Глава 3

Гермиона открыла глаза. Шаттл ещё не до конца распечатался из той необъяснимой пустоты, где не существовало света, времени и границ. Она медленно пошевелила пальцами, потом — руками, коснулась подбородка, груди, живота. Всё на месте. Дыхание стало глубже, ускользающее напряжение оставляло мышцы с каждым выдохом. По периметру зоны гиперскачка уже двигались люди. Кто-то проверял аппаратуру, кто-то просто стоял, в молчании, осознавая возвращение в тело. Эйра заговорила, без пауз и интонаций, как будто знала, что тишина после прыжка может быть пугающей. — Гиперскачок завершён. Локация подтверждена: система Альфа Центавра. Расстояние до станции Лукария — десять часов на гиперзвуковом режиме. Диагностика экипажа завершена — показатели в пределах нормы. Восстановление когнитивной стабильности: девяносто три процента. Гермиона повернулась. Драко уже не было. Его кресло пустовало, будто его и не было вовсе, остался только след от креплений. Сфера-созерцатель исчезла вместе с ним. Он унес её. Конечно. Молча отстегнув ремни, Гермиона вышла из зоны, чувствуя, как сердце работает чуть быстрее, чем должно, от той странной легкости, оставшейся в теле, как послевкусие сна.

***

Гермиона стояла у бортовой панели, окружённой магическими интерфейсами. Прозрачные потоки данных скользили по воздуху, перемещаясь при взмахе её руки. На поверхности проекции — сияние пульсаций энергии, линии структурного фундамента пространства, и едва различимые узоры артефактной сингулярности. Она вытянула палочку. Её движения были точны, почти музыкальны. Лазурная спираль вырвалась с острия, развернулась в плоскую сферу с колеблющимися в ней сигилами. — Spectra Dimensus. — произнесла она негромко. Магия откликнулась послушно. Даже чересчур. Волны отклика были идеальными — без вибраций, без отзвуков и завихрений. Слишком чисто. Слишком гладко. Как будто этот сектор был девственно пуст… или кто-то потратил массу энергии, чтобы всё замести. — Стабильно, — пробормотала она, нахмурившись. — Но это ненормально. — Прямо как утренний кофе в столовой, — раздался голос за спиной. Пакс подошёл, остановившись рядом. Его глаза пробежались по голограммам. Он держал в руках интерфейсный планшет, но, судя по всему, с интересом следил именно за её магической проекцией. — Ты в порядке? — спросил он. — Полагаю, да, — ответила Гермиона, продолжая наблюдать за стабильной пульсацией. — Просто не покидает ощущение, что магия здесь слишком… чистая. Как будто кто-то её "отутюжил". Или никогда не касался вовсе. — Может, и не касался. Кто летал сюда последним — не оставил ни пылинки. Или наоборот — вычистил следы до блеска. — Ты скептик. — Я реалист. Но скажу честно — прыгать мне не понравилось. Гермиона взглянула на него. Он продолжал смотреть вперёд, будто мысленно ещё находился в том странном миге, когда всё исчезает. — Что ты почувствовал? — спросила она. Пакс пожал плечами. — Будто кто-то выключил меня… а потом снова включил. Но не на той частоте. Пару секунд — и ты уже не ты. Как будто внутри тебя стало слишком много пустоты. А ты должен сделать вид, что это норма. Она кивнула, задумчиво. Не ты один… В её памяти всплыли глаза Драко — слишком спокойные, как будто он знал, куда прыгнет… и был там уже не в первый раз. Она вновь посмотрела на голограмму. Магия не шумела. Это было… подозрительно. И слишком тихо. У навигационного пульта Хирон Глэйв хмуро уставился в экран. Его пальцы быстро скользили по голографической панели, раз за разом вводя коды доступа. — Ответа нет, — бросил он без обиняков. — Канал к Лукарии — глух. Пробую резервные. — Аппаратура в порядке? — спросила Гермиона. — На сто процентов, — отозвался Хирон, не отрываясь. — Но там — тишина. Как будто станции нет вовсе, или она решила сделать вид, что её не существует. Пакс и Гермиона переглянулись. Тишина, магическая стерильность и молчащая станция. Плохая комбинация.

