Глава 10. Гордость

2005 год

Звук входящего сообщения заставил Сору вздрогнуть на месте и тут же разозлиться на себя. Почти две недели прошло, почему она все еще ожидала чего-то? — Что ты дергаешься? — пробурчал Сэйя с соседней половины дивана. Сора его демонстративно проигнорировала, потянувшись за телефоном. На экране телевизора продолжали разворачиваться сцены какого-то западного боевика, который они взяли на прокат. А на экране телефона горело новое сообщение от Сэчико, где она пересказывала очередную сплетню. Сора еле сдержала разочарованный вздох. Закатив глаза, она быстро напечатала ответ и уже собиралась отправить его, как на нее навалился Сэйя: — С кем ты там вечно переписываешься? С парнями? «Если бы», — горько подумала Сора. Ран ей написал лишь дважды — вечером того дня, когда получил ее номер, и на следующее утро. Они немного поболтали: про ее любовь к персиковому баббл-ти, про его страсть к эффектным появлениям, после чего он пропал почти на две недели. Ни звонка, ни сообщения. Писать первой Сора ему не собиралась — еще чего? Это он выслеживал ее по всему городу и устроил целое представление в попытке заполучить номер, а теперь… К горлу подступила вязкая горечь. Думать об этом не хотелось, но вывод напрашивался сам по себе. Наверное, добившись того, что хотел, Ран просто… потерял к ней интерес. У Соры не было опыта в отношениях, но она слышала, что парни постоянно так поступают. Особенно такие, как Ран — крутые, самоуверенные, популярные. Неужели она действительно думала, что могла по-настоящему заинтересовать его? В окружении Рана водилось куча девушек — одна другой ярче, смелее и раскрепощеннее, взять ту же Сузуки Асу… Вкус горечи стал еще более ощутимым, а вместе с ним на Сору навалилось осознание, заставившее сердце пропустить удар. «Даже не думай. В нее крепко вцепился один из братьев Хайтани». «Сузуки за такой движок сосет Хайтани». С того вечера на тогэ Сора и думать забыла про Асу и про то, что слышала о ней, но сейчас вдруг на нее снизошло понимание. А что, если речь шла о Ране? Что, если это он был с Асой, а с ней, Сорой, решил просто поиграть? Но когда понял, что не такая уж она и интересная, чтобы тратить свое время, то исчез. В носу неприязненно защипало, и Сора снова разозлилась. Не хватало еще лить слезы из-за подобного. — Эй, я кого спрашиваю? — отвлек ее тычок в бок от Сэйи. Сора вернулась в реальность и ответила ему с двойной силой: — Да чего?! Не лезь на мою сторону дивана! — Тогда отвечай! С кем ты там переписываешься? — С подругой! Не то чтобы это твое дело! Сэйя прищурился: — С каких это пор у тебя есть подруги? Ну-ка покажи! Она не успела среагировать — он снова бросился на нее, пытаясь выхватить телефон. — Отвали от меня! — воскликнула Сора, отчаянно отбиваясь. Вывернувшись из захвата Сэйи, она наугад дернула коленом и удовлетворенно хмыкнула, когда раздался приглушенный стон. — Тупица… — промычал Сэйя, хватаясь за промежность. — Говорил я пацанам, что нельзя учить тебя драться… — Да не надо уметь драться, чтобы завалить такого мешка, как ты, — ответила Сора, поднимаясь. Но не успела она сделать это, как тут же оказалась снесенной с ног. Они покатились по полу, вцепившись друг в друга и сыпля ругательствами, пока на их крики не прибежала мама и не разогнала по комнатам, не дав досмотреть фильм. Холодная война между ними продолжалась до следующего утра. — И как я мог подумать, что ты переписываешься с парнем, — будничным тоном заявил Сэйя за завтраком, накладывая тофу на тост. — Кто вообще на тебя посмотрит? Со стороны мамы послышался тяжелый вздох, однако утро было слишком ранним, чтобы она попыталась влезть между ними. Сора покрепче перехватила нож для масла, проглотила желание швырнуть им в брата и приторно улыбнулась. Она не собиралась показывать, что в этот раз его издевательства угодили прямо в цель. — Все еще обижаешься, что получил по яйцам? — Сора, следи за языком… — предупредительно начала мама, но Сора ее проигнорировала: — Поплачь еще, нытик, — выгнула она губы в издевательской улыбке. — Вот поэтому у тебя и нет девушки. Сэйя вскинулся: — Чтоб ты знала, девушки сворачивают шеи в мои сторону, когда я прохожу