Внутри нас (Ориджинал)

Не покидай меня

Сознание вернулось рывком и то, что я видел… девушка, высокая девушка, которая плакала над моим тщедушным тельцем. Глупо, но всё же. - Сынок… прости меня. – тихо шептала женщина, а я понял. Я её сын, который чуть не умер в… Осмотревшись, я отметил множество руин и пару волков, странных, но простеленных. Кто это их так? - Мама? – тихо спросил я женщину, та вздрогнула, но обняла меня сильнее. Не сводя с неё взгляда, я улыбнулся. - Сынок… Дарвин, ты жив, слава фортуне… - продолжала заливаться слезами женщи… моя мать. Мама красивая, с длинными, но грязными чёрными волосами, с яркими алыми глазами, одета она в… броня? Латы? У неё есть пистолет. Как интересно. Я лишь шире улыбнулся, позволяя себя обнимать. - Что-то случилось, Ма? – улыбаясь спросил её, ожидая объяснения всей ситуации. - Мы… как хорошо, что ты в порядке. Тише, сынок, нам нужно вернуться домой. – успокаивала меня мама, хотя, честно говоря, больше всего она успокаивала саму себя. Я многого не знаю, но вернуться в логово было бы неплохой идеей. - Да мам. – тихо пропищал я. Взяв за руку, меня стали вести сквозь разные руины города, заросшие подворотни и пустые, полностью пустые улицы. Сказывалось ощущение, будто здесь нет никого, ни одного человека, ни одного зверя, которых можно было бы съесть. Мама выглядит расстроено, но всё ещё воодушевлённой, хотя и нервно. Я умер? Судя по всему да. Это сложно, нужно быть более внимательным. - Мам, а куда мы идём? Домой? – спросил я её. Мама вздрогнула и натянуто улыбнулась. - Да, конечно, милый… в дом, на новый дом. В восточное убежище. – она нервничала, очень сильно нервничала. Так не идём в логово? Печально, там было бы куда безопаснее. Людные места неприятны, а сами люди грубы. Пустые улицы и цветочки, растущие из тротуаров, мох, покрывающий стены и кустарник, который прорастает из дороги. Растения сильны, а выглядят очень увлекательно. - Цветочки красивые. – с улыбкой пробормотал я, наблюдая за тем, как выражение лица матери на секунду застыло, но она продолжила идти как ни в чём не бывало. Фальшивит. Но это не важно, ведь она моя мама. А мамы никогда не предают. Нужно разузнать побольше информации, как о окружающем нас мире, так и о убежище. - А мы ещё увидим собачек? -спрашиваю я у мамы, но её улыбка застывает на некоторое время. Я уточняю – там были простеленные, а будут пушистые? - Д-да, к-конечно, Дарвин. Там будут… самые лууучшие и породистые ратвейлеры… нам нужно лишь дойти… всё будет, хорошо. – хотя мама улыбается, но видно, что она боится, нервничает. Возможно, это и правильно. Здоровая паранойя всегда помогает людишкам выживать. Хотя… Инстинкты. Никогда не понимал, как люди умудрятся понять, когда стоит замереть и не провоцировать хищников, а когда стоит бежать. Так сложно. - Да, Мама. – довольно улыбаюсь ей, понимая, что меня ждёт что-то весёлое. Помню… мама умеет подбирать интересное для времяпровождения. Досуг – это важная составляющая людской жизни, так я думаю. Тихий, слабенький ветерок, который, должно быть, скорее всего холодный. Он довольно приятно обдувает кожу, забавно облизывая каждую частичку открытой плоти. Небо в белых облачках сверкает. Меня отвлёк слабый рычащий звук. - Ты хочешь кушать, Мама? – тихо спрашиваю, повинуясь тихой атмосфере. Она не останавливалась, но явно напряглась. Дрожащие губы будто шептали что-то, но она лишь сказала… - Нет, дорогой, я потерплю. А ты… проголодался? – спросила меня мама. Хм? А что можно съесть? Воспоминания подсказывают мне, что я люблю сладкое и острое. Очень острое. Обдумав этот вопрос, я стал вспоминать любимые блюда. В итоге я пришёл к выводу, что я не голоден. - Нет, Мама. – слегка покачал я головой, почёсывая подбородок рукой. Свободной рукой. Питание важно, но не всё желудок способен переварить. Это, на мой взгляд, большое упущение. Жаль люди ещё не способны к перевариванию энергии. Было бы забавно, если бы люди смогли питаться собственным, или своих сородичей, страхом. И всё же… мир такой пустой. Он должен быть наполнен людьми… всегда был наполнен. А сейчас я вижу только маму, а также… жучок. - Смотри, Мам, жучок! – показал пальцем я на красивого и пушистого паучка. - Арахноп… - шокировано протянула мама. Большой слабый паучишка замер и с интересом смотрел на меня. Красивый, очень интересный. Мягкая