Жизнь налаживается

Следующей ночью Зуко пришёл без маски. Не в синем костюме — в простой крестьянской одежде, с непокрытой головой. Шрам был виден. Они сидели на лавке в саду. Луна висела низко, полная, грустная — та самая, что изменилась после битвы на Северном полюсе. Рико сжимала в руках кружку с травяным чаем — Зуко принёс его с собой, из лавки Пао, в маленьком глиняном кувшине с крышкой. — Ты обещал рассказать, как выжил, — напомнила она. — Я расскажу, — кивнул он. — Но сначала ты. Куда ты хочешь уйти? — Найти подругу Тоф Бейфонг. Дочь советника. Слепая, но… она видит ногами, вибрациями от земли. Невероятный маг. Мы вместе участвовали в подпольных боях. Её схватили солдаты, заперли в железную клетку. Я не смогла её спасти. — Голос дрогнул. — Она велела мне бежать, и я… я сбежала. Оставила её. Теперь я хочу найти её — Рико, — перебил Зуко, и она замолчала, услышав в его голосе странную ноту — что-то между удивлением и облегчением. — Я знаю Тоф. — Что? — не поверила она. — Тоф теперь с Аватаром. Она стала его учителем магии земли. — Зуко говорил быстро, боясь, что она не поймёт. — Мы с дядей втратили их ещё до того, как осели в чайной. По слухам, она сбежала от родителей, присоединилась к Аватару и теперь путешествует с ним. Она в безопасности, Рико. Она на свободе. Рико уставилась на него, открыв рот. Потом моргнула, потом снова уставилась. — Ты… ты не врёшь? — Клянусь честью, — сказал Зуко, и впервые эти слова не прозвучали горько или фальшиво. Рико закрыла лицо руками. Её плечи задрожали но не от рыданий, а от облегчения. Такого огромного, что оно не помещалось в груди. Тоф жива. Тоф свободна. Тоф сражается рядом с Аватаром. — Она в порядке, — прошептала Рико, отнимая руки от лица. Глаза блестели, но она не плакала. — Спасибо, Зуко. Спасибо, что сказал. — Не за что, — ответил он, чувствуя, как от сердца отлегло. Её радость была его радостью. — А как же Аватар? — спросила Рико, отпив чай и передавая кружку ему. — Ты ведь охотился за ним. Что теперь? — Теперь за ним охотится моя сестра, — мрачно сказал Зуко. — Азула. Она получила от отца полномочия и флот. И приказ — поймать Аватара любой ценой. Мей и Тай Ли — с ней. — Та, которая целовала тебя на прощание? Зуко покраснел. — Это было давно. Теперь она соратница Азулы. Рико усмехнулась. — У тебя странная семья. — У тебя не лучше, — парировал он. Они замолчали, глядя на луну. Рико думала о Тоф, о том, что теперь искать её не нужно, она сама найдётся, когда придёт время. Зуко думал о том, что ещё не сказал главного — но не решался. — Можно, я приду завтра? — спросил он. — Можно, — ответила Рико. — Только приходи с чаем. Твой дядя, говорят, стал знаменитым. — Передам, — улыбнулся Зуко. Он поднялся, хотел уйти, но остановился на полпути. — Рико. — Она обернулась. — Я больше не хочу скрываться. Ни от тебя, ни от всего мира. Мы оба изгнанники. Может, нам стоит быть изгнанниками вместе? Она долго смотрела на него, потом кивнула. — Посмотрим. А теперь иди. Линь станет подозревать. Он ушёл. А Рико ещё долго сидела в саду, прижимая к груди остывшую кружку. В голове крутилось: «Тоф с Аватаром. Тоф свободна. А Зуко… Зуко здесь. Живой. Настоящий». И почему-то на душе стало тепло, как после хорошего чая. Линь не была слепой. Ну, в смысле, она видела всё, что происходит вокруг, просто иногда делала вид, что не замечает. Но когда дело касалось Рен, закрывать глаза становилось всё труднее. Всё началось с мелочей. Рен стала зевать за завтраком. Потом — за обедом. Потом Линь поймала её на том, что она чуть не уснула, стоя в углу рынка, пока Линь выбирала ленты. — Рен, ты не высыпаешься, — сказала Линь, когда они возвращались домой. — У тебя круги под глазами. — Это тени от ресниц, — отмахнулась телохранительница. — У тебя ресницы короткие. И вообще, я заметила, ты по ночам куда-то уходишь. Рен промолчала. Линь не стала настаивать она уже знала, что подругу бесполезно пытать. Но насторожилась. И начала наблюдать. Первые