Часть 2

Амрит замечал, что Грета смущается в его присутствии, но не перестает исподтишка с интересом за ним наблюдать, пока он работает. Это его не напрягало, а скорее забавляло. Как она каждый раз краснела, когда он на нее случайно бросал взгляд. Хотя он знал, какое действие его взгляд оказывает на представительниц женского пола, было что-то в этой девушке интересное. Она была любопытной. А любопытство может повести людей разными тропинками и он с нетерпением наблюдал, куда же поведет ее любопытство. Когда они впервые сели играть в шахматы, Амрит сперва даже опешил, никак не мог понять, что за тактика у нее такая хитрая. Потом до него дошло, что Грета просто не умела играть. Так его это рассмешило, что он решил сам ее обучить. В конце концов, больше было не с кем, а одному ему уже надоело. Тогда же Дубей подметил необычный цвет глаз Греты — такой мистический лиловый оттенок. Да и сама девушка была хороша внешне. Темные волнистые волосы цвета черного шелка, округлые формы, воздушная, легкая походка, ухоженные руки и красивая форма ногтей — то, что Амрит считал сразу. Потом уже в глаза стали бросаться смуглые круглые черты лица, широкая улыбка, но губы при этом сложились в пышный бантик. Немного виноватый взгляд, но такой искренний, что не мог не вызывать умиления. Амрит уже привык к ее присутствию у него дома, потому что ему сложно было воспринимать ее как обычного наемного работника. В силу своего юного возраста, девушка не всегда соблюдала личные границы. Иногда приносила ему ужин с кухни прямо за рабочий стол: «господин, вы, наверное, проголодались». Отвлекала от работы нелепыми вопросами по хозяйству. Ему приходилось слушать ее рассказы про соседей, хотя ему не было особо интересно знать что либо о них. В общем, создавала атмосферу непринужденности, сама того не осознавая, в своей неуклюжей манере. Но работала она хорошо, добросовестно. Это его несколько удивляло, ведь он наводил справки и знал, что семья у нее вполне состоятельная. Не богатая, но и далеко не нуждающаяся. Черным трудом девушка не избалована, так что же ее сподвигло прийти к нему на подработку. В один день, за очередной партией в шахматы, Грета снова стала осторожно задавать вопросы о его семье. Поняв, что Амрит не настроен отвечать, перешла на тему быта, сетуя о том, что господину, должно быть, скучно одному и почему бы не завести домашнее животное. Вот у них дома есть канарейка и две кошки. Но и тут Грета не заметила заинтересованности на его лице, немного поникла и замолчала. Амриту вдруг стало ее жаль, чуть посидев в тишине он спросил: — Грета, ваши родители не ругаются, что вы задерживаетесь здесь допоздна? Не беспокоятся, что вы так много времени проводите с мужчиной? Лицо девушки чуть осветилось от неожиданности, а затем сразу чуть подрумянилось. — Нет, что вы, они знают, что вы обучаете меня шахматам и что вы человек образованный и благородный, не обидите. Они и вправду часто спрашиваю о вас, но только из любопытства. — Грета еще гуще зашлась румянцем. Почему каждый раз, когда он ее что-то спрашивал, ее рот выдавал больше, чем надо? — И что же мистеру и миссис Пател хотелось бы обо мне знать? — лукаво усмехнулся Амрит, закидывая ногу на ногу. — Может я все таки попытаюсь удовлетворить их любопытство. — Ох, ничего особенного, все то же самое, чем и я у вас интересовалась. Из какой вы части Индии, про работу, есть ли жена или может невеста… — На последнем слове Грета прикусила себе язык и ударилась коленкой о шахматный столик. «Всевышний, помоги же мне наконец заткнуться.» — подумала Грета про себя. — А последнее больше интересует их или вас? — Меня. То есть их! Нет, кхм, простите, господин Дубей, много всяких слухов ходит. Вообще-то это интересует всех в округе, но я понимаю, что это ваше личное дело и не хотела показаться невежливой. Вы можете не отвечать на мой вопрос. — Нет, почему же, в этом нет ничего такого. Просто не люблю рассказывать о себе всем подряд, чтобы другие рассказывали следующим и кормить тем самым почву для слухов. Но за вами я достаточно наблюдал, у вас глаза другие. — Что? — Взгляд чистый. Не вижу в нем пустой претенциозности. Хотя, признаюсь честно, надеялся. — Почему надеялись? — Я больше привык к такому слою общества, меня чаще окружали люди с иным самомнением, Грета. Но в вас такого нет, вы смотрите так, будто у вас нет совершенно никаких секретов от мира. Очень праведный, безгреховный взгляд. За вами интересно наблюдать. Это не может не интриговать. — Амрит задумчиво покрутил в руках пешку. — Давайте я отвечу на ваши вопросы. Я с востока Индии, моя семья владеет землями на моей родине, сюда я приехал в качестве инвестора, расширять семейный бизнес. Нет, у меня нет ни жены, ни невесты, ни кого-либо метящего на это место. И прошу, не называйте меня больше «господин», просто Амрит, и можно на «ты». Если ты не против. Грета сначала не поверила своим ушам. Не ударился ли господин головой? С чего вдруг такой разговорчивый стал. Но потом, конечно, так обрадовалась, что еле сдержала порыв броситься ему на шею. Вообще-то интересно было бы броситься ему на шею, он такой высокий, наверное, ей пришлось бы чуть подпрыгнуть… — Грета, все хорошо? Я тебя не обидел? — Да, простите… Точнее, прости, просто это так неожиданно. На следующий день Грета вся светилась от счастья. А на уроках витала где-то в своих мыслях. Нет невесты! Значит, его сердце не занято. А еще сколько хорошего он о ней наговорил. О ней, о Грете! Господин, наконец, доверился ей. Точнее Амрит. Больше никакого господина. Когда вечером она лежала в кровати и смотрела в потолок, ей показалось, что на несколько звезд Амрит стал ближе.