Время надеяться

Вторник, 22 мая, Монако За несколько дней до этапа …Мы сидели в небольшом уличном ресторанчике неподалёку от строящейся временной трассы. Солнце ненадолго выглянуло из облаков, озарив фасады тесно сгрудившихся зданий. Почти все столики были заняты, а по изогнутой узкой улочке проходило и проезжало на великах столько людей, что Шумилов внутри меня настойчиво советовал мне свалить отсюда. В конце концов, перед гонкой население княжества увеличивалось в несколько раз за счёт туристов – которых программист-мизантроп во мне ненавидел всей душой. Но я не мог просто взять и уйти. Кое-что нужно было прояснить – и я радовался уже тому, что сумел поймать своего визави между бесконечными интервью и брифингами. Франц Тост неторопливо отпил из чашки, поставил её на блюдечко, а затем перевёл взгляд на меня. – Итак, Мик, что ты хотел со мной обсудить? – Почему вы не выбрали меня для тестов в Испании на прошлой неделе? – в лоб спросил я, не притронувшись к своему чаю с круассаном. – Почему Гелаэль? Вы же видели, как он ездит… – Видел, – кивнул глава «Торо Россо» и посмотрел мне в глаза. – А ещё я видел, как ездишь ты. Тоже в Испании, только раньше, в марте. Напомнить? Я скривился, вспомнив те злополучные тесты. Я знал, что мне их долго будут припоминать, но моё гонщицкое эго не давало мне просто так сдаться. – Меня выпустили в дождь на незнакомой машине, – пробормотал я, отведя взгляд. – Не лучшие условия для дебюта за рулём «Формулы-1», не находите? Плюс… турнирная таблица «Формулы-2» о чём-то да говорит. Чёрт возьми, вы сами меня подписали резервным гонщиком! Так почему вы не готовите к «Ф-1» меня, а не кого-то ещё? – Ответ прост, Мик. Деньги. – Он отпил чаю. – По сути, за тебя платит «Ред Булл» – то есть в некотором роде мы, из своего кармана. Но откуда взять средства небольшим командам вроде нашей? Только за счёт внешних инвестиций. В том числе и приглашая гонщиков, чьи спонсоры готовы щедро платить за любую возможность для них покрасоваться на треке. – То есть всё потому, что Гелаэль на подсосе у «Пертамины»? Так, что ли? – Отчасти. – Тост отставил чашку и сцепил пальцы в замок. – Шон выступает в «Ф-2» уже второй год, в то время как ты там только дебютировал. Вдобавок в прошлом сезоне он проехал с нами четыре тренировки в «Ф-1» и помог собрать нужную информацию. В этом и суть, понимаешь? Мы тестировали не гонщика, а машину, Мик. И нам нужен был тот, у кого на ней достаточно опыта. Опять же, контракт. Соглашение заключалось ещё давно, и мы не могли просто взять и нарушить его. Он говорил, а я тем временем опускал голову всё ниже, признавая его правоту. На сердце будто повесили тяжёлую гирю. Машинально я взял круассан и откусил хрустящий кончик. – Мой тебе совет, Мик: не торопись, – продолжил Тост, и на этот раз у меня даже не было настроения для подходящего каламбура. – «Формула-2» тоже своего рода школа перед «Ф-1». Сосредоточься пока на этом. Если докажешь своё мастерство там, мы станем рассматривать тебя на место боевого пилота серьёзнее. – И поэтому вы вели у меня за спиной переговоры с Норрисом? – прищурившись, спросил я. Он нахмурился. Взгляд серо-голубых глаз мгновенно сделался острым, как пара кинжалов. – Откуда тебе это известно? – Скажем так, у меня есть свои каналы. Но вы не ответили. Получается, вы гонитесь за мастерством – притом даже в ущерб тем, кого сами поддерживаете? – Давай начистоту, Мик, – вздохнул Тост. – Ты пока не готов к «Формуле-1». Это я могу сказать наверняка. Возможно, будешь готов к концу года, но это неточно. Хартли, скорее всего, доедет до конца сезона – а мы в это время будем наблюдать и оценивать. Не получится с Норрисом – попробуем Албона. С Форман сложнее – её поддерживает академия «Феррари», но приглашать девушку в «Ф-1» – слишком большой риск. Мы просто рассмотрим все варианты и выберем подходящий. Вот и всё. Он посмотрел на часы и поднялся из-за стола. – А теперь извини, мне пора. Постарайся выступить хорошо в этот уик-энд – и мы, может быть, вернёмся к этому разговору.

