ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

      День рождения — это отличный праздник! Яркий и весёлый, он радует юные сердца путешественников и разведчиц. Му-Шанг и Лин вовсе не стали исключением. Прошлая неделя запомнилась им большим количеством событий, особенно казнью и злыми советниками, ходящими вокруг; но эта семидневная рамка была куда важнее. В культуре ведьм день рождения был праздником особым. Даже отмечался не с первых годов рождения ребёнка, а лишь по истечению четырех лет! Причины у того были грустные: дети часто не доживали до возраста «рождения», однако если это всё же случалось – радость была большая. Родители своих детей любили. На этом строилась вся их культура, как никак, а всё же единственными носителями культуры вышеупомянутых существ были именно они сами (за редкими исключениями в виде Му-Шанга).        Были у такого важного праздника и свои традиции. Именинник всегда получал сюрпризы от соседей и родственников, но если он был не в настроении или не хотел отмечать – всегда можно было сообщить заранее: тогда поздравлять не станут. Нарушать личное пространство ведьмы было неуважительно, ведь это могло испортить репутацию в общине, а такое – хуже любого проклятия в их сообществе; нет, не потому что это могло повлечь проблемы в жизни, просто помогать ведьме могут отказаться, а это плохо, только если вы не живёте в отделении или не предпочитаете делать всё сами.        Взрослые всегда дарили полезные вещи. Могли это быть сборы трав, одежда, книги: что угодно полезное и нужное. От того и дети перенимали подобное занятие, часто даря сверстникам что-то связанное ими или сплетённое на станке вручную. Часто неаккуратное и глупое, вещицы всегда аккуратно хранились в сундуках и тумбах, то и дело напоминая о хорошем и приятном воспоминании в длинной (или короткой) жизни.       — Ты забыл про их день рождения? — вежливо уточнили у проповедующего, доставая стопку свёртков из шкафа.       — И не забыл я ничего! — опёршись о дверной проем, Реншу вздохнул. — Я тоже подготовил им подарок, вообще-то.       — Правда? Какой? — не оборачиваясь, женщина продолжала искать нужный ей свиток в стопке одинакового сургуча.       — Один день без занятий! — сказано это было до жути уверенно, но даже без подглядывания было можно понять, что ведьма очень недовольна этим ответом. — Что? Ты хочешь сказать, что это плохой подарок?       — Реншу. — уже хотела начать Гроу, как тот её перебил.       И не надо мне тут! Они, итак, учатся, считай, каждый день. Даже на выходных в библиотеку заглядывают! У них от такого количества чтения глаза вылезут и мозги оплавятся. Пусть отдохнут денёк. — наблюдая за небольшим пакетом, что держала в руках супруга, мессия вежливо поинтересовался. — А что это?       — Подарки. — подойдя к мужу, дама улыбнулась. — У нас принято дарить подарки детям на день рождения. Обычно что-нибудь полезное, но это уже как повезёт. — укоризненно зыркнув на смотрящего, съязвила. — Но день без занятий, конечно, важнее.       — Надоело. — буркнув себе под нос, господин закатил глаза и резким движением вжал в себя стоящую. — Понял я уже. Хватит меня так отчитывать. Ругала бы, что ли. Итак виноват, а тут ты ещё нравоучения мне язвишь. — голос его звучал обиженным и таким расстроенным, что, не зная его лично легко можно было подумать, что он правда очень огорчён. Но это было не так.       — Мм, ну ладно, убедил. – хихикнув, знахарь обняла мужчину. Он улыбнулся ей в ответ, нежно поглаживая по спине. — Подарки будем вместе дарить, хорошо? ... Погоди, или у тебя проповедь? — спохватившись, уже хотела выпутаться из тёплых сетей, но заманивший её паук лишь рассмеялся.       — Ты правда думаешь, что я променяю день рождения моих детей на службу? Глупости! Ничего не может быть важнее вас троих! — подумав, добавил, – Ну и Гюрена ещё, может быть.       — Я передам ему, что ты переживал. Но всё же аккуратнее с этим, как бы люди не разозлились. — глянув в голубые глаза, настоятельница прищурилась.       — Люди? Нет, они не разозлятся на однодневное отсутствие. Все знают, что у меня есть дети. — пожав плечами, развернулся к коридору, начиная идти в нужную сторону. — Единственные кого это разозлило – советники. Но, всех недовольных мы уже убрали, так что проблем возникнуть не должно. — Спустя пару минут неловкого молчания, господин всё-таки сумел набраться смелости и уточнить. — Ты же не злишься на меня за всю эту экзекуцию?       — Я?.. Я не знаю, честно говоря. — ведьмочка всё ещё не была уверена, как ей реагировать на такое большое количество казней из-за её персоны, — С одной стороны я понимаю почему ты это сделал. Не могу осуждать тебя, ведь с твоей перспективы вопроса всё сделано как нужно, но с моей – это жестоко. А я не очень люблю жестокость.       — Я знаю, поэтому и не счел нужным беспокоить тебя. — улыбаясь, идущую рядом обняли за плечи. — Как думаешь, детям понравятся подарки?       — Думаю да. — хмыкнули ему.        Родители прекрасно понимали друг друга: эта казнь была нежелательной, но необходимой. Реншу не мог не уточнить, он ни в коем случае не хотел, чтобы Гроулин расстраивалась из-за его поступка; она сделала бы точно так же.       Расстраиваться – плохо. Особенно, в такой прекрасный и важный день.              — Тупица! — показывала язык Лин, смотря на брата. Тот сложил руки на груди, ставя ногу на книгу.       — Сама такая! — крикнул, показывая язык в ответ, как тут же был сбит с ног. Теперь они вновь превратились в крутящийся комочек.        Клубы пыли поднимались с пола, но это было уже привычным. Такие драки происходили чуть ли не каждый день и как их не пытались останавливать – толку не было. Более-менее это ещё получалось у Гюрена. Тот просто отрывал их друг от друга и ребята успокаивались. Реншу обычно просто находил им другое занятие, а вот Гроу – смотрела на них. Да, это казалось глупым, но срабатывало! Как объяснила сама ведьма – она их никогда не ругала. Просто молча смотрела на них и дети, зная, что они не правы – успокаивались, сами находя себе другое занятие. Это было как предупреждение. Самое интересное, что работало это и на взрослых тоже. Поэтому гнев настоятельницы старались не вызывать.        Сейчас случилось тоже самое. Реншу хотел было вмешаться, но его остановили жестом. Малышня, заметив пристальный взгляд, повернулась и вскоре испуганно встала отряхиваясь.       —       Он первый начал! — указали на брата рукой.       —       Она меня ударила! — показали на сестру.       —       Я ударила тебя, потому что ты забрал мою книгу!       —       А ты начала обзываться!       —       Оба. — спокойно отозвался женский голос.       —       Извини... — обижено промычали дети в унисон.       —       Что у вас тут вообще произошло? — все же встрял Реншу. Это продвинуло       вперёд цепную реакцию жалоб и известно стало больше о всей этой ситуации.       — Шанг сказал, что выбросит мой подарок! — топнув ножкой, девочка отвернулась, — А я его ещё даже не подарила! Это обидно, вообще-то!       — ЯБЕДА! — показав язык, зритель закатил глаза. — Я уже заранее знаю, что он дурацкий.       — Почему? — мессия заинтересовано наклонил голову, приобнимая недовольную маму за руки и притягивая к себе.       Потому что она девочка! — Муши глянул прямо на сестру. Лицо последней выражало такую степень возмущения, что казалось – она поколотит его ещё раз, притом сильнее.       — Нелогично как-то, — усмехнулся слушающий. — А мама, она тоже дарит тебе глупые подарки? — видя несогласные кивки с нужной стороны, тот продолжил. — Но она ведь тоже девочка. Разве по твоей логике это не значит, что она будет дарить тебе глупые вещи?       — Мама это другое. — встряла сестра, заставляя Шанга согласно закивать. — Не защищай брата, дай он сам выскажется. — отец определённо не был готов к их ответу. Он был оборонительным.       — В смысле не защищай?! А кто я тогда такая ему? Я же его семья! Я должна защищать его, разве нет?! Он делает тоже самое!       — Более того, если ты думаешь, что эта ссора действительно может нас поссорить, то это – глупости! Ерунда несусветная! Кто, если не я буду принимать её подарки?! — успевший открыть рот Реншу беззвучно повернул голову к супруге. Та, ели сдерживала смешок, так что голова молча была повёрнута обратно.       — Это вы поиздеваться надо мной решили, да? Ой, как вам не стыдно! — закатив глаза, но посмеиваясь про себя, мужчина нарочито серьёзно продолжил, — Я к ним со всем сердцем и душой, а они! Милая, и ты с ними?! Ах, какой позор, как я только не догадался?! — получив толчок в плечо, улыбнулся, видя хихикающую супругу. Та ничего не говорила, пока что.       — Ты к нам с душой, а мы к тебе с проклятиями! — уверено сообщил Муши, после зыркая на сестру и оговариваясь. — Или там другое было?       — Другое. — быстро закончила разговор Гроу, подходя к детям ближе. — Мы с вашим папой вообще-то приготовили вам подарки. И не только мы. Так что давайте успокоимся, хорошо? — думающая над загадкой детвора быстро оживилась, так что вскоре около женщины сформировался условный круг из троих человек. — Отлично. Вот, держите.        Относительно скоро, в руках ребятни оказалось несколько свёртков. У каждого по три. В каждом было по одному предмету и записке, от каждого друга. Подарки были следующими: от Жура – книга, от Алайи – мечи, а от братьев Зури и Гури (ранее не упоминавшихся в истории), - какая-то одежда.        