Глава 3

      Квартиру Гермиона снимала почти на углу Косой и Чернильной. Крохотная улочка вмещала два десятка домов, пару кафе, ателье и цветочную лавку, букеты которой неизменно вызывали бурный восторг Джинни, приходящей в гости к подруге.       Собственно, цветочное богатство мистера Сильвануса, лавка которого и занимала первый этаж дома Гермионы, и стало причиной обрушения крыши. Разглядывая обвившие дом и шевелящиеся лианы, щёлкающие плотоядными цветами в попытке поймать зазевавшихся магов и птиц, Гермиона позабыла о перенёсшем их к её дому спутнике, пока он не наклонился, спросив: не её ли парадную мантию рвёт на тряпочки чрезвычайно живая флора в окнах третьего этажа.       Внимательность зельевара впечатляла, но была слегка не к месту.       — Грызик, место! — причитал мистер Сильванус, бегая от одного соцветия к другому, пока авроры обстреливали лениво обвивающие здание побеги, проломившие не только крышу, но и выбившие пару окон и изрядный кусок стены.       — Гермиона! — крикнул Гарри и направился к ней, перепрыгивая каменные глыбы и не иначе как чудом разглядев подругу в толпе зевак. Затормозив за пару шагов, он с подозрением воззрился на Снейпа, который, убрав руки за спину, скучающе наблюдал за развернувшимся представлением. — Снейп.       — Розетница буйноголовая, если не ошибаюсь, — невозмутимо протянул тот. — Хорошо, что у вас нет кота, — добавил он, заслужив не слишком тёплый взгляд Гермионы.       — Моя группа почти обездвижила все побеги на третьем этаже. Эта лиана добралась до запаса удобрений в подсобке и проросла буквально за секунды, — пояснил Гарри, старательно игнорируя зельевара. — Самый быстрый способ — прижечь ветви, но фундамент сильно пострадал. Если сейчас разобраться с лианой, есть шанс обрушения.       — Сколько у меня будет времени? — спросила Гермиона, с болью проследив, как в её окне мелькнуло зелёное щупальце, сжимающее кожаный рабочий портфель, на который она разорилась в прошлом месяце.       — Минут пять, не больше, — поджал губы Гарри.       — С палочкой вы справитесь за две, — фыркнул Снейп.       — Предлагаете устроить для зевак шоу “куча белья на мостовой”? — зашипела Гермиона, нахмурившись от мелькнувшей вдалеке блондинистой шевелюры с ядовито зелёным пером.       — Ваша примечательная бисерная сумочка не могла пострадать от розетницы, потому что этот вид инстинктивно избегает магически фонящих предметов. Их разводили в храмах майя, в районах, лишенных магии из-за наслоения щитов. Один из лучших природных охранников периметра.       Гермиона слегка воспрянула духом, потому что в бисерной сумочке хранилось приличное количество вещей, разобрать которые у неё никак не доходили руки. Да и терять памятный артефакт было тоскливо. Гарри проворчал, что Снейп может засунуть свои познания куда подальше за ограждением для зевак, а после потянул за собой подругу, махнув рукой показавшемуся из дома аврору.       — Жительница третьего этажа, левое крыло, — сообщил он подбежавшему и изрядно припылённому магу, который выдал Гермионе краткую инструкцию, лишь в конце признав в ней героиню и скатившись в какой-то восторженный лепет.       Правила безопасности не противоречили логике: смотреть, куда идёшь, не трогать и не заколдовывать побеги чем-то разрушающим, в случае нападения использовав модификацию глациуса, и покинуть опасную зону как можно скорее.       — Если Снейп прав, — протянул Гарри, но напоровшись на скептический взгляд Гермионы поправился: — окей, он скорее всего прав, но ты помнишь, где твоя сумочка?       — В шкафу, — неуверенно ответила Гермиона, припоминая, куда закинула подходящий под платье артефакт после ужина с Мэтью, закончившимся расставанием. — В спальне.       — Это не слишком поможет, — вздохнул Гарри, помогая ей подняться по поломанной лестнице, перила которой обвивали толстые стебли с вяло шевелящимися листиками.       