11 ноября 1868 года все спокойно;

             — Эй, смотри, что прислал Чарли, — сказала Иви.       Джейкоб отвлекся от того, чтобы таращиться в окно, и обернулся. Что поделать, его интерес легко привлечь.       — Что там?       Иви выбросила бумажную обертку и показала ему посылку. Книга! Что еще можно ожидать от Чарли.       — Он сказал, что здесь его рассказы о Лондоне за последние десять лет. Дополненное издание. Он дарит его нам! — Она посмотрела письмо и процитировала: — «…В благодарность за то, что вы сохранили меня в живых во время моих бессонных прогулок».       — О, Чарли, — растроганно сказал Джейкоб и забрал книгу из рук Иви. — Я буду читать ее с удовольствием.       Иви выпрямилась и прищурилась.       — Ты? Ты едва ли даже умеешь читать, Джейкоб. Конечно, Чарли прислал ее мне.       Он вытянул руку в сторону, когда она потянулась за книгой.       — Сомневаюсь. Это я почти поймал Джека-Прыгуна. И это я оттолкнул его, прежде чем пьяная карета на него наехала.       — Насколько я помню, ты просто столкнулся с ним. И я тоже почти поймала Джека-Прыгуна. Потому что мы были вместе, если ты забыл. Ах да, в твоем черепе просто не укладывается мысль о том, что ты не один распрекрасный Фрай на этом свете. Слишком тяжелое осознание для твоего хрупкого эго, не так ли? — И она вырвала книгу из его рук, воспользовавшись его возмущением.       — Знаешь что? Забирай. — Джейкоб плюхнулся на софу. — Ты заслужила ее больше. В конце концов, это за тобой ему пришлось приходить в Скотланд-Ярд в шесть утра, когда ты изображала танец цыпленка на потеху всей полиции. Посмотри — может, он добавил эту историю в сборник.       Иви яростно покраснела до ушей, пока он смеялся.       — Заткнись! Тебя там не было.       — И очень жаль! К сожалению, я даже не знал об этом случае, пока он мне не рассказал. Иначе я, конечно, позвал бы Генри.       Она посмотрела на него так, что он понял — ему несдобровать, и засунула книгу под мышку.       — Я забираю ее себе. А ты, Джейкоб, оглядывайся, когда будешь ходить по Лондону.       — Страшно! — крикнул он ей вслед.       Затем достал карманные часы и взглянул на время. «Ну, пора», — решил он, хотя на самом деле пора еще не пришла. Он покинул поезд, только слегка неловко пошатнувшись на земле, и огляделся. Над Лондоном поднималось солнце в желтоватой дымке, в воздухе ощущалась осенняя сухая прохлада. До зимы почти целый месяц — бесконечность.       Джейкоб выстрелил шэнбяо в ближайшую крышу и в прыжке вцепился в веревку. Да будет благословлен мистер Белл!       Сегодня в планах у Грачей перевоз большого груза тремя партиями. Они будут представлять собой такой заметный ряд на дорогах Лондона, что внимание со всех сторон обеспечено. Джейкоб уже подкупил все полицейские патрули — они будут смотреть в другую сторону. Настоящая проблема — это энтузиасты, пытавшиеся подорвать деятельность Грачей. Остатки Висельников, желавшие снова отвоевать власть, новые маленькие банды, сосредоточившиеся в тех или иных районах, просто воры и одиночки, подкупленные или нет, которых немало, — Джейкоб и Иви остановили уже по меньшей мере пять диверсий и попыток кражи за два месяца с тех пор, как прочистили Лондон от тамплиеров. Сейчас нужно было показать, что они крепко стоят ногами на земле и собираются задержаться в этом городе надолго.       — Поставь одну повозку впереди и одну сзади — пустышки, — был совет Неда, и Джейкоб как никогда был рад, что Нед сам нашел их, когда они угнали свой первый поезд.       Так что он собирался присмотреть за всем с крыш. Его любимая Милая Мари будет ожидать в порту в Сити, а до тех пор его задача — проследить, чтобы все добрались до места назначения, не потеряв ни людей, ни груза.       Он прибыл в штаб Сити в начале одиннадцатого. Грачи уже грузили повозки. Недавно Джейкоб и Иви заключили хорошую сделку с одной неофициальной компанией, которая занималась контрабандными поставками алкоголя в колонии. Поскольку предприятие было новым — не остатки групп Старрика, — и поскольку лица были знакомы — опять же, да будет благословлен Белл с его нелепыми знакомствами, — они подписали договор и вот уже три месяца работали отлично. Самой страшной проблемой все равно были пираты.       Его ребята собрали груз и расселись. Всего было пять повозок: три настоящие и две для виду. За эти две посадили самых молоденьких щуплых ребят, настоящие бугаи — Братоломью, Шарль и Мэри Джейн взялись за поводья настоящих. Передвигаться они должны были медленно, каждый на одной лошади.       — Не угробьте себя! — напутственно крикнул Питер, когда повозки тронулись. — А главное — не угробьте груз!       — Вот мой человек, — сказал сам себе Джейкоб. Питер был его третьим любимчиком.       Он знал маршрут и следовал по крышам чуть впереди — сначала по Фенчерч-стрит, потом по Леман-стрит к докам. Он видел и своих собственных снайперов на крышах — Грачи хорошо потрудились.       — Мистер Фрай, — удивленно сказала Сара, сидя на краю мансардного окна на Фенчерч-стрит. — Вы сегодня с нами?       — Просто присматриваю, — ответил он с улыбкой. — Как дела?       — Все тихо-спокойно, — сообщила она. — Я здесь с самого утра, ни в окнах, ни на улице ничего подозрительного.       Так что он уже думал, что день будет спокойным и никакой дурак не решит заняться самоубийством. Однако на Леман-стрит, прямо вдоль железных путей, выстроились пять болванчиков с винтовками. Он внимательно огляделся и заметил на балконе ближайшего станционного дома еще одну винтовку. Орлиное зрение показало ему троих дальше вдоль дороги.       Сначала он пошел за снайперами на высоких точках. Все они очень быстро легли от хорошего удара затылком об крышу. Последнего Джейкоб перехватил со спины и подтащил за шиворот к краю крыши. Его любимая игра.       — Давай сделаем это быстро, хорошо? — сказал он хватающемуся за его руки мужчине. — На кого работаешь? Считаю до трех.       — На Ллойда! Ричи Ллойда! — выкрикнул мужчина.       — Отлично. Спасибо за сотрудничество.       Он отпустил мужчину, и тот, взмахнув руками, с криком упал прямо в повозку с сеном внизу. Ничего, даже не поранится. Потом Джейкоб вернулся к железным путям и забил двоих ребят до потери сознания на глазах у товарищей, прежде чем предложил остальным бежать. Те охотно согласились и без лишних слов рванули врассыпную.       — А мои ничего не подозревают, — покачал головой Джейкоб, наблюдая, как внизу едут пятеро его ребят. — Значит, Ричи Ллойд. Надо будет нанести дружеский визит.       Говоря так, он на секунду замешкался. В его уме сразу появилась картина: он и Иви идут к Ллойду и долго показывают ему, куда не стоит совать нос, если не хочется его потерять. Но Иви не было с ним даже сейчас. Она и Генри искали тайники ассасинов, а потом шли на свои вечерние свидания. Не так давно он услышал, как во время одного из таких свиданий Иви пришлось поймать уличного воришку, который украл у Генри золотое украшение с пояса, потому что Генри был «так отвлечен ее красотой». Эту историю он услышал от Агнес! Даже не от самой Иви.       Он скучал по ней. Но скучал бы еще больше, если бы занимался тем же, чем она. Если бы он занимался этим с ней и Генри, то сошел бы с ума и сбросился с креста Сент-Мэри-ле-Стрэнд.       Обычно ей не было скучно заниматься тем же, чем он. Но когда они приехали в Лондон, они приехали за свободой. И оказалось, что, несмотря на долгую совместную жизнь, они хотели разного.       Эта мысль удручала. Действительно удручала, до опущенных рук, до мелких обид, даже до гнева. Он стоял здесь один, на этих рельсах, и скучал по сестре, которая наслаждалась своим новым романом и своей новой жизнью. Ему было стыдно за себя!       — К черту, — сказал он себе и заметил, что повозки уже мелькали вдалеке перед въездом к докам. Он побежал следом.       В доках Милая Мари распределяла людей для переноса груза на корабль. У нее в руках были записи, и она тщательно перепроверяла все, что Грачи доставали с повозок. Рядом с ней стоял капитан — мистер Блэкберд, всем капитанам-контрабандистам капитан — и беседовал с ней.       Джейкоб присел на крышу ближайшего сталелитейного завода и наблюдал издалека, наслаждаясь вонючим бризом с Темзы и ожидая, когда его люди закончат. После этого, когда корабль отплыл, он перескочил по паре парусников, пока не добрался до корабля Ричи. Он изучил маршрут охраны, после чего быстро залез в рубку и познакомил капитана с дулом своего «Кольта». Ричи прибежал из каюты тут же.       — Привет, дорогуша, — улыбнулся Джейкоб. — Я нашел пару твоих крыс сегодня утром.       Ричи побледнел.       Разговор прошел очень продуктивно — он даже получил извинения, что от дельца вроде Ричи было настоящей капитуляцией и проигранной войной, — и Джейкоб спокойно возвращался на ближайшую станцию, где сможет перехватить свой поезд, когда на окраине Сити к нему подошла очень представительная дама, спасавшаяся от осеннего солнца кружевным зонтиком и богатой шалью. С ней рядом вышагивала молодая протеже.       — Мадам Харлоу, — очаровательно приветствовал Джейкоб. — И маленькая леди О.       Олвин взглянула на него холодно — так же холодно, как пощечина рыбьим хвостом, но Кларисса улыбнулась не менее очаровательно и протянула руку в перчатке из тонкого шелка для поцелуя. На пальце у нее сверкало дорогое кольцо.       — Доброго дня, мистер Фрай. Солнце недавно взошло, а вы уже весь в делах.       — Что ж, моя профессия такая же дневная, как и ночная. Вы следили за мной?       — Не совсем так. Вы недостаточно таитесь в своих делах, чтобы возникала необходимость выслеживать вас. Однако я наблюдала за вами, верно.       — Польщен. Чем я могу помочь? — Он предложил ей руку, и она, снова улыбнувшись — у мужчин, должно быть, кружилась голова от ее улыбки, — приняла его приглашение. Они направились по Уайтчепел-роуд.       Мадам Харлоу была известной содержательницей нескольких борделей и домов свиданий в Уайтчепеле и Сити — известной, конечно же, в самых узких кругах. Основную работу она доверяла своим так называемым дамам-наместницам, именно потому ее бордели считались — если возможно так говорить о борделях — безопасными. Это были своего рода приюты для всех желающих заняться данным бизнесом — то есть для всех девушек, уже испорченных кем-то другим и не видящих для себя иных путей. Джейкоб был мало знаком с огромным миром, бездонной ямой лондонской проституции, но он видел дома, в которых жили проститутки, видел бордели и видел притоны, и иногда он становился свидетелем тому, как они работали. Это была неописуемая галерея женщин самого разного типа, и почти каждая из них — несчастна или должна быть таковой. Некоторые, впрочем, были очень удачливы и даже хорошо выходили замуж. Как мадам Харлоу, чье имя, конечно же, было не Кларисса, а фамилия — не Харлоу, а титул — вовсе не мадам, но, хотя он провел свое расследование, как только они познакомились, он знал ее именно так и вел дела не с кем иным, как с мадам Клариссой Харлоу. Да будет упокоен с миром уважаемый мистер Ричардсон.       — С тех пор, как вы с сестрой обосновались в городе, вокруг стало значительно спокойнее, — сказала ему мадам Харлоу. — И я думаю, вы хорошо знаете, какую группу людей я имею в виду. У мистера Старрика были большие планы на мой бизнес, прежде чем вы смели его империю с шахматной доски.       — Вам продолжают докучать? — спросил Джейкоб.       — Никто мне не докучает. Но у меня зоркий глаз, мистер Фрай. Я очень хорошо слежу за моими местами. И должна вам сказать, что, хотя король и королева сброшены с доски, осталось несколько фигур, которые продолжают как ни в чем не бывало выполнять свою прежнюю работу. Шпионы тамплиеров все еще ходят по моим борделям.       Джейкоб оживился, как ищейка, почувствовавшая в воздухе верный запах.       — Эти шпионы знают, что вы о них знаете?       — Мы все знаем друг о друге, мистер Фрай. По крайней мере, так я всегда говорю себе. С другой стороны, я сомневаюсь, что они ожидают от меня каких-либо действий. При мистере Старрике мне удавалось поддерживать очень хороший нейтралитет. С вами мне не хотелось бы иметь таких отношений.       — Каких отношений вы со мной хотите? Прошу прощения за то, как это звучит. Вы начали.       Она слегка рассмеялась глубоким женственным смехом, в котором не было ничего удивленного или очарованного.       — Вообще-то я хотела бы рассчитывать на вашу защиту. Сами понимаете, мы — очень уязвимый слой населения. Но также широко распространенный и неискоренимый. Вы даже не представляете себе, сколько тайн мне известно и сколько дверей открыто. Помогите нам — и у вас будет самая надежная сеть информаторов, какую только возможно создать в Лондоне.       — Звучит заманчиво. Полагаю, избавить вас от шпионов тамплиеров — первый шаг к сотрудничеству?       — Верно.       — Знали бы вы, как я рад это слышать. — Джейкоб предвкушал работу. Наконец-то тамплиеры!       Мадам Харлоу удивленно улыбнулась.       — Поистине, у мужчин две страсти: женщины и уничтожение других мужчин.       — Ни одна женщина еще не сказала лучше, — согласился Джейкоб.       Он подвел мадам Харлоу и ее маленькую протеже к каретной стоянке на краю Филдгейт-стрит, и мадам Харлоу ловко передала ему листок, пока делала вид, что прощается.       — Здесь вы найдете все имена и соответствующие адреса моих заведений. Дамы могут помочь вам или не помочь в зависимости от их желания. Пожалуйста, постарайтесь не распугать клиентов.       — Сделаю все что в моих силах, — заверил он и помог им сесть в карету.       