Детвора была очень рада. Всему сразу, они не ожидали получить такие подарки от тех, с кем уже три месяца не виделись! Они искренне думали, что про них забыли. — А ты уверена, что детям можно играть с железными мечами? — переведя заинтересованный взгляд на супругу, тот кивнул. — Гюрен, конечно, разрешает им иногда носить ему оружие, но тебе не кажется, что это слишком?       Нет, не кажется. Они должны научиться управляться с мечами. Плюс, если тебя волнует религиозный аспект – не волнуйся, они лечат друг друга и не допускают что бы их ранения были видны. Я им объяснила, и они учли этот момент. — ... религиозный? — не понявший сразу Реншу почесал затылок, после осознавая о чём она говорила. — Мне всё равно на религию в этом вопросе. Они мои дети, мне всё равно что о них подумают другие. Я переживаю о их здоровье, а почему они там поранились – мои проблемы, не их.       — В прошлый раз ты показал себя с другой стороны, поэтому я перестраховалась. — стоящего это задело. Он понимал почему она обижается, но не думал, что это взволновало её настолько сильно.       — Гроу, не ругай папу! — Шанг обернулся к стоящим. Сестра его сделала тоже самое, вскоре подходя к родителям. — Мы на него не обижаемся! Он ведь мог сделать ещё хуже, если бы вмешался. Да и плюс, так мы смогли постоять за себя и Лин теперь очень уважают.       — Да, меня не задирают с того случая! — гордо заявила девочка, поставив руки в бока.       — Спасибо, дорогие. — виновато улыбнулся отец, видя, как детвора подошла к нему и обняла. — Ваша мама права, конечно, мне стоило постоять за вас в тот момент.       — Пап, если ты сделаешь это в следующий раз, то мама простит тебя. Гроу, в смысле. — буркнула девочка, неловко улыбнувшись.       — Почему вы называете её по имени при мне? — обиженно переспросил мужчина, — Я не знаю о ваших устоях много, только то, что ваша мама рассказывала, но разве вы не должны называть Гроу «мамой» при мне? Или я не часть вашей семьи?       — Нам сказать тебе честно? — вежливо переспросил Му-Шанг, улыбаясь.       — Да. — спокойно кивнули им.       — Мы только недавно привыкли к тебе и всё ещё привыкаем к тому, что ты часть нашей семьи. — отчеканила девочка, — В отличии от мамы, нам трудно тебя принять, ведь мы не знали тебя до переезда. Но мы уже привыкли. Осталось только к остальным условностям привыкнуть.       — Хорошо, спасибо за честность. — посмеялся проповедник, крепче обнимая личики. — Я ценю то, что вы честны со мной. Это немного обидно, но я бы вёл себя так же.        К семье подошла и мама, обнимая всех троих. Она молчала всё это время, то ли не желая говорить, то ли не зная, что сказать. Фоновый шум всё усиливался, постепенно позволяя расслышать знакомый голос и стук ботинок по коридору.       Господин Реншу! Господин Реншу! Нам нужна ваша помощь! — Ру-Ши быстро, насколько позволяли его старческие годы, подбежал и открыл, до этого захлопнутую, дверь.       — Прямо сейчас? Оно не может подождать немного? — буркнул мужчина, поднимаясь на ноги. Он всегда приседал, когда обнимал детишек.       — К огромному сожалению, нет. Там узники пришли, всё же вы сами приказали приводить самых спокойных на суд. — в эту секунду на Гроулин глянули. Украдкой, незаметно, но она улыбнулась. Ей было приятно слышать, что её предложение всё же приняли во внимание.       — Ты всё-таки послушал меня! — радостно всплеснула в ладошки она. — Ну конечно, солнышко. Как я могу не слушать тебя? — обняв женщину, тот вежливо чмокнул её в щеку на прощание. После, ушёл, оставляя советника и детей с супругой одних.       — Простите за это, я знаю, что у вас сегодня день рождения, но я не могу не позвать Реншу. — чуть виновато улыбаясь, тот поклонился. — Госпожа Гроу, если хотите спуститься к завтраку, то его подадут через десять минут. Советую много не есть, обед будет пышный.       — Зачем пышный?! — возмутился Шанг. Притом сделал он это настолько неожиданно, что Ру-Ши дрогнул от испуга. За всю эту неделю он так и не отошёл от нервов после казни. Даже ходить на неё в этот раз не решился. Не хотелось ему видеть столько смертей своих знакомых.       — Ну как же? У вас ведь день рождения, мы будем праздновать. Так говорят традиции. — строго объяснили им, вновь выравнивая спину.       — А можно мы не будем со всеми праздновать? — обижено спросила Лин, РуШи всё ещё побаивался перечить ей, даже не смотря на присутствие их матери в комнате с ними.       — Ру-Ши, отойдем те на секунду. — спокойно позвав, знахарь отвела старика за дверь, прикрывая её. — Дети не хотят банкета. Они не привыкли к таким торжествам.       — Но Гроу! Они не могут не прийти! Это же какое неуважение к празднику?! — раскинув ладони, старик возмутился.       — Ру-Ши. Дети очень хотели, что бы я приготовила им наши традиционные блюда к ужину. Мы будем готовить их вместе, поэтому не думаю, что вы сможете убедить детей в неважности этого мероприятия. — кивнув, дополнила, — Вероятнее всего они будут присутствовать на общем мероприятии. Не волнуйтесь.       — ... Ладно. — закатил глаза старик. — Вам лучше знать. Но пожалуйста, придите на общее мероприятие, вы и ваши дети. Завтрака это тоже касается.       Хорошо, господин Ру-Ши. Я за всем прослежу. — улыбнувшись, дама наклонила голову, — Вам может какого-нибудь отвару от нервов дать? Вы выглядите так бледно последнее время.       — Да, пожалуйста. — почесав затылок, советник развернулся и ушёл восвояси. Это было всё что он хотел сказать. Стоящая у двери лишь качнула головой и вернулась в изначальное помещение, уже встречаемая двумя весёлыми носикам. За недолгое отсутствие, те успели помириться, подарить друг-другу свои подарки, опять поругаться и опять помирится. Стоит ли говорить, что за девять лет таких ссор, ведьма давно уже различала какая из них серьезная. Шанг никогда не обижался на кого-то, просто потому что она «девочка», как минимум потому, что считал девочек равными себе и часто играл с ними на равных. Так было со всеми мальчиками в воспитании ведьм. Девочки относились к мальчикам так же, и, если госпожа вдруг слышала «она девочка!» или «он мальчик!», и это было основным аргументом: значит детей можно было оставить в покое. Они успокоятся сами через пять минут. Жалко только, что Реншу об этом никто не предупредил.       — Зачем вы так над папой издеваетесь? Он ведь не знал. — качнув головой, дама присела на пуфик.       — Это весело. — спокойно ответили ей. — Ты ему не объясняй, его весело путать. — видя закатанные глаза, Шанг пробурчал, — Мы сами скажем, когда захотим. Ладно?       — Ладно. — улыбнулись в ответ. — Что подарили друг-другу? Что-то интересное? Или как в прошлом году?       — Обижаешь! Я старалась! — Ли возразила. Тот камень, что был подарен       Шангу, имел кристалл внутри. Шанг был в курсе, поэтому не ругался и не обижался. — Я знаю, милая... а это что? — на протянутую вещицу улыбнулись, аккуратно беря её в руки. Вырезанная из дуба, человечек напоминал Лин. Стоящая с мечом она выглядела жутко серьёзно. Правда дерево было не окрашено, но всё равно очень аккуратно вырезано и обработано. — Фигурка! Очень красиво. Это тебе Шанг сделал?       — Ага! — гордо кивнув, та улыбнулась. — А я ему тоже подарок сделала! И это не камень, как в прошлый раз. — В это же время в общую комнату вышел и Шанг. — Смотри! — в глазах пацанёнка читался искренний восторг. Оно и не удивительно, на нём красовался настоящий, овечий кожух. Такие были традиционны для культуры ведьм. Их часто красили чёрным, по бокам обкладывали шерстью и пришивали. А само изделие чаще всего вышивалось узорами: зелёными, красными, белыми и иногда чёрными нитками. Не редки были и пуговицы, впрочем, тут их не было. Даже издалека воспитательница могла заметить неаккуратные швы       и неудачные попытки затянуть узел на нитках... Но в целом выглядело неплохо. Особенно для Лин, которая не очень хорошо вышивала. Настоятельница делала это не лучше, но о способностях дочери узнала от учительницы. К сожалению, пряжу освоить у ребенка не вышло, но даже существующих навыков ей хватало для опережения собственной учительницы... — Я в нём на улицу пойду!       — Нет, это плохая идея. Тебе будет жарко! — возразила женщина. — Или ты забыл, что случилось с вами прошлым летом, когда вы вышли в кожухах? — глазки закатили, но припомнив красную спину, неприятное чесание и прыщи, Шанг (как и Лин) поморщился, недовольно прижимая к себе вещь.       — А вечером? Я могу выйти в нём вечером? — он очень хотел в нём выйти. Лин глянула на маму, убегая в комнату и принося свою накидку из пряжи. Она тоже была относительно тёплой.       — А я выйду в этом! Можно вечером? Можно? — они подошли к маме вместе, ложа руки ей на колени. Та вздохнула.       — Если вечером будет холодно, что весьма вероятно – конечно. Только сильно не увлекайтесь. Тут не привыкли к такой одежде, будут вопросы.       — Ну и пусть завидуют! — гордо заявил Шанг показывая пальцем в небо. Лин засмеялась. — что, смешно тебе, ДА?! — картинно зарычав, тот прыгнул на смеющуюся сестру и они пошли опять мутузить друг друга. Там уже и «она же девочка» припомнили. Подобные желания побить сестру у Шанга возникали с такой же частотой, как и желание побить брата у Лин. Они редко дрались серьёзно и обычно кроме синяков никаких повреждений не оставалось.       — А как рассказывал, что она тебе ерунду подарит! — смеясь, воспитатель положила руку под щёку, наблюдая как пыльная драка быстро прекратилась, оголяя надутые губы Шанга. Он посмотрел на сестру. Та поправила свою одежду и волосы, вежливо улыбнулась маме и максимально презрительно перевела свой взгляд на Муши, показывая ему язык. Тот уже хотел ещё раз влезть в драку, однако сестра остановила его быстрым вопросом к матери.       — А когда мы пойдем завтракать? — внимающая спохватилась, вскоре кивая к выходу. Им действительно стоило поторопиться. Раз уж главный советник был столь обеспокоен их появлением – не стоило его расстраивать. Всё же недавние события, итак, были весьма губительными для его немолодого сердца.       Приём пищи был весьма обычным для дня в храме, с одним лишь изменением: в этот раз дети ушли раньше обычного и не сидели до момента, как их воспитательница встанет со стола. Они всегда ждали, редко уходя без неё. Оправдание тоже было: они хотели пойти к Чарльзу. Что ж, останавливать их не решили. По прохождению некоторого времени, Реншу тяжело вздохнул.       — Итак. Что мы дарим им сегодня? — многие полезли по карманам, в поисках то ли идей, то ли заготовленных заранее бумажек.       — Ты забыл, что должен им что-то дарить и теперь стараешься выкрутиться из положения? — улыбаясь, ведьма зыркнула на мужа, хитро улыбнувшись на его возмущения.       — Нет! — начал он, но видя знакомую ему ухмылку быстро сдался, признаваясь в содеянном. — Да. — притом звучал он обиженно, легко верилось в его сожаления. Многие хихикнули на такую реакцию, однако видя хмурое лицо мессии, быстро успокоились. Редкие смешки всё ещё происходили, однако это никого не раздражало. Зал погрузился в тишину. Предлагали свои идеи, но ничего из этого не было подходящим.       — А может устроим им вечеринку?.. — голос мистера Нура, как и всегда был очень тихим и напуганным. Он был одним из тех, кто начал искренне бояться Реншу после казни. Тем не менее, идея была хорошая, так что на него глянули с интересом. — Имею ввиду, они не очень любят компанию, но та же Лин любит внимание и.… — видя улыбку той же Гроулин, мужчина очаровано промямлил, — почему бы нам не устроить им такое?        Стоит отметить, именно это очарование в голосе было столь раздражающим для знахаря. Она прекрасно понимала, что подобное – не просто часть характера человека. Она ему нравилась, и хоть Нур и правда был симпатичным, мозгов для учителя ему явно не дали. Более того, женщина знала, что пропавшая в начале вещица был виной преподавателя, отчего любви к нему питать она сразу перестала. Сам же Нур, из-за милого поведения настоятельницы, очень даже убедил себя в желании женщины построить с ним какие-никакие отношения. Это было не так, но плененный мечтой о отношениях с хитрой и богатой дамой, тот порой был глуп и жутко наивен, соглашаясь на самые идиотские и странные поступки. К такому же суждению он пришёл и по поводу Реншу, заранее решив, что ведьма с ним точно изза денег и власти, а не чувств и желания любви. Детей во всём этом он принимал как данность, хотя и не очень любил: согласившись быть их преподавателям, он обнаружил бреши в своей теории, что ему резко не понравилось.       — А звучит неплохо! — кивнул Реншу. Гроу отреагировала так же. — Заодно и проверим хорошо ли подготовлено помещение к фестивалю, исправим бреши. — тут уже многие согласились. Действительно, подготовка к празднику велась не шуточная: уже сейчас собирались украшения и подарки, учились молитвы и тренировались выступления. Проверить само помещение было важно, часто к празднику меняли полы и стены, перекрашивали зал. Такое мероприятие – отличный способ проверить комнату не только от влияния большого количества людей, но и от общего беспорядка, что будет устроен детьми в том числе. — Тогда решено! Мы устроим вечеринку к дню рождения! — многие захлопали. Ведьмочка лишь улыбнулась.              Подобная радость цвела и пахла везде, даже на рынке. Карапузов там любили, ведь они не доставляли проблем, да и их мама многим была знакома. За небольшую прогулку по площади, в карманах и руках оказалось, как минимум две игрушки, которые поспешно были отданы гуляющим детям. В отличии от привычного поведения мессии, этот дуэт никогда ничего бесплатного не брал, как сильно их не пытались убеждать в идее «подарка ради восхваления богов».       — Тебя это не раздражает? — буркнула Ли, глядя на брата. Тот согласно кивнул.       — Очень. Нет бы дать нам просто прогуляться! Они дарят ещё что-то, хвалят. Было бы за что хвалить! — возмущению пацанёнка не было предела, пока ему в глаза не бросился знакомый. — О, привет, Кои! — оставаясь верным своему яркому кимоно, тот повернулся и улыбнулся, махнув рукой.       — Привет! Как вы? — один из тех, с кем общение не было разорвано       окончательно. Хоть дети на него и обиделись, смелость побежать и сказать взрослым они оценили. Да и сам ребёнок особого вреда не доставлял. — Я слышал, что у вас сегодня день рождения, об этом весь рынок шумит! — видя закатанные глаза Лин, тот посмеялся, — Я знаю, что вы не любите, когда об этом так говорят, — после задумался. — Простите, я ничего вам не приготовил. Я не знаю, что вам подарить.       — Нам ничего и не нужно. — пожала плечами девочка. — Папа вообще забыл. Но мы его не виним.       — Правда? — кот был искренне удивлён. — Я бы очень обиделся! Хотя мне ничего и не дарят обычно, но, ну не знаю, внимание хотя бы?       — Гроу папе, итак, всё выскажет, мы скорее ему помочь должны. — Шанг пожал плечами. — Он уделяет нам много внимания, особенно в меру своих возможностей. Этого хватает.       — Правда? Я никогда не видел вас вместе! — искренне удивлённый, он поставил руки в бока. — Хотя чего это я... Он мессия, мне и не положено.       — Ты можешь увидеться с мамой. Она будет рада пообщаться. — улыбнулась ему Лин, глядя как тот наклонил голову. — Она не обижается на тебя, не волнуйся. — Да? Это хорошо. — неловко хихикнул Кои. — Хотя я мог догадаться, она всётаки вылечила папу буквально неделю назад.        Лин уже хотела перебить и объяснить недоразумение: их мама никогда и не обижалась на Кои и его семью. Лечила родителей того лишь потому, что они нуждались в этом. Более того, мама ребёнка сама приходила к знахарю пару раз за прошедший месяц, вежливо уточняя по поводу болезни мужа. Именно объяснение причины и стало последней каплей к действиям: к кошке наведались, помогая вылечить супруга, ну, и чаю выпить вместе, обсуждая сплетни, и другие новости за прошедший год. Ведьма не знала многих событий, а существующая переписка всех деталей не давала; даже если не вдаваться в подробности, общение самой госпожи с «простым людом» было делом необычным и очень одобряемым. Людям было приятно что с ними разговаривают напрямую, хотя большая часть всё ещё относилась с недоверием.        Му-Шанг отдёрнул сестру, ни к чему уточнять такие мелочи. Пусть думает что хочет, главное, чтобы мысли были в нужном направлении.       — Мы идём к Чарльзу сейчас. Хочешь с нами? — голубоглазик улыбнулся красноволосому. Активные движения хвоста говорили о согласии, так что небольшая компания вскоре отправилась к общему другу.        Поход был недолгим. Трио успело разговориться и в момент диалога их разговор был предоставлен мадам Су-И. Та была рада видеть детей, но впустила не всех, прижимая к себе поднос с красивыми, шоколадными конфетами.       — Проходите, Чарльз вас ждёт! — крохи быстро забежали внутрь, все, кроме Кои. Он тоже хотел зайти, но был быстро остановлен дамой. — А ты куда собрался? Беднякам сюда нельзя.       — ... я просто пришел сюда со своими друзьями. — спокойно ответил котёнок, глядя на мадам.       — Друзьями? Пф. — цокнув, внутрь здания глянули, — Им определённо стоит лучше выбирать круг общения.       — Это их дело с кем они хотят дружить. — нахмурившись, ребенок занервничал, видя, как женщина злится. — Вы не имеете права указывать им с кем общаться.       — Слушай, — прикрыв дверь ногой, Маделин отошла за порог, всё ещё придерживая поднос рукой. — ...кажется, в прошлый раз я достаточно чётко объяснила и тебе, и твоей семье, почему вы не должны соваться сюда ни единой ногой. Или ты думаешь, что, подружившись с детьми Реншу ты резко получишь моё одобрение, щенок?       — Не думаю, — буркнул Кои, — Просто я считаю, что Вы поступили несправедливо. Я всего лишь помог моему отцу. Я ничего плохого не сделал. — прижав уши, парнишка отошёл на шаг назад, видя агрессию со стороны смотрящей. Она прожигала его жёлтыми глазами, буквально говоря, что ненавидит его.       — Жизнь твоего отца никчёмна. Ты почти разрушил нашу репутацию своим «спасением». Я всё ещё помню, что ты сказал. Твой возраст тебя не оправдывает, маленькая дрянь. — специально говорит столь тихо, чтобы Шанг с Лин не услышали её.       — Но я! — кота перебила вышеупомянутая девочка. Та возникла в коридоре, приоткрывая дверь. Не ясно, слышала ли она что-то, однако испуганная Маделин дрогнула, заслышав её спокойный, чуть ли не язвительный тон.       — Мадам Су-И! Раз уж вы решили не пускать нашего друга в дом, может хоть конфетой его угостите? Невежливо так общаться с гостем, даже, если он вам не нравится. — Кои улыбнулся девочке. Она спасла его шкуру, в буквальном смысле. — Конечно, дорогая! Как раз думали какую конфету ему лучше взять! Иди в дом я сейчас приду. — улыбаясь, как только могла, смотрящая быстро развернулась назад, слушая как Лин уходит назад. Кои вручили конфету, вскоре процедив сквозь зубы, — ...что б ты подавился ими, малёк. — далее разворачиваясь и быстро уходя в помещение, оставляя ребенка в расстройстве и недоумении.        Разве трудно сделать исключение хотя бы единожды? Он ведь никогда больше к их сыну не приближался! Такие размышления быстро помогли уйти от злосчастного дома, постепенно принюхиваясь к запаху. И зачем так сильно душить конфеты запахом какао? Более того, почему при сильнейшем рассмотрении от них пахнет... Горьким миндалём?        