***

Инвентарная комната была запечатана изнутри. Мягкий свет на потолке мерцал приглушённо, словно боялся потревожить обитательницу центра стола — сферу-созерцателя. Она стояла в гравитационном гнезде анализатора, словно на пьедестале, излучая беззвучное, но ощутимое напряжение. Драко быстро провёл пальцем по встроенному в стену интерфейсу, запускающему протокол "Агломага". Его палочка слегка дрогнула в воздухе, очертив руну шифра. Над сферой возник голографический купол, запульсировавший светом. Внутренние контуры начали дрожать, словно само пространство не выдерживало близости этой вещи. — Эйра, начни анализ поля объекта. — Подтверждаю. Защита активирована. Подключение к автономной матрице "Агломага" установлено. Сфера дрогнула. Пульсации участились. — Фиксация начата. Объект выявляет нестабильные аномальные магические поля во всей системе Альфа Центавра… — Эйра запнулась. — …Погрешность данных: сто процентов. Концентрация артефактных искажающих источников превышает порог идентификации. — Подробнее? — Объём получаемых сигналов несовместим с текущим каналом декомпрессии. Есть риск выхода сферы из стабильного режима. Предупреждение: необходимо немедленно прекратить анализ. — Закрыть протокол, — бросил Драко, уже чувствуя, как в затылке пульсирует. Эйра не сразу отозвалась. — Повторяю: анализ необходимо немедленно прекратить. Связь с капитаном… — Нет. — Голос Драко стал стальным. — Ты на канале "Агломага". Функционируешь на их серверах и в их интересах. Меньше болтай, Эйра. Мгновение тишины — и интерфейсные линии угасли. Сфера продолжала едва заметно мерцать. Драко вздохнул, провёл ладонью по волосам, нервно откинув выбившуюся прядь. Взмах палочки — едва уловимое магическое гудение затихло, напряжение в воздухе рассеялось. Он долго смотрел на сферу и вспомнил выражение лица Грейнджер, когда она впервые увидела её в ангаре. Драко невольно усмехнулся. Выключил анализатор. За дверями инвентарной стояла та же тишина, что и в Лукарии.

***

Голографическая панель навигации светилась бледно-зелёным, отбрасывая на лица собравшихся резкие отсветы. Командование экспедиции — Альварес, Пакс, Гермиона, Ирен Мэй и Азиз Джарра — сгрудились вокруг экрана, где красным мигала пустая ячейка статуса: "Нет связи. Нет сигнала." Лукария молчала. — Протоколы связи все проверены, — отрывисто произнёс Пакс. — Резервные частоты тоже. Или глушат, или там и правда мёртво. — Искусственная глушилка? — спросил Азиз, устало потирая виски. — Тогда бы мы хотя бы поймали отражённый шум, — отрезала Ирен. — А тут ничего. Полная акустическая тьма. В стороне, словно тень за стеклом, стоял Драко. Его руки были сложены за спиной, взгляд цеплялся за голограмму. Гермиона бросила на него взгляд. — Малфой, — сказала она вслух, чуть громче обычного. — Хоть ты и не любишь разговоры, но раз уж ты здесь с мандатом "Агломага", поделись мнением. Драко медленно поднял глаза. Несколько секунд он молчал, будто бы взвешивая, но не слова, а цену самих слов. — Если станция не выходит на связь, — произнёс он спокойно, — действуем по протоколу Совета. Швартуемся как официальная делегация. "Агломаг" зафиксирует все наши действия. — Кто против? — вскинул брови Пакс, оглядывая круг. Молчание. Никто. — Последняя попытка установить контакт, — сказал Альварес, уже активируя шлюзовую консоль. — Если будет тишина — ручная швартовка через шлюз. Эйра, подготовь схему приближения. — Подтверждаю. Манёвровый сектор открыт. Гравитационные компенсаторы активны. Стыковка через 3 часа. Одно сообщение ушло сквозь пустоту — точное, сухое, зашифрованное. Эйра подтвердила доставку, и на панели навигации загорелась зелёная метка: «Ответ подтверждён. Связь с Землёй стабильна». На мгновение в командной зоне повисла тишина, как вздох перед прыжком в холодную воду. Где-то далеко, за десятками световых лет, их услышали. Теперь всё происходящее здесь становилось реальностью не только для них. — Пусть будет не пусто, — пробормотал кто-то из техников. Гермиона не услышала, кто. Она снова взглянула на Драко, но он отвёл взгляд.

