Глава 2

      Новый день встретил Кисаме ощущением чего-то острого и холодного у основания шеи. Первым, что увидел бывший Акацуки, было нахмуренное лицо его вчерашнего противника, сосредоточенно смотревшего на гостя. Краем глаза Кисаме увидел малышку Ячиру, которая с беззаботным лицом наблюдала за пробуждением мечника.       — Доброе утро. — невозмутимо поздоровался Кисаме. — А ты довольно быстро восстановился для того, кто сражался полдня кряду.       — Какого хрена ты тут забыл? — серьезное лицо верзилы не давало разрядить ситуацию. — Ты кто, нахрен, вообще такой? Приперся вчера из ниоткуда, зачем-то вмешался в мой бой, а теперь дрыхнешь в моем доме. Как Ячиру вообще впустила тебя?       — Вообще ты мне благодарен быть должен. — весело отозвался Кисаме, даже не напрягаясь с лезвием у шеи. — Если бы не я, твоя маленькая подруга вряд ли дотащила бы тебя до дома. Так бы и валялся там на поляне, истекая кровью.       — Это правда. Кен-чан, ты дурак! — верзила невольно отпрянул от Кисаме, когда ему на шею запрыгнула розоволосая малявка. Тот воспользовался моментом и поднялся на ноги. — Ты сам виноват! Я не смогла бы тебя дотащить и перевязать. Ты должен сказать ему спасибо…       — А из-за кого я, по-твоему, отрубился? — упрямо рыкнул «Кен-чан», не сводя взгляда с незнакомца. — Если бы этот придурок там не появился, я бы быстро разобрался с теми слабаками, и мы бы спокойно пошли домой.       — Послушай, — обратился Кисаме к своему новому знакомому, который все еще держал меч направленным на него, — у нас с тобой не должно быть никаких взаимных претензий. Мне тоже хотелось немного размяться, а тут столько смельчаков попалось. Тебе разве не хватило? Мне показалось, что мы с тобой все уладили на мечах.       Верзила ещё с минуту сверлил Кисаме взглядом, прежде чем тяжело выдохнул и опустил клинок. Жестом пригласив гостя, он сел на один из лежавших у низкого столика дзабутонов. Ячиру так не слезла с него.       — Мы с тобой не с того начали. Для начала, кто ты, мать твою, такой? Я знаю каждую мразь, которая обитает в этом районе, а живу я здесь уже много лет, и, поверь, твою рожу я бы точно запомнил.       — Ты прав, — невозмутимо ответил Кисаме, — я действительно не из этих краев. Но даже если я тебе расскажу откуда я, то ты вряд ли поверишь.       — А ты попробуй. В зависимости от того, что ты расскажешь, я решу, что с тобой делать. — верзила не сводил со своего вчерашнего противника тяжелого взгляда, держа руку на рукояти меча. Кисаме подумал полминуты, тщательно обдумывая свои слова, прежде чем начал говорить.       — Прежде я задам тебе вопрос. Как ты отреагируешь на то, что я не из этого мира? — Кисаме вопросительно посмотрел на своего собеседника, ожидая реакции.       — Хм, имеешь в виду, что ты здесь новенький? — невозмутимо отозвался тот, отчего Кисаме невольно обомлел.       — Эм, да, но как ты понял?       — А так со всеми происходит, кто после смерти попадает в этот мир. — с каждым произнесенным словом глаза Кисаме становились все шире. Откуда он все это знал. — Скажу прямо: если ты оказался в этом районе Руконгая, значит тебе не повезло, и при жизни ты явно не цветочки сажал.       — Рукон… что? Можно с этого места поподробнее? — верзила на это только сокрушенно выдохнул.       — Вечно приходится все разжевывать всяким полудуркам… Ладно, начнём сначала. Короче говоря, ты умер, парень. — Непонимание происходящего все сильнее проявлялось на лице Кисаме, неужели Синигами-сама его обманул, говоря о новом мире. — Место, в котором ты оказался, называется Общество Душ. Сюда попадают все души после смерти, за некоторыми исключениями. За сопровождение душ в этот мир отвечают синигами. Они здесь кто-то вроде элитного отряда воинов. Они патрулируют мир живых и следят, чтобы души умерших смогли пересечь границу между мирами. Все понятно?       — Пока да. — Да уж, в интересную ситуацию он попал. Чувство юмора у Бога Смерти было явно на высоте. — Погоди, ты сказал, что я при жизни совершал зло. Как ты это понял?       — Когда в Общество Душ прибывают новенькие, синигами проводят регистрацию. В зависимости от того, как люди прожили свою жизнь, они определяют, в каком районе Руконгая их поселить. Если человек был подонком, то ближе 70-го района его точно не определят. А ты сейчас на севере в 80-м районе, короче, на самом отшибе этого мира. Тут сплошь ворье, убийцы, насильники, и условия жизни тут соответствующие. Тебе же должны были объяснить все при распределении. Кстати, у тебя и билет от них должен быть. А ну-ка покажи!       — У меня его нет. И, честно говоря, я понятия не имею, о чем ты сейчас говорил. — атмосфера в комнате заметно потяжелела. Энергия, похожая на ки, давила страшно. Кисаме пожалел, что меч лежал далеко от него.       — Так, ты ещё более подозрительный тип, чем я думал. Выкладывай все: кто ты, откуда и зачем ты здесь, иначе уйдешь, недосчитавшись конечностей.       — Кен-чан, прекрати! — Давление резко спало, стоило Ячиру треснуть своего друга по голове. Кисаме облегченно задышал. Тот явно не шутил. Лучше рассказать им все без утайки. Все равно он не из этого мира. Поэтому информация, которой он поделится, не представляет сейчас никакой ценности.       — Для начала нам стоит представиться друг другу. Хошигаки Кисаме. — прошло несколько мгновений, прежде чем тот, поборов сомнения, пожал протянутую руку.       — Меня зовут Зараки Кенпачи. А теперь выкладывай, хватит церемоний.       — Я сам не понял, как попал сюда, но в одном ты прав. Я действительно при жизни был не самым хорошим человеком. Я был шиноби-мечником элитного отряда своей деревни. Нам поручали самые ответственные миссии, от которых часто зависела судьба нашей страны. Мы убивали, пытали, делали все, чтобы добыть, сохранить и доставить полученную информацию. Иногда в безвыходной ситуации нам даже приходилось убивать своих же товарищей, чтобы вражеские ниндзя не смогли вытянуть из них необходимые коды и шифры.       — Ниндзя, говоришь, — задумчиво почесал подбородок Зараки. — Знаешь, здесь периодически появляются люди в черном со скрытыми лицами. Когда они тут, обычно на следующее утро в районе недосчитываются людей, в основном, самых отмороженных, которые мешают тут жить. Хочешь сказать ты был кем-то вроде этих тайных убийц?       — Что-то вроде того. — слова Зараки удивили Кисаме. Оказывается, и здесь есть свои шиноби.       — И ты тоже занимался подобным?       — И не только. Помимо одиночных убийств мой отряд занимался и более крупными операциями, вплоть до диверсий в соседних странах или устранения вражеских лидеров. Так было, пока я не стал преступником в своей стране.       — Вот как, так ты не только убийцей служил, но еще и вне закона успел побывать. И что же тебя побудило предать свою страну?       — Мне не нравились законы в моей стране. Глава нашей деревни был редкостной падалью. Это при нем в нашей стране убийство товарищей вошло в норму. В Академии ниндзя на экзаменах дети резали друг друга ради получения звания. И чем больше ты убивал на экзаменах, тем выше ты понимался по карьерной лестнице. Я тоже однажды убил своего наставника, и благодаря этому стал членом Семи Мечников Тумана. Я могу успокаивать себя лишь тем, что он оказался предателем, продававшим секретную информацию нашим врагам. Сильных угрызений совести не испытываю, но менее гаже от этого на душе не стало.       — И чем ты занимался после того, как стал преступником?       — Вступил в одну организацию. Мы были кем-то вроде наемных убийц и мировых террористов одновременно. Занимались заказными убийствами, выполняли специфические поручения, вроде свержения режимов или уничтожения отдельных городов. Но у нас была единая цель. И так уж вышло, что ради этой цели мы развязали мировую войну, которую я, впрочем, не застал. Погиб буквально перед ее началом. А даже жаль, было бы интересно увидеть, к чему привели в итоге наши старания. И вот так после смерти я очутился здесь.       Кисаме выдохнул, закончив свой рассказ. Зараки пару мгновений смотрел на него нечитаемым взглядом, прежде чем громко и от души расхохотался.       — Знаешь, я много всего видел за эту жизнь, но ты тот ещё отморозок! Но дерешься ты славно, этого не отнять. Серьезно, я живу в этом районе уже несколько сотен лет, и все сплошь слабаки, как вчера. Я тебе даже так скажу, большинство синигами, которые прячутся за стенами своего города, тебе и в подметки не годятся.       — Погоди, ты хочешь сказать, что Бог Смерти не один, а их целый город? — этот факт никак не укладывался у Кисаме в голове.       — Ну да, а ты представлял, что боги смерти – это монстры с маской демона на лице и большими рогами? — и снова Кисаме удивился, насколько точно Зараки описал Синигами-сама. — Нет, здесь синигами выглядят как обычные люди, только ряженные, как самураи, и ходят все в черном со своими мечами. Те, которые посильнее, поверх надевают ещё белые накидки. Они у них типа важных шишек, хотя что те, что эти – все для меня одинаковы.       — То есть боги смерти выглядят как обычные люди? — ещё один удар по представлениям Кисаме о загробном мире.       — Да что ты заладил, боги смерти, боги смерти! Одно название. По сути, если постараться, мы тоже можем стать синигами, — в обычной ситуации Кисаме счел бы слова Зараки богохульством. Как он, обычный смертный, ну ладно, не совсем обычный, но все-таки может посягать на права богов. Но тут он вспомнил, что сам сейчас в загробном мире, а значит технически уже не обычный человек. — Скажу тебе даже больше. Этих так называемых богов смерти можно убить.       — Ты это серьезно?       — Да, вообще все в Обществе Душ живут долго, но не вечно. Я сам живу уже черт знает сколько лет, и видел, как синигами пачками умирали здесь на окраинах. От меча, от пустых…       — От кого? — чем больше Зараки говорил, тем меньше Кисаме понимал суть.       — А, иногда попадаются здесь. Заблудшие души, которые превращаются в чудовищ и терроризируют местных. За ними обычно выдвигаются синигами, но часто не успевают, и эти твари умудряются сожрать немало народу, прежде чем их обезвредят и убьют. Они часто встречаются в лесу, поэтому без оружия в лес лучше не соваться.       Кисаме сидел, переваривая полученную информацию. Итак, что он узнал. Синигами-сама отправил его в подобие загробного мира. Вдобавок он оказался в самом криминальном районе, где о спокойной жизни можно не мечтать. Его новый знакомый оказался безумцем, который любит сражаться в любое время дня и ночи. Синигами здесь вовсе не те существа, перед которыми трепещут и кому поклоняются в мире живых, а воины, выполняющие роль проводников душ в этот мир. Столько всего непонятного навалилось на него сразу.       Но все-таки, если сравнивать с родным миром, здесь для Кисаме было гораздо спокойнее. Не надо больше выполнять грязную работу, убивая своих товарищей и невинных. Больше нет нужды служить под началом одиозных лидеров, готовых отправлять людей на смерть в бессмысленных войнах. Он больше не связан законами шиноби, и теперь волен строить свою жизнь, как сам того захочет.       — Знаешь, по тебе не скажешь, что ты живешь уже сотни лет. — Кисаме решил, что пришел черед его собеседника поделиться информацией о себе. — Наверняка ты повидал много всего за это время.       На лице у Кенпачи появилась легкая ностальгическая ухмылка.       — Скажу лишь одно, тысячу лет назад в этом мире было намного веселее! Раньше эти синигами не прятались за своими стенами. Их нынешнее поколение и в подметки не годится самому первому из них. Тогда это были действительно великие воины. Настоящие убийцы и головорезы, собранные из самых отъявленных подонков Общества Душ. В то время все было в полнейшем хаосе. Всем приходилось выживать, как получится. И те синигами держали в страхе всех вокруг.       — Так говоришь, как будто сталкивался с ними.       — А то. Свой первый по-настоящему интересный бой я провел с ними, когда еще под стол ходил, — от улыбки Кенпачи Кисаме стало не по себе. — Тогда синигами действительно бились насмерть со своими врагами. Горы трупов в те времена были привычным явлением, особенно в приграничных областях. И не дай бог тебе попасться тогда им под руку, мог бы уже заранее прощаться с жизнью. Видишь? — он показал свой зазубренный меч, судя по виду, повидавший немало за много лет. — Он со мной еще с тех лет. Я забрал его с тела одного из тех мертвых синигами. Ни разу не затупился с тех пор.       — А как она оказалась с тобой? — Кисаме кивком указал на Ячиру, которая играла с волосами Кенпачи. Тот улыбнулся, и Кисаме удивился. Он не думал, что этот человек способен так мягко улыбаться.       — Нашел ее однажды, когда бродил по 79-му району. Она была совсем младенцем. Как она попала туда, никто не знал. Поэтому я забрал ее к себе. С тех пор так и живем.       — Вот как. — Кисаме задумчиво смотрел на них. Даже удивительно, что у такого человека, как Кенпачи, мог быть тот, к кому он искренне привязан. В жизни Кисаме таких людей практически не было, разве что Итачи-сан. Вот кому напарник мог без сомнения доверить свою спину. — А кто были эти люди? Ячиру говорила, что ты не понравился местным воротилам.       — Зарабатывать как-то надо, — дьявольски ухмыльнулся Кенпачи, — А этом районе выбор невелик. Либо в шлюхи подаваться, либо заниматься грабежами. Участие в подпольных боях здесь более-менее приличный способ. Местные авторитеты наживаются на авантюрных богачах или папенькиных сынках, которые хотят острых ощущений и готовы за это платить. В каком-то смысле это легкие деньги. Всего-то надо каждую пятницу заявляться на поединки и побеждать. Вот им в определенный момент не понравилось, что какой-то хрен с горы возит по арене их лучших бойцов как щенков, и решили попробовать меня убрать.       — У них явно было не все в порядке с головой, если думали, что завалят тебя толпой. Ты ж просто монстр. — Комната наполнилась смехом двух бойцов. Кисаме сам не ожидал, что встретит в этом мире человека, настолько схожего с ним. — Но, знаешь. Мне кажется, они не успокоятся, пока не прикончат тебя. Наверное, стоит нанести удар первыми.       — Я думал о том же.       — Я с тобой. Мне тоже интересно, что из себя представляют ваши подпольные бои. Ты не против?       Кенпачи на это плотоядно ухмыльнулся.       — В этот раз нам двоим хватит разгуляться как следует. Так что я не против на пару сходить и разворошить то гнездо. Тем более если кто-то из них будет доставать Ячиру – башку проломлю, так что надо разобраться с ними окончательно.       — А ты в порядке? Все-таки ты еще не до конца восстановился…       — Без сопливых разберусь! А ты лучше готовься, мне тоже не терпится увидеть тебя в бою. — Рыкнул напоследок Кенпачи и направился на кухню.       — Ты ему понравился. — Подмигнула ему Ячиру. — Обычно Кен-чан ни с кем не церемонится и сразу убивает на месте. Так что можешь оставаться здесь. Уверена, Кен-чан не будет против. — услышав голос Кенпачи, она подскочила и пошла на кухню помогать готовить завтрак.       Кисаме чувствовал предвкушение от сегодняшнего вечера. Сказать по правде, он надеялся, что сможет где-нибудь найти применение своим навыкам. Все-таки он воин, а скучная мирская жизнь была совсем не для него. Пусть он теперь свободен от связывавших его законов ниндзя, ничто не мешает ему снова почувствовать вкус сражения, не преследуя какие-то высокие цели. Только кровь и сталь.

***

      — А тебе не кажется, что для подпольных боев место слегка выделяется? — поинтересовался Кисаме, глядя на стоявшее в сто метрах от них здание в японском стиле. Высотой в десять этажей архитектурой оно напоминало ему сооружения из его мира, оставшиеся со времен Эпохи Воюющих Государств.       — Да всем наплевать, что там творится. — пожал плечами Кенпачи, — Официально это здание администрации 80-го района. В каждом районе Общества Душ есть что-то подобное. Но власти в центре смотрят на их деятельность сквозь пальцы и включаются только в случае крупных беспорядков. Так что местные воротилы договорились с чиновниками и теперь используют это место как притон для богачей и криминальных авторитетов. Да ты сам все поймешь, как окажешься внутри.       — Кстати, я так и не спросил. Если здесь, по сути, сосредоточена вся преступная деятельность 80-го района, почему эти синигами просто не разгонят всю эту шушеру? Так бы и район спал спокойнее.       — Я же говорил тебе, этот притон – место для развлечения богачей. А среди них есть даже представители благородных семей. Это самые важные шишки в этом мире с рычагами реальной власти. Синигами поэтому не трогают эти злачные места, хотя знают о похождениях «благородных». Если все там вскроется, их семьи используют все свое влияние в попытках замять дело, которое может бросить тень на их репутацию. Синигами эти проблемы даром не сдались, поэтому и ждут, когда здесь все разрешится само собой.       — Хорошо, значит, действуем по плану, — Кисаме решил не развивать тему иерархии этого мира и вместо этого сосредоточился на выполнении своей части. Оставив Кенпачи в укрытии, он направился к зданию.       Замок был окружен лесистой местностью в радиусе тридцати метров. Патрульных было немного. Кисаме насчитал не более пятнадцати, что играло им на руку. Как бывший представитель Семи Мечников Тумана он был мастером Бесшумного убийства. Даже факт наличия в прошлом такого громоздкого меча, как Самехада, ничуть не препятствовал в применении этой техники в прошлом. Понимая, кто теперь является его нынешним владельцем, Кисаме иронично вздохнул. Слушать бесконечный треп мужика, который тот называет рэпом, просто смерти подобно. Самехаде остается только посочувствовать.       Решив начать с севера, Кисаме бесшумно обежал здание. Наличие света было только у центральных ворот. Под покровом ночи его черная одежда не выделялась, что упрощало Кисаме задачу. Завидя первого патрульного, он резко выбросился на него. Тот даже звука издать не успел. Зажав рот, он резко перерезал ему горло ножом. Несколько секунд, и Кисаме тихо уложил труп на землю, скрываясь в ночи. На то, чтобы нейтрализовать всех патрульных ушло примерно двадцать минут. Прикончив последних дежуривших у центральных ворот Кисаме дал сигнал Кенпачи.       — Неплохо, — одобрительно хмыкнул Кенпачи, глядя на результат действий нового знакомого.       Кивнув друг другу, напарники вошли в зал. Нейтрализация охраны была первым шагом. Внутри притона о Кенпачи знали только завсегдатаи из числа местного криминалитета. Обычно те располагались в отдельной ложе и наблюдали за поединками оттуда. Так что они смогут пробраться наверх, не привлекая лишнего шума. Кисаме осматривался вокруг. Все вокруг напоминало ему извращенную версию увеселительных домов, которые он в бытность членом Акацуки иногда посещал. Итачи-сан обычно отказывался от подобного досуга, отсиживаясь в номере. Идя по коридорам, он мельком видел в игровых комнатах группы людей в кимоно, окруженных толпой вооруженных телохранителей. Иногда из задвинутых сёдзи он слышал женские стоны вперемешку с тяжелым дыханием. В какой-то момент Кисаме столкнулся с одним юнцом. Судя по одежде, он из тех, о ком говорил Зараки. Богатенький сосунок из знатной семьи, прожигающий жизнь в безделье. Тот был пьян в стельку, поэтому даже не обратил внимания на Кисаме. Облегченно вздохнув, он продолжил вести Кенпачи. Благо, планировка здания была достаточно простой, не заблудишься. Так они спокойно дошли верхнего этажа здания.       