Затем он забрался на ближайшее здание и изучил листок. У мадам Харлоу был замечательный почерк — как раз та каллиграфия, которую Джейкоб затруднялся читать. «Иви бы прочла», — подумал он — а затем послал все к черту, поднялся на ноги и, спрыгнув на соседнюю крышу, отправился на ее поиски.       Она говорила, что последние дни проводила в Вестминстере — изучала Часовую башню и Аббатство. В тайниках Кенуэя обнаружилось несколько карт, не найденных тамплиерами Торн, и теперь она тщательно шла по следу. К тому же, Белл попросил изредка проверять телеграфные линии.       Неподалеку от Аббатства, в садах, он увидел даму с кавалером, которые обсуждали какую-то птицу.       — Это ворона? — спрашивала дама. Мужчина старательно хмурился и щурился сквозь пенсне.       — Не думаю, слишком большая для вороны. Возможно, орел?       Джейкоб проследил за их взглядами и ухмыльнулся, обнаружив яркую черную точку на вершине Биг-Бена.       — Это грач, — сказал он паре.       — Нет же, — возразил мужчина, — не тот размер.       Но Джейкоб уже не слушал, направившись к Аббатству. Когда он влез на башню в первый раз, то весь вспотел, а его руки едва шевелились. Ему пришлось долго сидеть под колоколом, чтобы отдохнуть и не разбиться при спуске. Все потому, что они с Иви поспорили, кто заберется на самый верх быстрее своими силами. Он выиграл, хотя и едва.       Теперь подъем наверх казался тяжелым, но развлечением. Он запомнил расположение самых удобных борозд и карабкался, подтягиваясь и цепляясь. Чем выше, тем сильнее и холоднее становился ветер. На вершине Часовой башни уже никого не было. Глубоко дыша, он сел на край балкона колокольни и внимательно огляделся вокруг, выискивая темную фигуру Иви или светлую — Генри, но ничего не нашел. По крайней мере, Иви была где-то рядом. Она не могла уйти далеко.       В ту секунду, как он это подумал, услышал громкий крик за спиной. Со страху он запустил шэнбяо в край балкона и спрыгнул вниз, повиснув. Над балконом показалось ухмыляющееся лицо Иви, прикрытое капюшоном. Она держала в руках натянутую деревянную рогатку.       — Искал меня?       — Иви… — предупреждающе начал Джейкоб.       — Я же говорила, осторожнее ходи по Лондону.       Она выстрелила из рогатки, и шляпа, едва державшаяся у Джейкоба на голове, кружась, полетела вниз, во двор здания парламента.       — Прекрати! — рявкнул он.       Иви только рассмеялась и убрала рогатку. Затем протянула ему руку. Он подтянулся, принял помощь и забрался на балкон.       — Зачем ты здесь? — спросила Иви. — Решил покопаться в наследии предков?       — Тогда я бы стал фермером, — Джейкоб сунул руку в карман и протянул ей листок. — Это от мадам Харлоу. Список шпионов Старрика, которые продолжают ходить в ее заведения.       — Мадам Харлоу? Сводница? — уточнила Иви, изучая список. — Мы с ней обменялись парой писем. Похоже, с ней можно работать.       — Я тоже так решил. К тому же, она предложила союз. Если мы разберемся вот с этим, — он постучал по списку.       — Хм. Это было бы полезно. С учетом того, что Братство продолжает требовать отчеты, было бы хорошо сообщить им о новом союзнике. Возможно, тогда они оставят нас в покое ненадолго.       — Я удивлен, что они все еще не здесь.       — Это потому, что город наш, а мы с ними не ладим. Но Джордж рассказал, что они начинают постепенно приезжать.       — И как долго еще Лондон будет нашим?       Иви не ответила. Когда он взглянул на нее, она рассеянно, меланхолично пожала плечами. Джейкоб нахмурился и хотел было спросить, в чем дело, но она сказала:       — Пока что он наш. Так что давай сделаем эту работу. — Она подняла перед ним список. — Выбери самое ужасное имя.       Джейкоб, прищурившись, пробежал взглядом по листу.       — Пет-рес-ку выглядит достаточно зловеще.       — Тогда пошли припугнем его.       Они направились в один из указанных уайтчепелских борделей мадам Харлоу. Здание выглядело достаточно прилично и имело выход как к улице, так и к переулку, если мужчина искал более потаенный способ уйти. На входе их встретила очень расфуфыренная дама, так густо раскрашенная, словно готовилась дать выступление в мюзик-холле, хотя это потрясающе ей шло. Она спросила, хотели ли они втроем или каждому по девочке. Джейкоб удивленно вскинул брови.       — Мы ищем «Ласточку», — невозмутимо произнесла Иви. — Ее посещает один ваш клиент, Теодор Петреску, который, когда мы с ним закончим, больше и шагу не сделает в это или другое подобное заведение Уайтчепела.       — А, — понимающе сказала дама. — Тогда вы как раз вовремя. У мистера Петреску осталось еще примерно… двадцать минут. Он предпочитает выходить через улицу.       — Благодарим вас.       — Спасибо, — добавил Джейкоб. Дама кокетливо улыбнулась ему. Иви закатила глаза и вывела Джейкоба прочь.       На ближайшем закрытом балконе, с которого хорошо обозревались окрестности, они принялись ждать. Цель вышла из борделя через полчаса.       — Тихо или громко? — спросила Иви.       — Громко, — ответил Джейкоб.       — Ты такой предсказуемый.       Они спрыгнули с балкона. Теодор Петреску, мельком обернувшись, замешкался, а потом со всех ног побежал. Действительно, предсказуемо.       — Наперегонки за ним? — предложил Джейкоб, и в следующую секунду Иви уже пронеслась мимо него, хлопнув по плечу. Джейкоб закатил глаза и помчался следом.       Цель метнулась через дырявый забор в ближайший двор, и Иви ловким прыжком последовала прямо за ней — только полы плаща мелькнули в зазоре. Джейкоб сообразил поступить умнее и, не оббегая деревья и заборы, пробежал напрямик к соседней улице, присматривая орлиным зрением за двумя золотистыми фигурами. Он подоспел как раз вовремя, чтобы увидеть, как цель, спотыкаясь, бежит прямо по Сильвер-стрит, а Иви выныривает из переулка. Джейкоб рванул вперед изо всех сил и, напрягшись, скользнул в подкат по грязной мостовой прямо под ноги Иви. Она споткнулась и сделала неуклюжий кувырок.       — В бою все средства хороши, — крикнул Джейкоб, пробегая мимо.       — Ах ты!..       Но он не оборачивался, сосредоточившись на Петреску. Тот уже свернул за угол и перебегал дорогу с активным движением, лишь чудом уворачиваясь от лошадей и карет. Чтобы сократить расстояние, Джейкоб запрыгнул на забор и сделал широкий прыжок. Он почти догнал! В тот момент, когда его от Петреску отделяла только дорога, неожиданно прямо перед его лицом промчался кэб без кучера. Иви соскочила с козел и уже мчалась за Петреску. Джейкоб выругался и побежал за ними. Когда он подоспел, Иви уже уткнула Петреску лицом в камень.       — Все средства хороши, — многозначительно сказала она ему.       Он только заворчал.       Раздался свисток — с другой стороны улицы к ним приближался констебль.       — Мисс Фрай, — строго сказал он, явно узнав Иви. — Что происходит?       — Помогите! — закричал Петреску. — Убивают!       — Этот господин вышел из борделя, не оставив ни пенни, — сказала Иви. — Полагаю, теперь он подумает дважды, прежде чем обманывать работающих женщин.       — Это ложь! — убежденно воскликнул Петреску.       — Хм. Не создавайте больше шума, — сказал констебль и ушел.       Петреску было снова закричал, но Иви познакомила его лицо поближе с мостовой.       — Пока замолчи. Я еще не задала вопрос, — и она рывком подняла Петреску с земли.       Они допросили его в ближайшем переулке, но получили немногое, а из важного только имя работодателя — Роберта Хайда. Кто это такой и где его найти, добиться не вышло, и один из проезжавших мимо Грачей согласился прокатить парня по улице на крыше своей кареты.       — Следующего выбирай ты, — сказал Джейкоб.       Им удалось поймать еще двоих — одного не в борделе, а на рынке в Ковент-Гардене, — и выяснить, что Роберт Хайд был не кем иным, как содержателем большого игорного дома на Оксфорд-стрит, что он был одним из знакомых Старрика с собственным бизнесом и теперь имеющим виды на кое-какие остатки империи. В конце концов, исчезновение Старрика оставило огромные пустоты в экономике Лондона, и Джейкобу и Иви не удалось закрыть их все.       — Игорный дом? Придется одеться прилично, — заметил Джейкоб. — У тебя приготовлено платье?       Иви только неприязненно взглянула на него.       Она отказалась носить то чудовище, которое надевала на прием в Букингемский дворец. Корсет все равно был ужасен, но, по крайней мере, она могла шевелить руками и ходить быстрее, чем во время прогулки с ленивым пуделем. Они прибыли на Оксфорд-стрит около девяти, в самый разгар вечера в местных клубах, кафе и мюзик-холлах. Повсюду горели фонари, и в парках наблюдалось большое оживление, несмотря на сгущавшиеся сумерки. На Иви была элегантная темная шубка, прикрывавшая плечи. Джейкоб галантно предложил ей руку, но она, казалось, была слишком сосредоточена на публике, чтобы обращать внимание на его шутливость.       — Генри не ревновал? — поинтересовался Джейкоб, пока они шли сквозь уличную толпу ко входу в игорный дом, где уже собирались мужчины и женщины всякого сословия.       — Не знаю, заметил ли ты, — ответила Иви, — но Генри — разумный, адекватный взрослый мужчина без дурацких комплексов.       Джейкоб, к сожалению, заметил. Он просто не терял надежды найти хоть что-нибудь компрометирующее.       На входе они представились как Джозеф и Мария Уайты, заплатить пришлось круглую сумму. Этот Хайд не стеснялся убеждаться, что в его комнаты финансового зла попадут только богачи.       Зато внутри все соответствовало высшему классу. Красный бархат и ковры на черно-белой плитке, дорогие панели темного дерева, колонны и арки, балконы, украшенные искусственными золотыми цветами. Повсюду мелькали драгоценности — серьги, колье и браслеты, украшения на сумочках, цепочки часов. Любой воришка разошелся бы здесь не на шутку, если бы не потерял сознание от количества возможностей. Люди уже объединялись вокруг игровых столов и выстраивали очереди возле пунктов обмена фишек.       — Вижу цель, — сказал Джейкоб. — Бродит в восточной части зала. У него там свой уголок.       — Значит, не приближайся. Смотри туда, — Иви слегка подтолкнула его локтем в нужном направлении.       Джейкоб повернул голову. В другом конце зала, возле комнаты, укрытой красной портьерой, какой-то хорошо одетый громила пытался запереть молодого человека.       — Отпустите меня, я ничего не сделал, — настаивал он. — Я невиновен!       Громила одной рукой засунул его в комнату, захлопнул дверь и закрыл ее на ключ. Ключ повесил себе на пояс.       — Неплохо. Можно разведать. — Джейкоб присмотрелся к бару. — Есть одна вещь, которую я пробовал в Альгамбре. Та слабительная смесь, которую придумал Чарли, у тебя с собой?       — Хочешь всех отравить?       — Посмотри на ту официантку. Курсирует от бара прямо к нашей цели. Хорошая возможность.       — Займись ей. Я заберу ключ и постучусь в комнату к бедняге. Не попадись.       — Ты тоже.       Иви передала ему слабительное, и они разошлись.       Джейкоб занял место у бара и попросил белый бренди. Вокруг него было много мужчин и женщин, причем, похоже, парочка проституток, искавших состоятельных кавалеров на несколько ночей. Джейкоб легко затерялся в толпе, изредка поглядывая в сторону Хайда. Того едва возможно было разглядеть из-за густой толпы возле карточных столов. Он сам не играл, а беседовал с кем-то, сидящим с ним за одним столиком.       Официантка, обслуживавшая Хайда, выглядела усталой. Она едва сумела протиснуться через толпу, не уронив хрустальных стаканов, и тщательно держала лицо, чтобы не нарваться на неприятности от гостей. Но ее лоб блестел от пота, а плечи ссутулились, когда она прислонилась к барной стойке.       — Джордж, еще хереса, пожалуйста, — сказала она.       — Тяжелый вечер? — спросил Джейкоб с доброй улыбкой, когда бармен отошел. Официантка взглянула на него растерянно-смущенно, словно не понимала, как это он — богатый гость — обращался к ней и зачем. — Сегодня очень оживленно. Я лично здесь в первый раз.       — В «Большой игре» всегда много людей, — ответила официантка, скромно поправляя прядь волос.       — Страшно подумать, как владелец ходит с такими полными карманами. Должно быть, это мучение.       Официантка коротко улыбнулась. Джордж вернулся с хересом и наполнил два стакана, после чего косо взглянул на Джейкоба, но отошел, когда его позвала молодая пара. Джейкоб потянулся заправить официантке прядь волос за ухо. Бедняжка стояла столбом, явно привыкшая, что к ней тянули руки.       Вместо того, чтобы прикоснуться к ней, Джейкоб достал у нее из-за уха серебряный шиллинг.       — Ты плохо спрятала, — сказал он, показывая монету и мановением другой руки просыпая в бокалы слабительное. Затем он осторожно положил шиллинг на поднос и понимающе улыбнулся. — Смотри, как бы эти старые игроки не заприметили твои деньги.       Официантка раскраснелась. Джейкоб ушел, чтобы не смущать ее и не мешать ей работать. Из своего угла, попивая бренди, он наблюдал, как Хайд поглощал свой херес, с любопытством смотрел в бокал, но, кажется, ничего не подозревал. Вскоре вернулась Иви.       — Парень — его бухгалтер, — сказала она. — Ведет все счета. Очень удобно согласился помочь, когда Хайд исчезнет со сцены.       — Мы можем заменить им Хайда?       — Возможно, на первое время сойдет. Я дала ему понять, что теперь он работает на нас.       — Прелесть. Тогда, полагаю…       — Мистер и мисс Фраи?       Он обернулся и увидел официантку с пустым подносом. Она неуверенно и болезненно смотрела на них, словно изо всех сил желала быть в другом месте.       — Мистер Хайд приглашает вас к своему столу.       