мимо! — Потому что ты выглядишь, как посмешище. — Ты сейчас договоришься и получишь. И я не посмотрю на то, что ты девчонка. — Это то, что ты слышишь во время драки? — Да что с вами?! — не выдержала мама, хлопнув ладонью по столу. Послышался звон посуды и приборов, апельсиновый сок в стаканах пошел рябью. — Сэйя, ты же старший и ты мужчина! Веди себя благоразумнее! Сора хмыкнула и сложила руки на груди, посылая брату самодовольный взгляд, но ликование ее продлилось не долго. — А ты, Сора? — Мама повернулась к ней. — Что на тебя нашло? Ты сама на себя не похожа! — У нее, наверное, месячные скоро, вот она и кидается на всех, — выпалил Сэйя, не намереваясь оставлять последнюю реплику Соры без ответа. — Да ты… — едва не захлебнулась возмущением она, подрываясь на ноги. Остаток фразы ее потонул за вскриком мамы: — Довольно! — не выдержала она. — Либо вы сейчас же успокаиваетесь, либо я звоню отцу! Подействовало безотказно. Сора и Сэйя осеклись на полуслове и тут же присмирели. Темные и столь похожие глаза их все еще метали молнии друг в друга, однако, внимая угрозам мамы, они послушно замолчали. Остаток завтрака прошел в тишине. Уже по дороге в школу, успокоившись, Сора со стыдом призналась самой себе, что в этот раз перегнула. Она и так эти дни ходила особенно раздраженной, изводясь от неизвестности, обиды и злости, а слова Сэйи довели ее до точки кипения. И все из-за какого-то парня, который даже не удосужился как следует отшить ее? Она была выше этого. Решив, наконец, отпустить всю эту ситуацию, Сора удалила из журнала контактов номер Рана и, стараясь игнорировать неприятное чувство, растекшееся под ребрами, направилась на учебу. Словно в насмешку, Ран решил объявиться на третьем уроке. Сора старательно переписывала с доски теорему по физике, когда спрятанный в пенале телефон завибрировал. Ожидая, что это очередное сообщение Сэчико, она украдкой проверила его и чуть не взвыла в голос, когда увидела сообщение от Рана. [Номер не сохранен]: привет, принцесса. чем занята? Сора оставила его без ответа. На четвертом уроке пришло еще одно сообщение. [Номер не сохранен]: куда пропала? Сора даже не отвлеклась от конспектирования новой темы по истории, хотя очень хотелось. Возмущение кипело в ней, словно лава в жерле вулкана, и требовало высказать Рану все, что она о нем думает. На пятом уроке он позвонил ей, едва не подставив перед учителем японской литературы. Сора успела скинуть звонок прежде, чем тот обратил бы внимание на вибрацию, исходящую от пенала. [Номер не сохранен]: решила опять поиграть в недотрогу? я думал, мы уже прошли этот этап. И тут Сора не выдержала. Спрятавшись за учебником, она достала телефон и напечатала ему яростный ответ: [Сора]: Не пиши мне больше. И заблокировала.

***

— Кто тебе написывал весь день? Тот парень? — спокойно поинтересовалась Хина после уроков, когда они с Сорой направлялись на занятия по верховой езде. Сора даже не удивилась, что она заметила. Они весь день сидели за одной партой, а Хина всегда отличалась особой внимательностью. Увиливать не было смысла, но и обсуждать что-то столь личное с подругами Сора не привыкла. В основном она всегда слушала их, но сама мало что рассказывала — это было уже не столь мерой предосторожности, сколько привычкой. Однако в этот раз ей вдруг захотелось поделиться с Хиной. Сэчико и Акико были хорошими подругами, но почему-то именно она вызвала у Соры больше всех доверия. Отчего-то ей казалось, что если кто и может спокойно выслушать ее и дать трезвую оценку, то это Хина. Тяжело вздохнув, Сора кивнула: — Да. И рассказала обо всем, избегая подробностей их с Раном знакомства. Хина все терпеливо выслушала, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. — То есть ты злилась на него, потому что думала, что он потерял к тебе интерес и продинамил? — спросила она уже в раздевалке, снимая школьную форму и меняя ее на экипировку для верховой езды. Сора последовала ее примеру и принялась расстегивать пуговицы блузки. — Да. — Но сегодня он написал тебе, что вроде как говорит о том, что он не потерял интереса, — продолжала Хина, натягивая на себя бриджи. — Однако ты разозлилась на него еще сильнее и заблокировала. Сора