* * *

Пятница, 1 июня Шамони (Франция) …Треккинговые палки ритмично впивались в тропу – клац-клац-клац. Прохладный ветерок лёгким дыханием обдувал разгорячённый лоб, а от веса рюкзака на спине пригибались плечи. Я тяжело вздохнул и посмотрел в спину идущим впереди Светлане и Артёму. Не оборачиваясь, они топали по тропе вслед за проводником, который временами рассказывал что-то о здешних местах на ломаном английском, – и, казалось, совсем меня не замечали. Хотя по идее, этот поход, который глава «Русского времени» организовала для нас за свои деньги, должен был помочь нам с Артёмом помириться и поскорее забыть свежие обиды. Однодневный маршрут по Французским Альпам от Ле Пра-де-Шамони до Ла Тура – часть кольца троп вокруг Монблана. Полноценный тур был бы куда дороже; к тому же ни я, ни Артём не могли выкинуть целую неделю из своего плотного расписания. У меня близилась сессия в Бауманке, а у Артёма были какие-то дела в Москве. Плюс ко всему, нужно было готовиться к следующему этапу. У меня же из головы до сих пор не выходил тот разговор с Францем Тостом. На этапе, от которого частично зависели мои перспективы в ближайшем будущем перейти в «Формулу-1», я опять облажался. В довесок наложился этот дурацкий спор с Артёмом, из-за чего я предсказуемо перестарался и провалом в квалификации запорол себе весь уик-энд. В боксах «Торо Россо» в Монако я мало с кем разговаривал, отрабатывая свою почти что номинальную роль резервного гонщика. Но сидя на пит-уолле во время Гран-при, смотря на множество экраном с видеопотоком и телеметрией и слушая радиопереговоры, я всё не мог отделаться от ощущения взглядов десятков глаз, устремлённых мне в спину. В личном зачёте «Формулы-2» я опустился на шестое место, в то время как Артём, обогнав меня и Расселла, поднялся аж на четвёртое. За аварию со мной он получил проезд по пит-лейну – и вместо того, чтобы гнаться за лидерами, оставшуюся часть спринта прорывался с низов в очковую зону. Один балл он всё же зацепил, доведя собственный счёт до пятидесяти восьми. А учитывая, что Албон со своими шестьюдесятью девятью сошёл за пять кругов до финиша из-за аварии с Ниссани, Маркелов потенциально мог запрыгнуть и в тройку. В начале года я думал, что буду отбирать у соперников очки, чтобы Артём наконец-таки завоевал титул. Но в итоге, сам этого не предвидев, начал отбирать баллы уже у него – а у нас обоих куда ловчее их отнимала Лиза. Тем не менее, победа Артёма в основной гонке вывела команду на третье место, позволив опередить ART и DAMS, у которых этап не сложился просто капитально. Но до «Премы» и «Карлина» мы пока не могли дотянуться при всём желании. Во многом из-за того, что у них стабильно ехали оба гонщика, тогда как у нас – ни один. Я стиснул зубы и пнул валявшийся под ногами небольшой камешек, отчего Артём на миг обернулся в сторону звука. Надо что-то менять. Подходить к гонкам ответственнее. В конце концов, это не развлечение для богатых – а сложная, порой даже опасная работа. И я, как профессиональный рейсер, должен показать, чего на самом деле стою. …Тропа всё поднималась в гору, и вскоре мы уже шли по настоящему серпантину. Слева возвышалась скала, а всего в нескольких метрах справа уходил вниз крутой каменистый склон, позволяя насладиться видами небольшой котловины, где среди леса виднелись туристические деревушки, а на заднем плане устремлялись ввысь увенчанные белоснежными шапками пики хребта Монблан. Мы всё так же не разговаривали, сберегая дыхание. Горный воздух был разрежён, и с непривычки требовалось немало сил, чтобы просто идти вперёд. Хорошо хоть нас на сам Монблан не затащили… Тропа впереди круто заворачивала влево, скрываясь за скальным выступом. Светлана с проводником ушли сильно вперёд, да и от Артёма я как будто бы начал немного отставать. Стиснув зубы, я заработал треккинговыми палками, чтобы передвигать ноги быстрее… Я был уже у самого поворота, когда правая палка воткнулась в землю у края тропы. Грунт под ней резко осыпался – и я с замиранием сердца вдруг ощутил, как меня с десятикилограммовым рюкзаком на спине неудержимо тянет вперёд. Внутри всё сжалось. От неожиданной потери опоры меня повело вправо. Левая палка наклонилась и соскользнула. Я споткнулся и полетел вниз головой, видя перед собой пропасть глубиной в полкилометра… Тело сработало на автомате – я даже не успел закричать. Извернувшись, я схватился левой рукой за край. Треккинговая палка, оставшаяся лежать на тропе, словно стала продолжением моих пальцем, дополнительно удерживая меня… А правую руку крепко сжимала сильная ладонь Артёма Маркелова. Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза: он – склонившись надо мной, я – вися над обрывом. Затем Артём напрягся и потянул меня вверх. Нащупав ботинками склон я слегка приподнялся и опёрся на палку в левой руке. Подоспевшие Светлана с лопочущим что-то проводников присоединились к Артёму и помогли вытянуть меня назад на тропу. – Миш, ты как, в порядке? Не пугай нас так больше… – Да… да, всё хорошо. Фух… Простите, сам не ожидал, как так вышло… Немного успокоившись и отдохнув, мы продолжили путь. Теперь я шёл перед Артёмом – просто на всякий случай. И затылком я чувствовал его взгляд, в котором не было злобы на меня – лишь озабоченность и участие. Может, и правда не стоит переносить наше противостояние на трассе в реальную жизнь? В конце концов, на случай, когда только и остаётся, что надеяться на чью-то протянутую руку помощи, не лучше ли в остальное время не выкручивать эту руку, а пожимать её?

* * *

Четверг, 21 июня Ле-Кастелле (Франция) – Нет, ну ты можешь в это поверить, а?! Я эмоционально взмахнул рукой и допил свой сок. Потом отыскал глазами официанта и подозвал его, чтобы заказать ещё. Стоял вечер, и кафешка была заполнена до отказа понаехавшими туристами. Ещё бы – на носу ведь Гран-при Франции. Меня, к счастью, на улицах особо не узнавали, так что на тёмные очки тратиться не пришлось. В качестве гонок поддержки, кроме «Ф-2», была поставлена и GP3, где участвовал один мой старый знакомый. Поэтому я не мог отказать себе в удовольствии после напряжённого дня, полного брифингов и интервью, вырваться из всей этой суеты и вытащить его на дружеские посиделки. Мазепин хмыкнул и задумчиво покрутил стакан в пальцах. – А чего ты ожидал? Это не просто гонки – это бизнес. Будь ты даже суперкрутым пилотом – но если ты не приносишь денег, то рассматривать тебя будут в лучшем случае во вторую очередь. – Блин, слушай, я знаю, но от этого не легче! – Я тяжело вздохнул. – Просто обидно. Чтобы меня, чемпиона «Формулы-3», задвигали на второй план… В то время как ты уже давно гонщик по развитию у «Форс Индии»! – Не буду отрицать – деньги отца сделали своё дело. – Никита отпил ягодной газировки и взглянул на меня. – Не загоняйся, Миш. На эти материи ты иногда просто не можешь повлиять. В конце концов, всё тупо упирается в бабки… – Хочешь сказать, мне стоит продать всю крипту и попытаться перекупить у «Пертамины» контракты на тесты? – Я закусил губу и покачал головой. – Даже если так, всё равно не хватит… – Но! – поднял палец Никита. – Ты можешь продемонстрировать то, что порой бывает сильнее, чем деньги. – Да ну? – Я бросил на него косой взгляд. – И что же это? – Перспектива. Если ты покажешь, что способен быстро, а главное – стабильно прогрессировать, то это может сильно сыграть в твою пользу, даже если ты в итоге займёшь не очень высокое место. И потом… – Он помедлил. – Гонщик по развитию – это, конечно, хорошо, но даже не близко к полноценному тест-пилоту, а тем более резервному гонщику. То есть меня «Форс Индия», если что-то случится с кем-то из их пилотов, в кокпит ни за что не посадит… разве что если отец подсуетится и выкупит за долги всю команду. А вот у тебя, – он указал пальцем мне в грудь, – по крайней мере на этот год будет в случае чего шанс выйти на старт за «Торо Россо». Хоть и призрачный, но всё же будет. – Ну спасибо, успокоил. – Я усмехнулся и поднял стакан. – Ну что, за победу? Мазепин улыбнулся в ответ и отсалютовал своим: – За победу.

