Глава 3. Переворот

Юми с трудом приоткрыла веки. Мир перед глазами расплывался, теряя чёткость, словно кто-то стёр границы между предметами. Сквозь мутную пелену она уловила движение — Кай тащил её за ногу по коридору, не особенно заботясь о том, чтобы это выглядело аккуратно. Тело не слушалось, сознание то всплывало, то снова уходило в темноту. В нос врезался тяжёлый, липкий запах гнили, и от него становилось только хуже, но сил даже отвернуться не было. Кай сделал ещё несколько шагов, волоча её через порог номера 205. Его дыхание было сбивчивым, а голос — почти навязчивым шёпотом, в котором он пытался убедить не столько её, сколько самого себя: — Благое дело… это благое дело… ценой одного выживут десятки… Стоило ему переступить порог, как пространство будто изменилось. Воздух стал плотнее, тяжелее, и тёмная дымка, едва различимая, начала медленно расползаться по комнате, окутывая и его, и Юми. Казалось, что сама тьма здесь жила своей жизнью, впитывая каждое движение. С потолка раздался глухой, скрежещущий звук. Огромная сколопендра раскрыла сразу несколько глаз, и в их мутном блеске проступило нечто, напоминающее радость. Её тело тяжело сдвинулось, задевая стены, и она приблизилась, словно встречая долгожданного гостя. — Ну и ну… — протянула она с хриплым удовлетворением. — Не могу поверить, ты сделал это. Однако к Юми она не спешила. Вместо этого по её спине прошёлся треск: несколько хитиновых пластин начали медленно расходиться в стороны, словно раскрывая скрытую полость. Изнутри, с влажным звуком, на пол упало яйцо — небольшое, покрытое густой слизью, перемешанной с чем-то более тёмным, тяжёлым, почти кровянистым. Кай отступил на шаг, его голос прозвучал тише, чем он рассчитывал: — Что это… Сколопендра приподняла голову, жвалы тихо застрекотали. — Это, друг мой, яйцо. Помнишь, я говорил, что помогу тебе? Вот моя помощь. Кай обошёл существо, стараясь держаться на расстоянии, и присел возле яйца, рассматривая его с явным недоверием. — Серьёзно… яйцо? Я… я его что, на завтрак должен съесть? Существо резко дёрнулось, почти возмущённо: — Ни в коем случае! Это мой ребёнок. Когда он вылупится, он поможет тебе. А ты позаботься о нём. Кай скривился, не скрывая раздражения: — Ты серьёзно хочешь, чтобы я носил чужого младенца?.. Сколопендра уже не слушала его. Она подалась вперёд, нависая над Юми. Из её пасти медленно выскользнул длинный, покрытый шипами язык и прошёлся по лицу девушки, оставляя за собой вязкую слизь и тонкие царапины, из которых проступила кровь. Кай с отвращением отпрянул к стене, будто пытаясь дистанцироваться от происходящего. Яйцо осталось лежать на полу — он даже не попытался к нему прикоснуться. — Что ты делаешь… — выдохнул он. В памяти всплыло странное ощущение от их первой встречи. Тогда, в коридоре, что-то было не так — но он не придал этому значения. Теперь же это чувство возвращалось, глухо и настойчиво. Когда он тащил её сюда, он не думал об этом. Сейчас же, на фоне происходящего, внутри него возникло странное сопротивление, не связанное со страхом. Он думал о собственной безопасности, но где-то глубже — не мог позволить, чтобы всё закончилось именно так. Существо тем временем продолжало приближаться к лицу Юми, словно смакуя момент. Один из его глаз повернулся к Каю, фиксируя каждое его движение. Голос, хриплый и вязкий, вновь разрезал тишину: — Я готовлюсь вкусно поесть… не каждый день Эсперов встретишь. Кай медленно выдохнул, не отводя взгляда. — Не понимаю, что это значит… но хорошо… Юми отчаянно пыталась хотя бы пошевелить пальцем, но тело не слушалось. Сознание будто застряло где-то между явью и пустотой: мысли появлялись, но не доходили до действий. Удар по голове оказался слишком сильным — мир вокруг расплывался, звуки тянулись, словно через воду, а собственное тело ощущалось чужим и тяжёлым. В этой вязкой темноте оставалась только одна мысль — Лиа-ли. Она цеплялась за неё, как за последнюю опору, и, сама того не осознавая, едва слышно прошептала: — Если бы он… был