Открыв дверь, они услышали крики на нижних уровнях атриума, где зрители наблюдали за поединком двух бойцов. Кисаме посмотрел вниз на сражающихся. Со стороны казалось, бой был неравным. Огромный, похожий на борца сумо громила против нескладного на вид паренька с темными волосами. Но, судя по ходу поединка, второй уверенно теснил толстяка. В его движениях Кисаме уловил нечто похожее на тайдзюцу. Та же пластичность, ловкость. Чем-то напомнил ему младшего брата Итачи, будь он неладен.       — Чего затормозил? Идем, мы почти дошли. — Кисаме отвлекся от боя и поспешил вслед за Кенпачи. Дойдя до угла поворота, тот остановил его, — Подожди пару минут, я скоро. — с этими словами Кенпачи быстро ринулся за поворот. Движимый любопытством, Кисаме выглянул за угол. Зараки бежал на двоих охранников, что сторожили вход. Тот беспокоился, что те своими криками поднимут шум, и сюда слетится вся охрана здания. Но, к счастью, Кенпачи с ними не церемонился. Одним ударом уложив обоих громил, он оставил их истекать кровью на полу.       — Ты готов? — Кивнув в ответ Кенпачи, Кисаме поднял меч. Тот тем временем вышиб с ноги дверь и вошёл с напарником в ложу.       Пока люди в комнате шокированно уставились на вторженцев, Кисаме успел оценить обстановку. В богато обставленной комнате находились люди разных мастей, наблюдавших за боем через затененное стекло. От лысых стариков и суровых мужчин с обезображенными шрамами лицами, медленно потягивавших саке, до молодых людей, которых окружили девушки, подававших им фрукты или чарки с вином. Взглядом Кисаме поймал одного парня в углу, который даже не заметил их. Судя по его осоловелым глазам, тот явно уже успел хорошенько накачаться. Он развалился в кресле со спущенными хакама, покуривая трубку с наркотой. Между его ног, стоя на коленях, устроилась одна из девочек. Парень довольно пыхтел, пока она старательно обслуживала его. Кисаме передернуло от отвращения. Он, конечно, порой пользовался услугами кварталов красных фонарей, чтобы сбросить периодическое напряжение во время миссий. Но он никогда не позволял женщинам ублажать себя подобным способом, считая это низостью. В центре всего этого чада прилизанного кутежа восседал жирный лысый мужчина, сидевший в кресле. Вырез кимоно оголял его смуглую грудь с очертаниями татуировок. Во рту блестели золотые зубы. Завидев Кенпачи, он испуганно промямлил:       — З-зараки? Что ты тут делаешь?       — Что делаю? Всего лишь отдаю долги. — Паскудно ухмыльнулся Кенпачи, выставив меч перед собой. — Мне кажется, у нас с тобой был уговор, Дзимбата. Я участвую в поединках каждую пятницу и набиваю твой карман за фиксированную плату. Так какого хрена ты нарушаешь условия договора и посылаешь за мной своих головорезов? Жить надоело?       — Я… я понятия не имею, о чем ты… — оправдаться Дзимбата не успел, поскольку один старикан тут же свалился на пол обезглавленный.       — Ответ неверный, — хмыкнул Кенпачи. Остальные гости уже подорвались со своих мест, обнажив оружие. Девушки сразу прижались к противоположной стене. Лишь парень в углу продолжал полулежать в кресле, ничего не понимая. Внимательный взгляд Кисаме поймал умевших держать оружие. Их было здесь меньше десятка. Остальные носили мечи при себе в качестве украшения для подчеркивания статуса. Дрожащие руки их выдавали. — Последний шанс, Дзимбата. Говори правду, или повторишь судьбу этого слизняка. — он с чувством пнул обезглавленный труп старика, который перестал фонтанировать кровью.       — А что я мог еще сделать?! — истерически крикнул главарь, подрываясь с кресла. — Ты постоянно побеждал. Никто не мог с тобой сравниться. Из-за этого богатые клиенты оставались недовольными, что их бойцы постоянно проигрывали. Я не мог потерять деньги. У меня были связаны руки. Я должен был от тебя избавиться!       — Другое дело. — от плотоядного оскала Кенпачи всем стало дурно. Он глянул на парня в углу и, что-то заметив, расхохотался в голос. — Надо же, оказывается, я не ошибся. Ты действительно популярен в Обществе Душ, раз к тебе даже члены благородных семей ходят. И, судя по гербу на одежде, этот недоносок из клана Цунаяширо. Ай-яй-яй, нехорошо отпрыскам голубых кровей ходить по таким неприличным местам.       — Заткнись! — Яростно крикнул Дзимбата, выставив клинок. — Чтоб ты знал, Цунаяширо Шимада очень щедрый клиент. Его еженедельные посещения приносят нам почти треть всей выручки. Мы не можем потерять таких ценных гостей.       — Конечно, ведь они еще и твоя защита от Сейрейтея, верно? Они же не могут вмешаться, пока этот высокородный подонок к вам ходит…       — Э-э, к-кто меня назвал подонком? — с угла раздался голос невменяемого Шимады, но поймав, взгляд Кенпачи, мигом заткнулся, кое-как подтянув спущенные хакама.       — Закрой пасть, молокосос, если не хочешь, чтобы твои соклановцы тебя по частям собирали по всему Руконгаю. — Кисаме аж удивился, не ожидав от Кенпачи такого красноречия. — Ведь из-за таких подонков, как вы, тут невозможно нормально жить. Вы, уроды, творите произвол, вынуждаете маленьких девочек учиться раздвигать ноги перед такими же конченными мразями. Из-за вас и приходиться зарабатывать на жизнь, участвуя в подпольных боях, которые смотрят подонки вроде этого Цунаяширо. И если синигами не хотят с вами разбираться, значит я этим займусь.       Взгляд Дзимбаты лихорадочно метался из стороны в сторону в поисках спасения. Посмотрев на Кисаме, он лихорадочно заговорил:       — Э-эй, парень! Не хочешь поработать на меня? Я деньгами не обижу. Пойми, из-за этого ублюдка рушится весь мой бизнес, я не могу этого допустить. Ведь благодаря мне в 80-м районе у людей есть хоть какая-то работа и шанс разбогатеть. Власти не хотят заботиться об этом районе. Поэтому приходится мне. Да, это подпольные бои, но людям они нравятся. Я не хочу лишать их этого удовольствия. Если ты убьешь его, я отдам тебе половину сегодняшней выручки, а этого тебе хватит на всю оставшуюся жизнь.       Кисаме на это только засмеялся. Боги, этот слизняк так напоминал ему тех зажравшихся даймё, что он убивал для нужд черного рынка. Пошевелив катаной, он заговорил:       — Знаешь, людей, вроде тебя, я резал и за меньшее. А они были гораздо выше и значительнее тебя. У тебя нет ничего, что ты мог бы мне предложить за предательство. Я отрекся от законов шиноби не для того, чтобы снова идти на сделки со своими принципами. Так что заткнись и прими свою смерть как мужчина.       — Да что мы тратим время? Их всего двое, прикончим их! — воскликнул один из гостей ложи со шрамом на пол-лица.  Взмахнув своим тати, он с боевым кличем ринулся на Кисаме. Тот лишь сверкнул акульей улыбкой и ударом ноги выбил оружие из рук нападавшего. Шрамоголовый даже не успел опомниться, как мощным пинком был отправлен в полет. Пробив своей жирной тушей стекло, он с громким воплем упал посреди арены. Гомон зрителей сразу поутих, их взгляды были направлены в сторону разбитого окна ложи.       — Эй, парни! — в панике подбежал Дзимбата к окну ложи. Кенпачи даже не стал останавливать его. — Сегодня я даю вам всем уникальную возможность. В мою ложу пробрался Зараки Кенпачи со своим новым другом. Вместо того, чтобы мутузить друг друга, я предлагаю вам прикончить этих двоих. Тот, кто сможет убить их – получит в качестве приза всю выручку за сегодняшний вечер. Этого вам хватит на всю оставшуюся жизнь. Зрители тоже могут поучаствовать, я никого не обижу деньгами. Если вы готовы, тогда не стойте столбом и убейте их!       Раздавшийся снаружи рев толпы дал понять, что предложение пришлось по душе всем, и скоро топот ног заполнил тишину здания. Кенпачи плотоядно ухмыльнулся. Видимо, этого он и хотел. Кисаме оскалился в ответ. Настало время веселья. Тем временем гости не стали терять времени даром и решили испытать удачу. Трое, что умели драться, напали на Кисаме, решив, что он послабее Кенпачи. Все-таки силу второго они успели оценить на арене, и решили не рисковать. Обнажив мечи, они ринулись на него, надеясь застать врасплох.       Кисаме даже не вздрогнул. Взмах клинком, и один их них громко заорал, держась за обрубок руки, в которой держал меч. Присев, он увернулся от удара катаной, и вторым ударом отрезал ногу другому напавшему. С третьим Кисаме тоже стал церемониться и, выбив из его рук меч, отсек тому голову. Тот даже не успел понять, как его обезглавленное тело упало на колени, испуская фонтаны крови. Стоявшие у стенки девушки завизжали от ужаса. Окончательно протрезвевший Шимада дрожа смотрел на развернувшееся зрелище. На серой ткани его хакама начало расползаться темное пятно.       — Недурно. — довольно цокнул языком Кенпачи, готовясь разобраться с остальными. Тем временем толпа снизу успела подняться на верхний этаж здания. В ложу быстро успело набиться не менее тридцати бойцов. Еще больше толпилась за дверью. Посмотрев на прибывших, Зараки улыбнулся знакомым лицам и объявил. — Кому жизнь дорога, советую свалить сейчас. Жалеть никого не буду.       — Не зазнавайся! — крикнул один из будущих трупов. Кисаме оглядел собравшийся сброд. На этот раз бойцы были явно посильнее вчерашних. В основном, те, кого он успел заприметить на арене и возле нее. Что ж, посмотрим, насколько они хороши. Кивнув друг другу, напарники ринулись в бой.       Сражение чем-то напоминало ему вчерашний бой, разве что противники не падали после первого удара, а оказывали вполне достойный отпор. С первым десятком Кисаме расправился довольно быстро. Он даже почти не ощутил от них какого-либо сопротивления. Внезапно оппонентом Кисаме оказался тот парень, сражавшийся с толстяком-сумоистом. Вначале он его даже не заметил, рубя на части наступавших послабее, пока ему в бок не пришелся сильный удар. Немного отойдя в сторону, он потер ушибленное место и нашел глазами обидчика. Времени расшаркиваться не было, и Кисаме кинулся на доходягу. К чести паренька, он достойно держался. Не шел в глухую оборону, а смело атаковал, ловко уворачиваясь от клинка Кисаме. Чувство дежавю охватило Мечника Тумана. На мгновение ему действительно показалось, что он сражается с ниндзя, настолько были выверены его движения. Но все-таки на стороне Кисаме был многолетний боевой опыт. Подгадав момент, он дождался, когда противник откроется, и со всей силы ударил его кулаком в грудную клетку. Тот, издав сдавленный крик, отлетел в противоположную стену, мгновенно отрубившись. Кисаме решил не добивать паренька, ему понравился его боевой стиль. Быть может, они встретятся снова, если он сумеет выйти живым из этой мясорубки. Тем более противников и без того было достаточно.       Увернувшись от катаны, Кисаме посмотрел на очередного напавшего. Это был авторитет из числа гостей Дзимбаты. Дьявольски ухмыльнувшись, Демон Скрытого Тумана пошел в атаку. Тот владел мечом даже хуже чуунинов Тумана. Кисаме был даже разочарован, поэтому не стал тянуть время. Сделав подсечку, он уронил незадачливого бойца и вонзил тому лезвие в горло. Раздался противный булькающий звук.       — Да что вы с ними церемонитесь?! — раздался истерический голос Дзимбаты, который со страхом смотрел на разворачивающееся кровопролитие. Бежать было некуда, ему только и оставалось прижаться к стенке вместе с девушками, наблюдая за происходящим. — Их же всего двое, почему вы не можете справиться с ними?       — Может перестанешь прятаться за юбками своих девочек и начнешь сражаться наравне со всеми? — Кисаме подошел к Дзимбате. Тот испуганно прижался к стене, лихорадочно ища глазами подмогу. — Ты же понимаешь, что живым отсюда не уйдешь. Ему, — он кивнул в сторону Зараки, что самозабвенно резал противников, — твои люди на один зуб. Он скоро с ними покончит и займется тобой. Так не лучше ли умереть с честью в бою, чем быть зарезанным, как свинья…       Договорить он не успел, зашипев от боли. Посмотрев вниз, Кисаме увидел у своих ног девочку обслуживавшую Цунаяширо Шимаду. Из бедра Демона Скрытого Тумана торчал маленький нож. Видать, мелкая зараза решила попытать удачу, услышав о награде от своего хозяина. Что ж попытка засчитана. Чувство жалости, возникшее к ней ранее, резко испарилось. Взяв мерзавку за тонкую шею, Кисаме сдавил ей горло своей могучей ручищей. Раздался противный хруст ломающихся позвонков. Отбросив мертвую девчонку, Хошигаки вытащил нож из бедра и собирался было продолжить разговор с Дзимбатой, но того и след простыл. Обернувшись, Кисаме увидел его уже у дверей ложи. Для жирдяя он довольно быстро бегал. Он хотел было погнаться за ним, но новые противники загородили ему путь. Отложив расправу на потом, Кисаме ринулся в бой.       На битву это не было похоже. Больше это напоминало резню. Кенпачи рубил всех направо-налево, даже не разбирая, кто перед ним. Кажется, даже Кисаме огреб бы, попади он под горячую руку. Сам Демон Скрытого Тумана тоже не особо всматривался в лица противников. После того ловкого мальца все остальные были для него слишком неповоротливыми и медленными. Никто из них даже не задел его притом, что рана на бедре заметно снизила его ловкость. В этот раз он не щадил никого. Повсюду лилась кровь, летали обрубки конечностей незадачливых охотников за удачей. Девочки в какой-то момент просто не выдержали вида этой кровавой оргии и просто отключились. Что ж, на их счастье, они не стали рисковать как их авантюрная подруга, поэтому Кисаме и Кенпачи их не трогали.       