Глава 12. Большая вода – большая беда

      Каково это – жить дальше, храня в сердце лишь фрагменты из прошлого, когда ставший близким человек завершил земной путь, Маринетт не знала. Но выбора не было – её личный путь продолжался. И цели не изменились. Нужно защитить людей, но попутно придётся заново учиться радоваться мелочам сквозь болезненные спазмы в груди.       Она жевала скудный завтрак и размышляла, что, наверное, такие потери и закаляли характер, утрамбовывала вещи и верила, что однажды станет сильнее, а когда ступила на тропинку, уводящую от места их стоянки резко направо к деревушке Эдан, строго-настрого запретила себе слёзы.       Лука снова шёл во главе колонны перед Маринетт, Адриан – через человека позади, но ни неприязни, ни ревности никто не демонстрировал. Маринетт это спокойствие почему-то настораживало. Складывалось ощущение, что впереди затаилось новое испытание на прочность, и пройдут его не все.       Казалось, даже сама природа решила подарить путникам несколько хороших часов и затихла: солнечные лучи, протискивались сквозь клубы облаков и разгоняли утреннюю прохладу, ветер ласково щекотал кожу, дышалось легко.       – День сегодня хороший, – будто невзначай бросил Лука, обернувшись к Маринетт на пару секунд.       Она успела ответить ему улыбкой. Их двоих связывали крепкие нити. Да, часть из них полопалась из-за ссор, недомолвок, непонимания и непринятия, другие – натянулись до предела, но многие ещё держались. Им по силам было хоть что-то сохранить, собрать воедино уже разрушенное и возвести новое на руинах прежнего. И Маринетт короткую фразу Луки сочла хорошим знаком, но сама поддержать разговор не решилась. Уверовала, что стоит отложить беседу по душам до лучших времён.       – И темп хороший держим. Быстро до реки дойдём. Останется только мост и, считайте, мы в Кюми.       Это отозвался Феликс, что уже по привычке замыкал колонну. Маринетт была уверена, что у него выдалась тяжёлая ночь, наполненная обжигающими слезами и короткими обрывками беспокойного сна, но уж он точно умел радоваться мелочам. О разыгравшейся накануне драме сейчас напоминали только его покрасневшие, опухшие глаза – не по-мужски, зато правдиво. Быть может, это ожидание близкой встречи с той загадочной возлюбленной держало его на плаву?       Даром предвидения Феликс не обладал, а лишь адекватно оценил собственные силы и благоприятную обстановку. Они и впрямь довольно скоро преодолели дикие луга с ароматно цветущим разнотравьем и теперь продвигались вдоль бескрайних пашен, усеянных золотистой пшеницей. Эдан хоть и был крошечным поселением, обеспечивал себя продуктами самостоятельно и поставлял зерно на мукомольню в Кюми. Проблема голода здесь не стояла совершенно точно. – Нам есть смысл поворачивать к самой деревне? – уточнила Маринетт, касаясь ладонью спелых золотых колосьев. – Мост ведь чуть в стороне. А по другому берегу уже проложена дорога. К вечеру при хорошем раскладе можно уже вплотную подойти к Кюми.       – В деревню не пойдём, – ответил Лука. – Еды у нас достаточно, а переночевать лучше в Кюми. Договоримся с кем-нибудь местным на окраине.       – Что насчёт отдыха? – выкрикнул Феликс. – Хотелось бы именно подойти к городу, а не подползти.       – Устроим привал на берегу, – пообещал Лука и уже скорее для самого себя добавил. – Места должны быть живописные.       Лука подобрал самый примитивный эпитет, который не отражал даже десятую долю великолепия, что открылось путникам. Пашни вплотную примыкали к узкой полоске песка, протянувшейся вдоль широкого русла. За здешним берегом явно ухаживали. Тут не рос ивняк, что обычно надёжно прятал мелкие лесные речушки. Из воды не выглядывал рогоз. Не стоял в воздухе запах тины. Солнечные лучики бликовали на поверхности воды, делая её живой. Вдоль берега туда-сюда сновали шумные стрекозы, чуть подальше плескалась рыба. Маринетт поймала себя на мысли, что слишком долго любовалась красотами природы, но сдвинуться с места не могла. Теперь, после купания с Адрианом в лесном озере, вода вызывала у неё вполне логичные ассоциации.       