два дня наблюдений не дали результатов. Рен как Рен — днём исполняет обязанности, вечером тренируется в саду, потом ложится спать. По крайней мере, Линь так думала, пока однажды не проснулась среди ночи от того, что скрипнула дверь. Она не пошла проверять, зачем? Рен взрослая девочка, может, ей просто захотелось подышать воздухом. Но когда это стало повторяться каждую ночь, Линь забеспокоилась всерьёз. Однажды ей не спалось. Лунный свет пробивался сквозь занавески, и она лежала, глядя на потолок, когда услышала знакомый скрип. Линь тихонько встала, подошла к окну и выглянула в сад. И обомлела. Рен стояла у фонтана, а рядом с ней — он. Парень. Высокий, крепкий. Линь не разглядела лица, только как он перепрыгнул через забор, будто пушинка, и скрылся в переулке. Рен проводила его взглядом, потом медленно побрела домой. Линь юркнула в кровать и притворилась спящей, когда дверь комнаты отворилась. Но сердце её колотилось, как у воробья. Утро следующего дня Линь встретила с решимостью военного следователя. Она подстерегла Рен на кухне, когда та готовила рисовую кашу. — Рен, — сказала Линь, скрестив руки на груди и сурово сведя брови. — Сядь. Рен подняла бровь, но села. — Ты ходишь на свидания. — Что? — Рен опешила. — По ночам. В сад. Ты встречаешься с парнем. Не ври, я видела, как он перепрыгивал через забор. — Это не свидание, — слишком быстро ответила Рен. — А что? Тайное общество? Заговор? Шпионские игры? — Линь подалась вперёд. — Рен, ты моя подруга. Я имею право знать, по крайней мере, что он не маньяк. — Он не маньяк, — вздохнула Рен. — Он… старый знакомый. — Старый знакомый, с которым ты встречаешься по ночам в саду и провожаешь его через забор? — Линь изобразила крайнюю степень подозрительности. — Рен, я знаю, что такое «старые знакомые». Мой отец всех своих партнёров по бизнесу называет «старыми знакомыми». Они не прыгают через заборы. — Мы просто разговариваем, — сказала Рен, и в её голосе послышалась усталость. — У нас с ним… много общего. Мы оба беженцы, оба потеряли дом. Ему некуда пойти, кроме как в чайную лавку, где он работает подавальщиком. — Он подавальщик? — Линь чуть смягчилась. — А имя у него есть? — Зовут… Ли, — солгала Рико, глядя в сторону. — Ну или Не важно. — Ли? — Линь задумалась. — Странное имя. Не местное. — Он не местный. — Рен взяла кружку, сделала глоток. — Линь, пожалуйста, не задавай больше вопросов. Всё, что я могу сказать — он не опасен. Он просто… пытается найти свой путь. Как и я. Линь смотрела на неё долгих десять секунд. Потом выдохнула. — Ладно. Но если ты пропадаешь по ночам, то хоть спи днём. А то выглядишь как умирающий лебедь. — Как кто? — Она не поняла. — Как умирающий лебедь. Я видела в цирке. Очень грустное зрелище. Рикоусмехнулась этот звук Линь слышала редко. — Спасибо за заботу. Кстати, он приносит чай. Очень хороший чай. — С каких это пор ты разбираешься в чае? — С тех пор, как стала пить его ночами, — ответила Рен. Линь фыркнула, но больше не приставала. Только попросила: — Передай своему Ли, что если он обидит тебя — я организую ему встречу с моим отцом. Отец умеет убеждать, когда речь идёт о шёлке. И о нахалах. — Передам, — пообещала Рен и вышла из кухни. Линь осталась одна, крутя в руках пустую кружку. «Ли. — прошептала она. — Какое странное имя. Словно из сказки про духов». Она улыбнулась своим мыслям, вымыла кружку и пошла выбирать ленты к свадебному платью. У Рен появился тайный ночной гость. И Линь почему-то была за неё рада. В конце концов, даже телохранителям нужна любовь. Или хотя бы хороший чай. Линь оказалась настойчивой, как весенний паводок. — Рен, я должна его увидеть, — заявила она на следующее утро, отставив недопитый чай. — Ты говоришь, он подавальщик в чайной. Значит, мы идём туда сегодня же. — Нет, — отрезала Рико, но Линь уже набирала воздух для новой атаки. — Я твоя подруга. Я имею право знать, с кем ты проводишь ночи. Вдруг он маньяк? Вдруг он тебя использует? Вдруг он шпион