь, совсем чуть-чуть осталось! – показывал Клоун внутрь камина. И правда, Урфин, приглядевшись, заметил отблески знакомого фиолетового цвета в темноте камина… и в его груди снова с силой затянулся тугой узел. - И что? – спросил он у Клоуна. - Его можно использовать! – с энтузиазмом воскликнул Клоун. – На новую армию уже не хватит, но можно сделать кого-нибудь огромного и грозного, кто один будет стоить ста солдат! И попробовать захватить с ним Изумрудный Город! Урфин на короткое мгновение задумался. А ведь и правда… Волшебный Живительный Порошок ещё остался… Ещё одна возможность, которую можно реализовать… Армия дуболомов, которая покинула его… Разгромленная армия чудовищ у плотины… Огромная железная ладонь, которая чуть было не раздавила его… Страх, ненависть и презрение в глазах жителей Изумрудного Города… Урфин поспешно отвернулся. - Нет! – воскликнул он. – Не надо мне это… Клоун сильно удивился, в изумлении вытянув нарисованное лицо. - Почему, хозяин? – вопросил Клоун и с уверенностью заявил. – Ты же сам этого хотел! Урфин посмотрел на подарок для Милены в своей руке, который он делал, вспомнил её улыбку и радостный смех… - Я не этого хотел. - твёрдо ответил он. – Больше не напоминай мне об этих глупостях! – слегка недовольно велел он Клоуну. – У меня дел полно!.. Медведь с беспокойством переводил взгляд с Клоуна на хозяина и обратно. - М-м-может, мы сходим грядки прополоть, хозяин? – неуклюже предложил он, надеясь разрядить напряжённый момент. Но Клоун, вконец обескураженный и растерянный, упрямо гнул свою линию и попытался убедить хозяина: - А как же Изумрудный Город? Урфин опустил голову, раздосадовано промычав. А Клоун не унимался: - Как же Великий и Ужасный Волшебник? Ты же можешь стать Властелином Мира!.. Урфин больше не мог этого выносить. Все эти бредни, все эти глупые амбиции, все эти несбывшиеся фантазии, которые привели его в никуда… Урфин с силой стукнул кулаком по столу и гневно прикрикнул: - Да замолчи ты, глупая деревяшка! Клоун растерянно и испуганно смолк. И снова почувствовал себя игрушкой, которую легко можно положить куда-нибудь и навсегда о ней забыть… Даже здесь, даже живым он оказался не нужен. Клоун сжал кулачки от бессильной злости и поспешно выбежал из дома. Медведь впервые не знал, что говорить и что делать. Порывался пойти следом за Клоуном, чтобы вразумить его, но упрямо оставался на месте, рядом с хозяином. А Урфин тяжело дышал, стараясь утихомирить свой гнев, глядя перед собой в одну точку. А потом грустно вздохнул, нежно сжимая в руке подарок для Милены.

                                                     ***

Клоун выбежал за ворота, толкнув их изо всей силы и протиснувшись в маленькую щель, и продолжал бежать, далеко, куда глаза глядят. Потом остановился, обуреваемый обидой и гневом, и сердито пнул ногой маленький камешек. Недовольно скрестил руки на груди и нахмурился, хотя уголки губ грустно опустились вниз. Если он никому не нужен, как игрушка… Если даже Урфин Джюс больше не нуждается в его советах… Что ему теперь делать? Куда идти и податься? Кому он будет нужен?.. Неожиданно что-то схватило его снизу за ноги и резко потянуло вниз, под землю, он даже не успел ничего предпринять. Опять… Хотя, сейчас у него не было никакого желания сопротивляться. Спустя мгновение Руки притащили его в подземную страну, во дворец, и остановились перед Глючкой, держа Клоуна вверх ногами. - Повелительница, вот он! – отчитались они. Книга, заметив, что Клоун сопротивления не оказывает, улыбнулась и, старательно строя из себя добрую тётю, заговорила: - Так, любезничать не буду, ты же меня и так знаешь. Я лишь предлагаю – будешь рядом, получишь в награду всё, что твоей игрушечной душе угодно. У тебя же сейчас перспектив никаких нет, правильно? Хозяина твоего трогать не буду… пока что. – добавила она вполголоса и снова обратилась к нему. – Согласен, деревяшка? Клоун висел, свесив вниз руки, равнодушно глядя на неё. Даже если это страшная и опасная книга – разве у него есть сейчас какие-нибудь варианты? Так он хоть где-то будет. Клоун тихонько буркнул: - Угу. Глючка удовлетворённо улыбнулась, Руки бесцеремонно отпустили его, и Клоун шлёпнулся с гулким стуком на каменный пол. - Ой… а мы знакомы… - неловко хихикнул стоявший поблизости Руф Билан. – Теперь у тебя будет хозяин – точнее, хозяйка – сильнее и могущественнее Урфина Джюса. – обратился он к поднимающемуся с пола Клоуну. Теперь Руф Билан старался выглядеть авторитетнее и отважнее в глазах живой деревянной игрушки, которая не раз запугивала его Урфином. – Здорово, правда? - Да, наверное… - вполголоса пробурчал Клоун, глядя нахмуренным взглядом вниз куда-то в одну точку и обхватывая себя одной рукой. Сейчас, в огромном и мрачном тронном зале, маленькая игрушечная фигурка казалась покинутой и осиротевшей. А живая книга подлетела к трону и взяла с его подлокотника колбу с Жёлтым Туманом. - Готово!.. – предвкушая начало чего-то большого и грандиозного, коварно прошептала Глючка.