* * *

Суббота, 23 июня Над трассой Поль Рикар собирались тучи. Хоть и было довольно тепло – как показывал экран на пит-лейне, плюс двадцать два, – плотные сгустки серых облаков закрывали почти всё небо, недвусмысленно намекая на то, что гонка точно не будет проходить посуху. – Вероятность дождя примерно восемьдесят процентов, – сообщил Джофф по радио. – Ты прямо как в воду глядел, Майк. Скажи честно, ты экстрасенс или… не знаю там, реинкарнация Сенны? – Просто интуиция, – ответил я, проверяя работу сцепления. – Если по прогнозу дождь, то и настройки нужно подбирать под него, верно? На самом деле я точно знал, что дождь пройдёт строго во время гонки, посмотрев её в «прошлой» реальности. Но мы с Лизой договорились, что никто из нас не станет раскрывать свой феномен попаданства всем подряд. Лиза неодобрительно отнеслась даже к тому, что я тайно рассказал всё о себе ФСБ, чтобы те арестовали Родченкова, но признала, что цели у меня были правильные. В результате за мной всего лишь закрепилась репутация чудачка, который очень чутко предсказывал погоду на время гонки. Старт, однако, ожидался сухим, так что все поставили себе слики. Артём предпочёл «медиум» – основной состав на этот этап от «Пирелли», я же выбрал «суперсофт». Самый сильный заряд дождя должен был выпасть в начале гонки, поэтому мне требовалось наилучшее сцепление с трассой. По той же причине я убедил команду настроить болид на большую прижимную силу, хотя трек в Ле-Кастелле с его среднескоростными поворотами и прямой Мистраль относился скорее к сбалансированным. Артём же, словно бы демонстративно не соглашаясь со мной, оставил стандартные настройки с квалификации. После того похода мы не то чтобы помирились. Друг с другом мы до сих пор почти что не разговаривали, просто чуть уменьшилось напряжение в комнате, если мы оказывались там вместе. Наверное, урезонить Светлана хотела скорее меня, потому что это я тогда первым вызверился на Маркелова. Как бы там ни было, разгорающуюся войну удалось погасить в зародыше, направив обратно в русло более-менее здорового соперничества. Трассу мы оба знали – и смогли к ней довольно неплохо приноровиться. В квалификации Артём со своими 1:45,250 занял седьмое место; я, проехав быстрейший круг за 1:45,451, – десятое. Лизе такие «олдскульные» автодромы не нравились, потому она уступила мне ещё девять сотых и расположилась на двенадцатом месте – прямо позади меня. А первую тройку заняли основные претенденты на титул: Расселл, Норрис и Албон – единственные, кто вышел из минуты сорока пяти. Часы «Ролекс» в паддоке показали ровно без четверти шесть. Зажглись пять верхних зелёных огней, отправляя всех на прогревочный круг. Фуоко, правда, заглох, и его пришлось заводить механику прямо на гриде, но в конце концов с места сдвинулись все. Проходя резкие углы, втискиваясь в шиканы и удерживаясь в скоростных дугах с широкими зонами вылета, я ещё раз прогонял трассу в голове, настраивался отдельно на каждый поворот, который успел зазубрить, читая гайды и занимаясь на симуляторе «Торо Россо». Наконец все вновь заняли места на решётке. На визоре начали появляться первые капли. Я улыбнулся. Гонка обещала быть интересной. И-и-и… поехали! Дёрнувшись вперёд, машина слегка пробуксовала. Стиснув зубы и разгоняясь по стартовой прямой, я бессильно смотрел на обгоняющие меня болиды. Чёрт, стартовать можно было и получше… Ладно, хотя бы Лизу заблокировал, так что она за мной. В зеркалах были видны оставшиеся на гриде машины Норриса и Маркелова. И будь я проклят, если во мне не шевельнулась лёгкая нотка злорадства. Трасса была уже немного влажной, когда мы пёстрой толпой влетели в первый поворот. Лиза метнулась было по внешке, но я закрыл ей калитку – пусть даже ценой того, что нас обоих прошёл и розовый «Арден» Гюнтера. Однако