Episode 21

На кухне повисла тяжёлая, давящая тишина. Тейлор, словно пытаясь вернуть хоть каплю нормальности в этот кошмар, налила чай с ромашкой для Тайлера. Его трясло неконтролируемо, бледный как мел, он казался побитым зверем. В его глазах смешались ярость, жгучая боль и откровенный, липкий страх, заставляя зрачки расширяться. Состояние Эшлин было не лучше. Она сидела, беспокойно подергивая ногой, этот ритмичный стук был единственным звуком, нарушающим мертвую тишину. Её взгляд был пустым, застывшим, устремлённым в никуда, словно душа покинула тело. — Что у вас произошло? — голос Тейлор был осторожным, почти шёпотом, когда она аккуратно поставила кружку на стол. Застывшие фигуры отказывались говорить, и это молчание было страшнее любых слов. — Логан звонил, — пробормотал Тайлер, его губы едва шевелились. Он сжал кружку в руках так крепко, что вены на его запястьях вздулись от напряжения. — Что он вам такого мог сказать? Зачем он вам звонил? Он же дома, — брови Тейлор взлетели вверх от удивления. В её голове тут же возник образ Логана Филдса. — Это был не Филдс, — голос Эшлин был почти неслышным, надтреснутым. — А кто тогда? На кого ты орал? — взгляд Тейлор метнулся к Тайлеру, требуя ответов. Молчание стало еще более гнетущим, заполняя каждый уголок кухни, давя на грудь. Тайлер смотрел в стол, будто пытаясь найти там ответы или спасение. Внутри Тайлера бушевал ураган. Ярость обжигала глотку: —«Что она с ним сделала?!»—последнее, что он слышал в телефонном звонке, был звонки, отвратительный шлепок, затем жуткий грохот, словно что-то тяжелое рухнуло, и надрывный мужской крик, оборвавшийся так же внезапно, как и начался. И сколько бы они ни набирали номер снова и снова, в ответ была лишь мертвая тишина. Липкий страх за Логана, за его сына, стиснул сердце. — Логан сейчас у Оксаны, — каждое слово давалось Тайлеру с трудом, словно горло сдавило невидимой рукой. Глаза Тейлор расширились от шока. — Подожди, твой сын у нее?! — в её голосе звучало откровенное недоверие и нарастающий ужас. — Остальные с ним?! — Нет, он там один... Я до сих пор ничего не могу понять, —голос Эшлин дрогнул, она покачала головой. Это был какой-то безумный, несвязный бред, который она пыталась собрать воедино. — Он сказал, что Дэвид сбежал, Адриана в Миссисипи. И ещё... Дэвид был в коме! Я... я просто ничего не понимаю! По щекам Эшлин потекли горячие слёзы, оставляя влажные дорожки. Это был неконтролируемый, всепоглощающий страх, заглушающий все остальные эмоции. Тейлор, не раздумывая, шагнула к ней, крепко обняв, как будто пытаясь защитить от нахлынувшего кошмара. Дверь в кухню открылась, и в проеме возникла высокая, подтянутая фигура Ная. Его карие глаза, обычно насмешливые и колкие, сейчас были серьезны и внимательны. Он мгновенно снял с себя маску безразличия, уловив гнетущую атмосферу в комнате. — Что-то случилось? — его голос прозвучал низко и спокойно, без обычной ехидцы. Он скользнул взглядом по заплаканному лицу Эшлин, по побелевшим кулакам Тайлера, по беспомощной позе Тейлор. — Выглядите так, будто на похоронах были. Где Айден? — Он спит в комнате, — прошептала Тейлор, не отпуская Эшлин. — Най... У нас проблемы. Большие. Най молча подошёл к столу, потянулся к пачке сигарет, лежавшей рядом с Тайлером, и не спеша закурил. Дым, едкий и знакомый, медленно пополз к потолку, смешиваясь с запахом чая и страха. — Я весь во