Глава 22. Дуэли

Коридор за пределами класса зельеварения гудел от нетерпеливой энергии — характерный гомон и смех четвёртого курса Гриффиндора и Слизерина наполняли пространство в ожидании начала урока. Гермиона стояла у преподавательского стола, тщательно раскладывая ингредиенты. Равномерность движений успокаивала: крылышки водяных стрекоз, порошок рога бикорна, листья белладонны — всё выстроено в аккуратные ряды. Резкий треск заклинания в коридоре заставил её вздрогнуть. На мгновение она застыла, разум уже подсказывал худшие сценарии. Затем — ещё один грохот, на этот раз громче. Гермиона уронила банку с белладонной на стол и бросилась к двери. Распахнув дверь, она вышла в коридор, взгляд мгновенно выхватил двух гриффиндорцев, стоящих в нескольких шагах друг от друга с поднятыми палочками и глазами, полными адреналина. Рядом прижималась к стене девочка, тоже из Гриффиндора, и в этот самый момент одно из заклинаний рикошетом прошёл всего в нескольких сантиметрах от её головы. Рефлекторно Гермиона взмахнула палочкой — бессловесное щитовое заклинание вспыхнуло между дуэлянтами, разметав их в стороны с гулким ударом. Палочки вылетели из их рук, звонко ударившись о пол, а сами они отшатнулись назад. — Довольно! — её голос прорезал воздух, резкий и властный. Оба мальчика замерли, побледнев, переводя взгляд с неё на валяющиеся палочки. — П-профессор Грейнджер… — пробормотал один из них. — Что, — произнесла Гермиона медленно, низким и ледяным голосом, — здесь происходит? Они переглянулись в панике, их бравада мгновенно испарилась. — Мы… мы просто тренировались для Клуба Дуэлей, — выпалил повыше ростом. Гермиона прищурилась, голос стал ещё холоднее: — Тренировка? В коридоре, полном учеников? Вам, полагаю, известны правила? Дуэли разрешены исключительно во время занятий клуба и только под наблюдением преподавателя. Вы чуть не задели собственную однокурсницу! Они побледнели ещё сильнее, и один пробормотал: — Ну… это же не было по-настоящему опасно… — Неопасно? — перебила Гермиона, голос понизился, но стал куда опаснее. — Вы хоть представляете, что было бы, если бы одно из этих заклинаний кого-то ранило? Это тянет на обвинение в незаконной дуэли. А заодно — и в нападении. Они переминались с ноги на ногу, опустив глаза. — Простите, профессор, — пробормотал второй, тише. — Уверена, что так и есть, — отрезала она. — В субботу вечером — отработка со мной. Оба. Хором раздался приглушённый стон: — Но у нас тренировка по квиддичу… Гермиона метнула на них строгий взгляд: — Об этом стоило думать раньше. Я также проинформирую профессоров Флитвика, Макгонагалл и вашего наставника о случившемся. Понятно? — Да, профессор, — пробормотали они в унисон. — Прекрасно. Подберите палочки — и в класс. Живо. Они поспешили выполнить, что-то бормоча под нос, и юркнули мимо неё внутрь. Гермиона наблюдала за ними, спина прямая, взгляд твёрдый — и только когда дверь за ними закрылась, позволила себе чуть расслабиться, убирая палочку обратно в мантию. Повернувшись, она заметила Снейпа, стоящего в тени коридора. Его тёмные глаза сверкали чем-то, что она не сразу смогла прочесть. Встретившись с его взглядом, она увидела, как он едва заметно кивнул — жест, в котором одновременно ощущались признание и… неуловимое одобрение. Она не ожидала, что он вмешается — это был её класс, её пространство — но в этом взгляде было нечто, что выбило её из равновесия. Он задержался на секунду дольше, затем развернулся и исчез в своём кабинете, мантия волной взметнулась за ним. Гермиона медленно выдохнула, касаясь прохладного камня рукой, пытаясь вернуть себе равновесие. — Урок будет… восхитительным, — пробормотала она сухо, взглянув на закрытую дверь. Гриффиндор и Слизерин — взрывная комбинация, как всегда. Отбросив произошедшее, она распрямила плечи и вновь вошла в класс. Было время начинать урок.