в первой шикане тот немного ошибся, и мы с Лизой, не замедлив этим воспользоваться, снова проскочили вперёд. В пелотоне же царил форменный хаос. От контакта с Камарой проехался по зоне вылета Эйткен, а на выходе из четвёртого поворота развернуло на поребрике сине-голубой DAMS Латифи. Я пока точно не знал, на каком я месте, но мог точно сказать одно: сюрпризов гонка преподнесёт ещё предостаточно. Перед прямой Мистраль развернуло и Луку Гьотто, а Роберто Мери за нами схлестнулся с Роем Ниссани. В шикану заезжали едва ли не впятером в ряд, но на торможении наша группа всё же распределилась: Шон Гелаэль, за ним мы с Лизой, затем уже MP Motorsport вместе с «Кампосом». Но выход у меня и Форман был лучше, так что на остатке прямой к десятому повороту мы оттеснили Гелаэля по внутренней, оставив разбираться со «сладкой парочкой» позади, а сами устремились вслед за тёмно-красным «Харузом» Фуоко. Ко второму кругу пелотон подрастянулся, и чуть ли не во всей первой десятке никто никого больше не атаковал. Лиза ехала примерно в секунде за мной; у неё тоже был «суперсофт», а потому она особо не отставала. – Неплохой темп, ты восьмой, держи так и дальше, – сказал инженер по радио. – Маркелова завели, но он отстаёт на круг, будь осторожен при обгоне. Фуоко дали десять секунд «стоп-энд-гоу», так что он нам не соперник. – Принято. – Как условия? – Норм. Для сликов подходят. – Хорошо. Жми. Расселл отъехал от Камары где-то на три секунды, и борьбы за лидерство пока что не ожидалось. Но вот к Эйткену начали приближаться де Врис и Фуоко, а следом и мы с Лизой. В шикане на прямой Мистраль Фуоко слишком забрал на внешнюю сторону, и мы втроём – я, Форман и Мери – запинали его в самый конец группы. Но итальянец на «Харузе» не собирался так легко отступать и сцепился в битве с испанцем на MP Motorsport, а моё «Русское время» и «Према» Лизы помчались дальше за второй «Премой». Дождь усиливался. Капли вовсю стекали по визору, и асфальт становился всё более влажным. Но заезжать за дождевыми никто не решался – слишком велика была потеря времени на пит-стопе. К четвёртому кругу на прямой лило как из ведра. Я старался максимально отрешиться от происходящего, воспринимая всё как игру, чтобы при любом сносе на рефлексах отловить болид точным движением джойстика. На шинах «Пирелли» по дождю я ездил только в Испании, и снова улететь в стену, потеряв держак, мне не хотелось. Несмотря на ливень во втором и третьем секторе, DRS всё ещё была включена, и именно с её помощью Эйткен впереди обогнал Делетраза за четвёртое место. Длинная прямая. Плотная пелена воды. Торможение перед шиканой… Колёса тупо проскользили, и меня выбросило на дорожку для срезки. Краем глаза взглянув в зеркало, я заметил, что и Мери позади тоже. Обогнув змейкой препятствия, я выехал на трассу бок о бок с Лизой, но её чутка болтануло, и я снова вышел вперёд. Асфальт здесь от воды был почти чёрным, и приходилось постоянно корректировать путь рулём, чтобы не вылететь в ограждение. Фуоко меж тем обогнал де Вриса и Делетраза. Джека Эйткена опять вынесло на синие полосы зоны вылета в длинной дуге одиннадцатого поворота, но британец вырулил обратно на трек во главе нашей группы, не потеряв позиций. В конце круга Фуоко заехал на пит, чтобы отстоять в боксах свой штраф. На стартовой прямой Лизу вновь повело. Мери ухватился за этот шанс и опередил её, а незадолго до связки восьмого-десятого ошибся я и тоже пропустил красно-белую машину испанца. Ничего. Гонка длинная. Будет ещё возможность отыграться. Шестой круг. На мокрой стартовой прямой пошла очередная движуха. Мери с DRS поравнялся с Делетразом, и они вместе, с двух сторон стали накатывать на де Вриса. Но «Харуз» швейцарца находился с внутренней стороны, так что в первом повороте тот влёгкую