***

Дверь в каюту Малфоя открылась с характерным щелчком, и Гермиона решительно ступила на чужую территорию. Силуэт Малфоя казался почти призрачным на фоне темно-синей голограммы, парящей в воздухе перед ним. На экране крутились восстановленные кадры из древнего документального архива. Голос диктора, слегка искажённый электронным резонансом, произнёс: «…шумерские волшебники были первыми, кто связал движение звёзд с магическими циклами, полагая, что космос сам по себе — древнейший артефакт…» — Какая беспардонность, — отозвался Драко холодно, не оборачиваясь. Он стоял с прямой спиной, как будто ожидал её визита, или хотя бы был к нему готов. — Или ты всегда вваливаешься без сигнала, если тебе скучно? — Не тебе говорить о беспардонности, — отозвалась Гермиона, стараясь держать голос спокойным, но внутри уже кипело. — Ты бегаешь от меня с момента подготовки к гиперскачку. Прячешься. Не хочешь говорить — хорошо. Тогда будем говорить по-другому — по протоколу. Я требую от тебя отчёт о проделанных исследованиях. Раз уж ты на борту как наблюдатель. Малфой медленно обернулся. Серебристый отсвет от голограммы мягко подсвечивал его черты, делая их резче. Он смерил её оценивающим взглядом. — Протокол? — с сарказмом повторил он. — Грейнджер, мы не на Земле. Здесь твоё звание не имеет никакого значения. — Я здесь ради миссии, — парировала она, делая шаг ближе, — и я хочу понять, что ты знаешь. Так что, как старшая по званию, требую от тебя отчёт по проведённым исследованиям с момента старта. Он скривился, но не отреагировал сразу. Только резко, почти пренебрежительно взмахнул пальцами, и из воздуха вынырнул тонкий голографический свёрток, светло-голубой, с колышущимся краем. На нём вспыхнула надпись: «Отчёт об анализе магических флуктуаций, наблюдение. Драко Л. Малфой. Сводный анализ / Протокол №4.» —Раз уж ты так жаждешь — получи, — усмехнулся он сухо, точно, будто с отвращением к самому процессу. — Отправлю в твою каюту. Махнул рукой в сторону двери. Голографический сверток юркнул мимо Гермионы — почти коснулся её плеча — и исчез в коридоре, устремляясь в ее каюту. Она не сразу нашлась с ответом. Пауза растянулась. — Ты унижаешься, — тихо сказала она. — И даже этого не замечаешь. Он подошёл ближе. — Это ты унижаешься, — сказал он почти шёпотом. — Пришла в каюту к тому, кого терпеть не можешь, чтобы вытащить из него хоть что-то. И даже не знаешь, зачем. Запах. Она опять почувствовала его запах. Пряный, но сухой. Смесь магической пыли и чего-то химически чистого, как металл, оставшийся на пальцах после контакта с артефактом. Он всегда так пах — с тех пор, как она впервые увидела его в штабе "Агломага". И этот запах был как напоминание о чём-то неправильном. О чём-то, что всё время ускользает. — Ты знаешь, что происходит на Лукарии, — сказала она, глядя ему в лицо. — Знаешь, и "Агломаг" знает. Только никто не говорит. А ты... ты хочешь, чтобы мы шли туда вслепую? В груди у неё всё сжалось. В голове пронеслась мысль: Сейчас он соврёт. Спокойно, глядя в глаза. И тут же — Какие у него холодные глаза. Серебристые, как та панель в ядре. Холодные. Он не ответил сразу. Его зрачки задержались на её лице. Она почувствовала, как внутри что-то напряглось. Как будто он сейчас опять сбежит, снова закроется, снова уйдёт в свою надменность и отчуждённость. И всё равно красивый, чёрт побери. Как каменная статуя, но с мягкой кожей. Как зеркало, в котором ты никогда не увидишь своего отражения. А он, молча, смотрел на неё, как на перламутровую занозу, которая всё равно красиво переливается в коже, хоть и жжется. Волосы растрепались, в зрачках — жар, голос звучит слишком прямо. Он почти не слушал, о чём она говорит. Ему просто хотелось довести её до кипения. Она напоминала ему что-то мифологическое — не Афину, нет. Медузу. Или фурию. Опасную и упрямую. — Ты прочтёшь всё, что тебе нужно, в отчёте, — сказал он наконец. И, с едва заметной ухмылкой, приложил два пальца к виску в сардоническом салюте: — Старший офицер Грейнджер. Затем снова указал на дверь. — Благодарю за визит.