Вскоре Гермиона смогла убедиться, что друг был прав. Спальни, кухни и части ванной в квартире Гермионы больше не было. Почти не пострадала прихожая, а также часть гостиной.       — Акцио, бисерная сумочка, — попробовал Гарри, поймав прилетевшие в руки два ридикюля, начисто лишённых магии.       — Давай я, — кашлянула Гермиона под сочувствующим взглядом. — Только не смейся. Акцио, блестяшик.       Со стороны завала, некогда бывшего спальней, вылетело облачко цементной пыли, и в руки Гермионы примчалась зачарованная сумка, прошедшая огонь, воду и Вторую магическую.       — Блестяшик? — с плохо скрываемым весельем уточнил Гарри имя артефакта. Гермиона гордо промолчала, припомнив ритуал наименования, который провела после празднования сдачи ЖАБА со всеми вытекающими.       Вдруг со стороны потревоженной кучи камней метнулось зелёное щупальце, видимо, среагировав на движение захваченной “почвы”.       — Глациус! — в один голос произнесли друзья, разглядывая заиндевевший зубастый частокол в маленьком бутоне, который ещё не успел дорасти до размеров собратьев, один из которых вполне мог заглотить взрослого низзла.       — Я держу щит, ты призываешь вещи, — постановил Гарри, следя за вяло ползущим вдоль стены стеблем, который пока никак не среагировал на попытку атаки сородича. — Сперва разберёмся с этой комнатой.       — Насчёт три, — согласилась Гермиона.       — Раз, два…       — Три!       Справились они на диво быстро. Лиана сделала пару попыток обвить щит, но, едва касаясь его, отползала назад, явно недовольная магической составляющей. Гермиона попыталась уговорить Гарри поискать на месте кухни оставленные после работы документы, но Поттер был непреклонен, заявив, что восстановленные министерские бланки всё равно не котируются, а время нахождения на этаже себя исчерпало.       Поворчав для порядка, но сдавшись под аргументами друга, Гермиона спустилась вниз, и только на улице осознала, что их одежду покрыл тонкий слой пыли, а сумочка и вовсе выглядела так, как и полагает пережившей обрушение стены вещи: сплющено и поломано. Часть бисера и вовсе осыпалась по камням, когда Гермиона попыталась починить надорвавшийся ремешок.       — Не трогайте, — произнёс Снейп, вдруг оказавшийся за спиной. — А то ваше предсказание о “куче белья” станет реальностью. У всех артефактов есть запас прочности.       — И у этого он подошёл к концу, — тяжело вздохнула Гермиона, очищая собственную одежду от пыли и успевших осесть снежинок.       — Где Поттер? — не стал подтверждать очевидное Снейп, взглядом отогнав направляющегося к ним стажёра из аврората, судя по ярко красной нашивке на плече.       — Они, наконец, пробились к кладовой. Пытаются изъять удобрение, — пожала плечами Гермиона.       Снейп покачал головой, разделив её опасения о безумной идее прекратить процесс роста растения, обеспечивающего стабильную опору покорёженному зданию, но, вероятно, у авроров были собственные, отработанные годами протоколы. К тому же отправившийся с ними мистер Сильванус наверняка знал куда больше о своём своевольном питомце, чем любой другой консультант аврората.       Благодарно кивнув, когда Снейп наложил чары отвлечения внимания, Гермиона обошла толпу и присела на лавочку у ателье, пытаясь понять, что конкретно ей стоит призвать из вещей прежде всего. Хранила ли она кошелёк с небольшой заначкой отдельно в шкафу, убрала ли его в карман старого пальто или положила в редко используемую сумку? Все уцелевшие предметы потоком отправились в бисерный мешок и сейчас представляли собой мешанину, которую Гермиона опасалась подвергать инвентаризации, оценивая убытки. Пусть их и заверили, что компенсация будет перечислена на счёт Гринготтса в ближайшие дни.       — Чистокровная предательница крови просила передать, — прохрипел невидимый Кричер, заставив Гермиону схватиться за сердце. Старый домовик любил появляться без хлопка, аргументируя порывы требованиями безопасности, принятыми на работе нечистокровного хозяина. Гарри бился как мог, но вредный эльф мастерски выворачивал приказы наизнанку, иногда являясь по распоряжению с таким грохотом, что оставалось только мириться с принципом меньшего зла.       Гермиона с опаской приняла материализовавшуюся перед носом корзинку, заслужив уничижительный взгляд проявившегося на миг Кричера, и приподняла крышку, потянувшись к письму, лежащему поверх клетчатого полотенца.       — А Уизли на редкость проницательна, — заявил Снейп, заглянув в спешно исписанный лист с соболезнованиями, который Гермиона прижала к груди, с возмущением покосившись на мужчину, оккупировавшего вторую часть лавки.       — Вам не пора? — напрямую спросила Гермиона, желая поскорее оказаться в номере гостиницы. Хотя бы в “Дырявом котле”, если в “Приюте гиппогрифа” не окажется свободных комнат. Получив сообщение от мужа, Джинни, хорошо зная подругу, не стала зазывать её пожить у них, сколько потребуется, зато прислала “небольшой” запас деликатесов, способных оказать моральную поддержку, а также трепетно любимое Гермионой вино Блэков, одна бутылка которого по скромным прикидкам тянула на кольцо с маленьким бриллиантом.       Винный погреб, запасы которого так и не смог уничтожить Сириус в своё время, ломился от всевозможного алкоголя, но мудрённое заклятие, наложенное на шкафы, не позволяло кому-то кроме носителей крови древнейшего рода вытаскивать больше одной бутылки в месяц.       Так что золотой запас обещал будоражить вкусовые рецепторы ещё нескольким поколениям Поттеров, рискни они появиться на свет и остаться жить в мрачном особняке.       — Где собираетесь остановиться? — не смутился Снейп, едва ли не плотоядно облизываясь на корзинку.       — Вам-то что?       Шкала настроения вновь качнулась к отметке минус, и Гермиона не собиралась прикрываться британской вежливостью, потому что, видит Бог, её запас терпения иссяк.       Снейпа её настрой не смутил, и он продолжил, как ни в чём не бывало:       — Ваши родители так и не вернулись из Австралии, других родственников у вас нет, в Нору вы не сунетесь из-за Молли, наверняка, излишне оберегающей всё великовозрастное потомство, а к засевшим на Гриммо Поттерам не пойдете, чтобы не портить первый семейный праздник новоявленной ячейки общества.       Гермиона прикрыла глаза, начисто забыв, что у Поттеров сегодня первая годовщина после отгремевшего в прошлом году бракосочетания. Она даже приобрела и упаковала мелодичный вредноскоп, сочетающий в себе функцию часов Уизли и будильника по утру. Ещё она планировала купить букет у Сильвануса и отправить всё вместе вечером, но внезапное предательство парня спутало все планы, хотя и спешно меркло на фоне явления монструозного растения. К тому же было неизвестно: не разбился ли хрупкий артефакт во время буйства лианы или в процессе не слишком трепетного сбора вещей. Коробка с бантиком точно отправилась в сумочку, так что оставалось только уповать на стойкость укрепляющих шар чар.       Немного утешало, что все рождественские подарки Гермиона послала заранее, не желая толкаться в очередях в общественных совятнях ближе к празднику.       — И что самое удивительное, — продолжил Снейп, — прочих друзей, к которым вы могли бы обратиться, у вас тоже нет. Вы случайно не мизантроп?       Гермиона украдкой оглядела улочку, пытаясь понять, будут ли свидетели, если она попытается проклясть одного конкретного… Увы, ночь в камерах предварительного заключения в аврорате явно уступала гостиничному уюту.       — Кстати, найти в гостиницах свободную комнату к Рождеству можете и не пытаться, — добил её Снейп, указывая на очевидную вещь.       — Где-нибудь отыщется, — упрямо буркнула Гермиона, с недовольством понимая, что увесистая корзинка зачарована, а потому не поместится в сумочку невзирая на всё доступное волшебство.       — Ну если хотите убедиться, давайте прогуляемся, — вздохнул Снейп, поднимаясь на ноги. Тон его был в равной степени уставшим и смирившемся. Так говорят родители детям, уверяя последних, что песок не вкусный, и позволяя чаду самостоятельно в этом убедиться.       Пытаясь понять причину уверенности Снейпа, Гермиона припомнила недавние заголовки газет и вновь прикрыла глаза, признавая собственную тугодумность. Грядущий в начале января матч “Холихедских Гарпий” с какой-то американской командой уже неделю вызывал нехорошее оживление в Международном отделе, сотрудники которого сутками оформляли документы прибывших на игру иностранных фанатов.       Возможно, Снейпа всё же стоило послушать. Он ведь мог сообщить что-то полезное для неё, правда?       — Может, вы знаете и то, где меня примут с распростёртыми объятиями? — на удачу спросила Гермиона, готовая почти к любому повороту судьбы: от предложения отправиться в Хогвартс, выпросив бесхозный класс или покои на время Рождественских каникул, до адреса хорошей магловской гостиницы, где не задают ненужных вопросов ввиду отсутствия у гостьи документов, подтверждающих личность, или брони.       Взгляд Снейпа оценивающе прошёлся от её макушки до груди, остановленный подвернувшейся плетённой ручкой.       — Предлагаю свободную спальню в доме на пару недель, — не подкачал зельевар, подхватывая у неё с колен корзинку, которая успела порядком отдавить ноги. — Праздничный ажиотаж спадёт через пару дней, поэтому вы наверняка покинете мой дом раньше установленного срока.       — И что вам от меня нужно? — поднялась следом Гермиона, исчерпавшая свой кредит доверия к особям мужского пола, но дающая поблажки старым знакомым.       — Распростёртые объятия, — невероятно серьёзным тоном заявил Снейп, но его чёрные глаза весело блестели. Гермиона вытаращилась на мага, который, не меняя тона, продолжил: — И средство против одолевающей скуки. Можете считать это проявлением застарелой привычки вытаскивать вас изо всякого дерьма.       Поражённая до глубины души Гермиона тут же скривилась, медленно переставляя ноги по обледеневшей мостовой. Формулировка была не самой вежливой, но нельзя было не признать, что за время учёбы они знатно попортили нервы декану Слизерина. Разглядывая бредущую впереди и всё ещё чёрную шевелюру, припорошённую белым снежком, ведьма задумалась, что будь в прядях седые волосы, она иррационально чувствовала бы вину. Хотя Снейп был не так уж стар, да и срок жизни волшебников зависел от их собственных сил. Бывшего двойного шпиона, героя войны и прочее-прочее “Пророк” недавно заочно (Снейп на интервью не явился) признал одним из самых сильных оставшихся в живых магов Великобритании.       К тому же Снейп не стал бы так шутить, и его предложение спальни было более чем серьёзным. Гермиона крепко задумалась о плюсах и минусах, шагая за мужчиной в сторону Косой, а потому удивилась, когда он вдруг остановился и спросил:       — Попытаете счастья у Тома или?       Гермиона осмотрела пустую улочку у лавки зельевара. Ночь уже почти вступила в свои права, но магические светильники загораться не спешили. На улице было темно, прохладно и тоскливо. Брести в “Дырявый котёл”, где местный контингент определено успел выпить не по одной бутылке сомнительного алкоголя, тянуло всё меньше.       Поймав выжидательный взгляд спутника, Гермиона откашлялась:       — Ваше предложение не лишено логики, — произнесла она, нервно сжимая кулаки в карманах пальто. — Я пока не знаю, как вас отблагодарить, но предлагаю для начала разделить ужин, — Гермиона кивнула на корзинку, зная о привычке подруги даже на часовой пикник запасаться таким количеством еды, что хватило бы на пару дней лагерного проживания целой семьи. — За качество готовки Молли, Джинни или Кричера я ручаюсь.       — Именно на это я и рассчитывал, — довольно заявил Снейп, отпирая дверь.