здесь… Сколопендра замерла. Её внимание мгновенно переключилось, как у хищника, уловившего движение. Она медленно подалась вперёд, опускаясь ближе к её лицу, прислушиваясь к едва различимому шёпоту. Кай в это время сидел у стены, обняв колени. Его губы едва шевелились — он будто молился, хотя сам не знал кому. Услышав голос Юми, существо резко повернулось к нему. — Слышишь? — протянуло оно с хриплым интересом. И в следующую секунду, не дав ему ответить, сколопендра резко подхватила Юми за ногу. Её тело безвольно повисло в воздухе, как у сломанной куклы. Существо довольно заскрежетало жвалами, наслаждаясь моментом. — Смотри и внимай… — его голос наполнился возбуждённой жестокостью. — Вот в этом весь кайф процесса. Она ещё что-то понимает… но сделать ничего не может. И ударил ты её, кстати, отлично. Настоящий профи. Кай дёрнулся, смущённо отвёл взгляд. — Я… нет, я не… Он не договорил. Сколопендра резко сомкнула жвалы. Юми не закричала — сил на это не осталось. Только тело дрогнуло, и кровь тёплой струёй потекла вниз. Сознание всё ещё не возвращалось полностью, застряв в странном, защитном оцепенении. Боль была, но будто не до конца осознавалась — как нечто далёкое, происходящее не с ней. — Ли… сан… — сорвалось с её губ. Кай отвернулся. Он закрыл рот рукой, будто пытаясь сдержать тошноту или слова — сам не понимая, что именно. Он не смотрел, но слышал: влажные звуки, скрежет, тихое довольное хихиканье существа. И в этот момент, на границе угасающего сознания, перед Юми начали всплывать образы. Крыша здания. Вечерний ветер. Город внизу, переливающийся огнями. Рядом с ней сидела высокая девушка с длинными волосами цвета глубокой лагуны. Лёгкие пряди развевались на ветру, отражая свет, а серьги в форме крестов едва заметно поблёскивали. Это — Мэйлин. Она протянула Юми банку газировки, слегка наклонив голову: — Скажи, как тебе Ли? Вы ведь впервые вместе работали. Не чудил? Юми приняла банку, автоматически поклонившись, и сделала глоток. Глаза её тут же загорелись. — !? Вот это вкусно… Она посмотрела на этикетку. — Маракуйя… люблю. А Ли? — она на секунду задумалась, вспоминая. — Он забавный. Немного пугливый… но делает всё ради дела. Полностью. Он даже руку сломал, не раздумывая, чтобы защитить женщину. В тот момент… я увидела в нём вас, Мэйлин-сама. Мэйлин замолчала. Ветер играл с её волосами, но в её взгляде появилось что-то сосредоточенное, тяжёлое — словно решение уже зрело внутри неё. — Значит… так тому и быть, — тихо произнесла она. — Вы двое будете работать вместе. Дуэт Хуэй и Лян — свет и добродетель. Вы будете рядом друг с другом и поддерживать друг друга. А я… обеспечу всё необходимое, чтобы вы могли продолжать свою работу в провинции. Голос её был спокойным, но в нём звучала окончательность. И этот момент — светлый, почти тёплый — резко контрастировал с настоящим, в котором всё рушилось. Юми медленно возвращалась к реальности, словно выныривала из глубины, где не было ни боли, ни звука — только тяжёлая, вязкая пустота. Но стоило сознанию на мгновение проясниться, как очередной толчок боли снова тянул её обратно, в темноту. Она цеплялась за этот краткий просвет, отчаянно, из последних сил. — Ещё… одно мгновение… я смогу… одно… — прошептала она, едва слышно. Её рука дрогнула. Сначала почти незаметно, затем чуть сильнее — пальцы с трудом подались вперёд, вытягиваясь в болезненном усилии, словно тело вспоминало, как двигаться. И в этот момент всё произошло резко. Два клинка, сверкнув в полумраке, вонзились в глаза существа. Визг разорвал пространство — резкий, пронзительный, полный ярости и боли. Огромное тело сколопендры дёрнулось, выгнулось и с грохотом отпрянуло назад, задевая стены. — Это ещё что?! Оставшиеся глаза метались в бешенстве, выискивая нападавшего. Юми вдруг почувствовала, как чьи-то руки подхватили её. Сильные, уверенные. Её подняли легко, почти бережно. Сквозь мутный взгляд она различила фигуру в тёмном плаще, скрывающем силуэт, но лицо — лицо она узнала сразу. Она приоткрыла глаза