нахмурилась и достала из спортивной сумки поло. Из доводов Хины следовало, будто неправа в этой ситуации именно она. — Ну а кто, скажи мне, пишет спустя две недели? — наконец подобрала нужные слова Сора. — Со стороны все выглядит так, будто… Будто я ему вообще не интересна и он вспомнил обо мне, только когда стало скучно или типа того. Хина пожала плечами, собирая короткие черные волосы на затылке, чтобы они не мешали ей во время занятий. — Не додумывай за него. Он мог быть занят. — И за две недели не нашел минуты, чтобы написать коротенькое сообщение? Значит, не так уж я ему и нравлюсь. А значит, нет смысла тратить на него время. — Ты «так уж нравишься» Такаги-куну, но отчего-то и на него не спешишь тратить свое время. Сора осеклась. Хине удалось ее подловить, и она уже успела пожалеть, что вообще затеяла этот разговор с ней. — Это другое, — наконец ответила Сора, не придумав ничего лучше, и присела на край деревянной лавки, чтобы натянуть краги. — Да, другое, — произнесла Хина таким тоном, будто говорила с ребенком. — Такаги-кун тебе не нравится, в отличии от того парня. И ты ему тоже, судя по всему. Так стоит ли отказываться от всего в угоду гордости? — Я не… — принялась оправдываться Сора. — Это не гордость. Хина лишь пожала плечами, надевая блейзер. — Ладно, в любом случае, может это и к лучшему. От таких парней все равно не стоит ждать ничего хорошего. О черт, мы опаздываем, пошли быстрее на манеж. Всю тренировку Сора прокручивала в голове этот разговор — да так, что пару раз чуть не свалилась со своего мерина. Тот, словно чувствуя ее беспокойство, тоже вел себя непредсказуемо: вставал на дыбы, не реагировал на команды и капризничал. Конечно, Хина относилась к этой ситуации спокойно. Она выросла с безразличными, отстраненными родителями и прывыкла всю жизнь полагаться на себя. Вот только у Соры была похожая ситуация в семье, так почему же она не могла реагировать так же трезво и хладнокровно? Может, потому что впервые почувствовала себя столь уязвимой? Впервые боялась быть отвергнутой и ненужной? Они были знакомы всего ничего, а он уже действовал на нее так. Раз Ран имел над ней такой контроль, значит, нужно было вернуть его себе. Соре жилось намного легче без всяких эмоциональных привязанностей, пусть дальше так и будет. Хина была права, ничего хорошего из этого не выйдет.

Olivia Rodrigo — good 4 u

Однако глупо было надеяться, что она сможет все контролировать. Особенно, когда дело касалось такого человека, как Хайтани Ран. Потому что на следующий день он ждал ее прямо на парковке у школы. — Эм… Это случайно не твой там стоит? — протянула Сэчико, когда они с девочками, отсидев последний урок, вышли на улицу. Сора тут же напряглась. Найти Рана не составило труда — его темно-фиолетовая «Мазда» резко выделялась в рядах черных автомобилей, выстроившихся на парковке. Внутри что-то вспыхнуло — радость, злость или раздражение, — она не могла разобрать. Словно в поиске поддержки, Сора переглянулась с Хиной. Та смотрела на нее выжидающе, словно говоря: «Ну и что теперь?» Сора растерялась. Идти к Рану она не хотела — боялась, что при виде него все установки дадут сбой, — а уйти просто так смысла не было. Он все равно найдет ее, и не дай боже попадется на глаза Сейе и парням. Она снова взглянула в его сторону и ощутила прилив злости. Неужели он правда думал, что может просто взять и появиться, будто ничего не было, после двух недель молчания? Тому, как она поступила дальше, Сора так и не сможет найти логического объяснения. Возможно, ей двигало желание продемонстрировать Рану, что она не собирается бегать за ним и что ее жизнь не крутится вокруг него. А может, ей просто хотелось, чтобы он почувствовал то же, что чувствовала она все эти дни. Поэтому, не до конца осознавая, что делает, Сора окликнула проходящего мимо одноклассника: — Такаги-кун! Тот заполошно обернулся, едва не подпрыгнув на месте. Сэчико и Акико недоуменно переглянулись между собой. Хина снисходительно покачала головой, прекрасно понимая, к чему все идет. Сора очаровательно улыбнулась. — Какие планы после уроков? Такаги Шоджи был действительно отличным парнем, и Сора даже испытала легкий укол