Глава 9. На другой стороне земли

Апрель 2002 г. Спустя 3 года

Мельбурн, Австралия

Министерство магии содружества Австралии

      Гермиона устало потерла виски и аккуратно отложила ветхий манускрипт в сторону. Ему было явно не менее двухсот лет и, по ее мнению, с подобными документами нужно обращаться намного бережнее. В Британии его скорее всего поместили бы под стекло в каком-нибудь потайном уголке библиотеки и позволяли работать с ним только по предварительному согласованию. Здесь же, в Австралии, ко всему относились намного проще.        Например, этот папирус Гермионе передал стажер из отдела магического правопорядка прямо во время обеда в министерском кафе. И даже спустя три года ее по-прежнему коробило от такого обращения с важнейшими документами и артефактами.        Да и по правде, это было не единственное к чему Гермиона так и не смогла привыкнуть в Австралии: слишком жаркое лето, слишком много насекомых и рептилий, слишком легкомысленное отношение ко всему…        Поначалу, она была очарована природой и климатом. И родители, которые так по ней соскучились, устроили такой теплый прием и окружили таким вниманием и заботой, что о возвращении обратно в Англию, у нее даже не возникло мысли. Да и возвращаться ей туда было уже не к кому…        После разрыва с Роном, Джинни тоже перестала с ней разговаривать. Джинни, которая высмеивала брата при каждом удобном случае, после той злосчастной фотографии, отвернулась от Гермионы, даже не дав ей объясниться.        — Да, Рон придурок, — сказала тогда она, — И я никогда не понимала, что ты в нем нашла, но изменять ему за его спиной — этого не достоин даже он!       — Я не изменяла Рону! — задохнулась от возмущения Гермиона. — Это вообще все не то, чем кажется! Почему вы не даете мне все объяснить?       — Гермиона, вас сфотографировали целующимися в засос! Что здесь можно объяснить?! — на лице Джинни застыло знакомое упрямое выражение, которое так ненавидела Гермиона в Роне.       И внезапно Гермиону осенило — они для себя уже все решили. Любые ее слова разобьются об эту глухую стену уверенности. В груди вспыхнула знакомая, бессильная ярость, сдавила горло, затуманила разум. И она, перестав бороться с собой, резко выдохнула:        — А знаешь, что? Ты права! Рон придурок и, как вижу, это у вас семейное! — и с этими словами она выскочила из гостиной Гриффиндора, где разворачивалась эта сцена, и быстрым шагом направилась в ванную для старост, где проплакала всю ночь.        А утром, стоя перед зеркалом и приводя себя в порядок, она поклялась, что больше не проронит из-за Рона ни слезинки и навсегда вычеркнет его из своей жизни. И затолкав всю боль в самый дальний уголок своей души, в последний месяц в Хогвартсе она полностью посвятила учебе.       С Джинни они больше не обменялись ни словом. Гарри дважды писал Гермионе, прося о встрече, но она не хотела становиться между ним и его девушкой, поэтому вежливо отказывалась от встреч, ссылаясь на занятость, но уехать не попрощавшись с ним она не могла.        Накануне своего отъезда в Австралию, Гермиона все же встретилась с Гарри в Трех Метлах. Они сидели напротив друг друга с кружками сливочного пива, перебрасываясь незначительными вопросами и не решаясь перейти к главному.        Гермиона понимала, о чем хочет спросить ее Гарри и всей душой не желала этого разговора. Он неминуемо всколыхнул бы ту самую боль, которую она с таким трудом замуровала в дальнем уголке души. Но и произнести вслух, что завтра она улетает в Австралию без обратного билета, было невыносимо страшно. Профессионально она не мыслила себя нигде, кроме Министерства магии, но там теперь работал он. А она не могла выносить даже мысли о том, чтобы работать с Роном бок о бок. Она даже дышать с ним одним воздухом теперь не хотела. И хоть Гермиона отдавала себе отчет, что ее поступок — это детское бегство, но все равно ничего не могла с собой поделать.       — Гарри, я должна тебе признаться, — наконец начала она, с трудом подбирая слова. — Я встретилась с тобой сегодня… чтобы попрощаться. Завтра я улетаю в Австралию. Планирую начать там все с чистого листа.       — Ты что?! — Гарри так опешил, что даже поперхнулся пивом. — Так все-таки это правда?       — Что? — не поняла уже Гермиона.       — Что ты с Крамом вместе?       — Гарри, а как связаны Крам и Австралия?! — Гермиона была взбешена этим предположением. — Вообще-то Крам болгарин! Я еду к своим родителям!       — Но зачем? Что ты там будешь делать? Ты посвятила столько времени своему образованию здесь у нас, чтобы строить карьеру в Министерстве магии! — Гарри задавал те же вопросы, что и сама себе Гермиона, и от этого становилось еще больнее.       — Вообще-то в Австралии тоже есть Министерство магии! Я узнавала! И мое образование там будет уместно!       — Да, понимаю, но это ведь совсем не то, что здесь, у нас…- продолжил уже неуверенно Гарри.       — Там тоже живут люди! Я уже приняла решение и давай закроем эту тему! — жестко подытожила Гермиона. — Пожалуйста, давай не будем ссориться хотя бы с тобой! — уже мягче добавила она.       — Я не собираюсь с тобой ссориться и этого не случится никогда! Ты навсегда останешься моим лучшим другом при любых обстоятельствах. Но все-таки, что произошло на годовщине победы? Я не то, чтобы из любопытства спрашиваю. Я просто знаю, что тебе никто не дал даже объясниться, но мне ты можешь рассказать… Если захочешь, конечно… — уже нерешительно закончил Гарри.       — Тот, перед кем я должна была объясняться, мне уже все сказал, — при этих словах запертая часть ее души больно рванулась в ее груди. И хоть Гермиона и не планировала этого говорить, но почему-то выпалила: — И вообще-то это из-за него я уезжаю из страны!       Она прикусила язык, ругая себя за эту несдержанность, но вырвавшиеся слова, было уже не вернуть.       — Я вас вообще не понимаю, — Гарри устало помотал головой. — Одна уезжает из страны, другой увольняется из Министерства…       — Рон уволился из Министерства? — Гермиона в этот момент даже забыла, что она поклялась больше не произносить это имя.       — Да, а ты не знала? Еще месяц назад, сразу же после годовщины. Он сейчас, кажется, во Франции. Собирается открывать магазин французского вина с этой французской журналисткой в Косом переулке…       — Это шутка такая? — Гермиона не могла поверить в услышанное.       -Я не знаю! — пожал плечами Гарри — Это то, что он мне сказал, когда увольнялся. Я тогда вообще подумал, что он просто рехнулся от горя, но Джинни говорит, что он сейчас во Франции изучает виноделие в именном поместье Шерро.        Гермиона молчала, пытаясь переварить услышанное. Это все звучало крайне фантастически, особенно если учесть, что речь шла о Роне. О ее Роне… Нет, больше он не ее и никогда ее уже не будет… Она постаралась проигнорировать обжегшее ее изнутри чувство ревности и, как можно безразличнее, ответила:       — А знаешь, мне уже все-равно. В конце концов, это его жизнь, — Гермиона постучала пальцами по поверхности стола, стараясь скрыть волнение. — Что ж, Гарри, мне уже пора. У меня очень ранний рейс и долгий перелет, нужно отдохнуть перед ним. Я была рада повидаться с тобой. Ну, пока…       Гермиона встала, отодвигая с громким скрежетом тяжелый стул.       — Мы же еще увидимся? — с тревогой спросил Гарри, тоже поднимаясь.       — Я не знаю, Гарри. Я теперь ничего уже не знаю…       — Нет, мы обязательно увидимся! — И Гарри сжал ее в крепких объятьях. — Передать кому-нибудь от тебя привет?       — Нет, не стоит, — у Гермионы навернулись слезы и, пытаясь скрыть их, она быстро выскочила из Трех Метел и трансгрессировала.       Потом была бессонная ночь, полная сомнений и тревог, почти сутки в полете на самолете, потому что на такие большие расстояния трансгрессировать невозможно, и долгожданная встреча с родителями здесь, в Австралии.