Остальные уже соорудили место для отдыха, а Маринетт так и стояла, с придыханием разглядывая крупную серебряную рябь реки. Впрочем, не одну её заинтересовал пейзаж. Краем глаза она уловила движение чуть в стороне – это Лука тоже выбрал для себя точку обзора и наслаждался атмосферой, что здесь царила. Подходить и начинать разговор Маринетт не решилась, но не смогла отказать себе в удовольствии понаблюдать со стороны. Он вновь спустя долгое время дорвался до большой воды и теперь будто подпитывался той сокрушительной силой, что удерживали два берега. Маринетт видела, как вздымалась его грудь от свободного дыхания, как развевались волосы от ветра в лицо, как подрагивали уголки губ в лёгкой улыбке. Он точно смог настроиться с рекой на одну волну.       – Так нравится? – раздался голос Феликса, примкнувшего к Луке.       – Остался бы здесь навсегда.       – Почему не останешься?       – Потому что мы должны довести дело до конца, раз уж впряглись, – Лука коротко хмыкнул.       – Вернёшься сюда?       – Как знать? – Лука склонил голову на бок и сощурился. – Раньше меня кое-что удерживало в Ле-Блан. Теперь же… кажется пора что-то менять…       Говорить загадками было не обязательно. Смысл слов не укрылся от Маринетт, да и Феликс не был обделён проницательностью и элементарной наблюдательностью, однако комментировать не стал, а предпочёл сменить тему на менее ранящую.       – Когда я впервые увидел эту реку, тоже впечатлился. Правда, я гулял по другому берегу.       Маринетт решила, что подслушивание чужого разговора чести ей не делает, и отошла подальше, но прогуляться вдоль берега не успела – её окликнула Джулека. Они с Адрианом уже закончили с приготовлением перекуса и звали присоединиться. Одновременно с Маринетт от воды отошли и Феликс с Лукой.       – Мост сразу за поворотом, – Лука самый первый расправился с перекусом и взялся за карту. – Примерно в километре отсюда. Берег не заросший, так что проблем возникнуть не должно.       – А что дальше? Там, на той стороне, – спросила Джулека.       – Пока без изменений. Дошагаем до Кюми и попросимся на ночлег. Если повезёт, будем сегодня спать на кроватях.       Маринетт потёрла гудящую поясницу. Да, сон на приличном матрасе не помешал бы.       – Сильно не надейтесь на тёплый приём, – Феликс разбил мечты о достойном ночлеге. – Местные не столь душевны и жалостливы, как жители мелких деревень. Могут и отказать.       – Нет, так нет, – Адриан невозмутимо пожал плечами. – Будто нас можно напугать ещё одной ночью в походных условиях.       – Исходя из твоей логики, лучше вообще не спрашивать о ночлеге, – предупредил Феликс. – Внимание точно привлечём. Вопросы, слухи… Оно вам надо? Давайте уж тихонечко до границы города где-то обустроимся. Нас пятеро. При желании можно одной палаткой обойтись.       – Дело говорит, – покивал Лука.       Маринетт и сама знала, что Феликс прав. До Кюми пешие экспедиции доходили, но редко. Необходимые вещи чаще перевозили по реке. Их группа явно привлекла бы лишнее внимание, а пока, ввиду их тайного перемещения, рисковать не стоило. Был смысл остаться незамеченными и продумать детали предстоящих переговоров.       – И ещё кое-что… – Феликс постучал пальцами по пустой кружке и Маринетт уловила напряжение.       – Что?       – Тебе не кажется, что уже не время для тайн? Не подумай ничего плохого. Это не претензия. Мы все добровольно к вам примкнули и согласились на полуправду о сути всех этих приключений, но… Кюми – место не простое. Хотелось бы знать, чего мы там хотим получить?       Маринетт искала решение, говорить или нет, во взгляде Луки, но тот оставался до обидного безучастным. Справедливо, ведь и он пришёл на зов Маринетт. Да и по сути, она обязана была отпустить всех, кто поддерживал её по пути сюда, и дальше добиваться своего в одиночку. В открытую о препаратах и бушевавшем где-то поблизости вирусе она не говорила. Адриан представлял проблему весьма образно, а Хлоя, если и догадалась, теперь будет вечно молчать.       – Поясню свои волнения, – вновь заговорил Феликс. – Род твоей деятельности и слухи, что Уна видит тебя своей преемницей, уже о многом говорят.       – Ходят такие слухи? – оживилась Маринетт. – Да ещё и в ваших кругах? Неожиданно даже.       – Напрасно ты считаешь, что мы стеной отгородились от мира, – Феликс беззлобно усмехнулся. – Вы организуете экспедиции, но кто их спонсирует? Откуда у Уны в распоряжении целое здание, напичканное причиндалами для походов?       Маринетт хотела было озадачиться ролью громких фамилий в реальной жизни Ле-Блан, но отвлёк громкий голос Луки. Он, в обыденности мягкий, за это путешествие успел выработать командирский тон.       – Вы отвлеклись. А нам пора выдвигаться, – объявил он.       И Маринетт решилась на правду.       – Мы идём к Цуруги, – торопливо проговорила она.       О сказанном она пожалела сразу, увидев на миг передёрнувшееся лицо Феликса. Адриан тоже напрягся.       – Что-то не так? – Маринетт почувствовала, как внутренности скрутились от волнения. – Ты знаком с ней?       – Знаком, но к делу это не относится, – отрезал Феликс. – А мы и вправду уже достаточно задержались.       Настаивать на продолжении разговора Маринетт не стала. И вовсе не потому, что сочла информацию, которой мог владеть Феликс, бесполезной. Скорее она боялась её услышать. Уж лучше молча отсчитывать шаги, чем накручивать себя.       Расстояние в километр по песчаной полосе Лука предполагал преодолеть минут за пятнадцать и с расчётами не ошибся. Однако открывшаяся картина не обрадовала. Сам он лишь задумчиво потёр лоб, а вот Маринетт изрядно разволновалась.       – Здесь же должен быть мост, – она заозиралась по сторонам, словно могла по какому-то глупому недоразумению пропустить внушительное сооружение.       – Он здесь… был.       Феликс ткнул пальцем в сторону реки, и Маринетт наконец разглядела чернеющие сваи.       – Остатки былой роскоши, так сказать, – грустно протянул Адриан.       Очевидно, переправа на противоположный берег откладывалась на неопределённый срок. У Маринетт даже глаз задёргался от нервозности, что, безусловно, мешало думать и прикидывать новые варианты. Пришлось положиться на остальных.       – Полагаю, больше в округе мостов нет, – Адриан на всякий случай просканировал внимательным взглядом карту.       – Нету, не ищи даже, – ответил Феликс. – Лодку бы нам. А лучше две.       – Значит, разворачиваемся и идём в Эдан, – подхватил мысль Лука. – У местных точно должны быть.       Путь в деревушку Маринетт пережила с трудом. Парни были уверены, что лодки обязательно найдутся, а местные не пожалеют и дадут ими воспользоваться – бескорыстно или взамен на помощь, а вот сама она терзалась сомнениями. Планы, идеи, стремления – всё грозилось рухнуть. Было даже страшно представить, что они не найдут пути через реку и придётся возвращаться с пустыми руками.       Чуть легче стало, когда они, преодолев порядка пяти километров, разглядели первые деревенские домики. На подходе к поселению их встретил местный житель – мужчина преклонных лет, но вполне бодрый на вид, представившийся как Филипп. Суровым или агрессивным он не выглядел. Настороженным – да, но это легко объяснялось необычной встречей. Пешком в сторону Кюми со стороны облюбованных дикарями лесов мало кто направлялся.       – Нам бы пару лодок, – сразу после знакомства перешёл к сути Лука.       Филипп хмуро разглядывал пятёрку потрёпанных долгими переходами путников, словно мысленно прикидывал, зачем им понадобилось перебираться через реку и откуда они вообще взялись в его краях.       – Мы можем расплатиться, – подключился Адриан. – У нас есть… полезные вещи.       Расплатиться? Маринетт опешила, но быстро убедилась, что Адриан не шутил и уж тем более не блефовал. Порывшись в рюкзаке, он выудил на свет оставшийся пистолет Хлои и показал его Филиппу. Маринетт удивилась, но не щедрости Адриана, а его готовности идти на риск.       – И зачем это мне? – заворчал Филипп. – Без оружия обходились и дальше обойдёмся!       – Может, помочь чем? – пошёл в обход Феликс.       Маринетт согласно закивала, радуясь, что диалог не обрывался. Она готова была пойти вручную собирать спелые зёрна, лишь бы в итоге переправиться на другой берег. Но Филипп и на это предложение нахмурился.       – Да есть кому работать! – он махнул рукой, показывая, что деревня в отличном состоянии. – Грех жаловаться!       – Пожалуйста! – не выдержала Маринетт. – Нам очень-очень нужны лодки. Мы вернём.       Она по-девичьи сложила руки в умоляющем жесте, на что Филипп скрипуче, но беззлобно расхохотался.       – Да кто ж тебе, милая, сказал, что я не дам вам лодок?! Пойдёмте. Покажу, где привязаны.       Филипп провёл их через деревню к деревянному пирсу, где болталось с десяток привязанных к невысоким столбикам лодок, и указал на две из них.       – Вот. Мои. Не новые, но добротные. Откуда-то из-под пирса он вытащил две пары вёсел и протянул их Луке.       – Справитесь?       – Куда ж денемся?       – По прямой идите. Вот здесь, – Филипп указал на противоположный берег. – А уж дальше по суше куда там вам надо.       – К дороге нам, – ответил Лука. – Туда, где мост был. Что, кстати, стряслось?       – Так год назад ещё снесло. Разлилась река. Вон, какое течение! Новый обещали, но когда ещё возьмутся за дело.       – Ясно, – Лука принялся складывать вещи в лодку. – А до свай, что от моста остались, реально на лодке добраться?       – Можно. В теории. Но такое расстояние против течения да ещё и с грузом? – удивился вопросу Филипп. – Передумайте. Решать вам, но на большой воде и беды случаются большие. Сам не боишься, так девчонок хоть пожалей!       – Спасибо, Филипп!       – Ну, бывайте! Найдёте меня легко, как вернётесь. Любого спросите, и ко мне отведут. А торопиться будете, так просто лодки тут оставьте.       – Хорошо, – покивал Лука между перетаскиванием рюкзаков. – И ещё раз спасибо за помощь.       Маринетт по его выражению лица поняла, что следовать совету местного жителя он не станет, но не встревала, полагая, что Луке определённо виднее. Выглядел он не просто уверенным в себе – вдохновлённым. Казалось, он даже рад был отсутствию моста.       – Рассаживаемся! – скомандовал он и строго взглянул на Адриана. – С вёслами справишься.       – Вполне.       – Уверен?       Лука скосил взгляд на Маринетт.       «Ясно. Опять пытается защитить от всего на свете», – подумала она.       – Более чем, – утвердительно кивнул Адриан.       – Тогда ты и Маринетт вот в эту лодку, где все вещи. Мы с Феликсом и Джул пойдём налегке.       Маринетт, опираясь на заботливо предложенную Адрианом руку, ступила на дощатое дно, осмотрелась, села, по-турецки сложив ноги и провела ладонью по доскам. Она не сомневалась, что лодка сделана вручную самим Филиппом, и надеялась, что дерево с годами не превратилось в труху. Адриан, убедившись что его спутница устроилась вполне комфортно, оттолкнулся от берега и взялся за вёсла.       – Как ты?       – Хорошо. Сама удивляюсь, но хорошо.       Лодку покачивало из стороны в сторону, но Маринетт даже нравились эти плавные перекаты. Опасных щелей, которые могли пропускать воду, внимательный взгляд не выцепил, и она расслабилась, решив, что имела право очистить голову от назойливых мыслей о уже преодолённых и будущих трудностях. Единственное, что мешало наслаждаться, – палящее солнце. Чтобы лицо не обгорело, Маринетт опустила козырёк кепки совсем низко.       Лука отчалил чуть позже и пассажиров вёз больше на одного, но крепкие руки помогли ему в два счёта нагнать Адриана.       – Идём вдоль берега до старых свай, – прокричал он, поравнявшись с первой лодкой. – А там пересекаем русло поперёк.       – А может, послушаем деда и не будем соваться против течения? – засомневался в разумности идеи Адриан.       – А может, дадим ради разнообразия ногам отдохнуть и поработаем руками?       – Как знаешь, – не стал спорить Адриан.