стыда за то, что собиралась использовать его. Лучший в классе по оценкам, капитан школьной футбольной команды, наследник гостиничного магната, да еще и весьма хорош собой. Обычно парни с таким набором качеств быстро зазнаются, но Такаги оставался застенчивым, скромным парнем, теряющимся в присутствии девушек. — У м-меня?.. — переспросил он растерянно, еще не до конца осознавая, что происходит. Сора усмехнулась и склонила голову набок: — У тебя, у тебя, — ласково произнесла она, словно говорила с ребенком. Правая рука Такаги метнулась к затылку, принимаясь нервно ворошить темно-каштановые кудри. Янтарные глаза забегали из стороны в сторону, избегая смотреть прямо на Сору. Светлое лицо равномерно покраснело. — Ну… Я собирался домой… Сора поджала губы, чтобы не рассмеяться, глубоко вздохнула и сделала шаг ему навстречу. — Не хочешь сходить на свидание? Такаги был ошарашен настолько, что уставился прямо на Сору и покраснел пуще прежнего. За спиной послышался удивленный вздох Сэчико. — На свидание?.. С кем? Девочки дружно прыснули от смеха. Сора закатила глаза и резко ответила: — С поварихой из кафетерия! — но тут же осеклась и, взяв себя в руки, вновь лучезарно улыбнулась: — Со мной, конечно же, дурачок. Ты и я, прямо сейчас. Выбор места оставлю за тобой. Такаги пару секунд смотрел на нее в полном ступоре, приоткрыв рот и изредка моргая, пока, наконец, не отмер: — Да! Да, конечно! — торопливо воскликнул он, сбрасывая наваждение. — Я знаю одно хорошее место. Мой водитель ждет у входа. — Вот и отлично, — невозмутимо кивнула Сора, подошла к Такаги и смело взяла его под локоть. — Пошли? Тот пробормотал что-то невнятное и последовал за ней. — Ну ты даешь, Сакамото… — донесся им в спину восторженный шепот Сэчико. Сора прикрыла глаза, мысленно оценивая масштабы надвигающейся катастрофы. Она разберется с последствиями позже. — Так куда ты меня ведешь? — спросила она у Такаги, чтобы хоть чем-то заполнить неловкую паузу. — В одном из наших отелей недавно открылся хороший ресторан с… — Первое свидание — и сразу в отель? — невинно поинтересовалась Сора, лукаво изогнув бровь. Такаги резко затормозил и испуганно уставился на нее. — Я не… Я не это имел в виду… Черт, прости, я не хотел тебя оскорбить… Просто… Вид его покрасневшего, растерянного лица был действительно очаровательным. Сора против воли рассмеялась: — Господи, Такаги-кун, успокойся! Я же пошутила! Такаги замолчал, выдохнул и вроде расслабился, но осторожность в его взгляде осталась. На губах заиграла легкая улыбка, что можно было расценивать как добрый знак. — Не пугай меня так, Сакамото. Я до сих пор не понимаю, что происходит. Сора пожала плечами и возобновила шаг в сторону выхода со школьного двора: — Что непонятного? Такаги пожал плечами: — Не знаю… Просто с чего ты вдруг решила пригласить меня? — Ну я же не слепая и вижу, как ты смотришь, — беззаботно ответила Сора. — Ждать, пока ты осмелишься сделать первый шаг, я устала, поэтому решила действовать сама. Ей даже не нужно было смотреть на Такаги, чтобы понять, что лицо его сейчас было пунцового цвета. — Так значит… Я тебе тоже нравлюсь? От наглой и неловкой лжи Сору спас оклик в спину: — Далеко собралась, Принцесса? Раздавшийся голос был спокойным, но звенел скрытым напряжением. Сора замерла, медленно поворачиваясь на звук. Ран стоял чуть поодаль, спрятав руки в карманах черно-белого хаори. Фиолетовые глаза смотрели на нее внимательно, с ленивым прищуром, уголки губ дрогнули в едва уловимой усмешке. Но Соре казалось, будто его взгляд прожигает дыру в ее груди. Такаги тоже застыл, переводя взгляд с нее на Рана: — Сакамото?.. — нерешительно позвал он. Но она его не слышала. Потому что Ран смотрел прямо на нее. — Что ты здесь делаешь? — резко произнесла она. Он холодно усмехнулся и небрежно пожал плечами: — Ты бы знала, если бы не заблокировала меня. Не хочешь ничего объяснить? Сора тут же вспыхнула: — Так это я должна объяснять? — Сакамото, кто это? — чуть настойчивее подал голос Такаги. — Никто, — отрезала она, наблюдая за тем, как в глазах Рана полыхнули искры. Он крепко сжал челюсти — так, что на скулах заиграли желваки, — и перевел взгляд на застывшего Такаги.

