Часть 3

19 лет назад. Тёмный каменный коридор казался бесконечным. Холод медленно полз по стенам, смешиваясь с запахом воска, сырости и крови, что едва уловимо доносился из комнаты в конце прохода. Свет факелов дрожал от сквозняка, превращая длинные тени в нечто живое и тревожное. Тереза сидела прямо на полу, прижав колени к груди и тесно вжавшись спиной в ледяную стену. Маленькие пальцы судорожно закрывали уши, но даже так она не могла заглушить крики матери. Каждый новый звук заставлял её вздрагивать. Она смотрела на Клиффа — старшего брата, сидевшего рядом. Ему было всего одиннадцать, но сейчас он изо всех сил пытался выглядеть спокойным и взрослым. Только слишком напряжённая челюсть и побледневшее лицо выдавали его страх. Широкий рукав его рубашки случайно упал Терезе на лицо. Девочка раздражённо нахмурилась и оттолкнула ткань дрожащей рукой. — Иди спать, — тихо пробормотал Клифф, не отводя взгляда от двери. Из-за неё снова раздался женский крик. Тереза мгновенно сжалась. — Не пойду! — упрямо выпалила она, чувствуя, как глаза вновь наполняются слезами. — Там мама и папа! Голос её дрогнул. — Почему мамочка так кричит?.. Ей больно? Последние слова прозвучали совсем тихо. Испуганно. Почти шёпотом. Новый крик пронёсся по коридору, заставив девочку вздрогнуть всем телом. Невозможно было перепутать этот голос. Леди Айрис никогда не кричала. Ни когда падала с лошади. Ни когда ломала руку. Ни даже во время рождения Клиффа и Терезы. Она всегда оставалась сильной. Горделивой. Непоколебимой. Но сейчас её голос был полон боли. Настоящей. Животной. Тереза ещё сильнее вжалась в стену, зажмурившись так крепко, будто это могло заставить кошмар исчезнуть. — С ней всё будет хорошо, — уже мягче произнёс Клифф и осторожно обнял сестру за плечи. Он говорил уверенно, но сам не верил собственным словам. — Леди Диана сказала, что у нас будут не просто брат или сестра… а сразу двое. Он попытался усмехнуться. — Поэтому мама была такой огромной. Помнишь? Будто проглотила целый стог сена. Тереза тихо всхлипнула. Она действительно помнила. Живот матери был намного больше, чем у других женщин графства. Но сейчас эта мысль совсем не успокаивала. Наоборот. От неё становилось только страшнее. Внезапно по коридору разнёсся тяжёлый звук шагов. Тереза резко подняла голову. В полумраке появился отец. Граф Карл Веллингтон. Его доспехи тускло поблёскивали в свете факелов, а длинный тёмный плащ тяжело скользил по каменному полу. Он выглядел всё таким же величественным и непоколебимым, как всегда. Но глаза выдавали его. В них жила тревога. Глубокая. Пугающая. — Папочка! Тереза тут же сорвалась с места и бросилась к нему. Она крепко обхватила руками его ноги, прижимаясь щекой к холодному металлу доспехов, словно отец мог защитить её от всего происходящего. Даже от смерти. Карл медленно опустил взгляд на дочь. Усталый. Тяжёлый. Но всё ещё полный нежности. Он осторожно опустился перед ней на одно колено и обнял маленькое дрожащее тело сильными руками. — Конечно, моя милая, — тихо произнёс он. Его голос был спокойным. Почти ласковым. Но Тереза почувствовала едва заметную дрожь. — Сегодня важный день для нашей семьи. У вас появятся брат и сестра. Он слабо улыбнулся. — Я видел их во сне. Они будут сильными. Такими же, как вы с Клиффом. После этих слов граф поднял взгляд на сына. Клифф стоял чуть поодаль, пытаясь сохранить взрослый вид, но страх в его глазах был слишком заметен. — Клифф, подойди. Мальчик нехотя сделал шаг вперёд. Карл притянул к себе обоих детей, крепко обнимая их. Словно пытался удержать этот момент. Последний спокойный момент. — Всё будет хорошо, — повторил он. На этот раз — скорее для себя. И именно тогда Тереза поняла: что-то не так. Потому что крики внезапно прекратились. Коридор погрузился в жуткую тишину. И эта тишина оказалась страшнее любого крика. Будто само поместье перестало дышать. Тяжёлая