Джейкоб переглянулся с Иви.       — Раз сам хозяин приглашает, — протянул Джейкоб и сообщил официантке: — Если ты вдруг подумывала увольняться, не стоит. Мы собираемся приобрести это место и улучшить условия труда.       Иви подтолкнула его.       — Пошли.       Они начали неторопливо пробираться через толпу, как обыкновенные гости. Люди самозабвенно играли. Один мужчина за карточным столом так яростно сбросил свои карты и схватился за волосы, что людей вокруг бросило в хохот.       — Барон-то совсем проигрывается! — говорили они.       — Остановите его, он выдергивает себе усы!       Роберт Хайд ожидал их на красной длинной софе, обшитой бархатом. Когда он увидел их, то встал, демонстрируя свой дорогой щегольский смокинг. Он был уже немолодым мужчиной, но подтянутым и в хорошо сшитой по фигуре одежде, которая его молодила.       — Близнецы Фрай, — приветственно сказал он, по-хозяйски улыбаясь. — Я думал, мне показалось, что я видел ваши лица в толпе. Если бы вы предупредили, что зайдете, я приготовил бы шоу. У нас здесь часто бывает весело.       Он предложил им места, и они все вместе сели — он и Джейкоб на софу, а Иви в отдельное кресло.       — Каждый день смотреть, как богачи кладут вам в карманы фунт за фунтом, полагаю, должно быть уже достаточно весело, — сказал Джейкоб.       — Я слышу критику. Однако сомневаюсь, что люди, которые добились своего статуса убийством всех на своем пути, имеют право судить меня.       — Не в наших правилах выносить суждения, — произнесла Иви. — Или критиковать решения. Как вы и сказали, мы сосредотачиваемся на убийстве — по крайней мере, об этом вам стоит помнить.       — Да, да, — небрежно отозвался Хайд. — У вас есть кредо, не так ли? Забавная вещь, пережиток древних времен. Кроуфорд Старрик не делился со мной многим, но я люблю все знать. Я хорошо знаю историю. И мне известно, что в Лондоне, несмотря на то, что вы сделали, вы еще пока никто. Просто бандиты. А я — я очень уважаемый человек.       — Кроуфорд Старрик тоже был уважаемым человеком, — сказал Джейкоб. — Как видите, и для них делают гробы.       Хайд рассмеялся и указал на них обоих.       — Вы мне нравитесь. Нам необязательно ссориться. Я бы очень хотел поладить с вами двумя.       — С нами трудно ладить, — легкомысленно сказал Джейкоб, рассматривая ногти.       — Зато со мной — легко, — ответил Хайд. — Я не заинтересован в делах тамплиеров — в делах, которые повредят вашему ордену. Меня интересуют только те стороны власти Кроуфорда Старрика, которые касаются лондонских предприятий. Я слышал, что Альгамбра сгорела, и это очень печально, но под его ведением также находился театр «Ротонда» и Креморнские сады. Я знаю, что у вас виды на весь бизнес Старрика, но я просто предупреждаю: если мы с вами вступим в борьбу за него, вы проиграете. Я на этой сцене уже очень давно. Но если мы сможем договориться, вы с вашей начинающей бандой сможете…       Он замолчал, не резко, а медленно, тонко нахмурившись, словно прислушиваясь к чему-то. Затем поерзал. Открыл рот, чтобы продолжить, но тут же закрыл его и сжал губы. На лбу у него блестела испарина.       — Мистер Хайд? — шелково произнесла Иви.       Хайд медленно и осторожно встал.       — Прошу прощения, мне надо…       Иви и Джейкоб поднялись и подхватили его с двух сторон.       — Не так быстро, мистер Хайд.       — В чем дело? — заботливо спросил Джейкоб. — Живот заболел?       Губы Хайда неприязненно скривились.       — Вы… вы… — он едва плелся за ними: ноги не слушались. — Я сейчас…       — Держите, пожалуйста, все в себе, — попросил Джейкоб.       — Информация о всех ваших бухгалтерских операциях у нас, мистер Хайд, — тихо и ясно сказала ему Иви. — Нам не нужно сотрудничество. Мы можем засадить вас в тюрьму прямо сейчас, по щелчку пальцев, и вы ничего не успеете спрятать, потому что будете сидеть в туалете.       Хайд прямо-таки трясся от гнева, хотя был бледен от слабости и явно изо всех сил сдерживался, чтобы не упасть. Он уже хватался за живот и сильно морщился.       — Прокатимся с нами до Скотланд-Ярда? — спросил Джейкоб. — Ваш бухгалтер уже ожидает в карете.       — Мой… ах вы!..       Когда сразу с двух сторон охрана пошла им навстречу, Джейкоб достал револьвер, спрятанный под пиджаком.       — Что ж, пора добавить немного паники.       