Olivia Rodrigo — brutal

— Ты так и не ответила: куда собрались? — Не твое дело, — холодно ответила Сора. — На свидание, — одновременно с ней ответил Такаги. Голос его едва слышно дребезжал от нервозности, однако он упорно пытался храбриться. Ран медленно склонил голову набок, изучая его, словно добычу. — Вот, значит, как, — протянул он, делая шаг вперед. Сора непроизвольно напряглась. Такаги, может, и был шире в плечах, но Ран был опаснее и непредсказуемее. — Так может, подвести вас? Сора вжала ногти в ладони, пытаясь удержать спокойствие. Нет, она не позволит ему выводить себя на эмоции. — Не нужно, нас ждет водитель, — быстро ответил Такаги, стушевываясь. Ран смотрел на него оценивающе, с насмешкой, едва заметно склонив голову набок. — Надо же, как мило, — усмехнулся он, делая еще один шаг вперед. Не выдержав, Сора поспешила встать между ними, пока не стало слишком поздно. — Отойди, — ровно произнесла она, вскидывая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Ран медленно посмотрел на нее, и она увидела, что на дне зрачков его бушевала разрушительная ярость, которую он сдерживал за напускным спокойствием. Сора поняла, что он в бешенстве. И ей вдруг стало страшно. — Слышь, пацан, — размеренно произнес Ран, не отводя взгляда от Соры. — Иди погуляй. — Да кто вы… — начал было Такаги, но Сора его прервала: — Такаги-кун, пожалуйста, — произнесла она успокаивающе, оборачиваясь к нему через плечо. — Подожди меня у машины, я скоро. Такаги сжал губы, явно колеблясь. Но, поймав ее взгляд, полный решимости, медленно кивнул и со скрытым недовольством отошел. Бедный Такаги, он был всего лишь пешкой в их игре и не заслуживал пострадать. — Беспокоишься о нем? — раздался ядовитый голос Рана, пробираясь прямо под кожу. — Симпатичный мальчик, но не подходит тебе. — А кто тогда мне подходит? — не выдержала Сора. — Ты что ли? Ран не торопился с ответом. Он смерил ее взглядом — ленивым, цепким. — Вполне возможно, — наконец протянул он, самодовольно хмыкнув. — Но явно не этот папенькин сынок. — Я не спрашивала у тебя совета. — А тебе и не нужно, я сегодня добрый. Записывай куда-нибудь, чтобы не забыть. Сора вскинула бровь, сложила руки на груди и с вызовом спросила: — Так ты за этим пришел? Раздать советы? — Нет, не за этим. Она знала, что правильным решением было бы просто развернуться и уйти, но не могла. Что-то внутри ныло, пульсировало раздражением и болью, заставляя ее остаться. Одной ее части хотелось показать Рану, что он задел ее глубже, чем осознавал. А другая же наоборот стыдилась этого и всеми силами пыталась скрыть свою уязвимость за злостью и хлесткими словами. А еще где-то глубоко внутри теплилась глупая, наивная надежда. Что он извинится и объяснит, почему так поступил, почему пропал. Скажет, что не хотел играть ее чувствами. И она его простит, потому что… потому что действительно что-то испытывала к нему. Но Ран молчал, не оправдывался и не раскаивался. Конечно, это было выше его гордости. Вместо этого он продолжал насмехаться, словно не понимал, в чем его обвиняют. Сора провела языком по пересохшим губам и устало выдохнула: — Тогда что тебе надо? Ран нахмурился. Впервые на его лице проявилось хоть какое-то подобие эмоций — смесь раздражения с чем-то, похожим на растерянность. — Понять, какого хрена ты творишь, — выплюнул он. — Что это за игры? Брови Соры возмущенно взлетели вверх: — Это ты у меня спрашиваешь? После того, как исчез? Думал, можешь спокойно объявится спустя две недели, и я просто забуду? Ран хотел было что-то сказать, но осекся, уставившись на нее недоуменным взглядом. — Что? — наконец произнес он. — Подожди, в этом вся проблема? Сора ощутила, как сжалось сердце. Почему его тон, его голос, его взгляд вдруг заставили ее почувствовать себя полной дурой? — То есть для тебя это в порядке вещей? — произнесла она стянуто, складывая руки на груди и вскидывая подбородок. — В порядке… что? О чем ты вообще? — продолжал недоумевать Ран. — Я был занят. Что ты себе надумала? Что-то внутри нее треснуло. Она почти услышала этот хруст. — Я ничего не надумывала! — воскликнула она, но сознание тут же предательски подкинуло череду образов: Ран с Сузуки Асой, Ран с другими девушками, Ран, смеющийся над ее наивностью. Она сжала пальцы, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза: — Просто поняла, что тебе плевать, и решила не тратить свое время. Я тоже, знаешь ли, занята. Ран усмехнулся, но как-то горько: — Серьезно? — голос его звучал тихо, но опасно. — Ты правда думаешь, что мне плевать? Сора сжала губы, тяжело сглотнула и, пытаясь подавить дрожь в голосе, произнесла: — Разве не так? Он шагнул ближе — ей показалось, что слишком близко. Настолько близко, что можно было ощутить тепло его тела и запах парфюма — что-то древесное и замшевое. Так близко, что хотелось сделать шаг назад, но она не сделала. Ран тем временем долго и пристально смотрел на нее, словно изучая. А потом криво улыбнулся и произнес: — Ты так ничего и не