шёрстка, должно быть, приятная на ощупь. Так завидно, хочется погладить, но он пятится во тьму, убегает. Пауки всегда такие трусливые, даже ребёнка боятся. - Мама, а давай потом заведём террариум и домашнего паучка? – улыбаясь предложил я маме. - Дарвин… сыночек… а кто же будет за паучком заботится? – медленно проговаривала мама. - Я! Прям точно-точно, обещаю, Мам! – воодушевлённо произнёс я, чувствуя некоторую долю меланхолии. Пауки красивые, но боятся. Глууупые. У них же есть яд, а боятся. Это потому, что у них много глаз? Так у людей тоже не один глаз, у меня тоже много глаз. Я, думаю, пауки просто глупые животные. Ой, вся дорога в белой субстанции. Паутииииина. Как странно звучит. Вот умеют же люди придумывать странные названия. Хотя слово «рецензирование» звучит куда более странно и сложно. Лингвистика странная штука, бесполезная и бессвязная. Зачем нам вообще тексты и правописание, если мы можем общаться устно? А все эти излишние описания никогда не заменят то, что мы можем увидеть лично. Камушки, точнее дорога, холодная, а вот паутина мягкая, тёплая и, немного, липкая. Я прохожу прямо по ней идя за мамой. Мама осторожно перешагивает каждую паутинку. Наверное, боится запутаться в ней волосами, всё же паутина липкая, очень липкая. - А зачем паукам это? – спросил я увидев продолговатый комок паутины – это логово маленьких паучков? Что-то похожее на кокон. Он маленький, но в него бы поместился взрослый человек. Наверное, там довольно уютно, в тёплой паутинке-то. - Дарвин… это не… - матушка прикусила губу – да, это маленький домик, для пауков малюток. Вновь фальшивит. Говорит то, что я хотел бы услышать, а не то, что она хочет. Интересно, почему? Дарвин, так меня назвали. Так меня зовут уже давно. Истинно так, забавно, что за столько времени имя так и не сменилось, не то, чтобы это очень важно. Имя важно только для коммуникаций, да и то не всегда. Обратиться и общаться можно и без имени. Давно… время такая странная штука. Каждое живое существо погрязло в нём и стареет, медленно, неотвратимо. В итоге каждый умрёт, почти каждый. - Кто здесь?! – послышался мужской крик. Интересно, так мы уже дошли? Не получилось сдержатся, и моя улыбка расширилась ещё больше. Стоп, чуть менее шире, опасно. *** Дмитрий никогда не был тем, кто занимается конспирологией. Он скорее был тем диванным скептиком, который возмущается «идиотскими» идеями властьимущих и «научников», но… назвать Дмитрия неучем ни у кого не повернётся язык. Да, Дима никогда не блистал умом, но… кто вообще был достаточно умён и имел интеллектуальную специальность? В это-то время. Когда Дмитрий услышал новости о том, что в стране Белого Орла придумали оружие против «умных» людей страны Бурого Медведя, сам мужчина лишь скупо посмеялся, а потом отправился на работу. Всё же, правонарушители сами себя не поймают, а появившийся недавно в городе «Знакомый Монстр», а точнее человек, который косит под мифическое существо… ну, Дмитрий потратил больше месяца на выслеживание человека, но не нашёл ничего… точнее нашёл, ещё в первый день, но… в тот день Дима решил, что маньяка не существует и это лишь фикция, ну так, здраво решил, как и любой достаточно адекватный человек, коих было тщетно мало. А почему? «Знакомый Монстр». Всю жизнь Дмитрий думал, что это лишь страшная сказка для непослушных деток, но после того дня… он прошерстил множество документов, даже не только полиции, но и газет зарубежных стран. Монстр существует – вот к чему пришёл Дима. Он не только существует, но в тот день чуть не убил полицейского. Встреча с запуганной бледной дамочкой и её «сыном» было самым ужасным моментом жизни мужчины. Если девушка лишь подгоняла своим видом ужаса, то мелкий мальчишка… об этом Дмитрию даже вспоминать было страшно. И всё это происходило даже до активации «Бича Ума». «Знакомый Монстр» - странное, буквально детское название. Кажется, будто это что-то доброе, но… если прошерстить сказки, сказания и газетные вывески, то станет понятно, это чудовище во плоти ни капали не дружелюбное, а самое что ни на есть жестокое существование. «Монстр любит играть» — это то, что пишется в каждой сказке, в каждой легенде. Странно звучащая фраза, но которая для Димы выглядит как подсказка, подстережение, совет. И он звучит весьма правдоподобно, учитывая, что «Знакомым» Монстра