Глава 3. Первая ночь в облике Кота Нуара

Ночь в Париже наступила незаметно, словно туман, который уже с утра неспешно стелился по улицам, постепенно сгущаясь. Воздух был холодным, сырость пробиралась под плащи и пальто, заставляя прохожих ускорять шаг. Лёгкий ветер доносил запах мокрой земли, смешанный с ароматами выпечки из пекарен, которые готовились к утренним продажам. Вдалеке слышались звуки копыт — последние кареты торопились доставить пассажиров домой. Свет газовых фонарей создавал мягкие ореолы на булыжной мостовой, а тени старых зданий и переулков будто жили своей жизнью. Город, казалось, замер, готовясь наблюдать за чем-то важным, скрытым под покровом ночи. Эдриан Ле-Вит стоял на крыше старого здания, глядя на ночной Париж. Его фигура была укутана в длинный чёрный плащ, который развевался на ветру, а маска плотно прилегала к лицу. Глубокий вдох, затем медленный выдох — так он пытался унять бешеное сердцебиение. "Это глупо, — думал он, крепче сжимая кулаки. — Но что ещё я могу сделать? Если ничего не менять, всё останется таким же грязным." Он опустил взгляд на улицу внизу. Где-то там, за высокими стенами одного из особняков, находилась его цель. Это было его первое ограбление. ... Ещё утром этот день казался обычным. Семья собралась за завтраком в просторной столовой, залитой светом. Высокие окна с кружевными шторами открывали вид на заснеженный сад. Длинный стол был накрыт простыми, но уютными блюдами: корзинка с багетами, домашний джем, сыр и горячий шоколад. Клара Ле-Вит вбежала в комнату, будто вихрь, который невозможно остановить. Её голубое платье с белыми кружевами подскакивало при каждом шаге, а золотистые волосы, собранные в два небрежных хвоста, постоянно спадали ей на лицо. — Эдриан! — закричала она, резко остановившись у его стула. — Ты обещал помочь мне с проектом, а я не могу найти ни одной книги о реликвиях! Её голос был полон возмущения, но в глазах искрилось озорство. Она любила преувеличивать, чтобы привлечь внимание брата. — Доброе утро, Клара, — сказал он, подняв одну бровь и отложив газету. — Разве никто не говорил тебе, что кричать с утра вредно для здоровья? — Никто, — хмыкнула она, надув губы. — А теперь помогай! Эдриан усмехнулся. "Она не даёт мне забыть, зачем я это всё делаю, — подумал он, глядя на сестру. — Клара заслуживает жить в мире, где нет таких людей, как Бофорт." — Хорошо, хорошо, помогу, но позже, — сказал он. — У меня университет. — Ладно, но если ты не сделаешь этого, я найду приключения сама! — с вызовом заявила она. Анна Ле-Вит, их мать, наблюдала за этой сценой с лёгкой улыбкой. Её спокойный голос добавил тепла в утреннюю суету: — Эдриан, помоги сестре, когда вернёшься. Мы ведь не хотим, чтобы её приключения закончились бедой. — Ты слишком сильно её балуешь, мама, — ответил он, вставая из-за стола. — Кто-то ведь должен, — с усмешкой сказала Анна, поправляя Кларе воротник платья. Эти моменты всегда напоминали Эдриану, за что он готов был бороться. ... Днём Эдриан пришёл в университет. Как всегда, в коридорах кипела жизнь: студенты обсуждали последние лекции, смеялись, спорили о политике и моде. Но Эдриан всегда предпочитал тишину библиотеке. К его удивлению, сегодня все места были заняты. Почти все... кроме одного, напротив Маринетт Бофорт. "Вот это удача," — подумал он с лёгкой долей сарказма. Маринетт сидела за столом, сосредоточенно пишущая что-то в своём блокноте. Её чёрные волосы были аккуратно собраны в низкий пучок, а на столе лежала стопка книг о моде и архитектуре. Он подошёл, но перед тем, как заговорить, она подняла взгляд. — Ле-Вит? — удивлённо спросила она. — Ты что-то хотел? — Все места заняты, — сухо ответил он. — Так что придётся потерпеть меня. Она лишь кивнула, слегка поджав губы. — Ну, если ты сможешь сидеть тихо. — Тишина — моё второе имя, — усмехнулся он, усаживаясь напротив. Несколько минут они сидели молча, пока Эдриан не