Часть 6

Грета вздохнула и села за стол, перечитывая мельком письмо еще раз. От бумаги пахло свежим деревом и вечерними цветами. Написано очень в духе Роба, их с Хизер друга. Она представила, как он тихо вздыхает, взъерошивает свои кудрявые волосы и садится писать. Потом хмурится, смотрит в окно. В конце концов, все зачеркивает, выкидывает бумагу и начинает заново. Все трое близко общались с начальной школы. Хизер всегда была сорвиголова, которая вечно лезла в разного рода приключения, а Роб — скромный парень, которого недолюбливали другие одноклассники, потому что он всегда околачивался с двумя девчонками и не очень понимал стереотипные мужские увлечения. В шестом классе, на день всех влюбленных, в школе обменивались тайными валентинками. Но по ужасной оплошности молодой учительницы, информация об отправителях в классе Греты была рассекречена, и она внезапно получила признание от своего друга, вместо анонима. С тех пор друзья это никогда не обсуждали, но Хизер часто их подначивала. Грета любила Роба, но не больше, чем друга. Он и вправду был не похож на остальных парней, думающих своим тестостероном, но увидеть в нем что-то другое для нее было бы неправильно. Мягкий и чуткий, Роб всегда поддерживал Грету, но никогда не переступал дружескую черту. Грете было его немного жаль, ведь она ничего не могла сделать со своими чувствами. Точнее с их отсутствием. Но теперь, когда Роб знал об Амрите, в сердце даже немного кольнуло за друга. А еще обидно, что поздравление близкого человека, которое должно было вызвать улыбку — навеяло печаль. Но дело было не в содержании письма, а в том, что Грета испытала чувство вины. Вина в том, что причина ее счастья сделала несчастным Роба. Девушка еще немного подумала о чем-то своем, покрутила книгу в руках и решила отложить тяжелые мысли на потом. Спустилась вниз за рюкзаком и подарком от Амрита, и поняла, что Джейс уже дома — вещи небрежно валялись у вешалки. Грета фыркнула и сложила все, как положено. Вернувшись в свою комнату, ей не терпелось надеть сари. В комплекте шла специальная блуза — чоли, и длинная нижняя юбка такого же тона. Выяснилось, что это не так-то просто сделать самостоятельно — особенно, когда ты ни разу не видела, как это надевают другие. Через несколько неловких попыток, девушка робко осмотрелась в зеркало. Шелковая ткань, перекинутая через плечо, была расписана переливающимися золотистыми узорами. Это оказалось очень удобно, будто до этого она никогда не носила джинсы и футболки. Через минуту послышались шаги снизу и в комнату поднялись родители. При виде дочери, Прия ахнула и прикрыла рот рукой от удивления, а Гектор растерянно вскинул брови, поправляя очки, словно не поверил своим глазам. — Милая, откуда у тебя такая красота? — Мама подошла к Грете и осторожно дотронулась до наряда, сразу принявшись рассматривать швы и качество материала. — Это подарок… — Грета зарделась и оба родителя испытующе посмотрели на дочь, ожидая услышать имя дарителя. — …От господина Дубея. Повисла неловкая пауза, пока в комнату не заглянул Джейс и не присвистнул, увидев это цветочное безумие и сестру в необычном наряде. — А что тут у вас происходит вообще? Ты что, замуж выходишь? — С ухмылкой на лице Джейс показал на сари и развел руками, изумленно обводя глазами пространство. Но не дождавшись ответа смекнул, что обстановка слегка напряженная. — Я, это, пойду пока чайник поставлю. Когда брат ушел, мама взволнованно продолжила: — Но Грета, это очень дорогой подарок. — Она сделала упор на слово очень. — И все эти цветы, в таком количестве… — Мы понимаем, что господин Дубей, мягко говоря, обеспеченный мужчина, — отец вдумчиво посмотрел на Грету поверх своих очков. — Но разве он не в курсе, что это не совсем прилично делать такие, кхм, роскошные подарки молодой незамужней девушке? Ты же еще даже школу не закончила. Мы с мамой обеспокоены и не очень одобряем все это. Сердце Греты резко упало и ей захотелось провалиться сквозь землю. Вот уж она не думала, что подарки от дорогого ей человека станут такой проблемой для ее родителей. В этот момент Грета будто уменьшилась до размеров крошечного зернышка. Или так ей просто хотелось. Она совсем растерялась и не знала, что сказать. Говорить, что-то о чувствах Амрита к ней было ужасно неловко и даже неуместно. Никакие оправдания не приходили в голову, и желание отмотать время назад и снять с себя это злополучное сари подскочило до предела. — Боюсь, тебе придется вернуть подарок обратно, милая. — Спокойствие и твердость, с которыми Гектор произнес это, разрезали воздух в легких Греты. Прия сочувствующе посмотрела на дочь и, похлопав Гектора по плечу, развернулась в сторону двери. Даже если она была не согласна с решением мужа, перечить ему бы не стала. — Мы пойдем вниз, папа поможет мне накрыть на стол, а ты переоденься пока и спускайся, как будешь готова. Как только дверь за ними закрылась, на глаза навернулись слезы, хотя Грета очень старалась их сдержать. В зеркало на нее смотрела теперь не изящная индийская красавица, а жалкая школьница, невесть что о себе возомнившая. Было в этом ощущение себя, как чего-то грязного. В порыве внезапной злости и бессилия она принялась скидывать с себя длинные ткани одежды. Неаккуратно и небрежно откидывала их подальше с вида. Потом она замерла посреди комнаты — ей стало стыдно за свою истерику. Видел бы ее сейчас Амрит, наверное, разочаровался бы в ней. Неблагодарная. Посмотрев на себя в зеркало, Грета немного успокоилась. Сейчас она осторожно все поднимет, вернет обратно в коробку и, при встрече, вернет господину, непременно извинившись. Наверное, он принял ее за кого-то другого, кто ему нужен, но ей придется сказать ему правду, пока он не увидел это сам и не огорчился. Правду о том, что она не такая особенная, какой он ее считает.