чуть шире и выдохнула, словно это было самым естественным исходом: — Ты опоздал… Ли-сан. Лиа-ли не ответил. Он сделал несколько быстрых шагов к выходу и аккуратно уложил её на сложенные рядом сумки, стараясь не причинить лишней боли. Его движения были сдержанными, но в них чувствовалась напряжённая сосредоточенность. Позади них Кай стоял неподвижно. Мир вокруг словно замер для него. Существо, которое ещё недавно держало его в страхе, теперь извивалось, визжало, не в силах сразу понять, что произошло. — Это… — выдохнул он и медленно опустился на колени. Сколопендра резко выгнулась над ним, её тело изогнулось в неестественной дуге. — Ты! Кай поднял взгляд. — Я? — Да, ты! Иди и разберись с ним! В этот момент из коридора шагнул Лиа-ли. В его руке блеснул ещё один кинжал, на груди темнели пятна крови. Он остановился, глядя прямо на чудовище, и спокойно произнёс: — Оставь парня в покое… жалкая пародия на манипулятора. Слова прозвучали без крика, но с твёрдостью, не допускающей сомнений. Кай замер. Внутри него сталкивались мысли, противоречивые и резкие. Всё происходящее не укладывалось в одну картину: страх, давление, приказ — и вдруг чужой голос, называющий всё это иначе. Манипулятор. Он стоял, не двигаясь. Лиа-ли тем временем чуть улыбнулся — неловко, почти по-доброму, но в этом жесте не было слабости. Он провернул нож в руке, заняв устойчивую стойку, выставив вперёд ведущую ногу. — Пожалуйста, — сказал он, не повышая голоса, — не делай плохо другим людям. Я не хочу, чтобы ещё кто-то пострадал. Сколопендра ответила мгновенно. Из её пасти вырвался резкий плевок, и в ту же секунду она рванулась вперёд, разрывая расстояние с пугающей скоростью. — Бесполезный! Лиа-ли отскочил в сторону, уходя от удара в последний момент. Огромное тело пронеслось мимо него и с грохотом врезалось в стену, проламывая шкаф и частично уходя вглубь конструкции. Обломки с треском разлетелись по комнате, а сама тварь, едва остановившись, начала разворачиваться для новой атаки. Лиа-ли сорвался с места резко, почти бесшумно. Его движение было точным и отработанным: короткий рывок, перекат в сторону — и сразу же атака снизу, в один из хитиновых сегментов. Клинок ударил, но вместо ожидаемого сопротивления лишь соскользнул, отскочив от прочного панциря. — Вот же… — выдохнул он сквозь зубы. Сколопендра не дала ему времени на вторую попытку. Её тело дёрнулось, и она рванулась вперёд, нанося очередной удар. Лиа-ли успел уйти, но с каждым движением становилось ясно: прямое столкновение не даст результата. Тварь издала визг, в котором слышалось нечто похожее на возбуждение. — Какая удача… сразу двое эсперов, — протянула она. — Хочешь, погадаю тебе, надоедливый мальчишка? Пока бой продолжался, переворачивая остатки мебели и разбрасывая мусор, Кай незаметно отступил к стене. Его руки дрожали, но он всё же поднял яйцо и прижал к себе, будто не до конца понимая, зачем это делает. — Это самка… или самец?.. что это вообще за существо… — бормотал он, глядя на слизкую поверхность, словно надеясь найти в ней ответ. Тем временем Лиа-ли сменил хват, перехватив нож обратным движением, и, дождавшись момента, вновь атаковал — на этот раз целясь в узкую щель между пластинами. — Гадать будешь на том свете, когда вернёшься туда, откуда пришло! Но сколопендра оказалась быстрее. Её тело резко развернулось, и мощный удар задней частью пришёлся точно в цель. Нож вылетел из руки Лиа-ли, а самого его отбросило в стену. Удар был глухим, тяжёлым — он остался у стены, на секунду потеряв ориентацию. Существо медленно приблизилось, его голос вновь стал вязким, почти довольным: — Так вот моё предсказание. В ближайшие две минуты ты и твоя подружка будете съедены. А ваша сила… станет моей. — Чтоб от тебя избавиться, нужен экзорцизм… — Голос прозвучал неожиданно. Юми стояла в проёме двери. Её шаг был неуверенным, но она держалась на ногах. Кровь, что должна была вытекать из раны, вела себя иначе — она не стекала вниз, а словно втягивалась обратно. Тонкие нити лилового