***

"АГЛОМАГ" Специальная миссия "Восход" | Протокол №4 Форма отчёта: Сводный анализ наблюдателя Автор: Драко Л. Малфой Адресат: Гермиона Дж. Грейнджер, старший офицер, тактический координатор миссии Служебная пометка: СРОЧНО (потому что звание обязывает); для внутреннего архивирования (по требованию адресата) Период анализа: С момента старта миссии (Орбита Земли) до текущей координаты (сектор 0.4, система Альфа Центавра, 10 часов до станции Лукария). 1. Гиперскачок. Осуществлён успешно. Экипаж сохранён в полном составе. Сфера-созерцатель — сопровождение гиперскачка выполнено штатно. Повреждений не зафиксировано. 2. Рабочее состояние носителя (шаттл "Восход"). Все ключевые системы функционируют в пределах нормы. Отмечена незначительная вибрация корпуса при завершении перехода, вероятно, следствие мелких деформаций магического поля. На текущий момент — без последствий. Обшивка — устойчивая, приятно матовая. Цвета не выцвели. Поверхностные щиты держат давление. 3. Инженерное наблюдение. Двигатель ведёт себя спокойно. Немного шумит на перегибах траектории, но, вероятно, ему просто скучно. Стабилизаторы — крепкие. Я проверил. На одной из панелей появилась царапина, предположительно от ботинка Пакса. Царапина стойкая, намеренно не стерта — возможно, символическая. Общие замечания: Система ведёт себя не как исследованный сектор, а как тёмная зона, скрытая от картографов и мракоборцев. Артефактные сигнатуры есть. Очень много. Слишком много. Настолько много, что распознать что-либо конкретное пока невозможно. Магия в этом регионе ведёт себя подозрительно разумно. Что наводит на определённые мысли, которые я, в силу отсутствия веры в массовые паранойи, пока держу при себе. Предложения и рекомендации: (представлены исключительно по требованию адресата, несмотря на внутреннее несогласие с целесообразностью) Уточнить, кто из верхушки "Агломага" что-то знает. Запросить доклад. Подписать доклад у председателя Совета. Направить на почтовый адрес Гермионы Дж. Грейнджер. Психоэмоциональное заключение (по форме 07-Б-ирония): Эта миссия обещает стать восхитительной трагикомедией. Мы в секторе, где магия сжимается, как легочная ткань перед взрывом. Где голограммы шумерских колдунов звучат правдивее, чем официальные доклады. И, конечно, где командные звания важнее взаимопонимания. Потрясающее место. Очень вдохновляет. С уважением (ну почти), наблюдатель, Малфой Д. Постскриптум: Доклад прямо в каюту. Наслаждайся.

***

Гермиона стояла у бортового столика, хмуро вчитываясь в строки доклада. С каждой фразой её брови опускались всё ниже: описание цвета обшивки, упрёк о ботинке Пакса, оценка эмоционального состояния двигателя. Вдохнув через нос, она коротким движением черкнула на нижнем поле свитка: «ОТКЛОНЕНО», — и резким взмахом палочки отправила голографический свёрток обратно в каюту Малфоя. Свиток вернулся менее чем через минуту. К нему была прикреплена официальная приписка, пульсирующая светло-синим: «В соответствии с Протоколом №1 обработки служебной документации, отклонение отчёта возможно исключительно при наличии визы командира экспедиции или иного уполномоченного лица согласно штатному расписанию. С уважением, Д. Малфой» Гермиона выдохнула сквозь зубы что-то нецензурное. Активировала утилизатор, и свиток, дрогнув, рассыпался в тонкую пыль магической бумаги.