Наконец спустя пару часов все закончилось. Напарники оглядели друг друга. Кровь была повсюду. Она стекала с их клинков, ею была насквозь пропитана одежда. Некоторые обезглавленные тела до сих пор фонтанировали ей, окрашивая красным светлый паркет комнаты. В живых остались только они, а также девушки, что не участвовали в резне. Недоносок Цунаяширо последовал их примеру и тоже отключился посреди сражения, что спасло ему жизнь. Паренек, с которым сражался Кисаме постепенно приходил в себя. Ему было трудно дышать после его удара в солнечное сплетение, но, собравшись с силами, он сумел кое-как встать на ноги. Тем временем Зараки смотрел на последнего выжившего возле себя.       — О, ты все еще жив. —ухмыльнулся Кенпачи, убирая клинок.       — Какого черта ты делаешь? — крикнул лысый парень со сломанным мечом. — Почему ты не хочешь добить меня? Ты победил, я признаю это! Подними свой меч и нанеси последний удар.       Кенпачи на это только презрительно хмыкнул.       — Прости, но меня не интересуют слабаки, не способные сражаться. Последний удар не добавит мне чести.       — О чем ты? — взвился тот. — Это что, шутка?! Поторопись и прикончи меня.       «Этот смертник явно нарывается», — подумал Кисаме, наблюдая за, возможно, последними секундами этого паренька. Что ж, тот хотя бы не убегает, в отличие от того же Дзимбаты, и без страха смотрит в лицо смерти. Но того, что произошло дальше, не ожидал даже Кисаме.       — А кто здесь шутит? — Кенпачи схватил за грудки лысого и хорошенько его встряхнул. Тот от шока даже не мог слова сказать. — Я вижу тебя насквозь, ты такой же, как я и он. — Кенпачи кивнул в сторону Кисаме и продолжил. — Если ты умеешь наслаждаться битвой, то не валяйся здесь, моля о смерти. Только неудачники просят о смерти, проиграв бой вместо того, чтобы принять поражение, после которого ты должен был умереть. Раз ты жив после боя, который проиграл, значит тебе повезло. А значит ты должен думать о выживании. Становиться сильнее и думать о том, кто чуть не убил тебя. Думать о том, как победить того, кто оставил тебя в живых.       Он отпустил парня. Тот еле держался на ногах, но не упал снова.       — Успокойся уже Иккаку. — темноволосый, с которым сражался Кисаме, подхватил лысого под руки, не давая упасть снова. Кенпачи на это только ухмыльнулся.       — Ты знаешь, кто я, поэтому живи. А когда станешь сильнее, найди меня и попытайся убить снова. Я не был милосерден сейчас, не буду и впредь. — обойдя двух друзей, он повернулся к Кисаме. — Уходим отсюда, и забери этого слизняка, — он кивнул головой в сторону Цунаяширо, — Его скоро хватятся, будет жутко неудобно, если он подохнет здесь.       Кисаме взвалил на себя тушку Шимады. В нос ударил легкий запах мочи, но ему не привыкать. Перед уходом он подошел к выжившей парочке.       — Мне понравился наш бой. — обратился он к темноволосому пареньку. — Твой стиль показался мне интересным. Если мы когда-нибудь встретимся, буду рад снова почесать с тобой кулаки. — с этими словами он протянул руку новому знакомому. — Хошигаки Кисаме.       — Аясегава Юмичика. — пожал тот руку в ответ, слегка улыбнувшись.       Кивнув на прощание, Кисаме пошел вслед за Кенпачи.       — Осталось только прикончить Дзимбату, и дело с концом.       — Будем надеяться, что он не убежал далеко, — Кисаме очень не хотел искать Дзимбату по всему 80-му району. Бой пусть не был сложным, но все же неслабо его вымотал. Зараки тоже не смотрелся сильно бодрым, поэтому они ускорились, рассчитывая найти того до рассвета.       Впрочем, это и не понадобилось. Едва выйдя за порог здания, они обнаружили Дзимбату, лежавшего на земле. На груди виднелось кровавое пятно. Возле него стояли двое человек в черных одеждах. Один из них также носил поверх белое хаори, на спине которого было написано «пять»       — Похоже, нас опередили. — иронично дернул бровью Кисаме. Те повернулись, услышав его голос. Тот, что в белом хаори, оказался человеком довольно приятной наружности с короткими каштановые волосами. Очки в темной оправе придавали его лицу интеллигентный вид. Рядом с ним стоял парень с серебристыми волосами и лисьей улыбкой. Он так сильно щурился, когда улыбался, что Кисаме даже не смог разглядеть его глаз.       — Ба, не ожидал, что синигами наконец отреагируют. Похоже, вы действительно ждали, пока кто-то за вас сделает всю грязную работу. — оскалился Кенпачи.       — Я капитан Пятого отряда Готэя-13 Айзен Соуске, — невозмутимо кивнул в знак приветствия парень в белом, — от лица Сейрейтея и всего Общества Душ мы благодарим вас за оказанную помощь. Вы совершенно правы. Мы действительно не могли вмешаться в данный инцидент, дабы не скомпрометировать себя в глазах Благородных семей и Совета 46. Семья Цунаяширо обладает огромным влиянием, и могла сделать все в своих силах, дабы скрыть свою связь с преступным миром Общества Душ. Благодаря вам теперь здесь будет гораздо спокойнее. Дзимбата Горо держал под своим контролем всю криминальную деятельность 80-го района, а наличие связей с Благородными семьями позволяло ему плевать на закон. Но теперь с этим покончено. Мы вернем Цунаяширо Шимаду, и на этом инцидент будет исчерпан.       С этими словами они забрали у Кисаме тело Цунаяширо и исчезли в утренней дымке. Кисаме даже не понял, как это получилось. Чем-то напоминало Технику Телесного Мерцания. Становилось все интереснее.       —Хоть бы деньжат подкинули, что ли. По факту все сделали мы, — беззлобно фыркнул Зараки. Кисаме ухмыльнулся в ответ, и они вместе пошли домой. Здесь им больше делать нечего.       — Эй, подождите! — Кисаме и Кенпачи повернулись на оклик. Иккаку и Юмичика вышли из здания администрации, груженные двумя небольшими сундуками. — Это вам, — парни передали им один из ящиков. Открыв его, Кисаме увидел лежащие рядами золотые слитки. — Мы решили, что будет глупо уйти отсюда с пустыми руками. Пришлось обыскать всю ложу. Уверен, это не все богатства Дзимбаты. Скорее всего, остальное приберут к рукам его подельники, когда прознают о смерти своего главаря. Но думаю, этого хватит вам на некоторое время. Было весело, хоть и больно. — усмехнулся Юмичика.       — Эй, Кенпачи, — обратился Иккаку к Зараки, — помни о своем обещании. В нашу следующую встречу я обязательно убью тебя.       — Буду ждать. — ухмыльнулся тот.       Попрощавшись с новыми знакомыми, они направились домой. Скоро проснется Ячиру, а они обещали ей вернуться к завтраку. Прихрамывая, Кисаме думал, что эта будет явно не последняя встреча с этими парнями в черном, и этот инцидент с Дзимбатой был только началом.