заметил, как она то и дело исподтишка смотрит на него. — Если ты хочешь что-то сказать, просто скажи, — произнёс он, не поднимая глаз от книги. — А ты всегда такой... — она задумалась, подбирая слово. — Резкий? — А ты всегда такая... — он оторвался от книги и посмотрел на неё. — Любопытная? — Если честно, мне просто интересно, как ты умудряешься быть таким... раздражающим. — Талант, — усмехнулся он. Они снова замолчали, но напряжение между ними было почти осязаемым. Чуть позже к ним присоеденились их друзья, которые к привеликому счастью обеих героев, были еще и парочкой. Нино, высокий парень с тёмными волосами и вечной улыбкой, выглядел так, словно он всегда был в хорошем настроении. Он был лучшим другом Эдриана с детства, и их семьи часто устраивали общие ужины. Нино был сыном ювелира, известного своими украшениями на заказ. — Ну что, гений, как идёт учёба? — спросил Нино, хлопнув Эдриана по плечу. — Стараюсь не умереть от скуки, — ответил он. Аля, энергичная и прямая, была девушкой Нино и подругой Маринетт. Её тёмные глаза сверкнули, когда она заметила, что Эдриан и Маринетт сидят за одним столом. — Ух ты, — протянула она с лёгкой насмешкой. — А я думала, что ледяной король и мадемуазель Идеальная никогда не смогут быть рядом. — Мы не рядом, — сказал Эдриан, кивая на стол. — Между нами стопка книг. — Да, но химия-то чувствуется, — ответила она, подмигнув. Маринетт покраснела, а Эдриан фыркнул, скрывая смущение за насмешкой: — Если я и чувствую что-то, то только раздражение. Нино и Аля рассмеялись, а Маринетт продолжила записывать что-то в свой блокнот, притворяясь, что не замечает их. ... Сейчас же, под покровом темноты, он ощущал странное сочетание страха и азарта. Ему предстояло совершить своё первое ограбление. Цель была выбрана не случайно: промышленник Арно де Монтрей, известный своей жадностью и безжалостностью, недавно купил редкую реликвию — золотую статуэтку божества, украденную из одной из восточных колоний. Эта покупка стала символом коррумпированного богатства, и Эдриан решил, что эта статуэтка станет его первым шагом в борьбе с несправедливостью. — "Иногда тень приносит свет," — пробормотал он, повторяя свои слова. Кот Нуар — так он теперь называл себя. Этот образ был выбран не случайно. Кот — символ независимости, хитрости и скрытности. А нуар, тьма, была его новой стихией. ... Особняк де Монтрея возвышался над соседними домами, словно памятник тщеславию. Высокие окна были закрыты тяжёлыми шторами, а ограда окружала весь двор. Эдриан скользнул в тень. Его чёрный костюм сливался с ночным мраком. Перепрыгнув через стену с ловкостью, которой он удивился сам, он оказался во дворе. "Дыхание ровное. Не думай о страхе. Просто двигайся," — повторял он про себя, приближаясь к боковому входу. Ключ, вырезанный заранее с помощью одной из его связей, подошёл идеально. Дверь тихо открылась, и он оказался в темном коридоре. Внутри особняка пахло воском и дорогой древесиной. Эдриан медленно продвигался вперёд, стараясь не издавать ни звука. Он знал, что кабинет де Монтрея находится на втором этаже. Поднимаясь по лестнице, он чувствовал, как адреналин разливается по венам. "Ты можешь. Ты должен," — думал он, входя в кабинет. ... В кабинете царила тишина. Большой стол, шкафы, набитые книгами, и массивный сейф. Статуэтка была спрятана за дверцей сейфа, но ключ, найденный среди вещей промышленника ранее, подходил идеально. Эдриан взял её в руки. Она была холодной и тяжёлой, но в этот момент он почувствовал не радость, а что-то иное. "Ты теперь вор," — мелькнула мысль. Он замер на секунду, глядя на статуэтку. Перед глазами всплыли лица его родителей, их честность и принципы. "Но если я не сделаю этого, кто тогда?" Он оставил записку с изображением чёрного кота и словами: "Справедливость придёт к тем, кто забывает о ней." ... Покидая особняк, Эдриан чувствовал странное облегчение, смешанное с тревогой. Его