внимании, — произнёс он, делая неглубокую затяжку. Его взгляд был прикован к Тайлеру, будто он читал ответы прямо на его лице. Тайлер поднял на него взгляд. В его глазах бушевала буря, но теперь к ярости и страху добавилась решимость. — Оксана, моя бывшая жена, забрала Логана. Он у неё. И он звонил... — голос Тайлера сорвался, он сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Она его бьёт, Най. Я слышал... я слышал, как он упал. Потом связь оборвалась. Най замер с сигаретой на полпути ко рту. Его лицо осталось непроницаемым, но в глазах промелькнула быстрая, как вспышка, тень чего-то холодного и опасного. — Сильвестр с ними? — спросил он коротко, выпуская струйку дыма. — Не знаем, но точно был какой-то мужчина. И, судя по всему, он либо участвует во всём этом, либо... он просто наблюдает, — в голосе Эшлин прозвучало горькое разочарование. Его взгляд скользнул по лицам собравшихся, выхватывая детали: отчаяние Тайлера, шок Эшлин, растерянность Тейлор. Он медленно подошёл, его шаги были тяжелыми. —Объясни. С самого начала, — приказал он, обращаясь ко всем, но его взгляд был прикован к Тайлеру. Тайлер с трудом, сбивчиво, с долгими паузами начал пересказывать обрывки того жуткого разговора. Про побег, про кому Дэвида, про похищение Айлин, про город Логан... Слова путались, наворачивались друг на друга, но общая картина складывалась в душераздирающую мозаику ужаса. Он умолчал только о самом страшном — о звуках, доносившихся из трубки в конце. Когда рассказ закончился, в кухне снова повисла тишина, ещё более тяжёлая, чем прежде. Най молчал, переваривая услышанное. Его лицо было каменной маской, но по едва заметному подрагиванию мышцы на скуле было ясно — внутри него бушует ураган. — Передай телефон, — наконец произнес он, обращаясь к Тайлеру. Его голос был тихим и опасным. Тайлер молча протянул ему телефон. Най взял его, его пальцы сжали корпус так, что костяшки побелели. Он нашёл последний входящий вызов и набрал его. Поднёс трубку к уху. Все замерли, затаив дыхание. Тиканье часов на стене казалось оглушительно громким. Гудки... Гудки... Гудки... Най не сводил глаз с телефона,его взгляд был острым, как лезвие. —Аппарат выключен или находится вне зоны действия сети, — раздался автоматический голос оператора. Най с силой положил телефон на стол. Звук удара заставил всех вздрогнуть. —Они его взяли в кольцо, — прошипел он. В его голосе звучала холодная, беспощадная ярость. — Что нам делать? — голос Тейлор прозвучал потерянно. Она всё ещё держала Эшлин, которая, казалось, совсем обессилела. — Нам нужно найти этого мужчину. И бывшую жену, — Най говорил методично, переключаясь в режим действия, единственный, который знал в кризисных ситуациях. — Узнать, где они находятся. В Колорадо, город Адамс, ты сказал? — он перевел взгляд на Тайлера, и тот кивнул. — Но как? — Тайлер сжал кулаки. — У нас нет связей там. Никаких зацепок... — Зацепки есть, — перебил его Най. Его взгляд стал собранным и острым. — Этот звонок — уже зацепка. Они проявили себя. Они знают, что мы теперь в курсе. И они знают, что мы будем их искать. Надо начинать с базовых вещей: поиск в соцсетях, базы данных, может, старые знакомые... Оксана не призрак, у неё должно быть прошлое, связи. Он посмотрел на Тайлера, и в его глазах вспыхнула знакомая решимость, та самая, что вела их через все трудности Шадоу Мира. —Мы найдем твоего сына, Тайлер. Я обещаю.