дверь в конце коридора медленно скрипнула. Из комнаты вышла леди Диана. Родная сестра графа. Её белоснежное платье было испачкано кровью. Бурыми пятнами. Слишком большим количеством крови. Лицо Дианы, обычно строгое и собранное, сейчас было искажено ужасом. Губы дрожали, глаза блестели от слёз, а окровавленные руки она прижимала к груди так, словно пыталась скрыть их даже от самой себя. Карл резко поднялся на ноги. И впервые Тереза увидела страх на лице отца. Настоящий. Неприкрытый. — Что случилось? Голос графа сорвался. Диана побледнела ещё сильнее. Она попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. — Мне очень жаль… Тереза почувствовала, как внутри всё похолодело. Нет. Нет. Нет. Этого не могло произойти. Карл грубо оттолкнул сестру в сторону и стремительно вошёл в комнату. Тереза с Клиффом инстинктивно шагнули следом. Но Диана мгновенно преградила им путь, закрывая дверь собой. — Вам туда нельзя! На этот раз её голос прозвучал резко. Испуганно. Почти отчаянно. — Но мама… — всхлипнула Тереза. Диана тут же опустилась перед ней на колени и крепко сжала её плечи. В глазах женщины стояли слёзы. — Отец разберётся сам, милая. Из комнаты донёсся глухой звук. Будто что-то тяжёлое упало на пол. А затем… Тишина. Спустя несколько мучительно долгих секунд дверь снова открылась. Карл вышел медленно. Словно постарел сразу на десятки лет. Его глаза были красными. По щекам ещё тянулись влажные дорожки слёз, которые он даже не пытался скрыть. Тереза никогда прежде не видела плачущего отца. И именно это испугало её сильнее всего. — Как?.. — хрипло выдохнул граф. — Как это произошло? Он смотрел на Диану так, будто готов был разорвать весь мир голыми руками. — Она была здорова… Айрис не могла умереть… Диана медленно опустила взгляд. — Это не кровопотеря, милорд. Её голос дрожал. — Дети… они другие. Карл застыл. Медленно. Очень медленно. Его пальцы сжались на рукояти меча так сильно, что побелели костяшки. — Что значит… другие? Теперь его голос звучал опасно тихо. Диана подняла на брата полный боли взгляд. И впервые в её глазах Тереза увидела настоящий ужас. — Это сифоны, Карл. Слова прозвучали как приговор. — В древних писаниях говорится о таких магах. Что они породятся с первым днём весны…Вспомните то пророчество… Их сила разрушительна. Она сглотнула. — Магия этих детей забрала жизнь Айрис. В коридоре стало невозможно тихо. Даже факелы будто перестали потрескивать. Карл не двигался. Только взгляд его медленно темнел. Становился чужим. Опасным. — Мы должны избавиться от них, — едва слышно произнесла Диана. — Пока не стало слишком поздно. 1488 год. Селена медленно прищурилась. Тонкие пальцы с безупречно спокойным движением натянули перчатку выше, скрывая тёмные полосы вен под тканью, будто их никогда и не было. Но теперь Клаус уже не мог забыть увиденное. Когда она вновь подняла взгляд, её лицо стало совершенно другим. Вся прежняя мягкость исчезла. Перед ним больше не сидела очаровательная дочь графа с тёплой улыбкой и ямочками на щеках. Теперь в её глазах была сталь. Холодная. Опасная. — Ваши слова чреваты последствиями, милорд, — тихо произнесла Селена. Её голос стал прохладным и острым, как тонкое лезвие кинжала, проведённое вдоль кожи. — Не стоит разбрасываться подобными обвинениями. Особенно после того, что произошло на площади. Она скользнула взглядом по таверне. Несмотря на шум разговоров и звон кружек, несколько посетителей всё же украдкой наблюдали за ними. Любопытные взгляды задерживались на Клаусе чуть дольше положенного. Чужак. Незнакомец рядом с дочерью графа. Это уже было достаточным поводом для слухов. — Миледи, — спокойно произнёс Никлаус, отложив приборы в сторону. Теперь его голос звучал тише. Серьёзнее. — Я не хотел Вас оскорбить. Или навлечь на Вас проблемы. Он слегка наклонился вперёд. Пламя свечи дрогнуло между ними, озаряя острые черты его лица золотистыми бликами. — Но