Такой ли идеальный план?

      Изначально день начался так себе — ставшие уже давно привычными звуки ссоры родителей разбудили девушку, и та поскорее поспешила воткнуть в уши наушники и включить песни любимой группы. Горестно глянув на время, она вздохнула — до вечера еще долго. А чем-то занять себя надо. Но, к удивлению, в телефон ей не хотелось даже заходить — слишком Октавия была переполнена эмоциями. До этого она никогда не была на подобных концертах, и, тем более, не сбегала из дома посреди ночи. Было с одной стороны страшно, но с другой — до жути интересно, как же всё пройдет. В раздумьях Октавия ходила туда-сюда по комнате, нервно вертя в руках телефон — она написала смс Луне, но та почему-то долго не отвечала. Но такое у подруги случалось. Как оправдывалась сама Луна — очень часто у нее бывало плохое настроение, и отвечать никому не хотелось, разве что если надо было с кем-то поссориться… Но с Октавией Луна ссориться не хотела, так что предпочитала дождаться более благоприятного настроя.       Когда музыка в плейлисте пошла по второму кругу, Октавия осторожно достала один наушник, прислушиваясь к звукам в доме. Кажется, всё затихло. «Значит опять разошлись по разным частям замка…» — с облегчением поняла она. Внезапно заметив, что голодна, девушка решила спуститься на кухню, чтобы позавтракать… Или пообедать? Не важно…       На кухне никого не было — разве что стояла на столе тарелка с уже остывшей едой. Проигнорировав ее, Октавия подошла к холодильнику, взяв оттуда молоко, и, затем из шкафчика — хлопья. Такой вот нехитрый завтрак нравился ей больше.

***

      Вечер, даже уже ближе ночь — на улице стемнело, хотя красная адская луна светит все так же тускло и мрачно. Побег Октавии должен был быть совершен через окно. Напоследок отправив сообщение подруге, что она выходит, принцесса тихо открыла окно. Вдыхая свежий воздух, она сделала пару глубоких вдохов и выдохов, прежде чем выскользнуть наружу. Осторожно ступая по карнизу, девушка прошлась вдоль стены над бездной высотой в несколько этажей, затем легко спрыгнула на балкон, находящийся этажом ниже на другой стороне дома — тут уже можно было не бояться — из окна родительской спальни ее теперь не было видно. Правда, в последнее время там оставался лишь один, ну или не всегда один, Столас, а Стелла же уходила спать в другую комнату, изначально предназначавшуюся для гостей, чтобы «не видеть его дурацкую рожу», но это Октавию не беспокоило — скорее всего мать уже спит давно…       На часах почти одиннадцать. Принцесса быстро преодолела еще несколько препятствий и вот наконец оказалась на земле. Надо было спешить — Луна обещала ждать ее неподалеку от их особняка, а Октавия немного опаздывала… Тихо слышались в темноте быстрые и легкие шаги, и вскоре принцесса уже покинула территорию особняка.

***

      Они успели на концерт как раз вовремя. Грубо расталкивая бесов в толпе, Луна пробилась к самой сцене, волоча за собой подругу. Октавия была в восторге, что можно было прочесть по ее взгляду, обычно мрачному, но сейчас почти что излучающий радость и свет. Обе подруги сорвали голос, крича слова песен, как им казалось, громче всех остальных. И в итоге обе остались чертовски довольными, счастливыми, но немного уставшими.       Обошлось даже почти без покушений. Разве что пару раз какие-то бесы пытались схватить Октавию, но Луна быстро это замечала и с размаху ударяла пистолетом по ручкам, протянутым к подруге и поддавала бесу пинка для ускорения. На вопрос Октавии, почему же она просто не стреляет, Луна мрачно сообщила, что не очень умеет целиться, а устраивать массовый расстрел, в котором может пострадать еще и подруга, ей не особо хотелось. Но все хорошее рано или поздно заканчивается, как и закончился тот концерт…       Около трех часов ночи они расстались на том же месте, где и встретились — совсем недалеко от дома Октавии. Возвращалась домой принцесса вся на эмоциях, а глаза светились счастьем. Но так же где-то внутри нее шевелилось волнение о том, что, возможно, ее пропажу могли обнаружить. Но она тут же отгоняла эти мысли — всем в этом доме наверняка сейчас было не до нее.       Подниматься было сложнее — ноги и руки соскальзывали, и принцесса чуть не падала, однако умудрялась в последний момент схватиться за нужный кирпич. И вот, наконец, окно в ее комнату, которое она оставила открытым. Но… Почему же оно закрыто сейчас? Тревожных мыслей в голове становилось все больше. Октавия поспешила подойти к нему и осторожно заглянула внутрь. Сердце ухнуло в пятки — по комнате, яростно жестикулируя и, видимо, что-то крича (стекло не пропускало звуков), металась мать, а рядом, печальный и встревоженный стоял отец. Он периодически пытался что-то сказать, но Стелла его и слушать не хотела. Тут принцессе стало по-настоящему страшно. Сначала она было метнулась назад, но потом обратно, решив, что лучше уж появиться перед родителями сейчас. Узкий карниз не был рассчитан на такие порывы души. Внезапно, Октавия поняла, что не ощущает опоры под левой ногой, которой только что шагнула куда-то в пустоту. Воскликнув от неожиданности, принцесса попыталась схватиться за какой-нибудь выступающий камень, но рука нашаривала лишь гладкую стену. И вот ей уже ничего не оставалось, кроме как полететь вниз, с ужасом осознавая происходящее…