***

Мягкое потрескивание камина наполняло почти пустую преподавательскую — тихое убежище в поздние послеполуденные часы. Снейп сидел в своём привычном кресле у огня, с чашкой чая в руке и стопкой эссе перед собой на столе. Мерцающее пламя отбрасывало длинные тени на стены, и лишь шелест пергамента время от времени нарушал тишину, пока в комнату не ворвался маленький, энергичный силуэт. — Ах, Северус! — весёлый голос Филиуса Флитвика разорвал спокойствие, и в его взгляде читалась целеустремлённость. Снейп сдержал вздох, откладывая перо с демонстративной аккуратностью. — Филиус, — произнёс он ровно, уже предчувствуя, что профессор Чар должен попросить о чём-то весьма раздражающем. — Надеюсь, я не мешаю? — начал Флитвик, хотя интонация явно давала понять: если и мешал, его это не особенно волновало. — Конечно нет, — сухо отозвался Снейп, складывая пальцы домиком. — Прошу, продолжай. Флитвик тут же воспользовался приглашением: — Я давно хотел с тобой поговорить о Клубе Дуэлей. В этом семестре он пользуется потрясающим успехом — студенты просто полны энтузиазма! И я подумал, что было бы замечательно устроить для них показательную дуэль с участием опытного преподавателя — и героя войны, между прочим! Брови Снейпа сдвинулись: — Героя войны, — повторил он ледяным тоном. — Надеюсь, ты не обо мне сейчас. Флитвик рассмеялся, ничуть не смутившись: — Ну же, Северус, не будь таким скромным. Все знают, насколько ты искусен в дуэлях. Ты — идеальный кандидат для демонстрации. Кто, как не ты, способен научить их дисциплине и точности? — Я могу назвать несколько человек, — резко ответил Снейп. — Уверен, Минерва справилась бы ничуть не хуже. — Минерва уже отказалась, — признался Флитвик, глаза его озорно блеснули. — Сказала, что её колени потом ей этого не простят. Снейп позволил себе лёгкую насмешливую ухмылку: — Удобный повод. Улыбка Флитвика стала ещё шире: — Так что ты остаёшься, дорогой коллега. Всё решено — мы как раз закончили обновление старого зала для дуэлей в подземельях. Студенты будут в восторге. Снейп поднял руку, лицо его стало жёстким: — Я, насколько помню, ещё не соглашался. — Считай, что это услуга для меня, — сказал Флитвик, перешедший на уговаривающий тон. — И для студентов. Твоё участие будет для них действительно важно. Губы Снейпа сжались в тонкую линию. Он ненавидел демонстрировать свои навыки на публике — предпочитал действовать из тени, где сила оставалась скрытой и неоспоримой. Но Флитвик был настойчив, и Снейп знал по опыту: спорить с ним порой дороже. — Когда? — спросил он с обречённой интонацией. — Вечером на Хэллоуин, — с воодушевлением сообщил Флитвик. — Ровно в шесть. Снейп медленно выдохнул и коротко кивнул: — Хорошо. Но надеюсь, ты ограничишь «зрелище» до минимума. — Превосходно! — просиял Флитвик, хлопнув в ладоши. — Сообщу студентам, чтобы готовились к чему-то по-настоящему особенному. — Ты ведь не собираешься снова поставить меня в пару с Локхартом? — небрежно поинтересовался Снейп, внутренне поморщившись при воспоминании о той катастрофе. — О, что вы, ни в коем случае! — воскликнул Флитвик. — Гермиона уже согласилась. Уверен, вы вдвоём устроите великолепную дуэль! Снейп весь напрягся, тело будто окаменело, а в голове на миг наступила полная пустота. — Грейнджер? — повторил он, голос стал ниже и холоднее. — Да-да, — бодро подтвердил Флитвик, не заметив ни малейшего изменения в тоне собеседника. — Она с большим энтузиазмом отнеслась к идее. Думаю, её боевой опыт на передовой станет интересным контрастом к твоей более утончённой технике. Это будет дуэль, которую все запомнят! Снейп не ответил сразу. Мысли метались в голове, пока Флитвик вышел из комнаты, насвистывая себе под нос. Грейнджер. Он невольно вспомнил недавний инцидент у её класса. С какой молниеносной точностью она остановила дерущихся гриффиндорцев — щит, обезоруживание, разделение — всё в считанные секунды, прежде чем он и сам успел поднять палочку. Это говорило об инстинктах и отточенном контроле. И всё же, несмотря на её очевидные умения, Снейп поймал себя на том, что понятия не имеет, какой она будет в настоящей дуэли. Во время войны его мысли были сосредоточены на другом — выживании и двойной игре, а не на наблюдении за боем. Он даже не видел её в действии во время Финальной битвы — тогда он едва успел выпить антидот, который годами носил с собой, и дотащить себя до Св. Мунго. Мысль об этом пробудила нечто похожее на любопытство, хотя он тут же подавил это чувство. Позволять себе подобные размышления — значит утратить хладнокровие. Тем не менее перспектива оказаться напротив неё — наблюдать, как работает её ум в условиях напряжения — вызывала странное беспокойство, которое он не мог до конца осознать. Он представлял себе её сосредоточенность, способность к адаптации. Это обещало быть… по крайней мере, интересным. И ещё были студенты. Флитвик назвал его героем войны, но Снейп знал — для них герой скорее Грейнджер, часть Золотого Трио. Это определение ей подходило куда больше, чем ему самому. Он лишь мельком задумался, что подумают студенты, увидев дуэль между ней — блестящей, признанной, прославленной профессором Грейнджер — и им. Как бы там ни было, пути назад уже не было. Демонстрация назначена. Он дал согласие. Снейп потянулся к чашке — чай остыл до ледяного состояния. Он отодвинул её в сторону с едва слышным вздохом, собрал бумаги и поднялся. Хэллоуин. Шесть вечера. После этого у него будет немного времени, чтобы подготовиться к финальному этапу — разоблачению. Эта мысль задержалась в сознании, пока он выходил из преподавательской. Мантия взвилась за ним, отражая привычную решимость. Что бы ни готовил вечер — он встретит это с той же точностью и выдержкой, с какими всегда проходил сквозь испытания.