Сидящие внутри продолжали общение. Чарльз уже успел вручить им подарок: красивую, музыкальную шкатулку. Она была украшена драгоценными камнями и фарфоровыми цветами. Правда сами цветы были синие. Вряд-ли специально, здесь их часто использовали в качестве акцента, однако ведьмочка всё равно невольно поморщилась при виде знакомых лепестков.       — Прости, — извинялся Чарльз, — я говорил маме что тебе не понравится, но она сказала, что это лучший подарок! Потому что вы любите музыку.       — Любим. — спокойно ответила ему девочка, аккуратно беря вещицу в руки.       — Мы не виним твою маму, она хотела как лучше. — погладив сестру по спине, Шанг улыбнулся, вскоре бросая взгляд на Су-И. — Мисс, всё хорошо? Вы так стоите в проходе, вам помочь?       — Я? Ах нет! — смеясь, та подошла и поставила поднос на стол. — Это вам. Приятного аппетита, попробуйте! А мы с Чарльзом пока отойдём в другую комнату, это не всё что мы вам приготовили. — отталкивая тянущегося мальчишку от подноса, та увела его в другую комнату. Лин взяла одну из предложенных сладостей и понюхала.       — Пахнет вкусно. — не особо думая, шарик положили в рот, кусая и резко останавливаясь. — Мисс Су-И, а в конфетах что, есть орехи?!       — А? Д-да! — выглянув, побледневшая от испуга уточнила. — У вас что, аллергия на орехи? Почему вы не говорили?!       — Нет-нет! — Лин её прервала. — Мы очень их любим, просто не ожидали что вы об этом узнаете! — заслышав пожелания приятного аппетита, девочка вновь повернулась к сладости, смотря на неё.        Подносящего конфету Шанга остановили рукой, к недопониманию последнего.       

«— Не ешь. — Что? Почему? Я люблю орехи!

       — мальчик недовольно зыркнул на сестру, видя, как её глаза сверкают неодобрением.       — Что-то не так?       

— Да. Это не те орехи. Понюхай, от конфет пахнет миндалём.

      

— И что?

      — Да то! Он не растёт тут, а единственное что пахнет им здесь... — лицо мальчика побелело. Он довольно быстро понял, что его сестра имела ввиду.       — Я чуть не умер, что ли? А ты?! — Посмотрим, должна была бы уже, если бы всё было так плохо. — улыбнувшись, конфету брата взяли в руки, перетирая между руками и бросая под стол. Шанг вскоре сделал так же, правда между рук не растирал. Мама говорила когда-то, что с таким лучше работать Лин, а не Шангу. Дети не спорили.       — Как нам показать это маме? — на сестру глянули, та улыбнулась, словно специально беря салфетку и вытирая шоколад со рта, изображая бурное увлечение сладким.       — У Кои есть одна конфета. Думаю, она не планировала ему её отдавать.       Скажи ему, я её отвлеку пока.» Шанг кивнул. Ему не помешала бы концентрация. И хоть пришедшая женщина не была её символом, сестра умела заставлять людей не думать, что было, кстати. Сейчас было тоже самое: успевший за эти десять минут уйти, сидящий в тени Кои прямо на месте подскочил, услышав в голове чёткий голос друга. Котёнок успел подумать, что те уже вернулись, но никого не обнаружив, послушал голос, быстро вставая и убегая в сторону главного храма.       — А откуда вы взяли столько миндаля? — заинтересовано смотрела на собеседницу Лин. Успевшая сесть напротив дама улыбалась, наливая чай. Потерявший на секунду концентрацию, мальчик вновь услышал комок запутанных слов, среди которых были и сожаления, и непонимания. От этого отвлеклись относительно быстро, мотая головой. Теперь зритель жалел, что не прислушивался к её мыслям раньше, но всё же, подобное поведение было признаком плохого тона. — Как тебе конфеты? — улыбнулась ему соседка.       — Очень вкусно! Но вопрос хороший, откуда вы взяли столько миндаля? Он же не растёт тут в таких количествах! — протянутую кружку взяли.       — Это секрет, но у нас есть свои поставщики. — дети переглянулись и хихикнули. Чарльз резко встрял.       — Но мама! Ты никогда не давала мне миндальных орехов! — злобный взгляд женщины не остановил пацаненка. — Ты всегда говорила, что они слишком дорогие, почему им можно, а мне нет?!       — Чарльз. Невежливо так себя вести перед гостями. — процедили сквозь зубы, краем глаза замечая движения от стола. — А вы куда? Уже уходите?       — Нет! — возмутился Шанг. — Мы хотим с Чарльзом поиграть! Можно? — упоминаемый улыбнулся, хватая Лин и таща её в комнату. Смотрящий посмеялся и пошёл за ними. Маделин лишь тяжело вздохнула.        Играющие дети перестали отвлекать её в скором времени, и она задумалась: как просчитала количество яда на ребенка? И если уж это не так, может ли быть, что Шанг – тоже ведьма? Имело смысл.        