***

      Предрассветная тишина умиротворяла. Унохана всегда просыпалась за пару часов до рассвета, чтобы побыть в блаженном одиночестве в тени утренних сумерек. Устроившись на крыльце своем в белом хаори, она сидела под карнизом своего дома с дымящейся чашкой в руках. Наблюдать, как солнце с каждой секундой растворяло остатки ночи, было ее любимым занятием. Пробиваясь сквозь кроны вишнёвых деревьев, тонкие золотистые лучи падали на безмятежную гладь пруда, пробуждая обитающую в нем живность. Так тихо, так спокойно, даже слишком…       — Капитан, — Унохана отвлеклась от созерцания своего искусственного сада. К ней подошла девушка в черном косодэ с повязкой лейтенанта на левой руке. Короткие серебристые волосы были слегка спутаны. Она явно была спросонья и очень торопилась, — простите, что отвлекаю. Пять минут назад всем отрядам была направлена адская бабочка. Поступил приказ Главнокомандующего всем капитанам и лейтенантам явиться в бараки Первого отряда на срочное собрание.       — Вот как, — в последний раз на сегодня глянув на освещённый утренним солнцем пруд, Унохана допила остывший чай и поднялась с крыльца, — Тогда поспешим Исанэ. Не будем заставлять Главнокомандующего ждать.       Передвигаясь в сюмпо вместе с Исанэ, она ощутила по всему Сейрейтею реяцу капитанов и старших офицеров, шедших на собрание. Интересно, что такого произошло, что их всех подняли ни свет ни заря. Обычно Главнокомандующий спит до позднего утра, предпочитая проводить собрания после обеда. Значит случилось что-то из ряда вон выходящее. Прибавив шагу, Унохана и Исанэ поспешили к баракам Первого отряда. Ворота зала собрания были открыты. Половина капитанов уже заняли свои места. Место капитана Третьего отряда пока пустовало. Иба Чиканэ, сухая женщина с фиолетовыми волосами, временно исполняла его обязанности. Она стояла напротив капитана второго отряда с безразличным лицом. Сой Фонг отвечала ей тем же. А ведь Унохана помнила ее еще совсем юной девушкой, еще не заковавшей себя в стальную броню отчуждения. Стоявший позади лейтенант возвышался над ней огромной скалой, подавляя утреннюю зевоту. Все в Готэй 13 недоумевали, как этот толстяк Омаэда сумел вписаться во Второй отряд, который был в тесной спайке с Отрядом тайных операций. Он же на их фоне как слон в посудной лавке! Но что удивило Унохану сильнее всего, так это стоявший справа капитан Одиннадцатого отряда. Все знали, насколько Киганджоу Кенпачи халатно относился к собраниям капитанов, зачастую просто их игнорируя. Он был одним из немногих, кто сильно раздражал Унохану Рецу, о спокойствии и выдержке которой знали все. Как этот неотесанный мужлан смог стать капитаном Одиннадцатого отряда. Отряда, принципы которого она заложила еще сотни лет назад. В свое время кто-то верно подметил: как такую свинью вообще допустили в капитаны. Вот бы кто-нибудь избавился от него.       — Доброе утро, семпай, — Унохана обернулась. Кьёраку и Укитаке, двое неразлучных друзей поприветствовали ее. Она поглядела на второго. Все-таки с распущенными волосами ему идет намного больше. Кивнув им в знак приветствия, она и Исанэ наконец встали на свое место рядом с Сой Фонг.       — Капитан, — слегка поклонилась та. Унохана приветливо ей улыбнулась. Наконец спустя пять минут все капитаны и лейтенанты собрались, встав в два ряда напротив друг друга. Последним через минуту вошел сам Главнокомандующий. Опираясь на трость, старик Генрюсай в сопровождении своего лейтенанта шел к своему месту во главе собрания. Унохана ностальгически вздохнула. Она помнила старика Ямамото в его славные года, когда он демоном проносился по всему Обществу душ, не щадя своих врагов. Он и сейчас не утратил своей былой мощи, но годы заметно успокоили его. На смену адскому пламени пришел огонь мира и порядка. Что ж, возможно, для мирной жизни это действительно необходимо, пусть и стало немного скучно.       Прочистив горло, Главнокомандующий заговорил:       — Я собрал вас здесь по одному очень важному делу. Сегодня ночью в 80-м районе Руконгая произошло нападение на здание администрации. Думаю, вам всем известно, что творилось за его стенами. Дзимбата Горо был нашей общей головной болью все эти двадцать лет. И вот наконец сегодня с ним было покончено. — в зале раздался гул. Никто не ожидал подобного. Это действительно была хорошая новость.       — Погодите, Главнокомандующий, — недоуменно воскликнул Киганджоу, — то есть вы хотите сказать, что неизвестно откуда взялся смельчак и разворошил гнездо, полное головорезов и опытных бойцов? В жизни не поверю!       Боже, да закрой свой рот! Не показывай себя еще тупее, чем ты уже есть. Только благодаря стальной выдержке, выкованной столетиями, Унохана удержалась, чтобы не ударить себя рукой по лицу. Впрочем, Главнокомандующий пропустил комментарий капитана мимо ушей.       — Капитан Айзен, будучи очевидцем происшествия, доложите присутствующим офицерам о сегодняшнем инциденте.       — Слушаюсь! — ответил тот, мягко улыбнувшись присутствующим, и открыл папку с докладом. — Нападение произошло между 11 и 12 часами ночи. В рейде принимали участие двое человек. Один из них – всем нам знакомый житель 80-го района Зараки Кенпачи. Вместе со своим напарником он устроил резню в здании администрации. В ходе нападения были убиты практически все посетители и люди, работавшие на Дзимбату, включая участников подпольных боев. В числе убитых посетителей были криминальные авторитеты из 77-го и 79-го районов, с которыми тот активно вел дела. Помимо Зараки Кенпачи и его напарника выжили все девушки, нанятые из борделей, за исключением одной, двое участников боев, а также представитель одной из Пяти Благородных семей Цунаяширо Шимада, находившийся в состоянии сильного наркотического опьянения. Он был передан без сознания в руки Пятого отряда лично Зараки Кенпачи. Дзимбата Горо был убит при попытке побега лейтенантом Пятого отряда Ичимару Гином. Нападение на администрацию было закончено в 4:36 утра.       