первое ограбление прошло успешно, но он знал, что теперь пути назад нет. По дороге домой он старался не думать о том, что его ждёт дальше. Но одно он знал точно: он сделает всё, чтобы защитить свою семью и бороться с такими людьми, как Габриель Бофорт. ... Когда Эдриан вернулся домой, тишина особняка Ле-Витов напоминала ему, насколько поздно он пришёл. Звуки его шагов на деревянном полу гулко отдавались в коридоре, но никто, кроме него, не был свидетелем этого ночного возвращения. Дом, обычно наполненный теплом и жизнью, спал, словно укрытый мягкой пеленой ночи. Он открыл дверь своей комнаты и прошёл внутрь, сняв с себя плащ и аккуратно повесив его на крюк у стены. Комната, освещённая тусклым светом настольной лампы, выглядела как спокойное убежище: большие книжные полки вдоль стен, кровать с тёмно-синим покрывалом, простое, но изящное зеркало в деревянной раме. Эдриан скинул маску на стол, опустился в кресло и закрыл глаза. В этот момент он почувствовал, как усталость навалилась на него тяжёлой волной. Его первая ночь в роли Кота Нуара прошла успешно, но вместо триумфа он чувствовал лишь пустоту и лёгкое беспокойство. Тихий скрип раздался со стороны двери. Эдриан обернулся и увидел Клару, стоящую в проёме. Её золотистые волосы были растрёпаны, а белая ночная рубашка свисала чуть ниже колен. Она выглядела как маленький ангел, неожиданно появившийся в тишине. — Эдриан, ты что, совсем не спишь? — нахмурившись, спросила она, немного прищурив глаза, как будто пыталась разглядеть что-то, чего он старательно прятал. Он вздохнул, стараясь убрать с лица все следы напряжения, и ответил: — Иногда работа не ждёт, Клара. Его голос звучал ровно, даже спокойно, но внутри он ощущал, как сжимается сердце. Он не хотел, чтобы она видела его в таком состоянии — измотанным, потерянным в своих мыслях. Она шагнула вперёд, потом ещё раз, пока не оказалась рядом с ним. Без приглашения она опустилась на край его кровати, поджав под себя ноги. Её большие голубые глаза внимательно смотрели на него, словно она пыталась прочесть его мысли. — Ты ведь всегда стараешься сделать всё правильно, да? — спросила она, её голос звучал мягко, почти шёпотом. Эдриан на секунду задержал дыхание. Этот простой вопрос вонзился в него, как игла. Он отвёл взгляд, не в силах выдержать её пронзительного взгляда, и коротко ответил: — Стараюсь. Клара продолжала смотреть на него, слегка нахмурив брови. Она была умной девочкой и всегда умела чувствовать то, что другие пытались скрыть. — Ты герой, Эдриан. Ты всегда им был, — вдруг сказала она, улыбнувшись так искренне, что у него защемило в груди. Эти слова обрушились на него неожиданной волной эмоций. Герой? Он? Как можно назвать героем человека, который крадёт, даже если цель оправдывает средства? Но её голос был настолько уверенным, что на мгновение он почти поверил ей. Он поднял глаза и встретился с её взглядом. — Спасибо, Клара, — тихо произнёс он, стараясь вложить в эти слова всю благодарность, которую не мог выразить иначе. Она широко улыбнулась, довольная его ответом, и легко спрыгнула с кровати. — Ну всё, теперь ты точно должен помочь мне с проектом завтра, — заявила она, направляясь к двери. — Герои ведь всегда помогают, правда? Он усмехнулся, качая головой. — Конечно, Клара. Герои всегда помогают. Она остановилась у двери, повернулась и помахала ему рукой. — Спокойной ночи, Эдриан. И... перестань так много думать. Всё будет хорошо. Когда она ушла, Эдриан остался сидеть на краю кровати. Комната снова погрузилась в тишину, но её слова всё ещё звенели в его голове. Он подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение. Чёрный костюм и маска, лежащие на столе, напоминали ему, что он больше не просто Эдриан Ле-Вит. Теперь он Кот Нуар. "Ты герой," — повторил он про себя, глядя в глаза своему отражению. Но вместо уверенности он чувствовал лишь вопрос: сможет ли он оправдать её веру?