Глава 18. Сбежавшая

      — Нет, ну это уже ни в какие рамки! Ее нет второй день! — возмущалась Кэсси, сидя на кухне.       — А ты по какому поводу бесишься? — посмотрела на нее Сара. — Тоже хочется ночевать не дома?       Доэрти насупилась и уткнулась в тарелку с омлетом, чтобы не встречаться взглядом с Голди. Ей было неприятно, что девушка так ответила, в этом конечно была доля правды, но Кассандра не хотела это признавать. Молчание продлилось недолго, Доэрти просто не могла не поделиться тем, что у нее накипело:       — Да она просто свалила, как ты не понимаешь! — От досады девушка оттолкнула от себя тарелку с едой. — Живет сейчас припеваючи либо у этого Майкла, либо у Джеймса.       Вспомнив про музыканта, Кэсси еще сильнее покраснела от злости и зависти.       — Вряд ли она бы просто так уехала, не предупредив, — начала размышлять вслух Сара, — к тому же, она все вещи здесь оставила.       — Не все! — повысила голос Доэрти. — Она забрала гитару и документы.       — Ладно про гитару, но про документы ты откуда знаешь? — подняла бровь Гольдшмидт.       Кэсси закусила губу и состроила виноватое выражение лица.       — Ты что, рылась в ее вещах? — возмущенно спросила Сара.       — Да я просто… — замялась Доэрти, но затем раздраженно выдохнула, поняв, что отпираться бесполезно и лучше сказать все, как есть. — Я хотела найти телефон Джейми, только и всего. Но ни ее телефонной книжки, ни паспорта нигде нет.       Сара не знала, как реагировать, она почувствовала разочарование в Спенсер, которая подвела их обеих: Кэсси — с арендной платой, а ее — в том, что не оправдала ожиданий. Гольдшмидт успела к ней привязаться и даже поверить в то, что Мелисса сможет стать ее близкой подругой. Она и правда беспокоилась за нее эти два дня, и тот факт, что Спенсер просто сбежала, ничего никому не сказав, задевал до глубины души.       После завтрака Сара решила сама удостовериться в правдивости слов Кэсси. В столе, где раньше лежал паспорт, было пусто. Гольдшмидт не остановилась на этом и проверила все ящики и шкафы, даже дорожную сумку, с которой Мелисса приехала, но не нашла ничего, кроме одежды и личных вещей. Спенсер будто испарилась. Оказавшись в такой ситуации впервые, Сара поняла, что совершенно не представляет, что ей теперь делать: где искать Мелиссу и стоит ли вообще бросаться на поиски.       — А что, если с ней что-то случилось? — с опаской обратилась Гольдшмидт к Доэрти, ей было страшно произносить эти слова вслух.       — Что? — с усмешкой спросила Кэсси. — Ты ведь не дура, Голди! Пораскинь мозгами, Мелисса поругалась с Джеймсом, ревела в подушку несколько дней, и тут мы возвращаемся домой, а Мелисса куда-то делась, прихватив с собой гитару и паспорт. И ты думаешь, что с ней что-то случилось? Самой-то не смешно? Все же очевидно!       — Может позвонить Хорну, вдруг они помирились? Ты нашла его телефон?       — Неа, — протянула Доэрти, а потом ее лицо стало серьезным, — кстати, раз уж теперь я одна снимаю у тебя комнату… Ты ведь не поднимешь аренду?       — Я тебе поражаюсь! — всплеснула руками Сара. — Твоя подруга куда-то делась, а тебя интересуют только деньги?       — Меня интересует, буду ли я ночевать под мостом в следующем месяце, — обиженно проговорила она, — и вообще, она могла получить не только грант, но и место в общежитии. Вдруг ей и на него сделали скидку.       Саре это показалось разумным и даже в какой-то степени успокаивающим. Правда, теперь она еще сильнее захотела посмотреть в глаза Мелиссе и спросить ее, за что она с ними так поступила. Но лучше такая правда, чем неизвестность.       — Сходишь со мной в колледж? — Сара была настроена решительно. — Надо узнать, была ли у них Мелисса и дали ли ей комнату.       — Блин… — скривилась девушка, — я вообще-то не хотела сегодня никуда выходить. Но я могу написать тебе, к кому можно обратиться.       — Ну хоть за это спасибо, — бросив на собеседницу недовольный взгляд, сказала Сара.       