Интерлюдия 1

– А может, всё-таки останешься, сынок? – спросила немолодая женщина, стоя в дверях и теребя пару зашитых носков. Мужчина лет двадцати семи в камуфляжной форме, который укладывал вещи в рюкзак, даже не обернулся. – Не могу, – кратко ответил он. – Приказ есть приказ. Сама понимаешь, тут от меня ничего не зависит. – Тогда… возвращайся скорее, Дань. Мы тебя будем очень ждать. – Постараюсь. Даниил застегнул рюкзак и закинул его на спину. Подошёл к двери и поцеловал мать в щёку. – Не волнуйся, со мной всё будет в порядке, – произнёс он и, мягко отстранив женщину, вышел в коридор квартиры. Там его уже ждал отец – пожилой человек в сером свитере и с лысиной на всю макушку. – Командировка… «туда»? – указал он пальцем куда-то в сторону. Даниил кивнул. – Пожалуйста, не рассказывай маме ничего. Она и так вся на нервах из-за того, что я уезжаю. – Ещё б ей не быть. Да и мне за тебя неспокойно. Всё-таки, как-никак, я вирусолог – а в таких поездках всегда полно всякой заразы… – Обещаю протирать руки спиртом три раза в день, – улыбнулся Даниил и обнял отца. Тот не остался в долгу и обнял сына в ответ. – Попрощайся ещё и с младшим, – сказал старик, когда объятия разомкнулись. – Сам он вряд ли из комнаты вылезет. – Хорошо. Даниил толкнул дверь в крайнюю комнату. На диване лежал подросток лет восемнадцати; он был в наушниках – и, казалось, всецело поглощён своим телефоном. Старший брат какое-то время смотрел на младшего, затем покачал головой и притворил дверь. – Ему это неинтересно, – пробормотал Даниил. – Сейчас мы все для него – источник проблем и несправедливости в жизни. Вспомнит о нас – а может быть уже поздно. – Сплюнь. – Отец постучал по деревянному косяку. – Не знаю, чем ты там заниматься будешь, но скажу одно: возвращайся. Живым и по возможности здоровым. – Я уже говорил – постараюсь. Парень в камуфляже подошёл к двери, обулся и, помахав на прощание, вышел. «Всё-таки правда лучше им ничего не знать, – думал он, спускаясь по гулким ступеням подъезда. – Хотя на бумаге там уже четыре года должно быть тихо, на деле всё так же хреново, как и тогда, когда эта каша только заварилась. И просто смотреть на это, сложа руки, выше моих сил. Надеюсь, у нас получится сделать так, чтобы мир наступил поскорее».