***

      Гермиона бросила быстрый взгляд на настенные часы — 19-53, ее рабочий день закончился почти два часа назад и ее коллеги давно отправились домой. Да ей и самой давно пора кормить Живоглота. Сдавшись, Гермиона тяжело вздохнула, в последний раз проверила идеальный порядок на столе — ровные стопки документов, параллельно лежащие ручки — и наконец отправилась домой.

***

      Следующим утром Гермиона опять сидела в одиночестве за своим рабочим столом в отделе «Расшифровки и переводов древней письменности». Это уже превращается в день сурка, мелькнула у нее грустная мысль.       В этот отдел она попала сразу после визита в министерство магии Австралии. После короткой беседы с замминистра магии и стандартных вопросов о цели переезда, он попросил диплом Гермионы и открыв, едва не разрыдался от счастья над ровным рядком «Превосходно» напротив каждого предмета.       — Вы нам очень, очень подходите! — взволнованно затараторил мистер Уайт. — О, я вижу вы изучали древние руны?       — Да, это так, — Гермиона никак не ожидала, что именно этот предмет заинтересует замминистра.       — У нас огромный кадровый голод в этой сфере!       — Вам нужен переводчик с древних рун?       — Нам нужен не просто переводчик, нам нужен расшифровщик. У нас здесь огромное количество посланий, оставленных древними аборигенами, но совершенно не хватает специалистов, способных перевести их письмена. А ведь эта такой огромный пласт знаний, которые мы упускаем из-за невозможности изучить!       — Хм, наверно, это было бы мне интересно. — В целом Гермиона не знала на что она может рассчитывать в Австралии, поэтому была готова согласиться практически на любую работу.       — Более того, — доверительным тоном продолжил мистер Уайт, — Отдел расшифровки сейчас возглавляет пожилая дама, которая вот-вот уйдет на пенсию, и я уверен, что только вы сможете претендовать на ее место.        Гермиона, конечно, не собиралась никого «подсиживать», но как человек не лишенный карьерных амбиций, это обстоятельство для нее тоже было весомым аргументом.        Когда мистер Уайт привел ее познакомиться с будущими коллегами в отдел «Расшифровки и переводов древней письменности», Гермиона увидела небольшой кабинет, все столы которого были завалены манускриптами и свитками. В комнате находились три женщины: совсем дряхлая старушка, молодая девушка, с абсолютно несчастным лицом, и величественная пожилая дама, возвышающаяся за самым большим столом.       — Леди, познакомьтесь, возможно, ваша будущая коллега мисс Гермиона Грейнджер из Англии! Мисс Грейнджер, это миссис Мэрри Пинкман, — замминистра указал на самую пожилую сотрудницу.       — Приятно познакомиться, — вежливо поприветствовала ее Гермиона.       — Это Стейси Пикок, — мистер Уайт направил руку в сторону молодой девушки, чье лицо при этом расцвело в белоснежной улыбке и заиграло задорными ямочками на загорелых щеках.       — Привет! — улыбнулась в ответ ей Гермиона.       — И наконец наша неповторимая миссис Мэдисон Кэррингтон — несменный руководитель этого отдела вот уже шестьдесят лет! — мистер Уайт перевел благоговейный взгляд на даму за самым большим столом.       — Можно было мой возраст и не подчеркивать! — строгим тоном отчеканила миссис Кэррингтон. — Это, я так понимаю, очередная моя замена?       — Ну Вы же сами просите найти ее вам последние лет двадцать! — залепетал мистер Уайт.       — Да! Только вот заменять некем! Нынешняя молодежь совершенно не хочет ни во что серьезно вникать! Если бы я нашла достойного приемника, поверьте, я бы не проработала здесь больше ни дня! — и она красноречиво покосилась на Стейси, улыбка которой тут же сникла под этим уничижительным взглядом.       — Миссис Кэррингтон, прошу Вас не быть предвзятой! У мисс Гермионы Грейнджер прекрасный диплом и рекомендации!       — Это все сейчас ничего не значит! Если иметь правильные связи, то можно получить и хороший диплом, и отличные рекомендации, не прикладывая к этому усилий.        Если в начале этого разговора Гермиона чувствовала себя не в своей тарелке, то сейчас эти беспочвенные обвинения в ее адрес просто разозлили ее.       — Мои родители маглы! Где, по-вашему, я должна была найти связи в магическом сообществе?       — Нет-нет, прошу Вас, мисс Грейнджер, не принимайте слова миссис Кэррингтон на свой счет! Она просто сетует на ситуацию в целом. — Мистер Уайт постарался сгладить острый момент. — Ведь так, миссис Кэррингтон?       — Конечно, — после небольшой паузы ответила женщина, жестко поджав губы.       — Ну что ж, мисс Грейнджер, с коллегами вы познакомились, рабочее место увидели, готовы принять наше предложение?        Направляясь сюда, Гермиона решила, что возьмет пару дней на принятие решения, но сейчас, после разговора с миссис Кэррингтон, она не могла отступить. Она должна доказать ей свою состоятельность, как специалиста и, подстегиваемая уязвленной гордостью, Гермиона без раздумий сказала: «Да».        