оттенка обвивали её ногу, собираясь в одной точке, возвращая утраченное. Движения давались ей с трудом, она слегка спотыкалась, но всё же шла вперёд. Сколопендра замерла. Её лапки зашевелились, будто перебирая невидимую поверхность в раздумьях. Затем она медленно повернулась к Юми. — Да… ты права. Но твоя кровь… — голос на мгновение сбился. — Впрочем, сейчас вы не сможете меня изгнать. Как ни старайтесь. Однако в её тоне впервые проскользнуло нечто иное — не уверенность, а сомнение. Существо смотрело на кровь, на то, как она движется против всех законов, и в этом взгляде рождался страх. Такая способность встречалась крайне редко. Юми медленно подняла голову, взгляд её стал твёрже, несмотря на слабость. — Ты привязан к этому месту, — произнесла она, переводя дыхание. — Пока оно существует, ты тоже не исчезнешь. Но… есть и другой способ. Она сплюнула кровь в сторону и подняла руку, словно готовясь к атаке. Тонкие нити вновь дрогнули, отзываясь на её волю. — Я буду истощать тебя, — сказала она ровно. — А Ли-сан за это время достанет ритуальные компоненты. В комнате повисло напряжение, готовое сорваться в новую схватку. Лиа-ли с усилием оттолкнулся от стены, из пробитой вмятины он вышел с хрустом — то ли камня, то ли собственного тела. Он провёл рукой по щеке, стирая кровь, и, не тратя времени, поднял взгляд на существо, одновременно вытянув вперёд руку, будто уже просчитывал следующий шаг. — Юми, ты не в состоянии продолжать бой… я же вижу, — тихо сказал он, не оборачиваясь. Ответа не последовало — и в тот же момент сколопендра рванулась вперёд, выбрав целью именно её. Огромная пасть раскрылась, намереваясь сомкнуться, но Юми успела поднять руку. В следующее мгновение кровь, подчиняясь её воле, вырвалась вперёд плотной струёй и с силой ударила в нижнюю челюсть твари, сбивая траекторию. Удар оказался настолько резким, что существо с глухим треском врезалось в потолок, оставляя в нём вмятину. Лиа-ли коротко выдохнул и, воспользовавшись передышкой, перевёл взгляд на Кая. — Эй, парень. По спине того пробежала дрожь. Он медленно повернул голову. — Я?.. — Ты. Не против сходить в ближайшую церковь? Нужны святая вода, свечи… крест, или любой другой амулет. Кай замер. Его взгляд метался — от существа, которое только что с грохотом врезалось в потолок, к Лиа-ли, стоящему перед ним с холодной сосредоточенностью. В этом взгляде не было сомнений, только расчёт. Лиа-ли протянул ему кошелёк. — Чего стоишь? Иди. Кай сглотнул, взял кошелёк и, не говоря ни слова, бросился к выходу. Уже у двери он на мгновение обернулся — взгляд скользнул по Юми, и в памяти всплыло странное, почти неуместное ощущение от их первой встречи. Он резко отвернулся и исчез в коридоре. В комнате вновь остались только двое — и тварь. Лиа-ли поднял с пола нож, крепче сжал рукоять и занял позицию. Сколопендра, уже оправившись от удара, резко развернулась и, не теряя ни секунды, бросилась на него. Огромные жвалы сомкнулись в воздухе буквально в сантиметре от его лица — он успел сместиться в сторону и в тот же миг нанёс удар, вонзив клинок в один из её глаз. — НЬЯ-А-А! Визг был пронзительным, почти оглушающим. Существо взбесилось. Оно атаковало с удвоенной яростью. Удар сверху — Лиа-ли отступает. Удар сбоку — перекат. Следующий — почти вслепую, но с такой скоростью, что воздух свистел. Он двигался на пределе, но постепенно начинал уставать. Один из выпадов он всё же пропустил — жало пронзило плечо, и боль мгновенно отдала по всему телу. Юми, стоявшая чуть в стороне, стиснула зубы. Кровь вновь пришла в движение — тонкие потоки обвили рану Лиа-ли, затягивая её, одновременно формируя перед ним нечто вроде нестабильного барьера. Она держалась на ногах лишь силой воли, но продолжала поддерживать его, не позволяя ранам накапливаться. Лиа-ли на секунду замер, чувствуя, как повреждение затягивается быстрее, чем должно, затем снова поднял взгл яд на противника. — Надеюсь, он там недолго… — выдохнул он, перехватывая нож. — Больше тридцати минут я не протяну.