Нации Огня? — Он не шпион, — процедила Рико, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Откуда ты знаешь? Ты проверяла его документы? — Линь подбоченилась. — Я хочу посмотреть ему в глаза. Сама. — Линь… — Или я расскажу отцу, что ты по ночам встречаешься с незнакомцем. Он уволит тебя, и ты останешься без денег. Рико вздохнула. Спорить с Линь, когда та входила в роль, было бесполезно. — Ладно. Но только посмотришь — и уйдём. И ничего ему не говори. — Конечно, конечно, — Линь уже накидывала на плечи шаль. — Я буду тише мыши. Она не была тише мыши. Чайная лавка Пао располагалась на захолустной улице Нижнего кольца, но посетителей в ней было полно — сказывалась слава Айро, который заваривал чай с магической точностью. Внутри пахло травами, корицей и жареным тестом. За столиками сидели крестьяне, торговцы, пара стражников. Линь ворвалась внутрь, как ураган. Рико плелась сзади, мечтая провалиться сквозь землю. — Пусть нас обслуживает Ли! — крикнула Линь на весь зал, и её звонкий голос перекрыл даже шум посуды. Все головы повернулись к ним. Кто-то закашлялся, кто-то замер с ложкой у рта. Рико захотелось стать маленькой и незаметной, как пылинка. Зуко стоял за стойкой с подносом в руках. Он услышал своё вымышленное имя, поднял голову — и увидел их. Рико, пунцовую от смущения, и светловолосую девушку, которая улыбалась так широко, будто выиграла в лотерею. Кровь отхлынула от его лица. Потом прилила обратно, залив уши багровым румянцем. «Она что, с ума сошла?» — подумал он. Айро, стоявший у чайника, поднял бровь и с интересом уставился на племянника. — Ли, тебя зовут, — сказал он громко, с едва заметной усмешкой. Зуко поставил поднос, вытер вспотевшие ладони о фартук и вышел из-за стойки. Каждый шаг давался ему с трудом, он чувствовал на себе взгляды посетителей, их любопытство, их ухмылки. Кто-то даже хмыкнул. — Добро пожаловать, — произнёс он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Что желаете? Линь уставилась на него в упор, осматривая с головы до ног. — Так ты и есть Ли? — спросила она, чуть склонив голову. — А Рен говорила, что ты… ну, нормальный. — Линь! — шикнула Рико. — Что? Я просто спросила. Зуко стоял, как истукан, и чувствовал, что уши у него сейчас задымятся. Хорошо, что его уши не владели магией огня — иначе чайная лавка могла вспыхнуть. — Чай, — выдавил он. — Принести вам чаю? — Зелёного, — скомандовала Линь, усаживаясь за свободный столик. — И чтобы заварка была свежая. А ты, Рен, садись. Что ты стоишь? Рико села, пряча глаза. Зуко развернулся и пошёл к стойке, чувствуя, как спина покрывается холодным потом. Айро встретил его понимающим взглядом. — Девушка с характером, — заметил старый генерал, наливая кипяток. — Тебе стоит её бояться. — Я уже боюсь, — прошептал Зуко. Он принёс чай, поставил на стол, стараясь не смотреть на Линь. Та взяла чашку, отпила, поморщилась: — Восхитительно! — И вдруг добавила, игриво: — А ты симпатичный, Ли. Почему ты прячешься в этой лавке, а не ищешь себе знатную невесту? Рико закашлялась. Зуко покраснел так, что даже шрам стал ярче. — Потому что, — ответил он, — я подавальщик. А подавальщиков знатные невесты не любят. — А скромных девушек с кинжалами? — Линь кивнула на Рико. — Линь, хватит! — рявкнула Рико, вскакивая. — Мы уходим. — Но мы даже лепёшек не попробовали, — возмутилась Линь, но Рико уже тянула её к выходу. Зуко остался стоять посреди зала, глядя им вслед. Айро подошёл, положил руку на плечо. — Держись, племянник. Это не последняя битва. — Я знаю, дядя, — вздохнул Зуко. — Я знаю. Он вернулся за стойку, разбил чашку — и получил нагоняй от Пао. А Линь, уже на улице, довольно улыбалась: — Он тебе нравится. Я видела, как ты краснела, когда он смотрел на тебя. — Замолчи, — простонала Рико. — Я за вас рада, — сказала Линь и взяла подругу под руку. — Теперь у меня свадьба, а у тебя — тайный поклонник. Жизнь налаживается. Рико ничего не ответила, но в глубине души она была с ней согласна.