Часть 13

После его слов все немного расслабились и сменили тему. Хотя Гектор не выглядел удовлетворенным ответом Амрита. Прия расхваливала вино, которое выбрал Амрит, а Джейс был в восторге от теплой самосы — пирожков из печеного теста с чечевицей, курицей в соусе карри и картошкой. На десерт подали гулаб джамун — сладкие шарики из сухого молока, обжаренные во фритюре из, почти священного для индийцев, масла гхи. Шарики были в теплом сахарном сиропе, который сочно стекал вниз. Вишневый пирог Греты также оказался на столе, и Амрит начал с него. После первого кусочка, густая капля вишневой начинки осталась на губах у Амрита. Грета заметила это, но постеснялась сказать вслух, кажется, больше никто не видел этого. Заметив ее взгляд, Амрит поднес к губам большой палец и смахнул каплю. Глаза его загорелись игривым огнем. Затем он медленно слизал каплю с пальца, не отрывая глаз от ошарашенной Греты. Дубей безбожно дразнил ее, пока никто не обращал на них внимания. Потом, как ни в чем не бывало, поднял бокал, чтобы обратить на себя внимание остальных гостей, которые были увлечены сочным десертом. — Хочу сказать тост. Брак — это метафора мирской жизни, союз души и плоти. В индуизме, когда Бог женится, он становится частью мира. Когда Бог отказывается жениться, он остается в стороне от мира. Мужчина не может существовать без женщины, как и женщина яляется частью мужчины. Вместе они заполняют пустоту друг в друге и множат свою любовь рождением новых душ. Сегодня я рад видеть у себя в гостях пример именно такой семьи. Все внимательно слушали молодого человека, говорить красиво он умел. Казалось, даже если бы он рассказывал им о проблемах мировой экономики или про облицовку стен комнат, внимание его слушателей с трудом могло исчерпаться. Как бы Гектор ни недолюбливал Амрита, мужчина вряд ли стал бы отрицать невероятную харизму индийца. Амрит продолжал: — Главное в жизни, чего я бы хотел, это создать однажды такую же крепкую и дружную семью. — Он ласково посмотрел на Грету. — Выпьем за вас! Прия расплылась в благодарной улыбке, Гектор будто даже расправил плечи от гордости, а Джейс выглядел не скучающе — это уже достижение. Грета хотела запечатлеть этот момент в памяти. Она надеялась, что он не будет последним. После ужина Амрит пригласил всех в сад на заднем дворе. Хотя назвать это “двором” язык едва поворачивался. Глаза сразу отметили обилие зеленого цвета. Для местной флоры это было непривычно. Кругом цвели пышные кусты роз аккуратными рядами. А в середине возвышался фонтан. ФОНТАН. У них в городе был всего один фонтан, и тот не столь впечатлющего вида. В середине композиции статуя девушки в сари, в руках которой был кувшин, из которого лилась вода. По краям самого фонтана маленькие струйки били в центр, под ноги статуи. Очевидно, что статуя сделана на заказ, а такое могло стоить целое состояние. Гектор озадаченно потер подбородок — похоже, он был под впечатлением. Остальные тоже едва сдерживали свое удивление. Молодой человек устроил им небольшую экскурсию и рассказал некоторые интересные моменты ландшафтных решений. Вернувшись обратно к фонтану, семья увидела небольшой столик, на котором стояли красиво упакованные коробки. Каждая была с именем одного из членов семьи. — Это небольшие подарки от меня, в честь нашего более близкого знакомства. — Амрит! Вам, правда, не стоило. — Мать Греты смущенно раскраснелась. — Да, Амрит, нам даже как-то неловко. — сказал Гектор. — А по-моему клево! — Джейса ничего не смущало, молодой человек первый подпрыгнул к столу и схватился за коробку с его именем. — С вашего позволения, пока вы смотрите подарки, я уведу вашу дочь на пару сов. Амрит взял девушку под руку и они скрылись за густыми зарослями сада. Как только они отошли достаточно далеко и исчезли из зоны видимости остальных, Дубей повернулся к ней: — Ох, Грета, как я ждал этого момента. Наконец-то мы вдвоем. Он обхватил ее лицо руками и прижался к ее теплым губам, не дав вставить ни слова. Грета сначала оторопела, потом прижалась к нему в ответ, ведь она и сама долго ждала. Нужны ли слова, когда необъяснимая страсть двух сердец бежит впереди них? Время утекало, хотелось успеть насытиться друг другом за эти несколько минут, на которые прилично было оставить гостей одних. Странно было наблюдать, как пять минут назад Амрит изображал из себя серьезного и влиятельного человека, а сейчас, словно легкомысленный юнец, сжимал в своих объятиях Грету, не смущаясь ее родителей неподалеку. Поцелуй был страстный и жадный, не похожий на предыдущие, когда оба еще присматривались друг к другу, а Дубей будто и вовсе ее испытывал. Сейчас же парень отдавался бескомпромиссно. Чем крепче он будет касаться ее губ, тем больше шансов у него накормить свой голод — так он считал. Но это иллюзия: их поцелуй только больше разжигал его желание внутри. Эмоции бурлили внутри Греты, ранее она и представить себе не могла, что такая страсть существует. Что она ее испытает. Она представляла себе, что любовь это что-то мирное и домашнее. Про ласку и заботу. Оказывается, это чувство может быть гораздо ярче, неожиданнее и интимнее, ведь все ее тело с жаром отзывалась на прикосновения его рук и губ. Амрит чуть сбавил обороты, на секунду остановился, а потом еще раз поеловал ее. Уже нежнее и вдумчивее. Но недолго. Потом он достал из кармана маленькую коробочку и выставил у себя на ладони — открыл крышечку. Внутри лежало кольцо. — Грета Пател, ты выйдешь за меня? Моя вина, что все зашло так далеко, а лично у тебя я и не успел спросить. Даже смешно как-то… Я не хочу на тебя давить и пойму, если тебе хочется подумать или вовсе отка… — Я согласна! — выпалила Грета так быстро, как только смогла. Глаза ее горели, а щеки, наверняка, пылали, но к черту это все. Амрит Дубей сделал ей предложение! Какая-то романтическая сказка сходит со страниц ее любимых книг прямо у нее на глазах. С каждым днем с тех пор, как она узнала Амрита, ее счастье поднималось на ступеньку выше. Казалось, дальше уже некуда. — Я счастлив это слышать. — сказал Амрит. Он взял ее руку и осторожно надел кольцо. Идеально. Откуда он всегда знает ее размер? Молодой человек поднес ее руку к своим губам и оставил поцелуй на тыльной стороне ладони. — А как же мой папа? Он ведь еще не дал своего согласия. — Грета, ты ведь теперь совершеннолетняя и можешь сама принимать решения. Его согласие это больше проявление уважения и формальность. Главное — это то, чего хотим мы с тобой. Но если ты сильно переживаешь из-за этого, то предоставь этот вопрос мне, я со всем разберусь. Он очень скоро передумает. — Амрит обольстительно улыбнулся и заправил прядь волос девушки ей за ухо. — Нам пора возвращаться. Но я должен еще кое-что сказать тебе. Дубей вдруг стал серьезным, брови его чуть нахмурились. Грета немного напряглась. — Чтобы нам пожениться, ты должна принять мою религию и пустить богиню Кали в свое сердце.