опередил нидерландца, а вот испанец остался позади. Однако к третьему Мери вновь подтянулся – и, уже сам уйдя внутрь, также обставил напарника Лизы. Мне же в это время приходилось сдерживать её саму и наступавшего нам на пятки Гелаэля. Надо признать, индонезийцу я неслабо так завидовал – потому что у него были деньги кататься на тестах и пятничных практиках «Формулы-1» за команду, которую я отчасти считал «своей». Но разговор с Никитой поумерил мой пыл. Всё, что я мог сейчас сделать, – не дать этому рентачу (а заодно и подруге) объехать меня на трассе. И у меня более-менее получалось. DRS всё ещё была разрешена – и, удерживаясь в секунде от толкающихся бортами парней, я спокойно преследовал их и дальше. Шины начинали понемногу скользить, поэтому я старался как можно аккуратнее работать педалями и рулём, чтобы машину не сорвало. Но «Формула-2» оставалась «Формулой-2», и я бесстрашно жал на прямой до двухсот, надеясь, что аэродинамика позволит мне вписаться в следующий изгиб трека. Выехав на Мистраль, я пристроился с открытым крылом за де Врисом. Но то ли он перегрел шины, то ли ещё что, однако разгон у него вышел просто никудышным. Мы с Лизой пронеслись мимо него как мимо стоячего, оставив его сражаться с «Трайдентом» Гелаэля и накатывавшим «Арденом» Гюнтера. Тем временем впереди новой мишенью для атак стал Эйткен. В десятом повороте невообразимым мувом по внешке его сделал Делетраз, а в одиннадцатом – и Мери. Де Врис же отвалился от нас с Лизой больше чем на секунду и, так сказать, стал лишним на этом празднике жизни. На старт-финише седьмого круга я сам с DRS обогнал красно-чёрный ART. А вот Лизе не повезло: на торможении она просто упёрлась ему в диффузор и ничего не смогла ему противопоставить. – Дождь будет идти ещё три-четыре круга, – известил меня Джофф. – Потом трасса начнёт подсыхать. Твои мысли по выбору шин? – Слики, – отрезал я, вписываясь в шикану. – Тянем как можно дольше, пока «суперсофты» совсем не уйдут, и меняем на «медиумы». – Услышал тебя. Будь внимателен. Мог бы и не напоминать. Внимательность у меня и так на пределе. На восьмом круге наконец-таки отключили DRS – тогда как дождь, наоборот, начал помаленьку стихать. Но трасса оставалась довольно мокрой, что, в общем-то, вносило в борьбу некоторые коррективы. На выходе из второго поворота у Делетраза снесло машину, и где-то сотню метров он проскользил вперёд боком. Мери пришлось объезжать его за поребриком, но затем швейцарец всё же встал на газ и не дал мне подобраться поближе. А Лиза в это время оборонялась в пяти секундах позади меня от напарника; Эйткен же ушёл на пит-стоп. На прямой был хорошо виден спрей, который машины поднимали своими колёсами. Гнать на полную больше было нельзя – приходилось ограничивать себя на ста восьмидесяти. Но шины ещё держали; я нарочно выбирал участки посуше, чтобы сохранять резину в температуре. План сейчас был простой – ехать в своём темпе. Девятый круг… И жёлтые огни ВСК. Сбросить скорость, оставаться в пределах дельты. – Гелаэля развернуло во втором повороте, – произнёс Джофф. – Дождь почти закончился, новых зарядов не ожидается. Я и сам это видел. Сорвав очередную плёнку со шлема, я не обнаружил новых капель на визоре. И это значило, что гонка переходил из дождевой в «подсыхающую» фазу. Через круг ВСК отменили, и всё снова пошло своим чередом. Я не приближался к Делетразу, а тот, в свою очередь, отставал от Мери. Но поднимать темп пока что было опасно, поэтому я ждал подходящей возможности для атаки. И она тут же представилась. Делетраз вылетел в шикане на середине прямой Мистраль, тогда как я аккуратно уместился в двойной изгиб – и оказался впереди, когда швейцарец вырулил с дорожки для срезки. – Отлично, Майк, ты пятый, – подбодрил меня Джофф. – Мери в пяти секундах перед