Он поднял револьвер и выстрелил в потолок. Люди закричали. Кто-то пригнулся, другие начали прятаться. Народ зашевелился, некоторые тут же направились к выходу. Толпа была такой густой, что охранников это легко задержало. На входе стоял хорошо одетый громила, который, вероятно, мог разбить целый бочонок одним ударом. Он тоже обернулся на выстрел и теперь внимательно наблюдал за их приближением. Джейкоб предусмотрительно спрятал револьвер, ворча оттого, что Хайд висел у него на шее мертвым грузом.       — Мистера Хайда отравили, — изображая истерику, обратилась Иви к громиле. — В карету, срочно! Его нужно отвезти в больницу!       Громила пропустил их и пошел следом, чтобы проследить, что Хайд будет доставлен в карету. Пока Иви упаковывала его тело, Джейкоб обернулся и ударил громилу прямо в лицо. К сожалению, того это только разозлило, а щелчок носа, казалось, совсем не причинил ему вреда. Громила поднял кулаки и хрустнул костяшками пальцев.       — Ладно, я задержусь на пять минут, — сказал Джейкоб. — Иви, мчи!       Иви тут же забралась на козлы, изящно убирая из-под ног полы платья, тряхнула поводьями и послала лошадь галопом. Оставалось надеяться, что они все доберутся до места живыми — Иви правила ужасно!       Джейкоб поставил защиту перед лицом.       Возможно, он задержался дольше, чем на пять минут, и, возможно, приехал менее опрятным и менее целым, чем был, но даже если так, знать об этом было никому не обязательно. В Скотланд-Ярде тюремная клетка пустовала, когда Джейкоб прибыл. Однако прежде чем он успел обеспокоиться, ему сообщили, что Хайд захватил полицейскую уборную.       Абберлайн в коридоре психовал на Иви:       — Это Роберт Хайд! Вы не можете просто привезти мне Роберта Хайда!       — Чем это отличается от того, чтобы привезти вам любого другого преступника? — скучающе спрашивала Иви.       — Тем, что Роберт Хайд — не головорез и не бандит!       — Да, он нам уже сказал, — произнес Джейкоб, подходя к ним. — Он очень уважаемый преступник, держатель игорного дома и жадный до власти прохвост. И у него понос. Как дела, Фредди?       Абберлайн вздохнул.       — Ему, конечно, место за решеткой. Но это будет очень тяжелый суд. — Взволнованно проведя рукой по густым бакенбардам, он признал: — На самом деле я должен вас похвалить. Вы привезли его здоровым… или почти здоровым, а вместе с ним — доказательства, хотя и не так много, как мне бы хотелось. Вы действительно работаете все лучше. В таком духе мы могли бы даже продолжить наше… сотрудничество.       — Фредди, — Джейкоб одобрительно хлопнул его по спине. — Хорошее решение. Ты не пожалеешь об этом.       Абберлайн выглядел кисло, словно уже жалел.       — Вы принесли мне кучу дел сегодня. Надеюсь, к утру не выяснится, что в месте вашего последнего пребывания что-то сгорело или взорвалось.       Джейкоб промолчал, чувствуя, что это камень в его огород.       — Не беспокойтесь, Фредерик, — сказала Иви. — Я была с Джейкобом.       — Это и вызывает у меня опасения, мисс Фрай. Я никогда не могу предсказать, чье влияние возьмет верх, когда вы вместе. Теперь, если вы извините меня…       И он поспешно ушел, когда кто-то из полицейских пожаловался, что Хайд не покидает туалета.       Джейкоб, ухмыляясь, прислонился к стене и скрестил руки.       — По-моему, все прошло хорошо.       — Пожалуй, — согласилась Иви, и задумчивая улыбка украсила ее лицо.       — Уверен, ты рада, что пошла со мной вместо того, чтобы ковыряться в Биг-Бене.       Иви выразительно закатила глаза.       — Я думаю, это ты рад, что я пошла с тобой.       Джейкоб пожал плечами.       — Так и есть. Было весело. Мы отличная команда.       Улыбка Иви медленно растеклась, пока не стала едва заметной.       — У меня есть для тебя новость, Джейкоб. Важная.       — Боже. Звучит ужасающе.       — Генри сделал мне предложение.       Джейкоб напрягся. Не зная, что сказать, он криво выдал:       — Э-э, поздравляю.       Иви вздохнула.       — Не предложение брака.       — О, — Джейкоб расслабился. — Не пугай меня так. Что за предложение?       — Он предложил мне вернуться с ним в Индию, — сказала Иви.       Джейкоб смотрел на нее с ощущением, словно только половина ее слов имела смысл.       — Что? — спросил он, пытаясь убедить себя, что не понял этого чрезвычайно простого предложения.       — Он предложил мне вернуться с ним в Индию, — спокойно повторила Иви, внимательно наблюдая за ним. — И я намерена согласиться.       — О, — сказал Джейкоб. Некоторое время он молчал, не представляя себе, что такое Индия и кто такой Генри. Потом это все навалилось на него разом. — Извини, — бросил он, уходя. — Мне нужно срочно пойти во что-нибудь выстрелить.