Episode 28

𝑪𝒐𝒍𝒐𝒓𝒂𝒅𝒐. 𝑨𝒅𝒂𝒎𝒔.

𝑺𝒉𝒂𝒅𝒐𝒘 𝒘𝒐𝒓𝒍𝒅

𝟎𝟎:𝟎𝟎𝐀𝐌

Комната тонула в густом, почти осязаемом мраке. Откуда-то из углов доносились странные звуки — скрип, шорох, будто тихое, прерывистое дыхание самого дома. От этого дыхания по спине пробегали ледяные мурашки, и в груди сжимался холодный ком беспокойства. Сквозь шторы пробивался красный, бордовый луч, не Солнца... Он был густым, как старая кровь, и резал темноту неживым, зловещим светом. Этот свет не сулил рассвета, он казался взглядом чужого, враждебного мира. Перед глазами всё плыло и двоилось. Во рту пересохло, будто наглотался пепла. Жажда жгла горло, была навязчивой, животной, всепоглощающей. Каждая клетка тела кричала о воде. А потом накатила волна тошноты, липкой и противной, заставив сглотнуть горькую слюну и стиснуть зубы, чтобы не застонать. С трудом, превозмогая свинцовую тяжесть в теле, парень приподнялся на локтях. Каждое движение отзывалось ноющей болью в мышцах, будто он пролежал без движения целую вечность. В кромешной тьме рука нащупала края тумбочки, скользнула по гладкой поверхности и наткнулась на бутылку. Пальцы, дрожащие и непослушные, судорожно сжали её, пытаясь открыть крышку. В груди вспыхнула жадная, почти паническая надежда. Он стал пить жадно, с хрипами и брызгами, не обращая внимания на душераздирающую боль в шее. Она горела отдельным, ясным костром агонии. Повернуть голову можно было лишь на сантиметр, скрипя позвонками и задерживая дыхание от новой, ослепительной вспышки боли. Всё тело было одним сплошным синяком, мышцы затекшими и одеревеневшими. Отчаяние, тупое и тяжелое, начало подползать к горлу. — «Слишком долго лежал», — промелькнула смутная, утешительная мысль, которую он сам не поверил. Но даже сквозь туман в голове и физическую ломоту другая мысль пробивалась, холодная и чёткая, замораживая всё внутри: Где он? И почему он не помнит, как тут оказался? Этот вопрос повис в темноте, наполняя её безмолвным, леденящим ужасом. Со стоном, больше похожим на хрип, он сполз с кровати. Ноги, ватные и чужие, едва держали. С болью, от которой темнело в глазах, парень направился к двери, ощупью пробираясь в непроглядной тьме. Он терял ориентацию, страх сжимал сердце тисками. Рука, ищущая опоры, случайно зацепила что-то на столе. Предмет с грохотом упал на пол, разбившись. Звон разбитого стекла прозвучал в тишине оглушительно, как выстрел. Парень замер, охваченный животным страхом, чувствуя, как по спине струится ледяной пот. И тогда за дверью, в той же густой тишине, послышались шаги. Медленные, тяжелые, намеренные. Они приближались. Каждый стук подошвы о пол отдавался в висках молотом, вытесняя боль, жажду, всё — кроме чистого, первобытного ужаса, который сковал его на месте, в кромешной тьме, под бордовым светом. Дверь со скрипом открылась, впуская в комнату теплый, слишком яркий свет. Ослеплённый парень отшатнулся назад. Голова закружилась, перед глазами поплыло. Было невозможно рассмотреть человека — лишь силуэт: высокий, широкоплечий, подбородок поднят вверх. В тени блеснули знакомые голубые глаза. — Силь… Сильвестр? — пробормотал пробормотал, чувствуя, как равновесие покидало его, спина становилась тяжелее него самого. — Блять! — пробормотал мужчина, едва успевая поймать его, прикрыв затылок ладошкой. — Где ты мозги потерял? — проворчал он, потащив его обратно к постели. Глаза слипались, будто ресницы утяжелил свинец. С невероятным усилием парень приподнялся на затёкшие, ватные локти. Он был здесь. В этой душной, пропахшей лекарствами и пылью комнате. Сухость во рту была невыносимой, горло будто склеили намертво. Он, почти не глядя, потянулся к тумбочке — пусто. И от этой пустоты, от бессилия, внутри всё сжалось в холодный комок. Раздался голос. Низкий, с хрипотцой, знакомый. —Проснулся? Парень медленно перевёл взгляд на дверь. В проёме, залитый светом из коридора, стоял Сильвестр. Его силуэт казался массивным и нереальным. —М-м-м-г, — промычал парень. Это был не звук, а лишь сдавленный выдох. Слова застревали где-то в груди. — Да уж, — тяжело вздохнул мужчина, и разочарование в этом вздохе было густым. Он скрылся за