тобой, но от лидеров отстаёт на двадцать, потому не рискуй. – А Форман? – В четырёх позади. Но последний круг у неё на три десятые быстрее твоего, так что имей это в виду. – Понял, спасибо. А «суперсофты» продолжали уходить. Машина всё больше скользила, особенно в среднескоростных поворотах; оставалось разве что корректировать рулём эти микрозаносы. М-да… может, и правда стоит заехать на пит-стоп пораньше? Но я не знал, получится ли у меня андеркатнуть[1] Лизу. Ведь она может на изношенных шинах дождаться, пока трасса подсохнет, и потом быстро меня догнать. Нет, так не пойдёт. Значит, ждём… очередного сюрприза. За пару кругов Лиза приблизилась ко мне на две секунды, заставив меня занервничать. Видя цифры на пит-борде, который команда вывешивала мне на стартовой прямой, я представлял, как сокращается расстояние между нами, и внутри от этого всё немного сжималось. Но я не мог пойти на пит-стоп раньше неё. Иначе я упустил бы остаток своего преимущества. – Все начинают заезжать, – напряжённым тоном сказал инженер. – Может, и нам пора? – Нет, ещё пару кругов. А там посмотрим. Лиза подъехала на секунду. Скоро войдёт в слипстрим… И опять ВСК! – Бошунг остановился на старт-финише. Как только жёлтые снимут, заезжай в боксы. – Ладно. Ещё один круг… И рестарт! Лиза тут же рванула вперёд, выжимая все соки из своего изношенного «суперсофта». Но я оставался на оптимальной траектории, а потому «Према» могла лишь мелькать в зеркалах. В конце третьего сектора я сбросил скорость и свернул на пит-лейн. Лиза, что удивительно, последовала за мной. Шестёрка механиков в синих комбезах уже ждала меня. За считаные секунды они поддомкратили болид, открутили старые колёса с красными ободками и поставили новые с белыми, после чего седьмой, который держал передо мной табличку со стрелкой, поднял её и отступил в сторону. Взглянув на выезде в зеркало, я с удовлетворением отметил, что Лиза всё ещё позади. – Ты девятый, – сообщил инженер. – Впереди Майни в двух секундах, Форман за тобой в шести. До конца шестнадцать кругов. Жми на полную. Через пару витков индиец на «Трайденте» ушёл на пит-стоп, и в кои-то веки я оказался в чистом воздухе. Трасса подсыхала, и с каждым кругом ехать становилось всё приятнее. «Медиумы» кое-как встали в нужную температуру, и я мог наслаждаться спокойной гонкой. Пилоты, которые ехали впереди, также совершили свои остановки – и в какой-то момент разделили меня и Лизу, а потом и она сама уступила позицию заехавшему одновременно с нами Луке Гьотто. Албону же пришлось сойти из-за того, что мотор переключился в безопасный режим, и я без особого труда вернул себе пятое место. Постепенно «Арден» Нирэя Фукузуми, ехавшего на «медиуме» с самого старта, начал сбавлять темп, позволяя мне приближаться на свежих шинах. Но обгона японец дожидаться не стал – и вскоре свернул на пит, чтобы выйти далеко позади на «суперсофтах». Я же был уже четвёртым. – Де Врису тоже надо будет заехать, – проинформировал меня Джофф. – Ни на что не намекаю, но скорость отличная. Я и сам это знал. Болид слушался просто идеально, и я без проблем держал время круга в минуту сорок восемь с копейками, которое выбрал для себя целевым. Где-то впереди боролись два лидера, остальные – плелись за спиной. Мало-помалу среди туч начали появляться просветы. DRS снова включили, но для меня это не имело значения. Некому было меня обогнать, да и я ни к кому не был близок. Последние шесть кругов я даже особо не атаковал, сбросив темп ещё на секунду. Ошибиться и попасть в аварию было бы сейчас очень обидно. Финишный флаг я встретил с небольшой грустью – всё же заканчивалась такая классная гонка. – Блестящая работа, Майк, – сказал по радио Джофф. – Заслуженный подиум. – Да, спасибо. Как тебе такое, Франц Тост? Как тебе такое, Артём Маркелов?