Девушка решила, что может быть и к лучшему, если она пойдет одна, вечное недовольство Кэсси всем вокруг ее немного напрягало, к тому же она хотела побыть один на один со своими мыслями и, возможно, придумать еще какой-то вариант, куда могла деться Спенсер. Но потом Сара поняла, что это было не самой лучшей идеей, потому что после вариантов с переездом в общежитие и возвращением домой шло то, что не то что озвучивать, даже просто допускать было жутко. Больше всего девушка боялась, что Мелисса была такой расстроенной, что могла с собой что-то сделать. И если так, то Гольдшмидт была виновата в том, что оставила ее одну в таком состоянии.       У колледжа Сара вытащила из сумочки все то, что могло ей потребоваться сегодня: листочек, на котором были написаны имя декана и кабинет, и данные из паспорта Мелиссы, которые она переписала на всякий случай, когда договорилась с девочками о сдаче комнаты.       Подойдя к зданию, Голди уже собиралась было подняться по ступеням к главному входу, как ее окликнули. Девушка повернулась и увидела спешащего к ней Джеймса.       — Привет! — поравнявшись с ней, сказал запыхавшийся Хорн. — Как раз хотел заглянуть к вам сегодня. Но сначала надо было завести документы в академию. Что вообще ты тут делаешь? Как Мелисса?       Последний вопрос беспокоил его больше всего, поэтому все то, что шло перед ним он произнес буквально скороговоркой.       — Знаешь, мне тоже хочется узнать, как Мелисса и где Мелисса. А еще, было бы замечательно выяснить, как надолго меня посадят, если я ей оторву башку, когда увижу, — в голосе Сары читалось раздражение.       — В каком смысле? — молодой человек непонимающе помотал головой. — Что происходит?       — Кажется, она уехала.       — В смысле «кажется»? Когда? Она не могла! — растерянно выпалил молодой человек.       Гольдшмидт вздохнула:       — Я сама ничего не понимаю, ее не было пару дней, гитары и паспорта я не нашла. Решила приехать в академию, может быть, они в курсе, где Спенсер.       Джеймс не сразу понял смысл сказанных слов. Он не на шутку испугался за девушку. После последнего разговора с Мелиссой Джеймс не мог найти себе места: он постоянно думал о том, что разбрасывался обвинениями, даже не дав Спенсер ничего объяснить. Хоть все и выглядело так, будто они с Уитмором вместе, Хорн чувствовал, что Спенсер никогда бы не поступила таким образом, она бы точно рассказала все, как есть, а не стала бы врать. Он действительно хотел приехать сегодня к ней, чтобы обсудить все и извиниться за те резкие слова, которые сказал в адрес девушки.       Неизвестность жутко угнетала, поэтому он решил, что пойдет вместе с Сарой к Жану, чтобы спросить, знает ли он что-то о Мелиссе. Хорну было страшно потерять ее. Он готов был выслушать девушку и простить, даже если у нее все-таки было что-то с Уитмором.

*      *      *

      У кабинета мистера Моретта Джеймс попросил Сару подождать его, а сам повернулся к двери и замер на несколько секунд, не решаясь постучать. Узнать правду хотелось, но было слишком волнительно, еще хуже было бы не узнать ничего вовсе. Набравшись решимости, музыкант постучал и, не дожидаясь ответа, распахнул дверь.       — Мистер Моретт, у Вас найдется для меня пять минут? — спросил Хорн, подходя к столу преподавателя.       Жан поднял глаза на молодого человека, он выглядел растерянно и едва заметно кивнул, не говоря при этом ни слова.       — Я по поводу Мелиссы… — начал Хорн, но затих, почувствовав, как ком застрял горле.       — Хорошо, что ты заглянул, Джеймс, — подхватил беседу Моретт, — вы с Мелиссой вроде как успели подружиться за время репетиций. Я просто не понимаю… Что произошло? Она так хотела этот грант.       — Почему «хотела»? — упавшим голосом спросил музыкант, ему не понравилось то, что он услышал. — Вы ведь сами мне говорили о том, что грант дали ей. Разве нет?       — Да, но она отказалась от него, — тихо проговорил мужчина.       — Этого не может быть, — Джеймс помотал головой и неожиданно для себя усмехнулся, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями, — это какая-то ошибка.       — Никакой ошибки нет, она была у ректора и написала отказ от гранта. Сказала, что не станет начинать обучение в нашей академии и возвращается обратно домой.       