дверью. Парень, стиснув зубы от накатившей дурноты, сел на кровать. В глазах поплыли чёрные пятна, мир накренился, зазвенело в ушах. Он замер, уперев ладони в край матраса, и ждал, когда этот туман отступит. Едва зрение прояснилось, он сделал движение, чтобы подняться — шаткое, беспомощное. — Да лежи ты! Парень вздрогнул всем телом. Сильвестр ворвался в комнату, его лицо было искажено вспышкой гнева. — Что ты постоянно пытаешься подняться?! Ты на себя не похож, ей Богу! — его голос гремел, наполняя собой всё пространство. Крепкая рука усадила парня обратно на кровать. Только сейчас Логан заметил в его руках тарелку, от которой тянул слабый, но живительный пар. Бульон. Парень напряг всё своё затекшее, непослушное тело, пытаясь сопротивляться. —Уф... — Сильвестр выдохнул, и гнев в нём сменился усталой досадой. Он насупился, сел на край кровати. — Ну давай. Он поднёс ложку к самым губам Логана. Тот, чувствуя жгучий стыд от такой беспомощности, разомкнул губы. Тёплая жидкость обожгла рот. Бульон казался ему не просто едой, а целым миром вкуса и тепла. Он был божественно вкусным и при этом обжигающим. Каждый глоток давался с трудом. Но Логан ел жадно, с отчаянием. Это был вкус жизни, которая по капле возвращалась к нему. Сильвестр молча кормил парня, его взгляд был пристальным. — Как тебя зовут? — спросил он наконец, когда тарелка опустела наполовину. Голос Логана звучал хрипло: — Логан. Мужчина тихо цокнул языком, будто что-то подтвердил для себя. — Эрнандес? Услышав свою фамилию, парень лишь кивнул, и в его мутных глазах мелькнула тень недоумения и настороженности. —Раз не Кларк, то Эрнандес, —бурчал Сильвестр, хмурясь. —Сильвестр, — позвал его Логан. Тот откликнулся не сразу, поднял взгляд спустя секунд тридцать. — Где мы? — Не важно, — ответил он. Логан нахмурился. Дрожащая от напряжения рука коснулась шеи. — «Бинты?», — подумал парень, подняв брови. Из подсознание вырвался момент воспоминания. “— Логан! Не закрывай глаза! Прошу! — молила Мэй„ — Где Мэй? — подорвался с места Логан. Его усадили обратно, надавив на плечо. — Сумасшедший сядь, — усадил его Сильвестр. — Вижу мозги проснулись. — Где Мэй? А Эдди? — тараторил Логан, забыв о боли, крутил головой. — Успокойся, — Логан его не слушал, пока не схватил за подбородок. —Парень, я не знаю их. И я не Сильвестр. Грубый, холодный тон вызвал мурашки по телу. В глазах застыл ужас, паника, непонимание. Воздух в комнате стал спёртым, дышать тяжело. —Кто... —слова вертелась на языке, но из горла выходил лишь не связанные звуки. —Маверик Вильсон, —улыбнулся мужчина. В ней не было тепла или доброты, лишь холоднокровье. Тяжело вздохнув, Маверик поставил тарелку на стол, не отрывая взгляда от парня, находящегося в замешательстве. —Где мы?! —воскликнул Логан, забившись в угол кровати, подальше от мужчины. В глазах поплыло. —По-вашему фантомный мир, —поднялся с кровати он, направляясь к окну. Приоткрыв штору, в комнату проник кроваво-красный свет. —Не может быть, —бормотал Логан себе под нос. — «Где Рэй? Эбигейл? Мэй?» — крутилось в голове Логана. Мир сузился до размеров его грудной клетки, где бушевала чёрная буря. Сердце не билось — оно колотилось о рёбра, как перепуганная птица, бешено и без ритма, и каждый удар отдавался глухим гулом в висках. Он пытался вдохнуть, но дыхание превратилось в короткие, судорожные всхлипы. Воздух стал жидким и густым, им невозможно было напитать лёгкие. В ушах нарастал звон, заглушая всё вокруг. Мысли проносились обрывками, цепляясь и рассыпаясь. Оставался только животный ужас, чистый и всепоглощающий. По спине пробежала ледяная волна, сменившаяся мгновенным, липким жаром. Ладони вспотели, пальцы стали ледяными и чужими. И тогда накатила странность, ещё более пугающая. Он смотрел на свои руки, лежащие на коленях, и не узнавал их. Они будто принадлежали кому-то другому, двигались чуть замедленно. Звуки доносились как через толстую стеклянную стену — приглушённые, нереальные. Он был заперт внутри этого тела-оболочки, которое больше ему не подчинялось, а снаружи раскинулся плоский, бутафорский мир, в котором он стал случайным и лишним