назвали не просто так. Монстр играется, а главная его забава – это притворство. Он часто притворяется человеком, да не просто им, а знакомым для человека. Вне зависимости от того, знает ли человек облик Монстра, существо кажется чем-то смутно знакомым в любом случае. В легендах говорится о том, что «не нужно боятся Монстра», но что это значило… сам Дмитрий не знал. Но зато смог узнать, как быстрее всего раскрыть для себя это существование. Монстр силён и живуч. Раны, любые, восстановятся за секунды, если тот захочет. Монстр скрытен, но не знаком с людскими эмоциями. Монстр наслаждается, улыбка никогда не сходит с лица. Монстр есть сосредоточение света. Тени у него нет. Монстр есть сосредоточение тьмы. Глаза всегда видят в темноте, а зрачки не меняют свой размер. Монстр любит играть. От игры или спора он не откажется. Монстр честен. Он никогда не врёт. Монстр справедлив. Он никогда не забирает своих слов. Он всегда соблюдает свои правила. Монстр… страшен. Всегда и везде. Тебе жутко без причины? Увы, но причина есть, просто ты её не видишь. В какой-то момент паранойя Дмитрия была настолько сильной, что он перевёлся работать из Алмазной Долины в Пустынный Лесоповал. Другой город оказался куда спокойнее, а главное, Монстр оказался далеко, за сотни тысяч километров. А потом… «Бич Ума». Сотни, тысячи, миллионы людей внезапно распались в пыль. Даже парочку коллег Дмитрия за пару секунд погибли прямо перед мужчиной, оставив глубокий, но вполне себе исправимый шок. Да, Монстра он боялся куда больше того факта, что примерно сорок процентов населения мгновенно погибли. Населения чего? Планеты. Он это понял сразу. Оружие всегда плохо работает в первый раз, эту истину полицейский давно в себе проработал. А то, что зарубежная шутка оказалось не шуткой, мужчине было в принципе всё равно. Проблема не в этом, а в том, что пропали не только деятели культуры, науки и политики, но и все производители еды, обработчики материалов и воды… в этот самый момент Дмитрий понял, что почти все продукты стали полностью дефицитными. Но больше всего смутило мужчину то, что и правда пропали все специалисты в этих наиважнейших специальностях… кроме него. Бывший агрофизик, а ныне старший офицер полиции, очень сильно удивился этому. Но не больше тому, что произошло спустя год после того, как Дмитрий смог создать лагерь. То есть то, что он видит в данный момент. Его коллега, а точнее мужик, который вместе с ним стоит на стрёме, всё же вход в убежище нужно защищать от мутантов и множества странных существ, которые появились после того, как «научные лаборатории» яйцеголовых рванули в отсутствии владельцев, которые могли бы предотвратить взрыв и разгерметизацию. Ну так вот, мужик резко крикнул. - Эй! Кто там?! – крикнул и стал тыкать оружием в стоящих в тени людей. - Олег. – прошептал Дмитрий – я к старосте, нужно будет на них документы оформить. Проведёшь сам, не забудь закрыть ворота, ну и потом замену себе найти. Несмотря на то, что Дмитрий был создателем лагеря, командовал совсем не он, потому что Дима решил, что быть главным та ещё морока. Через час на главной площади лагеря стоял староста, сам Дмитрий и… те, кого он бы и в страшном сне не желал бы видеть. Девушка и ребёнок. Девушка была одета странно, будто бы она рейдер. Какие-то полу-латы, кольчуга и несколько кусочков бронежилета. Чёрные волосы блестели грязным отблеском, глаза ярко сверкали красным, но под глазами… там были огромные тёмные мешки. Девушка явно не высыпалась, да и сама выглядит слишком противоречиво. Несмотря на то, что за спиной у неё автомат, табельный, полицейский, а на поясе висел старый револьвер, сама девушка… Излишне худая, тощая, лицо бледнее самой смерти, а губы нервно дрожали. Глаза дёргались из стороны в сторону, будто в ужасе что-то ожидая. Но ладно девушка, та была как раз таки подходящая для того мира, который сейчас происходит. Больше всего ужасает внешность её «ребёнка». Мальчишка лет тринадцати выглядел весьма мило. Пухлое детское личико, с скромной улыбкой. Тёмные, слегка коричневые волосы блестели чистотой. Глаза со слегка расширенным зрачком горели зелёными огоньками. Чёрная стильная рубашка и тёмные брючки создавали образ некого состоятельного мальчишки, маленького аристократа. И всё это… было слишком идеально. Слишком красиво. Мальчик