После прочитанного доклада все, казалось, облегченно выдохнули. Дзимбата Горо был отъявленной мразью даже на фоне своих подельников. Детская проституция, сбыт тяжелых наркотиков, организация нелегальных боев. Именно его деятельность сделала 80-й району крайне дурную репутацию, даже когда казалось, что ниже уже некуда. И при этом он был умной мразью, грамотно сыграв на слабостях богатеньких недоносков из знатных семей Общества Душ. Он дал им доступ ко всем развлечениям, которые они не могли себе позволить в обычной жизни. Девочки, выпивка, наркотики, ставки. Естественно, они стали завсегдатаями у Дзимбаты. А когда он смог подтянуть к себе этого сопляка Шимаду, он стал просто неприкасаемым. Семья Цунаяширо имела представительство в Совете 46 и наравне с прочими Благородными кланами обладала наибольшим влиянием среди остальных его участников. Именно поэтому Готэй 13 не мог ничего сделать, зная о возможных последствиях. Как же хорошо, что данный вопрос исчерпан, и это больше не головная боль Сейрейтея.       — Капитан Айзен, — обратился к нему Шиба Ишшин, капитан Десятого отряда, — вы сказали, что Зараки был не один. Кто второй участник нападения?       — Вот здесь начинается самое интересное. — загадочно улыбнулся Айзен и, поправив очки, обратился к присутствующим офицерам. — Вы же помните о том, что случилось два дня назад. Тогда в 80-м районе случился аномальный всплеск духовной энергии. Он был настолько сильным, что его тогда прочувствовали даже в Сейрейтее. Тогда мы списали это на прорыв меносов и направили второй отряд на зачистку. Капитан Фонг, вы ведь тогда никого не нашли, верно?       Та неохотно кивнула. Сой Фонг не любила расписываться в своих неудачах.       — Когда мы с лейтенантом Ичимару дошли до здания администрации, то почувствовали ту же реяцу, что и в тот день. Её обладатель вышел из здания вместе с Зараки Кенпачи, — капитан описал вкратце, как выглядел незнакомец, чем вызвал у присутствующих различную реакцию.       — Он правда похож на акулу? — с энтузиазмом спросил Кьёраку, растягивая слова. — Интересно, а жабры на его лице пригодны для дыхания под водой, или нет?       — Шунсуй, прекрати этот цирк! — оборвал его Главнокомандующий. — У нас серьезное дело, а ты развел здесь клоунаду.       — Прости, старик, больше не повторится. — среди капитанов Кьёраку Шунсуй был единственным, к кому Генерал проявлял снисхождение и позволял подобную фамильярность. Хотя к Унохане он никогда так развязно не обращался. В конце концов он один из немногих, кто знает ее настоящую, оттого и побаивался.       — Кхм. — Айзен снова привлек к себе внимание. — В любом случае, теперь одна из основных проблем решена и теперь в 80-м районе будет гораздо спокойнее. Однако теперь перед нами стоит новая проблема. Я прав, Главнокомандующий?       — Да. Доклад окончен, можешь встать в строй, — коротко поклонившись, капитан Пятого отряда встал перед лейтенантом Ичимару. — Капитан Айзен прав. Несмотря на смерть Дзимбаты Горо в 80-м районе потенциально может появиться новая угроза. Я говорю об этих двоих. Один Зараки Кенпачи приносил нам немало проблем несколько сотен лет. Теперь появился второй головорез, не уступающий ему в силе. Если оставить их без присмотра, кто знает, чем это обернется в будущем. Возможно, эти двое со временем станут еще опаснее. — все присутствующие затаили дыхание, ожидая решения генерала Ямамото. Тот, вздохнув, объявил. — У нас есть только один вариант. Мы должны сделать их частью Готея 13. — практически все шокированно уставились на Главнокомандующего. И только капитаны Четвертого, Пятого, Восьмого и Тринадцатого отрядов невозмутимо наблюдали за остальными.       — Главнокомандующий, вы уверены в этом? — спросила Сой Фонг. — Мы фактически берем на службу в Сейрейтей двух убийц, практически преступников. Вы представляете, какое это будет пятно на репутации Готэя 13? Вы же сами даете Совету 46 еще больше рычагов давления!       — Я прекрасно осознаю все риски. — спокойно парировал Ямамото. — Но я уверен, что это правильное решение. Это два умелых воина, которые потенциально могут значительно усилить ряды синигами. Поэтому пусть эта сила будет на нашей стороне и служит благому делу.       — Но…       — Капитан Фонг, — капитан Второго отряда повернулась в сторону Уноханы. Улыбка на ее лице не изменилась, но та чувствовала себя неуютно под взглядом главы Госпиталя, — нам стоит доверится решению Главнокомандующего. Более того, — она оглядела всех присутствующих офицеров и продолжила, не повышая голос, — вы все прекрасно знаете историю становления Общества Душ и Готей 13. Зараки Кенпачи – один из немногих представителей той эпохи, когда от умения держать меч зависела твоя жизнь. Нам нужен человек с таким опытом и силой. И если он сражался не один, значит Зараки признал того человека равным себе. Генерал Ямамото прав. Обществу Душ нужна такая сила, так пусть она следует букве закона и работает на его благо.       Закончив речь, она снова посмотрела на капитанов и их лейтенантов. Больше никто не возмущался. На лицах некоторых все еще оставались тени сомнений, но, в целом, они были согласны с доводами Уноханы. Даже вечно расслабленный Кьёраку серьезно смотрел на Главнокомандующего, ожидая окончательный вердикт.       — Тогда решено. Зараки Кенпачи и его напарник будут зачислены в Академию духовных искусств с целью обучения искусству синигами. Капитан Унохана, — обратился Ямамото к капитану Четвертого отряда. — Приказываю вам завтра отправиться в 80-й район, привести этих двоих в Сейрейтей и проследить за их зачислением.       — Слушаюсь.       — На этом все. Следующее собрание состоится вечером. Всем капитанам и лейтенантам позже будет направлена адская бабочка. Свободны! — стук трости ознаменовал конец собрания.       Идя к выходу вместе с Исанэ, Унохана слышала, как переговаривались между собой капитаны и лейтенанты. Всех удивило решение Главнокомандующего и было много несогласных. Но ее это уже не волновало. Унохана вышла из зала собраний. На улице уже вовсю светило солнце. Она посмотрела в безоблачное небо, и счастливая улыбка засияла на ее лице.       Наконец-то! Спустя столько времени мы встретимся снова. Жди меня, Зараки Кенпачи!