наблюдателем. Возникало безумное ощущение, что всё это — сон, но проснуться было невозможно. Только паника была настоящей. Единственной реальностью в этой тонущей, искажённой вселенной — Эй, — позвал его Маверик, попытавшись положить руку на плечо. Но реакция парня была мгновенной, как у дикого зверя. Он отдёрнулся, забился в угол сильнее. — Успокойся. Но Логан его не слышал. Видел лишь то, как Маверик устало потирал лицо ладошкой, ругался на него, пытался уложить в кровать или дотронуться. Со временем силы иссякли. Сознание отделялось все дальше и дальше. Казалось, Маверик был этому рад. Третье пробуждение было спокойным. Не было тяжело как впервые два раза. Голова не болела, позволяя соображать разумно. В глазах не плыло, зрение привыкло к темноте. С болью и трудом Логан смог подняться на ноги. Походить небольшими шагами по комнате. Он подошёл к двери. Тихо открыл дверь выглянув из комнаты. Пусто. Он вышел в коридор это был большой двух этажный дом. Почти везде горел свет, который вызывал головную боль. Логан направился к лестнице, как сзади послышалось. —Herrgott nochmal,—Логан обернулся. В дверном проёме второй от лестнице в комнате стоял снова она. — Иди ляг сам в постель, не беси. Логан не сдвинулся с места. —У тебя сотрясение и повреждение шеи, —прохрипел Маверик. Шатаясь, Логан ушёл в комнату. В комнате Логан подошёл к окну. Где-то внутри было желание открыть его, увидеть восход солнца, увидеть людей, спешащих на работу, услышать гул машин, услышать лай собак, услышать шипение дворовых котов. Но встретила его только тишина. Серебряный месяц на кровавом небе словно смеялся над его надеждами. —Почему? — задал он вопрос, будто кто-то мог ему ответить. Третий раз он просыпается здесь. Не в реальном мире, а в этом. —Есть два варианта, —Маверик встал рядом, облокотившись плечом на стену у окна. Логан не отшатнулся от него. Ноги приросли к полу. Стоял, затаив дыхание, ждал ответа. Маверик выпрямил указательный палец, его взгляд был твёрдым и неумолимым. — Первый вариант: возможно, в реальном мире ты в коме. Он оттопырил второй палец, нависая над Логаном. — Второй: ты мёртв. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и окончательные, как приговор. Воцарилась гнетущая тишина, такая густая, что, казалось, ей можно было подавиться. Она вдавила Логана, выбив из него дыхание и любые мысли. Он открыл рот, чтобы что-то возразить, найти изъян в этой чудовищной логике, но ни звука не сорвалось с губ. Только немое оцепенение и нарастающий холод где-то глубоко внутри. Слова умерли, не родившись. —Как? —бормотал парень, положив руку на бинты. — Пацан, давай без панических атак, — попросил мужчина, оттолкнувшись от стены с показным спокойствием. — Просто прими этот факт. Спокойно. — Спокойно?! — голос Логана сорвался на крик, хриплый и разорванный. Он вскочил, его тело напряглось, как струна. — Ты мне сейчас заявляешь, что я там... что в реальном мире я могу быть трупом! Абстрактный факт?! Он рванул рукой к груди, прижал ладонь к сердцу, сжимая ткань рубашки в кулак, будто пытался удержать его на месте, остановить дикую боль. — У меня есть жизнь! — выкрикнул он, и каждое слово било, как молот. — Младший брат, который ждёт! Он верит, что я проснусь, он цепляется за меня изо всех своих детских сил! Друзья, которые где-то там! — Логан резко, почти яростно, ткнул раскрытой ладонью в окно, в слепую мглу за стеклом. — Отец! Где-то далеко он ищет меня, я это знаю! Даже мой... даже отчим пытается помочь! Слезы, жгучие и неудержимые, хлынули по лицу, но он не стирал их. Боль сковала грудную клетку стальным обручем, он сжал кулак на сердце ещё сильнее, лицо исказила гримаса отчаяния. — А я... — голос вдруг сломался, превратившись в хриплый шёпот. Он замер, губы дрожали, не в силах выговорить самое страшное. Он посмотрел на свои пустые ладони, затем снова уставился в окно, в никуда. — А я что? Призрак? Воспоминание? Я должен быть там! Я должен вернуться! Молчание убивало Логана больше, чем крик в ответ. Маверик смотрел на него, сканируя его внешний вид, наблюдал за реакциями. Тяжёлый вздох прозвучал громко в этой тишине. —В последний раз я видел Кларка, —сказал Маверик. Логан поднял на него изумлённый, стеклянный взгляд. —Этот... —Маверик не мог вспомнить имя. —Айден 2.0,—махнул рукой, перестав пытаться. —Ты видел Дэвида?! —неконтролируемый крик сорвался с губ. —Хватит орать, —шикнул мужчина, нахмурившись. —Один раз в городе. —«Он все время был тут!»