***

Позднее утро, уже неприлично позднее, почти перевалившее за обед. Яркие, наглые лучи Солнца просачивались сквозь мельчайшие щели в плотных темных шторах, как голодные хищники, бесцеремонно разрывая в клочья остатки такого желанного ночного покоя. Логан сидел на кровати, но это было скорее сидение манекена, чем живого человека. Его тело, тяжелое и непослушное, словно обмякшее, отчаянно пыталось срастись с мягким матрасом, отказываясь подчиняться. Разум был окутан плотной, вязкой ватой, сквозь которую едва пробивались мысли. Каждое моргание ощущалось как борьба, тяжёлые веки слипались, словно склеенные. Жгучее, всепопоглощающее желание провалиться обратно в теплую, липкую дрему, где не существовало ни сроков, ни проблем, ни вот этого назойливого света, боролось с неясным чувством вины. Он и сам не помнил, как дополз до кровати. Лишь смутные обрывки вчерашнего вечера мелькали в тумане: горы бумаг, яркий экран ноутбука, нарастающая тяжесть в голове, затем – провал. Всю ночь он, должно быть, корпел над делами, пока не уснул прямо за столом, уронив голову на холодную столешницу. Если бы не Тайлер, который, вероятно перетащил его на кровать, то сейчас его спина горела бы адской, простреливающей болью. А так она лишь ныла глухо, напоминая о себе неприятной скованностью и чувством чужеродности. Дверь распахнулась без стука, без предупреждения, словно врываясь в его личное пространство. В комнату шагнул Най. Его появление, слишком резкое, слишком громкое, окончательно разрушило хрупкую тишину и последние крохи сна. —Давай просыпаемся, —бодро, до невозможности бодро произнес Най, ставя на прикроватную тумбочку кружку с ароматным, обжигающе горячим кофе. От напитка поднимался пар, обещающий спасение и в то же время требующий немедленного пробуждения. Он опустился на край кровати, тревожно близко. —Ага, —безжизненно, почти невнятно промычал Логан, не в силах поднять голову, не желая встречаться взглядом. Он уставился на несуществующие пятна на одеяле, как будто в них можно было найти решение всех проблем. Най окинул взглядом заваленный стопками бумаг стол. Тяжёлый, глубокий, почти выстраданный вздох вырвался из его груди – в нем Логан уловил смешение понимания, усталости и едва уловимого, но острого упрека, словно Най сам ощущал невыносимую тяжесть этих незавершённых дел на своих собственных плечах. —Помнишь, я говорил, что звонил Сильвестр? —Логан кивнул, взяв кофе в руки. —Он же говорил, что Логан у него и Оксаны. —Сразу к делу, —буркнул Логан, губы коснулись кружки. —Вчера ночью Логан звонил, —слова Ная заставили Логана подаваться. —Что он рассказал?! —воскликнул Логан, смотря на Ная большими от удивления глазами. —Похоже сейчас он у Оксаны и Сильвестра, Дэвид и Адриана неизвестно где. Однако, Адриана якобы должна была быть в Миссисипи, —объяснил Най. Логан брови скатились к переносице. —Сильвестр не врал, но где тогда могут быть Адри и Дэвид. Тут что-то не сходится, —бормотал Логан, пытаясь поставить в голове всё по полочкам. —Я о том же. Мне кажется, либо Сильвестр, либо Оксана что-то задумали и пытаются Логана вмешать в этот план, —согласился с ним Най. —По номеру пробивали? —Логан на автомате поднялся с кровати. —Да, однако номер не определяется, как и место нахождения, —пожал плечами Най и добавил:—Возможно, тот звонил с Бёрнера.