– Кстати, о руках. Сгореть не боитесь? Вижу, Маринетт только о лице побеспокоилась, а припекает на воде будь здоров! Набросьте что-нибудь сверху.       Маринетт покосилась на поклажу. Перспектива отыскивать где-то на дне качающейся лодки свои вещи не прельщала. Решив, что ничего противозаконного точно не сделает, она открыла рюкзак Луки и вытащила его фланелевую рубашку. Сам её владелец в знак одобрения кивнул с борта соседней лодки, и Маринетт спрятала руки в мягкие рукава.       Всё шло по плану. Вода вдоль кромки берега оказалась практически стоячей, и лодки уверенно продвигались вперёд. Маринетт позволила себе откинуться спиной на груду вещей и любоваться медленно плывущими пейзажами. Домики Эдана уже остались позади, и перед взором простирались бесконечные золотые поля, изредка пересекаемые зелёными насаждениями. Вокруг Ле-Блан такого масштаба сельскохозяйственных угодий никогда не было, и Маринетт даже немного завидовала местным. От созерцания природных красот её отвлекали только перекатывающиеся под тонкой тканью свитера мышцы Адриана. Она даже эгоистично подумала, что не против продолжить лодочную прогулку, несмотря на явную усталость спутника, что беспрестанно налегал на вёсла, но на горизонте показались уже знакомые остова бывших опор моста, чернеющие среди воды.       – Поворачиваем! – дал отмашку Лука.       Адриан послушно повёл лодку к противоположному берегу, но тень сомнения, промелькнувшая на его лице, от Маринетт не скрылась. Лука шёл первым и по началу выкрикивал ободряющие фразы, но чем ближе он подбирался к сваям, тем реже оборачивался. Работа вёслами всерьёз выматывала и Адриана. Он налегал всей грудью, кривился от напряжения, а Маринетт, которой теперь было не до расслабления, нервно покусывала ногти и жалела, что помочь ничем не могла.       Она наивно верила, что главное – поймать ритм и прочувствовать водную стихию, но, увы, ошиблась. Лука держался курса, а их лодку упрямо сносило течением обратно в сторону Эдана. Поднявшийся ветер раздувал рукава, трепал волосы и мешал слышать друг друга. Ласковая рябь вдруг превратилась в гневные волнения, точно река взбунтовалась и отказывалась дальше прокладывать путь на другой берег, но Адриан не сдавался и неистово боролся с течением.       – Помочь? – пискнула Маринетт, подбираясь ближе.       Ответом стало молчание. Она и сама понятия не имела, какую пользу могла принести. Мелькнула даже мысль выбросить лишние вещи в воду, чтобы хоть как-то облегчить лодку. Она видела, что Луке не сильно легче. И зачем он только воспротивился совету Филиппа? Идти поперёк сразу тоже было бы тяжело, но они хотя бы не растеряли бы силы, поднимаясь выше по течению ради смутной перспективы сойти на берег и сразу выйти на дорогу, а не пробираться заросшими тропками.       – Держись! – выкрикнул Адриан.       Среагировала Маринетт вовремя. Она вцепилась в деревянную перекладину и на всякий случай пригнулась, а лодка раскачивалась всё сильнее. В лицо летели крупные брызги, вода норовила захлестнуть борта. Адриан выругался. Чтобы перебороть коварное течение в середине реки, ему пришлось приподняться и обрушить на вёсла весь свой вес. Первая попытка удалась – лодку перестало сносить, а на второй Адриана сбил с ног резкий порыв ветра.       Приземлился он неудачно. Маринетт успела отпрянуть, но сам он ударился виском о борт, простонал, но продолжил борьбу и потянулся к вёслам. Маринетт подползла, чтобы помочь ему хотя бы сесть.       – Давай! – прокричала она прямо на ухо Адриану. – Ты сможешь!       – Да… – он устало выдохнул ртом. – Да…       Новый взмах вёслами вышел слабым. Лодку снова уносило вниз. Маринетт в панике завертела головой и увидела, что Лука, несмотря на изначальный план, целенаправленно шёл следом за ними. Мелькнула надежда на благополучный исход.       Адриан отдышался и вновь выпрямился, чтобы отнять бразды правления у реки. И вновь рухнул в сторону, не удержавшись на ногах. А дальше всё закружилось. Мир в секунду перевернулся, и Маринетт обнаружила себя в толще холодной воды.