происходящее здесь… не укладывается у меня в голове. После площади всё это кажется ещё более странным. Объясните мне. Селена едва заметно усмехнулась. Только уголки губ дрогнули. — Вы действительно полагаете, что я стану откровенничать с незнакомцем? Её голос смягчился. Но опасность никуда не исчезла. Наоборот. Теперь она звучала почти ласково. А это было куда хуже. — Или, может быть… — брюнетка задумчиво провела пальцем вдоль края своей кружки, — Вы объясните, почему мне не следует избавиться от слишком любопытного гостя прямо здесь? Она подняла на него взгляд из-под длинных ресниц. Спокойный. Тягучий. Почти ленивый. — Путешественники часто погибают в дороге, милорд. Кто-то подавится костью за ужином. Кого-то зарежут бандиты ради хорошего коня. Её губы медленно растянулись в лёгкой улыбке. — Бывают всякие несчастья. Клаус тихо усмехнулся. И впервые за весь вечер в его взгляде мелькнул настоящий интерес. Не поверхностное восхищение красотой. Нет. Что-то гораздо опаснее. — Какая очаровательная угроза, — протянул он. Его взгляд медленно скользнул по её лицу. Слишком внимательно. Слишком откровенно. — Нежная роза… с весьма ядовитыми шипами. Селена не отвела глаз. Лишь чуть сильнее выпрямилась. Клаус продолжил уже тише: — Но эти вены на Вашем запястье появились не просто так, верно? Её лицо осталось неподвижным. Только пальцы едва заметно напряглись. — Магия, — спокойно произнёс он. — И судя по всему, Вы контролируете её не так хорошо, как хотели бы. Клаус медленно откинулся на спинку стула. В его голосе появилась насмешка. — И Вы действительно думаете, что способны меня убить? Он чуть склонил голову набок. — Или прикажете слугам сделать это за Вас? На этот раз Селена медленно приподняла бровь. И в её глазах вспыхнуло что-то острое. Почти раздражённое. Она плавно наклонилась над столом, сокращая расстояние между ними. Теперь Клаус чувствовал лёгкий аромат вина, дыма и хвои, исходящий от её кожи. — Кто Вы? — почти шёпотом спросила. Её голос стал тише. Но напряжённее. — Думаете, я ничего не заметила? Клаус замолчал. Селена внимательно смотрела прямо ему в глаза. Слишком внимательно. — На улице был мороз, — продолжила она. — Но ни у Вас, ни у Вашего брата не было пара изо рта. Её взгляд медленно скользнул по его лицу. — Ваши щёки не краснеют от холода. Ваше тело не отдаёт теплом. Она чуть прищурилась. — И Вы смотрели на горящих женщин совсем не так, как смотрят люди. Так что же вы за существа такие?.. Клаус медленно улыбнулся. Спокойно. Даже с удовольствием. — А кем Вы нас считаете? Селена прикусила губу. На этот раз в её взгляде вновь мелькнула игра. Любопытство. Опасное, почти детское любопытство к чему-то запретному. — Возможно, магами, — задумчиво произнесла она. — Но Ваше равнодушие к судьбе ведьм вызывает слишком много вопросов. Её взгляд задержался на его глазах. — Вы явно не те, за кого себя выдаёте. Короткая пауза. И затем тише: — Хотя это делает Вас только интереснее. После этих слов Селена плавно поднялась из-за стола. Её движения оставались безупречно спокойными и грациозными, но теперь в них чувствовалась осторожность. Словно она уже решила уйти раньше, чем разговор зайдёт слишком далеко. Она аккуратно сложила салфетку рядом с тарелкой. Клаус тут же поднялся следом. — Уже уходите? Селена остановилась. Медленно повернула голову через плечо. Свет свечей мягко скользнул по её бледной коже и тёмным волосам, превращая её почти в призрак среди полумрака таверны. — Докажите, что заслуживаете моего внимания, — тихо произнесла она, глаза чуть сощурились. — И, возможно… я расскажу Вам свои секреты. На губах появилась едва заметная улыбка. Лукавая. Опасная. — А до тех пор… Селена плавно присела в безупречном реверансе. — Спокойной ночи, милорд. И, не дожидаясь ответа, ведьма направилась к выходу, оставляя за собой лишь аромат хвои, вина и ощущение чего-то необъяснимо опасного.