Хорн замер. У него никак не укладывалось, как это вообще возможно, это было совсем не похоже на Мелиссу — взять и уехать, бросив все, о чем она мечтала и к чему стремилась, без единого объяснения, даже не попрощавшись. Хорн был уверен, что он достаточно близкий для нее человек, чтобы девушка хотя бы сообщила ему о своем отъезде, но чтобы вот так все бросить… но больше всего ему было больно от того, что, по всей видимости, это он стал причиной столь скорого отъезда.       — Очень жаль, что все так повернулось, — задумчиво, будто разговаривая сам с собой, протянул Моретт. — Я надеялся, что ты скажешь мне, в чем причина такого скорейшего отъезда. Но, я вижу, ты и сам не в курсе.       Джеймс чувствовал себя так, будто его со всей силы ударили по голове. Он поблагодарил Жана за информацию и побрел в сторону выхода из кабинета. Мысли в голове находились в каком-то хаосе, факты никак не складывались в единую картину: «Вдруг, со Спенсер что-то произошло?», «Неужели он сам настолько обидел Мелиссу, что она все бросила и уехала?», «Кто дал ей деньги, чтобы купить обратный билет?», «Может быть, случилось что-то с родными в Штатах?». Бесконечный поток вопросов терзал Джеймса, было совершенно непонятно, стоит ли волноваться за девушку, есть ли вероятность найти ее в Америке, если поехать за ней, и стоит ли ее вообще искать, вдруг она не хочет его больше видеть. Хорн просто надеялся, что Мелисса жива и здорова, и если она действительно вернулась в США, то пусть будет счастлива. Даже без него.       Как только музыкант вышел из кабинета, к нему тут же подбежала Сара:       — Узнал что-то?       — Узнал, — Хорн не знал, как сказать Гольдшмидт то, что услышал. — Мелисса была здесь, отказалась от гранта и вернулась обратно в Америку.       — Это какая-то шутка? — скривилась девушка.       — Да, Голди, шутка, — сорвался на нее Джеймс, — с первым апреля!       Молодому человеку было сложно справиться со своими эмоциями, он схватился за голову и оперся спиной о стену рядом с девушкой, не зная, что ему теперь делать.       — Не надо на меня орать, Хорн! — в ответ повысила на него голос Сара. — Это не я ее отправила в США. Так что возьми себя в руки и хватит истерить.       — Ей нужно было купить билет, — продолжил музыкант, — но я точно знаю, что у Мелиссы не было таких денег.       — Джеймс, — аккуратно начала Гольдшмидт и положила руку ему на плечо. Девушке было тяжело это произносить, но она продолжила, несмотря на то что понимала, что сказанное может снова разозлить Хорна, — я думала над этим тоже. Вдруг кто-то дал ей эти деньги.       Она не назвала имени, но Хорн отлично понимал, кого именно она имеет в виду. Вспомнив про Уитмора, музыкант почувствовал жгучую ревность. Как бы тяжело ему это не было признавать, но это действительно был самый вероятный исход. Майкл был явно неравнодушен к Мелиссе, и, поругавшись с Джеймсом, девушка могла пойти за помощью именно к Уитмору, который бы в ней не отказал. Стоило Хорну подумать о том, что именно Майкл мог попросить взамен от Мелиссы, как ему тут же стало ужасно тошно.       — У тебя нет номера этого Майкла? Может быть, он что-то знает? — спросила девушка.       — Я не собираюсь с ним разговаривать, — процедил сквозь зубы Хорн. Он чувствовал злость, представляя самодовольное лицо Уитмора, когда Хорн решит обратиться к нему. — Мелисса уехала. А если нет, он последний, кого я хочу просить о помощи.       Голди лишь поджала губы, она явно была не согласна с такой позицией, но чувствовала, что вряд ли может повлиять как-то на Джеймса. После некоторого молчания он снова обратился к девушке:       — Может быть, нужно написать заявление о пропаже? Мне кажется, тут все не так просто.       — Мы можем, конечно, — замялась девушка, — но думаю, у нас не примут заявление. Все указывает на то, что Мелисса просто сбежала.       — Она не смогла бы… — Хорн снова повысил голос.       — Что не смогла, Джеймс? — с некоторой претензией в голосе перебила его Сара. — Так с тобой поступить? Уехать не простившись? Я напомню тебе, что ты не стал слушать ее объяснения и оскорбил ее. Ты смог так с ней поступить, почему она не смогла бы отплатить тебе тем же?       