поняла, да? Сердце Соры застучало еще быстрее, если это вообще было возможно. — Что я должна понять? Ран медленно выдохнул. Его рука дернулась, словно он собирался что-то сделать — прикоснуться к ней, ухватить за запястье, зарыться пальцами в ее волосы, — но в последний момент он сжал кулак и опустил его. Сора с облегчением, но в то же время и отчаянием наблюдала за тем, как он отступил от нее. — Забудь, — бросил он. С лица его вдруг стекли все эмоции, взгляд стал пустым. — Делай, что хочешь, Принцесса. Развернувшись на месте, Ран направился в сторону своей машины. Сора провожала его удаляющуюся спину взглядом и изо всех сил боролась с собой, чтобы не сорваться с места и не броситься вслед за ним, не схватить за руку, не потребовать объяснений. Она не мыслила трезво. Присутствие Рана, его лицо, запах, тепло сбивали с толку, лишали способности мыслить четко и побуждали действовать иррационально. Все обиды, вся злость, вся решимость забыть о нем куда-то исчезали, оставляя только горькое, размытое желание оказаться рядом с ним снова. Нельзя было позволить этим эмоциям управлять собой. Поэтому Сора последовала его примеру. Развернувшись, она пошла к машине, где ее ждал Такаги. Тот, надо отдать ему должное, не стал сразу же накидываться на нее с расспросами. Лишь галантно открыл ей заднюю дверцу своего черного «Мерседеса» и сел в салон вслед за ней. Он явно нервничал — пальцы сжались в кулаки, а челюсть предательски напряглась. Какое-то время они ехали молча. Повисшую тишину лишь нарушало радио, по которому крутили новости. Сора сидела с идеально ровной спиной, сцепив пальцы на коленях, и смотрела в окно, силясь вернуть себе прежнюю уверенность. Наконец, успокоившись, она повернулась к Такаги: — Прости за это, — произнесла она твердо, но тихо. — Я не хотела устраивать сцену. Он какое-то время молчал, избегая смотреть ей в глаза. А потом, оттянув воротник накрахмаленной рубашки, нервно спросил: — Это твой парень? Сора резко выдохнула, надрывно прыснула и покачала головой: — Нет. — Но он тебе нравится? — не успокаивался Такаги. Вопросы его звучали не как упрек, а как чистый, боязненный интерес, будто он сам опасался услышать ответ. — Тоже нет, — ответила Сора. — Это уже в прошлом. Такаги понуро кивнул. По его лицу было видно, что он не верит ни единому ее слову. Какое-то время он молчал, словно не решаясь сказать что-то. Пальцы его левой руки нервно теребили ремешок серебряных часов, взгляд метался из стороны в сторону, губы шевелились, словно он репетировал слова, которые никак не мог заставить себя произнести. Сора не выдержала первой: — Я же вижу, что ты хочешь что-то сказать. Говори. — Я не… — вскинулся Такаги, но осекся. А потом все же перевел дыхание и выдал как на духу: — Послушай, Сакамото… Ты мне очень нравишься и все такое… Правда. Но… я надеюсь, ты поймешь. Мой отец — человек публичный, и я не могу рисковать, связываясь с… Я не знаю точно, кто на самом деле тот парень, но от него явно… — Я поняла, — усмехнулась Сора, перебивая Такаги, когда терпеть его лепет уже не было сил. Тот вскинул на нее виноватый взгляд. — Прости. — Не извиняйся, просто отвези меня домой. Она не чувствовала обиду — ей по большему счету было плевать на Такаги, — скорее разочарование и досаду. Ей-то казалось, что он даст заднюю, потому что поймет, что у нее нет чувств к нему, а он просто испугался, что ее сомнительные знакомства могут бросить на него тень. Боялся запачкаться, испортить свою тщательно выстроенную репутацию. Это было поистине жалко. Мужчины в ее окружении никогда так не поступали — никогда не прятались за оправдания и не отступали, если что-то действительно хотели. Когда ее отец влюбился в маму, он отказался от договорного брака с другой женщиной, который должен был укрепить союз между кланами. В ответ началась кровная война, но он сумел выйти из нее победителем, доказав, что никто не посмеет указывать ему, кого любить. Сэйя, пусть и вел себя как идиот, стоит ему увидеть девчонку на горизонте, однажды переломал ноги двум парням, что домогались девушки, которая нравилась ему в средней школе. Конечно, Сора понимала, что это не было чем-то нормальным и здоровым, но это было тем, с чем она выросла. Может, поэтому она никогда не могла воспринимать всерьез парней из ее окружения — для нее они были слишком осторожными, слишком правильными, слишком предсказуемыми. Их попытки натереть до блеска свою репутацию, устроить самую крутую вечеринку, выпросить у родителей самую дорогую тачку казались ей смехотворными и нелепыми. У них были слишком разные ценности. И может, поэтому ее так тянуло к Рану. За фасадом белых гольф и школьной формы он видел Сору такой, какой она была на самом деле. Какой она могла бы быть, если бы отпустила себя. Ран не был правильным выбором. Он не был безопасным, разумным, логичным. От него определенно стоило ждать проблем, и он наверняка причинит ей боль. Но что же делать, если только он заставлял ее оцепеневшие чувства оживать?