И вот сейчас, спустя три года в их отделе почти ничего не изменилось. Миссис Кэррингтон все также возглавляла его, только теперь говорить о пенсии перестала. На пенсию проводили лишь миссис Пинкман и в отделе опять их осталось трое.        Этим утром Стейси, как всегда, опаздывала, а миссис Кэррингтон отправилась на еженедельное совещание с министром. По вторникам министр Австралии собирал всех руководителей отделов, чтобы обсудить насущные вопросы.       Уже на втором году работы здесь, Гермиона начала понимать, что миссис Кэррнгтон разговорами о своей пенсии просто пыталась повысить свою значимость в глазах министра, а возможно, и выбить повышение жалования. Теперь, когда она видела в Гермионе реальную претендентку на свою должность, она вцепилась в свой пост мертвой хваткой и прикидываться жертвой, которая вынуждена работать, так как оставить отдел не на кого, она перестала.        Но в целом, Гермионе нравилось то, чем она занималась. Расшифровка древних манускриптов позволяла приоткрыть тайны древней магии и постичь ее истоки. То, что она расшифровывала, было описанием старинных обрядов, проведя которые, если верить посланиям, можно было получить невероятные результаты, непосильные современным волшебникам. Согласно древним рукописям, магия аборигенов была способна буквально подчинять себе природные стихии и управлять ими. Но, почему-то никто на практике не пытался применять эти обряды, а без этого они оставались просто фантастическими мифами.       Гермионе было тяжело терпеть холодную враждебность миссис Кэррингтон. Выручала лишь Стейси — ее лучистое дружелюбие и готовность поддержать. В Австралии именно она стала для Гермионы и подругой, и отдушиной.       — Миссис Кэррингтон, простите меня, но вы просто не поверите, что произошло… — Стейси влетела в кабинет, нарушая утреннюю тишину.       — Успокойся, ее нет, — вместо приветствия произнесла Гермиона.       — Фух, давно она ушла? — пыталась отдышаться Стэйси.       — Как всегда — в девять тридцать.       — Скажешь ей, что я пришла сразу после ее ухода? — Стэйси сложила руки в молитвенном жесте.       — Хорошо, но ты же знаешь, что она нам не поверит и перепроверит журнал посещений на входе?       — А вдруг не проверит?       В этом была вся Стэйси — неунывающая оптимистка на грани безрассудства.       — Я смотрю, ты сегодня опять будешь серфить? — Гермиона указала на завязки купальника, выглядывающие из-под футболки.       — Нет, сегодня пойду домой — нужно выспаться. А серфила я вчера и так и не попала в свою квартиру, — лукаво подмигнула Стэйси.       — Опять ночевала у Майкла?       — О, да, — довольно потянулась Стэйси. — И мы проспали. Просто уснули только под утро…       — Я переживу отсутствие подробностей, — с улыбкой остановила ее Гермиона. Стэйси порой посвящала ее в слишком интимные детали.       Стэйси скорчила смешливо-обиженную рожицу, давая понять, что ей хотелось бы поделиться с Гермионой, но сменила тему.       — Джейсон опять спрашивал о тебе. Я сказала, что у тебя полный завал по учебе, потому что ты весь год ничего не учила, а теперь пытаешься наверстать упущенное.       Хоть эта ложь и относилась к вымышленной Гермионе, настоящую Гермиону эта выдумка все-равно задела.       — А можно было придумать что-нибудь другое?       — Можно. А еще можно принять его приглашение и сходить с ним на свидание. Боже, он же такой красавчик! Если бы я познакомилась с ним раньше Майкла, а бы на Майкла даже не взглянула.       Гермиона неодобрительно покосилась в сторону Стэйси, но к ее отношению к парням она уже привыкла. Гермиона со счета сбилась, какой это парень у Стэйси только за время их знакомства. Майкл и Джейсон были маглами, студентами юридического факультета. Они учились на последнем курсе и оба обожали серфинг. Стэйси тоже была заядлой серфингисткой, так она и познакомилась с Майклом.       Пару месяцев назад она и Гермиону наконец уговорила пойти с ней на пляж и там познакомила ее с Джейсоном. Это было что-то вроде парного свидания. Джейсон учил Гермиону держаться на доске. У нее это абсолютно не получалось, но это не расстраивало ни Джейсона, ни Гермиону. Джейсон смеялся, когда Гермиона падала в воду и аккуратно возвращал ее на доску.       Потом, уставшие, они валялись на песке и смеялись над шутками парней. Стейси выдавала себя за студентку археологического факультета, а Гермиону представила, как свою однокурсницу. Вечером на пляж пришли еще их друзья, они развели костер прямо на побережье, а Джейсон играл на гитаре. Это был чудесный день, как будто украденный из другой жизни Гермионы. Жизни без магии, без Хогвартса и Волан-де-Морта. Жизнь, которой могла бы жить другая Гермиона. И она прожила этот день, отбросив свои тревоги и страхи. Как будто это не она скиталась несколько месяцев в поисках крестражей, и это не ее пытала Белатрисса, и не на ее глазах гибли ее друзья…        И на рассвете это не она целовалась с Джейсоном, а та, другая Гермиона, которой она могла бы стать, но уже никогда не будет…