Часть 2. Зачёт или...

— Настя, задержитесь, пожалуйста, — понедельник выдался и без того тяжёлым, но Чи́лицева решила всё же поговорить с одногруппниками Ани. — Вы же с Жаровой, вроде, неплохо общались. Тем более тебе, как старосте, она обязана объяснить своё отсутствие. — Что-то семейное. У неё там, вроде как, с отцом что-то произошло. Матери-то нет, — Михеева закинула учебник в сумку. — И да, если вдруг ещё захотите с кем-то поговорить про неё, то не советую. С ней общались только я и Дима Пикулев. И то не очень близко. Кажется, ей просто для комплекта нужно было два человека из разных академок, чтобы не казаться на курсе белой вороной, — староста поправила выбившиеся из прически пряди волос и закинула сумку на плечо. — Хотя мне кажется, что и общение с нами не доставляет ей удовольствия. Больше года вместе учимся, а она, такое ощущение, так и не прониклась к нам хоть каплей симпатии, — девушка вдруг хмыкнула. — По её же словам, мы «меньше всех среди этого сборища узколобых баранов бесим» её. — М-да… А вы никогда не замечали за ней?.. — Катя на секунду задумалась, но махнула рукой. — Забудьте. Настя, вы можете идти. Спасибо, что ответили на мой вопрос.        Поцелуй, что был почти неделю назад, упрямо не шёл из головы, что никак не облегчало трудного понедельника. Ну ничего, осталось провести ещё одну пару и можно будет идти домой, думала Екатерина. Но не всем планам в этой жизни суждено сбыться. — Вы правы, забивать на учёбу нельзя, — Жарова как ни в чём ни бывало зашла в аудиторию. — Долги примете? — она облокотилась на стену возле двери. — У… У меня ещё пара… — сама не зная от чего, но женщина растерялась. — Мало ебёт, — хмыкнула в своей привычной манере Жарова и выглянула в коридор. — Эй, пекусы, вам просили передать, что пары не будет. Валите домой, пока Екатерина Степан-на добрая. — Да ты совсем… — ругательство утонуло в хлопке запирающейся двери. — Хочешь сказать, что долги накопились только у меня? — Нет, отчего же. Они остались только у вас. С остальными я расквиталась, — девушка тонко намекнула на свой способ закрытия долгов по текущей успеваемости, на что Катя лишь закатила глаза.       Белый свитшот, чёрные обтягивающие джинсы и высокие зимние кроссовки белого цвета. Белые волосы, бледная кожа и чёрные, словно ночь, глаза. Всего два цвета, два цвета заставили Екатерину смотреть на студентку второго курса будто та приворожила её. А Анна совершенно спокойно подошла прямо к преподавательскому и уселась на него, обосновавшись в десяти сантиметрах от преподавателя. — Приступим? — Ты… Ты снова пьяная? — О, господь ты мой бог, заткнись, — и снова поцелуй. Долгий, чувственный и в то же время… безэмоциональный.       Чи́лицевой казалось, будто все движения выполнялись Жаровой на автомате и не приносили никакого удовольствия. Сильные руки действовали резко и решительно, и Кате это нравилось. Она никогда не любила мужчин, а вот от доминантных женщин сходила с ума. Ей нравилось ощущать на своём теле прикосновения женских губ и рук, потому что они были нежнее, и ни один парень не был способен на такое. А с Жаровой… Екатерина не испытывала даже нечто похожее на привязанность к своей студентке, но не могла отрицать того, что Анна была обворожительна как сам дьявол.       Почувствовав прикосновение холодных пальцев к собственной разгорячённой коже, Чи́лицева вздрогнула и прикрыла ладонью рот, чтобы из её губ ненароком не вырвался стон удовлетворения. Аня как-то внезапно оставила её в одном лишь нижнем белье и усадила на стол. Её поцелуи были жадными и даже болезненными, а сама она дышала часто, будто всхлипывала. Без предупреждения девушка ввела сразу три пальца и заткнула рот преподавателя поцелуем, и та простонала ей в губы. Обе дрожали, пока за окном неумолимо темнело; их губы не переставали соприкасаться, а руки раз за разом переплетаться. На самом пике удовольствия Чи́лицева не сдержалась и всё же позволила стону удовольствия вырваться наружу, однако тут же стихла. Жарова тут же убрала руки и отошла к окну. Только сейчас Екатерина поняла, что студентка всё это время оставалась в своей одежде. — Что… — голос Кати хрипел, и она прокашлялась. — Что это было, мать твою?.. — Мать мою прошу не трогать, пусть покоится с миром. А это… — Аня достала из кармана джинсов носовой платок и вытерла им правую руку. — Считайте это жестом доброй воли. Я прекрасно знаю, какого это–долгое время жить без секса. Ну что, зачёты? — Проваливай… — выдавила женщина изо всех сил, что у неё были. — Как хотите, — Жарова пожала плечами и направилась к двери, но выходить не спешила, наблюдая за тем, как Чи́лицева силится натянуть на себя одежду. — Ваш лифчик у меня, — усмехнувшись, Аня подняла вверх искомый предмет. — Ты в край охерела, Жарова! — рявкнула Екатерина, прикрывая обнажённую грудь руками. — Верни немедленно. — Верну, не сомневайтесь. Когда буду уверена, что пришла сюда не зря, — девушка сделала двенадцать шагов вперёд. Катя считала. — Так вы разрешите мне сдать зачёты? — Автомат. Семестровый. И чтобы больше я тебя здесь не видела, — женщина сглотнула образовавшийся в горле ком и вздрогнула, когда Анна сделала оставшиеся восемь шагов, полностью преодолев расстояние между ними. — На это я, конечно, не рассчитывала, но спасибо, — девушка наклонилась и оставила на чужой скуле едва ощутимый поцелуй. — Возвращаю.       Вложив в слабую руку чёрный кружевной бюстгальтер, Жарова развернулась и молча покинула аудиторию. Секс был… необычным, но она не могла бы назвать его неприятным. Ей даже понравилось видеть, как плавится в её руках другая женщина. Целых два добрых для себя любимой дела она сегодня сделала. Во-первых, разделалась с долгами. Во-вторых, поняла, что не имеет ничего против связи с человеком своего пола. Только вот что теперь делать с этой информацией, она не знала.       Катя не могла найти в себе силы вернуться домой. Там на спинке стула её встретит пиджак одной наглой особы, который она так и не решилась отдать. И она чувствовала себя так, будто только что соблазнила ребёнка. У них разница в возрасте 9 лет! Екатерина не считала это нормой, тем более, что это, в добавок ко всему, ещё и была её студентка. Хотелось дать Ане хорошую такую пощечину, но вряд ли это поможет…