Джеймса задели слова девушки, он собирался было грубо ответить ей, но не смог. Музыкант понимал, что как бы обидно не звучали слова Гольдшмидт, она была права. Он кивнул Саре в знак прощания и направился к лестнице. Сил обсуждать это все сейчас не было, хотелось вернуться домой и выпить, чтобы хоть как-то успокоиться.       — Если хочешь, могу съездить с тобой, — услышал он голос Сары позади себя, — честно говоря, мне тоже все это не нравится. Не в стиле Мелиссы так пропадать.       Джеймс грустно улыбнулся девушке.       До участка они доехали очень быстро, к неудовольствию Гольдшмидт. Она терпеть не могла, когда водитель превышает скорость. Оказавшись в пустом холле на первом этаже, Джеймс с Сарой замедлили шаг, не зная, куда дальше идти. Благо, в регистратуре сидела улыбчивая девушка, которая тут же поинтересовалась у них, не могла ли она быть им полезной.       — Мы хотели бы заявить о пропаже, — начала Сара.       — Вот, — протянула девушка бланк для заполнения, — опишите, пожалуйста, потерянную вещь и предположительное место, где вы ее могли обронить или оставить.       — Вы нас неправильно поняли, — включился в разговор Джеймс, — мы хотели бы написать заявление о пропаже человека.       — Оу, — девушка виновато улыбнулась, — прошу прощения. Расскажите, пожалуйста, конкретнее, что именно произошло, а я подберу нужный бланк.       — Мы не можем найти нашу подругу в течение полутора суток. Паспорта ее нет дома, — начала рассказ Сара.       — Может быть, она просто уехала? — недоверчиво нахмурившись спросила девушка.       — Такого не может быть. Она бросила все, что ей было дорого. Даже написала отказ от университетского гранта, — с жаром проговорил Джеймс.       — Подождите! — девушка жестом остановила речь музыканта. — То есть ваша знакомая куда-то уехала, вместе с паспортом. Но перед этим успела решить вопросы с учебным заведением?       — Да, — быстро ответил Джеймс и тут же пожалел об этом.       — Я не смогу принять у вас заявление, — помотала головой девушка, — все указывает на то, что ваша подруга просто уехала. Люди обычно не успевают уладить все дела перед пропажей.       Сара и Джеймс переглянулись и собирались было отойти от регистратуры, как их собеседница окликнула их:       — Если у вас есть адрес этой девушки, попробуйте написать ей. Вот увидите, она вам ответит, что у нее все в порядке, просто она спешила покинуть Лондон.       У Джеймса как будто опустились руки, казалось, что единственный шанс на то, что ему помогут найти Спенсер вот так просто исчез, полиция не возьмется за расследование этого дела, потому что и дела-то никого нет, все и так предельно ясно.       — Слушай, у меня ведь есть ее адрес, — просияла Голди, — я переписала данные Кэсси и Мелиссы, на всякий случай.       Девушка порылась в сумочке и нашла сложенный вдвое листок с данными Спенсер. Голди еще раз убедилась в том, что ее серьезный подход буквально ко всему в очередной раз оказался нелишним.       Идея с письмом казалась не такой уж и плохой, по крайней мере лучшей из всего, что было, но в то же время Хорн не понимал, хочет ли он получить на него ответ. Безусловно он надеялся на то, что с Мелиссой все в порядке, но тогда это значило лишь одно — она не хотела быть с ним, и оставила его очень легко. С другой стороны, в этом случае именно он был виноват в том, что Спенсер бросила свои мечты, а если это так, то сам он никогда себя не простит.       Девушка из регистратуры любезно поделилась с ними чистым листом, конвертом и даже марками. Джеймс не мог оставаться в долгу и решил, что расплатится за все это, чтобы не оставлять девушку в накладе. Он взял чистый лист бумаги и, отойдя подальше, чтобы никто не увидел содержания, трясущимися руками написал короткое письмо, пытаясь быть настолько неэмоциональным, насколько это возможно. Если Спенсер приняла решение уехать, то он не хотел как-то ее отговаривать или убеждать в том, что это ошибка, ему лишь важно было знать, что с ней все в порядке. Он запечатал конверт, наклеил марку и не прощаясь тут же отправился до ближайшего почтового ящика, чтобы не тратить ни дня на бессмысленное ожидание.