выглядел слишком чистым, слишком паинькой, можно сказать, «маменькиным сынком». И чистый он был полностью, даже босые ноги. Подошвы ног мальчишки были девственно белыми. А тень… не был вообще видна. Ребёнок улыбался и с интересом смотрел на старосту, ещё больше ужасая Дмитрия, который замер от страха. Ребёнок не двигался, лишь смотрел и улыбался. - Весьма интересно, Меллиса. – продолжал свой допрос староста – а сынка… Дарвин? - В-всё верно, мистер. – запнувшись об первую букву сказала женщина. - Скажу сразу. Вы подозрительные, особенно ваш ребёнок. Вы оба выглядите так, будто ты Вампир, а сын вообще что-то демоническое. Староста рассмеялся, а вот Диме было не до смеха, потому что он увидел, как девушка замерла, а ребёнок улыбнулся ещё шире, чем ранее. - Это всё, конечно, шутки и… - но договорить старосте не было суждено. Его перебил ребёнок. - Упс. Не стоило этого делать, дядь. – сказал Дарвин, мальчишка. А мальчишка ли? Дмитрий мог точно сказать, что нет. Улыбка на лице ребёнка становилось всё шире и шире, в какой-то момент послышались звуки хлюпающейся, рвущейся плоти. Уголки губ Дарвина продолжали двигаться прямо к ушам, выдавая жуткий и противоестественный оскал. Из макушки вырывались маленькие рожки, а зубы крошились, превращаясь в острые клыки. Но крови не было, совсем. Свет стал сверкать и вскоре все уличные лампы выключились, погрузив улицу в кромешную тьму. «Монстр жуткий – не бойся Монстра» вспомнил такую часть в легендах Дмитрий. И внезапно что-то внутри него закричало, завопило в ужасе, требуя, чтобы мужчина просто сел на землю, улыбнулся и проигнорировал происходящее. Женщина же, Меллиса, замерла бледным изваянием самой себя, которую закрыл за собой «ребёнок». Девушка улыбалась, но был слышен еле заметный шёпот с её стороны. - Простите… пожалуйста… господи, простите меня… боже… что я натворила… -дрожа улабалась девушка, из её глаз обильно текли слёзы. И всё же, девушка не кричала, не паниковала, не пыталась убежать или атаковать Монстра. Она лишь была в предобморочном состоянии, пыталась держаться, будто… играет… роль. Роль… Дмитрий внезапно всё осознал. Весь этот страх, союз девушки и Монстра. Наблюдая за тем, как во тьме мелькают искры, как во все стороны летят брызги крови, слушая крики агонии и ужаса людей… Дмитрий сел на землю и улыбнулся. Вскоре свет вновь появился, а читая улица более не была такой. Все стены были в крови, на ветках деревьях висели внутренности людей, которые ранее были соседями Дмитрия. На своих собственных кишках был повешен староста, тот чудной, но очень добрый старик, который умел делать ириски и часто дарил их детям. Все… Мертвы… - Тц. Меллиса, это было упущение. – прозвучал молодой, писклявый голос, который тем не менее пробирающий до самой души. Монстр недовольно шёл в сторону девушки, он вновь выглядел как ребёнок, но если ранее он был невероятно жутким, то сейчас… Его одежда была всё ещё чистой, но вот руки были по локоть в крови, с них же кровь и обильно капала. Идя по дороге, он оставлял своими босыми ногами кровавые следы маленьких ножек. Все четыре конечности были полностью красными от тёмно-бурой крови. И… лицо у него было тоже чистеньким, за исключением маленького брызга на правой щеке, будто красная краска. - Д-дарвин… п-пожалуйста… я… я исправлюсь. – голос девушки был всё тише и тише. Тссссс – прикрыл мальчик рот девушки своим указательным пальцем, по которому всё ещё стекает кровь. – давай начнём сначала. Мы же хорошие игроки и не будем рушить атмосферу, не так ли? Когда девушка, плача кивнула, мальчишка сделал жалостливое лицо, очень не правдоподобное при его-то улыбке и куче крови. Он обнял девушку. - Мама, мне было так страшно! – воскликнуло это… чудовище. – Не покидай меня, мама… И казалось бы… куда ещё более жутко может быть, но как оказалось, осознал Дмитрий, может. - Давай поиграем ещё? – спросил Дарвин. Переведя взгляд на Дмитрия в глаза Монстра что-то сверкнуло. - Мама. Ты нашла нам Папу? – наивно спросил Монстр в теле ребёнка. И в этот момент Дмитрий осознал всё. Теперь… ему придётся играть роль «папы». Теперь у него нет шанса даже уйти, если не хочет умереть. - Д-да… сынок. Папа… вернулся – дрожа произнёс Дмитрий. - Фальшивишь… ну ничего, у тебя ещё будет шанс научится играть. – улыбаясь произнёс Дарвин – игра начинается.

Игра Дарвина