* * *

Воскресенье, 24 июня Вслед за основной гонкой нас ожидал спринт. Так как я приехал к финишу третьим, то по реверсивной решётке должен был стартовать шестым, перед разделившими первые два места Расселлом и Камарой. Лиза пришла девятой, но Роберто Мери дисквалифицировали с четвёртого места за слишком низкое давление в шинах, так что Форман стала восьмой – и по правилам в воскресенье очутилась на поуле. Артём же всю гонку ехал с отставанием в круг вплотную за лидерами – но занял лишь четырнадцатую позицию. Тем не менее, это не помешало ему подойти ко мне и поздравить с подиумом. Мы пожали руки, и это стало знаком того, что все обиды забыты – по крайней мере на какое-то время. Обычно я привык к тому, что не сильно известная фигура в паддоке, но после церемонии награждения ко мне подошли несколько фанатов и попросили сфоткаться с ними, а также подписать мерч: открытки и кепки от «Русского времени» и – внезапно – постер со мной в комбезе «Торо Россо». Я немного так прифигел (хотя… что тут такого удивительного, когда у меня в соцсетях под семьдесят тысяч подписчиков?..), но отказывать, разумеется, не стал. Пусть будут. На память. За ночь тучи полностью разошлись, и над трассой светило яркое солнце. С утра прошли слухи, что шикану на прямой Мистраль могут убрать к гонке «Формулы-1», но это оказались всего лишь чьи-то фантазии. Как бы то ни было, пилоты «Формулы-2» были готовы выйти на старт очередного заезда в сезоне. – Следи за шинами, – напутствовал меня инженер с пит-уолла. – «Суперсофт» вчера прожил четырнадцать кругов, но сейчас совершенно иные условия. Сделать так, чтобы «медиум» выдержал двадцать один круг, придётся очень и очень постараться. – Не волнуйтесь. Я справлюсь. Последний красный огонь… И красно-чёрный болид Джорджа Расселла механики покатили к пит-лейну! Минус одна машина перед самым прогревочным кругом. Наконец по зелёному сигналу светофора мы сдвинулись с мест… Все, кроме розового «Ардена» под номером 12. М-да, в спринтах Фукузуми не везёт по полной, тогда как вчера он заработал свой первый зачётный балл. Мог бы и больше, но мы с Лизой успешно воровали очки не только у лидеров, но и у остального пелотона. На трибунах развевались французские флаги, но у меня потеплело на душе, когда в мельтешении цветов я заметил российский триколор. И неважно, за кого из нас тот человек болел: за меня, Лизу или Артёма, – я всё равно был рад, что он (или она) здесь. Мы начали выстраиваться на решётке. В последнем повороте ни с того ни с сего развернуло Эйткена, так что команда ART ещё до первого круга потеряла обе машины. Откладывать старт, правда, не стали. И пока маршалы отталкивали заглохший болид в карман безопасности, перед нами загорались огни, возвещающие начало гонки. Три… четыре… пять… Есть контакт! На этот раз старт у меня получился. На разгоне даже удалось опередить замешкавшегося Фуоко. Но последовала и неожиданность: сине-голубой DAMS Латифи ракетой промчался откуда-то сзади мимо всех нас и к первому повороту повис на заднем крыле у Форман. На решётке остались стоять три машины – и одна из них, как я точно знал, принадлежала Артёму. Хоть мы и вроде как помирились, я всё-таки не стал подходить к нему с советами насчёт сцепления; в любом случае он просто бы от меня отмахнулся. Две другие же представляли MP Motorsport – ещё одну команду, у которой уик-энд пошёл наперекосяк чуть менее чем полностью. Уже на первом круге все более-менее разъехались, так что особой борьбы и не было. Единственная надежда – если кто-нибудь ближе к концу начнёт терять темп, тогда можно будет подумать и об обгоне. Однако беспокоился я совсем о другом. В моей «прежней» реальности болид под номером 2 сошёл с дистанции из-за проблемы с карданным валом. Накануне механики по моей просьбе ещё раз всё проверили, но ничего не нашли. Поэтому я всё же надеялся, что смогу доехать до финиша. На третьем круге разрешили использовать DRS, и за кормой у Лизы завязалась схватка за второе место между Латифи и Делетразом. Я же сосредоточился на своём пилотировании. А на четвёртом… После связки восьмого-девятого поворотов Лиза резко замедлилась, отрулив в сторону, и весь пелотон пронёсся мимо неё. Офигеть… выходит, и у Лизы нет сюжетной брони от поломок? В это время Делетраз обогнал-таки Латифи за лидерство, а позади прорывался из хвоста забытый всеми вчера Ландо Норрис. Шестой круг. Латифи потерял позицию и относительно де Вриса. Что ж, «Према» явно не собиралась просто так упускать первое место в командном кубке. Седьмой… Я затаил дыхание. Сердце заколотилось как бешеное. Сейчас – момент истины. Первый сектор… выход на Мистраль… – Да чтоб тебя!!! Болид стал терять мощность и замедляться, а ровное жужжание двигателя превратилось в невнятный стук. – Заезжай в боксы, – быстро проговорил Джофф. – Посмотрим, что можно сделать. Но я уже знал, что это всё. Иногда надежды на то, что ход времени можно как-нибудь изменить, несмотря ни на какие усилия, всё равно оказывались напрасными. _____________________ [1] Андеркат (англ. undercut – «подрезка») – получение преимущества за счёт более раннего пит-стопа (гоночный сленг).