***

Мёртвая, гнетущая тишина висела в комнате тяжёлым покрывалом. Тихие ссопение не могло развеять эту пустоту, а лишь подчёркивало её. Собственные мысли оглушительно звенели в ушах, навязчивые и беспощадные, не давая уснуть всю эту бесконечную ночь. Ещё пара дней назад комната оглашалась детским смехом и криками, а сейчас её заполняла лишь давящая пустота. С тех пор, как пропали Коди и Николас, атмосфера в квартире стала ядовитой, тяжёлой. От Николаса остались лишь разбросанные мелочи, которые теперь причиняли боль — каждая напоминала об отсутствии. Рейчел сидела на краю кровати, спиной к двери, взгляд устремлён в окно. За стеклом уже летали птички, гуляли люди, занятые своими незначительными, обыденными делами. Этот мир жил своей жизнью, равнодушный к её разрывающемуся от тревоги сердцу. — «Если Николас и Коди и не с Логаном, то где они?» — гнала она по кругу одну и ту же мысль, и от неё по телу пробегала ледяная дрожь. Звонок кузена оставил внутри колючее, беспокойное семя, которое теперь прорастало паникой. Внезапно дверь подарила два приглушённых стука, и ручка тихо щёлкнула, заставив её вздрогнуть. Рейчел резко обернулась. В дверном проёме стоял Филдс. Его волосы были лохматыми, а в глазах читалась усталая бодрость, но отголоски сна ещё виднелись в его сонном взгляде и чуть замедленных движениях. — Рейчел, мне рассказали, что тебе вчера звонил Логан, — его голос был низким, бархатистым от сна, но в нём чувствовалась стальная напряжённость. Мужчина медленно, почти неслышно, вошёл в комнату, взглянув на спящую рыжую макушку под одеялом. Рейчел ответила молчаливым кивком, сжавшись внутри. Филдс молча остановился около её кровати, его высокая фигура отбрасывала на пол длинную тень. — А откуда он достал твой номер? — спросил Филдс, его взгляд скользнул по её лицу, а затем опустился на телефон, лежавший перед ней как улика. — В Инстаграме написал, — выдохнула она, и её собственный голос прозвучал хрипло и непривычно. — Можешь показать? — его просьба прозвучала мягко, но в ней не было места для отказа. С пальцами, чуть дрожащими от нервного напряжения, Рейчел разблокировала телефон. Она машинально проверила уведомления, с безнадёжной надеждой встретить новое сообщение от того самого таинственного аккаунта. Но экран был пуст и безразличен. С комом в горле она открыла страницу @Sil3027 и протянула ему телефон, чувствуя, как по коже бегут мурашки. На аккаунте не было почти ничего. На аватарке — пустота, профиль — приватный. Ни описания, ни намёка на личность. Лишь цифровая тень. Филдс внимательно, вчитываясь в каждую чёрточку, изучил переписку. Он что-то записал себе в заметки, сфотографировал несколько фрагментов экрана, и каждый щелчок камеры отдавался в тишине комнаты громким хлопком. — Ты не против, если я возьму твой телефон? — спросил Филдс, и в его голосе впервые прозвучала осторожная нота сочувствия. — На всякий случай. Если Логан вновь позвонит. Она снова лишь кивнула, ощущая, как последняя ниточка связи с тайной уходит из её рук, оставляя лишь леденящее душу чувство беспомощности.

𝑂𝑛 𝑡ℎ𝑒 𝑠𝑖𝑥𝑡ℎ 𝑜𝑓 𝐽𝑢𝑙𝑦...

𝟐:𝟓𝟒𝐏𝐌

Эвелин ходила между рядами, подбирая подарки для Рейчел. В корзине лежала розовая кружка с надписями «Beautiful», «Sweet», «Lovely» и упаковка её любимого чая. Эвелин с лёгким возбуждением обдумывала, что ещё добавить в подарочную коробку. Внезапно её спину пробрал холодок. Возникло острое, животное чувство, что за ней пристально следят. Она резко обернулась, сердце на мгновение замерло, но сзади были лишь другие покупатели. —«Просто показалось», — отмахнулась она про себя, но неприятный осадок остался. В отделе сладостей, пытаясь вернуть себе то радостное настроение, Эвелин с особым рвением принялась набирать конфеты, шоколадки, леденцы — маленькие сладкие радости, которые так любила Рейчел. —Хей. Эвелин вздрогнула и обернулась, сжимая в потной ладони ручку корзинки. Перед ней стоял высокий мужчина. Его чёрные волосы были аккуратно уложены назад, а тёмно-голубые глаза, холодные и бездонные, как озеро в безлунную ночь, изучали её без тени любопытства или призрения. Дорогой деловой костюм сидел на нём безупречно, но от этого вида веяло не надёжностью, а угрозой. —Ты же Эвелин Кларк? —спросил мужчина. Внутри у неё всё сжалось от внезапной, инстинктивной паники. Она отступила на шаг. —Откуда вы знаете моё имя? Кто вы? — голос прозвучал резче, чем она хотела. — Неважно, — он пожал плечами и быстрым движением вложил ей в руку плотно сложенный бумажный квадрат. Прикосновение его пальцев было коротким и холодным. — Передашь Филдсу. Не дав ей опомниться, отшатнуться или что-то сказать, мужчина резко развернулся и растворился в толпе, словно его и не было. Эвелин застыла на месте, сжимая в дрожащей руке зловещий бумажный квадратик. Сладкий, праздничный мир магазина вдруг померк, исказился и стал чужим. Радость уступила место холоду и всепоглощающему вопросу: «Что только что произошло?» Не читая бумажку, Эвелин потянулась в карман за телефоном, дрожащие пальцы искали номер отца, что находился где-то тут в торговом центре. —Пап, ты можешь подойти ко мне? —сходу сказала Эвелин, когда Айден ответил на звонок. —Скоро буду, —без лишних вопросов он сбросил трубку. Через пару минут его фигура появилась у входа магазина. Эвелин не сдвинулась от своего места, словно боялась встретить этого мужчину вновь. Айден, как только подошёл к дочери, заметил её напряженный вид и спросил: —Что-то случилось? —Эвелин кивнула, сжав в кулаке бумажку, пряча её там. —Может поедем домой? —спросила Эвелин. Этот вопрос удивил Айден. —Ты же хотела ещё виниловые пластинки посмотреть, разве нет? Эвелин замялась. Уже завтра день рождения Рейчел, седьмого числа подготовиться времени не будет, но оставаться тут было беспокойно. Сглотнув ком паники в горле, запихивая его куда подальше, она засунула бумажку в карман и пошла дальше выбирать покупки.

