Часть 5. Не сейчас.

      На полу в прихожей её квартиры валялась чуть покрывшаяся пылью записка. Записка с датой, временем, адресом и номером телефона. Номером, узнать который Катя хотела сейчас больше жизни. Она ещё раз пробежалась взглядом по записке.

«Если у вас ещё нет компании на новогоднюю ночь, то смею предложить свою. Нет желания отмечать в одиночестве. Как и с кем год встретишь, так его и проведёшь, верно?

Если согласны, позвоните. Если нет, то проигнорируйте мою записку и меня в целом.

Аня Жарова.»

      А ниже номер телефона и адрес. Если память женщине не изменяла, то это элитный частный сектор. Интересно, что девушка там забыла… — Так, Катя, СОБЕРИСЬ! — женщина мотнула пару раз головой. — Надо её сначала найти… — трясущимися руками она набрала номер, однако услышала совсем не Жарову, а противный звуковой сигнал, оповещающий, что абонент выключен или находится вне зоны действия сети. — Дьявол…       Быстро сменив брючный костюм на джинсы и свитер, Чи́лицева вызвала такси на указанный Аней дом. Водители отказывались брать заказы на конкретный адрес, всё время предлагая «немного пройти» и указывая точкой прибытия въезд на территорию частного сектора. Поняв, что ожидание — пустая трата времени, Екатерина согласилась и на «пройтись». Уже сев в машину, она начала думать, а что она вообще скажет Жаровой? Почему она вообще так волнуется за девушку? С чего та вдруг перестала заходить в сеть, отвечать на звонки и сообщения? Что вообще происходило у неё в жизни? И главное, почему уже две их встречи закончились в горизонтальной плоскости со сбитым напрочь дыханием и содрагавшимся в экстазе телом? — Приехали. Вас ждать? — каркнул водитель, срываясь на кашель. — Что? В каком смысле?.. — Не думаю, что вас туда пустят. На территорию въезд обычно разрешён только по пропускам, — продолжал хрипеть он.       Выйдя из прокуренного такси, Чи́лицева вдохнула ледяной воздух и медленно подошла к пропускному пункту. Навстречу ей тут же вышел внушительного вида охранник. — Куда? — басом спросил он так, что женщина даже растерялась. — Эм… Мне нужна Анна Жарова… — Кто вы? Анна Николаевна не предупреждала о встрече. — Стёп, — из небольшого помещения выглянул ещё один мужчина, такой же опасный на вид, как и первый, — иди-ка сюда.       Всё, что женщина могла увидеть, как названный Степаном бугай подходит к напарнику и смотрит на какой-то листок, который тот ему протягивал. Через минуту переговоров, Степан кивнул и подозвал Чи́лицеву взмахом руки. — Анна Николаевна проживает на самой окраине. Садитесь в машину, — он кивнул на черный автомобиль, стоящий за шлагбаумом, — я вас отвезу.       Катя сразу отметила для себя серьёзность охраны. Сев автомобиль, она поняла, что жилые дома начинаются не сразу. Сперва шли несколько небольших домов. Из одного из них, стоило только Степану сесть за руль вышел ещё один секьюрити. Видимо, это дома дежуривших посменно сотрудников службы безопасности этого элитного посёлка. Несколько небольших кафе, два ресторана, спортивный комплекс, три салона красоты, химчистка, магазин, своя больница и школа. В общем всё, что нужно, чтобы жить, не выезжая за пределы частного сектора. По дороге к нужному дому, Екатерина увидела так же большой пруд, явно искусственного происхождения, и парк рядом с ним.       У больших, наглухо закрытых ворот стоял ещё один охранник, явно ожидавший их. Этот мужчина молча проводил Катю к дому, где её встретил мужчина средних лет, предложивший забрать пальто. Дом в сравнении с некоторыми из тех, что успела увидеть Чи́лицева, был достаточно небольшой, но всё равно казался огромным непривычному к такой роскоши глазу. И это ещё минимализм в чистом виде. Сама хозяйка дома показалась из ниоткуда через несколько секунд в сопровождении ещё одного неизвестного мужчины в деловом костюме. — Я думаю, что мы с вами договоримся, — Жарова вежливо улыбнулась, но от этой улыбки по спине пробежал табун мурашек: настолько холодной она была. — О, Анна Николаевна, я на это очень надеюсь, — мужчина первым увидел гостью. — Что ж, к вам, как я вижу, гости. Не смею больше занимать ваше время, — он пожал собеседнице руку и направился к выходу. — До свидания, Вадим Игоревич, — она попрощалась с потенциальным инвестором и посмотрела на своего преподавателя. — Боже мой, Аня! — Чи́лицева молниеносно заключила а объятия свою студентку. — Ты меня до смерти напугала. — Михаил, будь добр, принеси в гостиную чашку горячего какао с корицей и мне как обычно. — Конечно, Аня, — мужчина хмуро кивнул и скрылся из виду, оставляя свою хозяйку наедине с внезапно нагрянувшей гостьей. — Прости, прости, прости… Ты мне буквально душу изливала, а я даже не додумалась на дверь посмотреть… — Что это меняет? — голос был холодный и резал, словно осколок стекла — Знаете, мне кажется, что всё это было ош… — Нет! — это было сказано резче, чем следовало. Этим Катя выдала своё волнение и неуверенность. — Я не… Не… — Хах… Успокойтесь, — девушка легким движением руки расстегнула пуговицу на пиджаке и гостеприимно повела за собой Чи́лицеву. — Сейчас выпьем какао и поговорим. Согласны? — в гостиной на столике возле дивана стояла чашка с дымящимся чаем и бутылка виски. — Интересное у тебя… какао, — женщина нервно усмехнулась и начала теребить края свитера, показывая своё беспокойство. — Самое оно, как по мне. — Что ж… Думаю, что… — Не думаю, что этот разговор что-то кардинально изменит. Да и я не знаю, готова ли я что-то менять. — Знаешь, — чашка слегка подрагивала в изящных руках, — я не думала, что меня когда-то будет тянуть к… К кому-то настолько младше меня. Я не сомневалась, что это будет девушка–у меня достаточно сложные отношения с мужчинами… Но…       Обе замолчали. Аня прекрасно знала, почему её преподаватель не хочет заводить отношения с мужчинами. Нет, Екатерина может общаться с ними, но никогда не позволит прикоснуться к себе. Просто не может. После того, что ей пришлось пережить… Женщина наверняка искала тепла и понимания, а Жарова… Жарова просто не способна ей этого дать. Не после того, что пережила она сама. — Не сейчас. Мы сделаем ошибку, если сейчас решим что-то резко изменить в нашей жизни, — хозяйка дома налила себе ещё виски. — А про новогоднюю ночь предложение ещё в силе. Простите… — у неё внезапно зазвонил телефон, и она, прихватив бутылку и оставив на губах едва ощутимый поцелуй, вышла из комнаты. — Для неё «не сейчас» означает никогда, — раздался позади мужской голос.