***

Arctic Monkeys — Snap out of it

Ран нихуя, мать его, не понимал. Это было выше его сил. Вцепившись до побелевших костяшек в руль, он гнал на всей скорости вперед, подальше от этой ебаной золотой школы, этой ебаной стерильной наследницы и всего, что хоть как-то напоминало о ней. Видимо, он ошибся, когда думал, что разглядел в ней что-то. Видимо, она просто была избалованной девчонкой, привыкшей получать все желаемое по щелчку пальцев. И какого хрена он так бурно реагировал на ее выходки? Почему кровь его кипела, в груди нещадно пекло, а кулаки чесались при одной лишь мысли о том, как Сора сейчас сидела на свидании с тем прилизанным мажором? Она ведь явно сделала это ему назло! Ран вжал педаль в пол, круто выкрутил руль, чувствуя, как колеса визжат по асфальту, и едва не зацепил боковым зеркалом проезжающий мимо кроссовер. Вслед возмущенно засигналили, но он даже не обратил внимания. Терять контроль над эмоциями было мерзко. Будто кто-то насильно разжал его пальцы и вышвырнул в бурлящий поток — ледяной, бешеный, обжигающий, — а он только и мог, что барахтаться, не в силах за что-то зацепиться. Глубина засасывала, а он ни черта не понимал и не мог ничего сделать. Над стихией никто не властен, вот и чувства его по отношению к этой девчонке походили на что-то неукротимое, имеющее власть над ним. Может, и к лучшему, что она оказалась стервой и у них ничего не получилось. Ран боялся представить, что с ним было бы, если бы они не остановились. Если бы позволили этому огню разгореться, сжечь дотла все, что в нем осталось. Вот поэтому он никогда не лез в это дерьмо под названием «отношения». Ему хватило и этого — короткого, как вспышка, момента, чтобы понять: он не создан для всего этого говна. Мало того, что привязанности вообще ни к чему хорошему не приводят, так еще и разбираться с женскими капризами было выше его сил. У него была пара контактов, которым можно было звякнуть, когда вдруг возникала нужда расслабиться и спустить напряжение. Все они были классными, своими в доску девчонками, которые понимали, какие между ними отношения, и ничего не требовали от Рана. Никаких обид, истерик и сложностей. Он вообще, если так подумать, весьма круто устроился. Так какого черта его тянуло именно к ней? К той, кого он с самого начала должен был оставить в покое. Это все мама-сан с ее проповедующими речами. Когда Ран прибыл в Роппонги, его гнев уже немного поутихнул, оставив после себя лишь раздражение и усталость. Голову ломило, в ушах стоял шум двигателя, пальцы сводило от напряжения. Неделя и без того была чертовски тяжелой, а теперь еще и это. Возвращался домой — в их с Риндо лофт — он, предвкушая, как сейчас выпьет баночку холодного пива и завалится спать, а вечером позвонит одному из своих контактов и выберется куда-нибудь потусоваться. Пара таких ночей — и он думать забудет про Сору. Дома его встретила голая задница Риндо и стоны Асы. — Блять, какого хрена? — взвыл Ран, прикрывая глаза. — Мы же жрем за этим столом! Риндо отскочил от Асы, загораживая ее собой, и прикрылся кухонным, мать его, полотенцем. — Сука, Ран, ты как всегда не вовремя, — зло прошипела она, спрыгивая со стола и подбирая с пола свою одежду. — Чтобы потом протерли тут все хлоркой, — рявкнул Ран в ответ, проходя к холодильнику. — И откройте окна! — Да что за собака тебя укусила? — пробормотал Риндо, натягивая на себя боксеры. — О, подожди, та девчонка тебя послала что ли? Аса тут же вскинулась: — Что? Какая девчонка? — Да Ран запал тут на одну. Кстати, ты ее даже видела! — оживился Риндо. На их с Асой лицах не осталось и следа былого раздражения, теперь они светились азартом и предвкушением. — Помнишь ту, к которой Шион приставал? На Митаке в последний раз. — Возможно. К кому только Шион не приставал. Ран тем временем добрался наконец до холодильника и достал оттуда банку пива: — Риндо, закрой рот, а? Но Риндо и не думал останавливаться. С довольной ухмылкой он вывалил все Асе, пока они прыгали по лофту, собирая одежду. Ран с раздражением наблюдал за этим представлением, развалившись на диване и не найдя в себе силы бороться с ними. — Невероятно, — восторженно протянула Аса. Она уже успела одеться и теперь сидела в кресле, закинув ноги на подлокотник. — Ран, неужели у тебя есть сердце? — Да иди ты, — огрызнулся Ран. — Это не то, что вы думаете. Так, временное помутнение рассудка. — Тогда я вообще не понимаю, почему ты так бурно реагируешь, — вклинился Риндо. Распахнув окно и впустив в