***

По прибытию домой Айден забрал пакет с подарками к себе в комнату, для того чтобы именинница раньше времени не нашла его. В пакете виднелись плед, шоколадки, мягкая игрушка, главный подарок так и торчал из пакета. Тонкая картонная коробка с принтом любимой группы Рейчел, внутри находится виниловая пластинка. Как только Эвелин зашла в комнату, её внимание пало на Рейчел. Её губы сжаты в тонкую линию, взгляд печально смотрел в стену напротив неё. —Рей, —сказала Эвелин, садясь на кровать рядом с подругой. Светло-карие глаза перевели взгляд на неё. —Я была в магазине. Ко мне какой-то мужчина подошёл и всучил это. Эвелин достала записку из кармана и протянула её Рейчел. Брюнетка, взяв руки бумажку, раскрыла её. «Завтра. 16:00. Заброшенный склад на углу 5-й и Заводской (ориентир — ржавая вывеска «ХимПром»). Жду ровно 10 минут.»

С. В.

—Надувательство какое-то, —пробормотал Рейчел и, повернувшись к Эвелин, добавила:—Не смей никуда идти. В упрёке подруги было беспокойство и недоверие к этой ситуации. —Эта записка не мне. Мужчина попросил отдать её Филдсу, —слова Эвелин ввели небольшое замешательство Рейчел. Её бровки скатились к переносице. —Дядя Логан только недавно ушёл, —произнесла Рейчел. Она резко поднялась с кровати, сжав бумажку. —Надо сказать родителям. —Постой, может это такой обман? Ловушка? —Эвелин встала вслед за подругой. —Давай, мы не будем наступать на грабли Николаса? —напоследок бросила Рейчел и направилась в гостиную, Эвелин поспешила за ней. В гостиной сидели Лорье, родители Рейчел и Эшлин. Кристиан сидел в кресле, задумавшись о чём-то, его явно не интересовала беседа остальных. Алекс разговаривал с Беном, Дженнифер иногда перебивала его, добавляя что-то своё. Эшлин и Тейлор молча слушали их. —Дядя Логан на долго уехал? —сходу спросила Рейчел, как только они зашла а гостиную. —Он сказал, что вернётся к вечеру, —сказала Эшлин. —Что-то случилось? —забеспокоилась Тейлор. Она посмотрела на дочь с ног до головы, её взгляд остановился на сжатую в руках Рейчел бумажку. —Эвелин рассказала, что какой-то мужчина вручил ей эту записку и сказал передать Филдсу, —она потянула записку маме. Когда записка оказалась в руках Тейлор, Эшлин наклонилась поближе, чтобы прочитать её. —С. В. —произнесла Эшлин. Через секунду её глаза раскрылись в изумлении. Резко она спросила, повернувшись к дочери:—Как выглядел этот мужчина. —Чёрные волосы, тёмного голубого цвета глаза, —Эвелин немного растерялась. Она даже какие-то особенные примечания не могла вспомнить. —Он был в деловом костюме, волосы были уложены назад. Тейлор и Эшлин переглянулись, в их глазах был ужас и страх.