На ведьм цианид работал хуже, намного. Если для человека смертельными были безумно малые дозы, меньше грамма, то для ведьм и десять было изредка недостаточно. Отравить их так было можно, но запах даже пяти грамм было перебить очень трудно. Относительно небольшие дозы, что были положены в конфеты, пришлось сильно душить какао, иначе трудно было не заподозрить в них подмену. Дети бегали и прыгали по комнате, как и раньше, играли с кораблями, смеялись и веселились, словно и не ели их. Да, съели не так много, но всё же должно было сработать, правда?              — Гроу! Гроулин! Святая мессия! — запыхавшийся ребёнок стоял около напуганной настоятельницы. Она держала в руках лейку, смотря на котёнка. Тот регулярно перебивал её, нервно пытаясь объяснить произошедшее. — И потом! Потом я услышал голос! А голос, он был вот точно, как Шанг! Но Шанга там не было! И я, я так испугался!! — махая руками и чуть ли не прыгая на месте, тот вскоре протянул ей слегка расплавленную конфету. — Это! — в нос тут же врезался запах миндаля. Ведьма поморщилась, забирая её.       — Пойдём внутрь, тебе нужно промыть руки. Ты же не ел конфеты, правда? — потерянный таким холодным спокойствием, Кои даже чихнул, за что тут же извинился, виновато опуская ушки и заходя в помещение. В нём было прохладно, но по коридорам все равно мало кто решался ходить.       — Вы же не злитесь на меня? — вскоре уточнил, — Ну, что я чихнул. — видя улыбку на лице знахаря, улыбнулся, вытерев рукавом нос и пошёл вместе с ней по проходам, через какое-то время даже взяв за руку.        Пока взрослая следила за правильным отмыванием рук и лица от яда, в коридоре промелькнул Реншу вместе с Ру-Ши. Оба вскоре вернулись, наблюдая за неожиданным гостем около девушки:       — Что-то случилось? — главный советник посчитал нужным уточнить. Городские дети часто мелькали около Гроулин, однако мыть руки она их никогда не учила.       — Да, вообще-то случилось. — обернувшись к говорящим, конфету вскоре передали Реншу. — Это Маделин дала Шангу и Лин в качестве угощения. Я так понимаю, что Кои она досталась случайно. Отнесите её Гюрену.       — Гюрену? Зачем она Гюрену? — Реншу непонимающе взглянул на супругу. Одеколон перебивал запах миндаля, так что с его стороны вопросы были понятны, однако, прежде чем советник успел хоть что-то уточнить, молчавший молча кивнул. — Понял. Отнесу.       — Что? Но зачем она Гюрену?! У него полно других дел, вместо того чтобы заниматься делами вы предлагаете ему дегустировать сладости?! — возмутившийся советник вскоре тоже кивнул головой. Он уже ничего не говорил по поводу конфеты, задав другой вопрос. — И что предлагаете сделать? Забрать их оттуда? Я могу отправить парочку гвардейских и-       — Нет. — твёрдо ответили ему. — Это вызовет подозрения, нам они ни к чему. Раз Кои смог принести это сюда, значит детвора уж точно эти конфеты не ела. — подумав, отметила. — Хотя парочку гвардейцев я бы поближе к дому поставила. — Что? Но зачем?! — возмутившийся вытянул голову из раковины, смотря на воспитательницу широко открытыми, мокрыми глазами. — Лин и Шанг сами кому хотят накостыляют! — начав активно жестикулировать, совершенно не замечал никого кроме матери малышей, что было вдвойне забавно. — Как например тому хулигану из игрушечной лавки! Они украли у него деревянный меч! Вы представляете?! А он этого даже не помнит! — видя, как женщина откашлялась, неловко смотря в сторону, добавил. — Это так классно! У нас все дети им завидуют! Он наконец-то получил по заслугам! Да! Более того, они сделали это так незаметно, что он даже не помнит, что это были они! — взяв за руку, кисть начали трясти. — Ну чего вы так на меня смотрите? Не верите мне? Они правда это сделали, а он ничегошеньки и не помнит! Не могли же они стереть ему память, верно?!       — Верно. — односложно согласились с заданным, вопросом, неловко засмеявшись. — Знаешь, ты куда более экспрессивный чем я ожидала от тебя. — улыбаясь, та наклонила голову, вскоре испугано поправляя себя. — Это ни в коем случае не плохо! Я бы даже сказала, что Лин стоит поучиться у тебя этому, да? — на мессию глянули, тот лишь пожал плечами. Ему было всё равно, дети старались копировать поведение собственной матери в этом вопросе, а она была далеко не самым экспрессивным человеком. Реншу всё нравилось, ему не нужны были изменения в этом вопросе. Он любил свою семью и так.       — Ой! — котёнок взвизгнул, вскоре неловко кланяясь взрослым. — Простите, я вас совершенно не заметил! Я если что Кои, я друг ваших детей! Или... Или вы в курсе? — ушки на макушке наклонились, хвост продолжал разгонять пыль на полу.       — Да, я в курсе. И мне стоит идти. Прошу прощения за то, что испугал тебя. Пожелай своему папе наилучшего, я рад знать, что он выздоровел. — кланяясь в ответ, посланник дракона вскоре покинул помещение. Кои лишь восхищённо стоял там, изредка спрашивая «и откуда он только знает», заставляя оставшихся с ним тихонько хихикать.        Так вели себя многие в храме, это вовсе не было неожиданностью.