—кричала душа. Радость слилась с тревогой в одну непонятную эмоцию. —Мне надо... —бормотал Логан, но его перебили. —Нормально поесть, —тон Маверика не принимал отговорок или отрицания. —Ты выглядишь хуже скелета. Мужчина покинул комнату, оставив мальчишку наедине со своими эмоциями. Логан сел, чтобы переварить всю информацию, которую услышал. —«Если я сейчас в коме, то как работает время? Наверное, в определенное время сюда попадают ребята», —Логан лёг на постель, глядя в потолок. —«Надо найти Рэй, Мэй, Эбигейл и Дэвида». Логан резко поднялся с кровати. Мэй. Она же тоже ранена. Маверик её не нашёл? Или он взял только его? Противная мысль появилась в голове. «Может они меня бросили?» —Нет! —прогнал мысль он. —Они бы так не сделали. Ноги понесли его вниз по лестнице. Был неожиданный прилив сил. Заглянул в первую попавшуюся комнату, оказалась ванная. Дом был достаточно большим, Логан немного потерял ориентацию. Через гостиную он попал на кухню, где стоял Маверик у плиты, что-то помешивая в кастрюлю. —А ты не находил рядом со мной светловолосую девчонку? —промямлил Логан, паника не давала связать слова. —Нет, —покачал головой мужчина. —Я нашел тебя в магазине. Ты лежал на полу, твоё горло уже было перевязано, но кровь бежала ручьём сквозь бинты. Я решил тебя забрать. Последние слова слегка сбили с толку. —«Зачем я ему?»—появилась мысль в голове. Маверик не похож на добродушного человека с большим сердцем. —Зачем? —подошёл ближе Логан. —Просто был в похожей ситуации как ты. Однако, мне никто не помог, —спокойных, холодный тон пугал. —А ты.... —Я мёртв, —обернулся он. В голубых глазах не было ни печали, ни боли, ни грусти. —Уже 23 года тут. Маверик выключил плиту, убрал кастрюлю в сторону, открыл холодильник. От любопытства парень заглянул в кастрюлю. Запах был какой-то каши. Манка. —Судишь, кушать будешь, —командовал Маверик. От одной мысли тяжести в животе стало плохо. —Отказы не принимаются. Сложно сказать, что Маверик хороший рассказчик. Его рассказы не были захватывающими, неожиданными, лишь холодная расчетливость. Логан слушал, не перебивая, автоматически поедая кашу. В детстве её терпеть не мог, на вкус она оказалась не так плоха. Маверик объяснил много волнующие вопросы для Логан. Как работает здесь время? Часы не работают, время движется на электронных секундомерах, таймерах. В сутки движутся обычно двадцать четыре часа. В полночь добавляется семь часов, те самые, которые ребята попадали в этот мир. Как перемещаются предметы? Если в течение двадцати четырёх часов в реальном мире переместили тот или иной предмет на хорошую дистанцию, то он перемещается после ноль-ноль. Это может быть неожиданно и раздражающе. Однако можно избавиться от этого. Нужно просто повредить предмет, который вам необходим. Например, открыть пачку чипсов или отрезать бирку на футболке. Повреждённые вещи не могу вернутся в исходный вид, поэтому перемещение не возможно. Как работает сон, пища, физическая нагрузка? Так же как повседневной жизни. Впервые дни может быть тревожный сон или бессонница. Закрыть глаза или выключить свет самое страшное, ведь фантомы всегда рядом. У Маверика иногда отсутствует голод, но если долго не есть появляется режущая боль в желудке. Зарядки очень помогают с утра размять тело. Другие изменения он не заметил. Пробовал ли он умереть ещё раз? Да, и не один раз. От голода, от потери крови, от боли, от серьёзной травмы, от всего. Ничего не работает. Он тут заперт. —Как ты умер? —спросил Логан, отставив тарелку. Маверик сидел напротив него, скрестив руки на груди. —Глупо, —вздохнул Маверик. Вдруг на его лице появилась ухмылка. —Знаешь Логана Филдса? Эрнандес неуверенно кивнул —Вот от его рук и умер. —Как?! —Логан чуть не подпрыгнул на месте. —Дело было давно, —начал Маверик.