***

Рейчел сидела рядом с мамой, уткнувшись лицом в шершавую ткань её плеча, и прикрыла глаза. Дыхание было ровным, но внутри все сжималось в тугой, болезненный комок. Завтра день рождения, а в душе зияла ледяная пустота. Не хватало Коди и Николаса — так сильно, что физически ныло под ложечкой. Рейчел отчаянно хотела отметить этот день с ними, но... они пропали. Мысли бежали по кругу, словно испуганные мыши, не находя выхода, и в итоге в голове оставалась лишь серая, безжизненная вата. Размышлять ни о чем не хотелось, а погружаться в сладкий яд воспоминаний о Николасе было еще больней — каждый образ обжигал изнутри. Вдруг резкая, раскалывающая головная боль ударила по вискам, заставив её вздрогнуть. В ушах зазвенело так пронзительно, словно в череп воткнули раскаленную спицу. Мир на секунду поплыл и лишился красок. Сердце Рейчел бешено заколотилось, когда она испуганно, почти умоляюще, посмотрела на мать. В её глазах читался немой вопрос и щемящая надежда, что она не одна столкнулась с этой внезапной агонией. — Ты тоже это почувствовала? — выдохнула она, и голос дрогнул, выдав весь её страх. Тейлор нахмурилась, и в её обычно спокойных глазах мелькнула тревога, острая и безошибочная, как укол. Она пристально, почти сканирующе, смотрела на дочь. — Что такое? — спросила Тейлор, и в её тоне прозвучала скрытая сталь. Рейчел почувствовала, как по спине бегут мурашки. Она сжала губы так, что они побелели, и опустила взгляд, чувствуя, как ледяная волна одиночества накатывает на неё с новой силой. — Ничего, — прошептала она, и это слово повисло в воздухе тяжёлым, горьким обманом.

***

День начинался насыщенно с самого утра. Пока Эвелин ещё спала, Рейчел проснулась от сухости во рту и тягучего, тревожного чувства, оставшегося с прошлого вечера. Тишина в доме была звенящей, давящей. Она краем сознания отметила непривычную пустоту родительской спальни и, не включая света, побрела на кухню, чтобы попить воды. Её разум был все ещё погружен в вязкие воспоминания о той резкой, колющей боли. Она мысленно ощупывала ее, как язык язвочку, пытаясь понять, был ли это просто приступ мигрени или нечто большее — зловещий знак, отголосок чего-то далекого и плохого. Она стояла у раковины и не замечала ничего вокруг. Сделав глоток прохладной воды, она обернулась — и замерла, не в силах сделать ни вдоха, ни выдоха. На кухне, застывшие у окна в лучах восходящего солнца, стояли дядя Тайлер и мама. А посередине стола, словно видение из другого, счастливого мира, красовался торт, увенчанный свечами и яркой надписью «Happy Birthday!». На стульях аккуратной горкой лежали подарки в разноцветной бумаге. Сердце Рейчел сжалось. Не от радости, а от странной, щемящей боли. Эта идиллическая картина была так резко диссонансна тому хаосу, что царил у неё внутри. — С добрым утром, — произнесла Тейлор, и в её голосе прозвучала легкая, застигнутая врасплох нотка, которую она тут же попыталась скрыть под маской бодрости. Они думали, что она встанет намного позже, что у них будет время все подготовить, создать идеальный, сияющий момент. Рейчел медленно опустила стакан. Ее взгляд скользнул от сияющего торта к встревоженным лицам родных. Они смотрели на нее с такой надеждой, с таким желанием подарить ей кусочек нормальности, что у нее в горле встал ком. Она хотела улыбнуться, сказать «спасибо», но губы не слушались. Вместо этого по щеке предательски скатилась слеза — не от счастья, а от нахлынувшей сокрушительной тяжести. Этого было слишком много. Слишком красиво. Слишком больно. — Мама... — ее голос сорвался в шепот. — Он... он бы сейчас тоже здесь был. Тайлер потупил взгляд. Тейлор сделала шаг вперёд, и её глаза наполнились бездонной материнской болью, понимающей все и не требующей слов. Неожиданно с гостиной комнаты послышалось несдержанно громкий голос полный возмущения. —Айден, правее, а не левее! —бурчал кто-то. По голосу было ясно. Филдс. Тайлер не сдержал смешок,прикрыв глаза. —Года идут, —начал Тайлер. —А Айден не меняется, —вздохнула Тейлор и обняла дочь.