комнату шум с улицы, он достал из холодильника еще две банки пива и присел рядом с Асой, протянув ей одну. — Да потому что она ему нравится, очевидно же, — издевательски протянула она, принимая банку и чокаясь с Риндо. — Так а чего она так резко кинула тебя в игнор? Что ты натворил? Ран кисло поморщился и сделал шумный глоток пива: — Без понятия. В том то и дело, что ничего. Все было нормально — она, конечно, поиграла в недотрогу для вида, но была явно не против. А теперь вдруг ведет себя так, будто я ей что-то должен! — Например? — вскинула бровь Аса. Рана бесило ее пристальное внимание к его личной жизни, но он понимал, что она, как девушка, могла бы помочь ему разобраться во всем этом дерьме. Поэтому, превозмогая, все же ответил сквозь зубы: — Ну… Я пропал на пару недель, а она устроила сцену, будто мы встречаемся или типа того. Предъявляла мне за то, что я, видите ли, не уделил ей внимания. — А ты что? — Ну я сказал, что был занят. Риндо и Аса одновременно поморщились и издали разочарованный стон. — И все? — А что, блять, еще? Мне надо было принести ей доклад с отчетом? Ты сам знаешь, какая жопа у нас была последние дни! Это было действительно так. Ран пропал со всех радаров и не выходил на связь с Сорой, потому что его погребли под собой дела, а не потому что ему захотелось поиграть с ее чувствами. Сначала до них дошла весть, что следы Изаны были замечены в Йокогаме, так что они с Риндо и Моччи метнулись туда. Пока их не было, пара мелких группировок в Минато почувствовали свободу и наворотили дел. Следы Изаны в итоге вели в никуда, а бардак, который воцарился в их районе и затронул Роппонги, пришлось разгребать вручную. Со всей этой суетой он даже не думал, что Сора что-то ждет от него и злится.

Videoclub — Roi

— Ран, ты вообще представляешь, как это выглядело с ее стороны? — назидательно вздохнула Аса. — Ну давай, просвети меня, — пробурчал Ран, надеясь, что его тон не звучит так, будто ему действительно было интересно. Аса, обрадованная тем, что он ее не послал, расправилась в кресле, поджала под себя ноги и принялась объяснять: — Окей, смотри. Ты пару раз помог ей в тот вечер, вы классно провели время. Потом ты и вовсе прошариваешь весь город, чтобы найти ее и взять номер. После такого любая девчонка начнет думать, что это что-то значит. — Так я и не отрицаю, что значит! — ответил Ран, но тут же поспешил исправиться: — Значило. Аса на его заминку внимания не обратила и продолжила: — Так-то да. Но в нормальных отношениях не принято, что кто-то так резко исчезает на несколько недель. Она, наверное, думала, что ты поигрался с ней и забил. Ран нахмурился, не понимая, как они вообще пришли к этому заключению: — Хрень какая-то. — Нет, нии-чан, — изрек Риндо. — Хрень — это то, что ты даже не попытался объяснить ей все и извиниться. — Блять… — тяжело выдохнул Ран, прикрывая лицо рукой и откидывая голову на спинку дивана. В голове начало потихоньку проясняться. — Ладно. Допустим, ты права. — Я всегда права, — тут же отозвалась Аса. — Допустим, — с нажимом произнес Ран, закатывая глаза. — И что тогда делать? — Рин, он что, просит у меня совета? — О боже, просто забудь. — Нет-нет, слушай! Ты хочешь все исправить? — Да хрен его знает, — нехотя ответил Ран. Он чувствовал себя максимально дерьмово, обсуждая что-то подобное вслух, да еще и с Асой. — В целом плевать, поезд ушел. Она сощурилась, будто прицениваясь к нему, а потом бросила короткий взгляд на Риндо: — Он врет. — Да очевидно же, — согласно кивнул Риндо и с хрустом потянулся. — Иначе не сидел бы тут с кислой рожей. И не спрашивал бы у нас совета. — Блять, да что с вами не так? — рявкнул Ран, выпрямляясь. — Я вообще не понимаю, какого хрена обсуждаю это с вами. — Потому что ты хочешь вернуть ее, — без тени сомнения заявила Аса, пожимая плечами. — И ты понимаешь, что облажался, — поддакнул Риндо. Ран скривился. Сейчас его особенно сильно бесило, как хорошо эти двое спелись. Бесило и то, что они были правы. Может, вина за прошедшее и не лежала целиком на нем, но он действительно мог хотя бы объясниться. Да, с девушками из его контактов было легче, но лишь потому, что Рану по большей степени было плевать на них. А на Сору — нет, как бы он ни пытался убедить себя в обратном. Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, Ран собрался с силами, чтобы произнести самые унизительные слова в его жизни: — Ладно, вы правы. И как мне все исправить? Риндо и Аса недоуменно переглянулись, не веря своим ушам.