***

Аудитория в зале для дуэлей, расположенном в подземельях, уже гудела в предвкушении, когда Гермиона вошла, её мантия мягко шуршала по прохладному каменному полу. Ряды студентов заполняли ступенчатые скамьи вдоль стен, и повсюду слышался приглушённый, взволнованный шёпот. Она согласилась на просьбу Флитвика из уважения к нему — к его неустанной работе с Дуэльным клубом, — но теперь, стоя на пороге, почувствовала, как внутри взметнулось волнение. Когда она дала согласие, то ещё не знала, кто будет её противником. Но слухи, доносящиеся из ученической толпы, уже достигли её ушей: Снейп. Часть её не была удивлена. Кто, как не сам мастер дуэли в Хогвартсе, мог бы составить ей пару? И всё же мысль об этом участила её пульс. Никогда прежде она не сталкивалась с ним лицом к лицу именно так, и хотя была уверена в своих силах, она знала, какой репутацией он пользовался. Истории Гарри о временах Ордена и войны, рисовали Снейпа как дуэлянта выдающегося мастерства. Гермиона глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, и вошла в зал, оглядывая море возбужденных лиц. Казалось, пришла вся школа — и даже несколько их коллег по преподавательскому составу. В центре зала сиял Флитвик, его крошечная фигурка отчётливо выделялась на фоне тёмного, мрачного пространства. — Ах, профессор Грейнджер! — воскликнул он, хлопая в ладоши. — Превосходно! Мы как раз собираемся начать. Ваш противник должен появиться с минуты на минуту. Она вежливо кивнула и поднялась на дуэльный помост. Поправив рукава, почувствовала в руке знакомый вес палочки — якорь, дарующий устойчивость. Прежде чем она успела слишком глубоко погрузиться в свои переживания, тяжёлая дверь со скрипом распахнулась, и в зал вошёл Северус Снейп. Его чёрная мантия, как всегда, развевалась позади него, будто обладала собственной волей. В ту же секунду ученики смолкли, словно по команде — их возбуждённые голоса сменились напряжённым молчанием. Его острый взгляд пробежал по толпе и остановился на Гермионе. Ей показалось, что в этих тёмных глазах на миг мелькнуло нечто — любопытство? Оценка? Но в следующий миг всё исчезло, сменившись обычной непроницаемой маской. — Ах, профессор Снейп! — щебетал Флитвик, совершенно не замечая сгустившегося напряжения. — Идеально! Мы безмерно рады видеть вас обоих сегодня вечером. Демонстрация от двух самых искусных волшебников нашей школы — настоящий подарок для учеников! Снейп едва заметно кивнул, не проронив ни слова. Его взгляд снова скользнул по Гермионе, и ей с трудом удалось сохранить невозмутимость под его пристальным вниманием. — Спасибо вам обоим за согласие, — продолжал Флитвик с неизменной жизнерадостностью, став между ними. — Как я уже говорил, увидеть героя войны, демонстрирующего технику дуэли, — это огромная ценность для студентов. А у нас сегодня сразу два таких примера! Гермиона одарила профессора Чар своей учтивой улыбкой, хотя под поверхностью нервное напряжение гудело, словно струна. Снейп, разумеется, оставался безмолвен, уставившись в дальнюю стену, будто всё происходящее ниже его достоинства. Флитвик откашлялся и обернулся к ученикам: — Внимательно наблюдайте и делайте пометки. Это не представление, а обучение: важны техника и стратегия, а не показуха. — Он снова посмотрел на дуэлянтов. — Начнём? Гермиона кивнула, и они разошлись по платформе, встав друг напротив друга на расстоянии примерно шести метров. Гул голосов зашевелился вновь, учащиеся тянули шеи, чтобы лучше видеть. Заняв позицию, Гермиона подняла палочку в традиционном дуэльном салюте. Сердце стучало быстро, но руки были твёрды. Снейп зеркально повторил движение — точно, выверено — отражение его самого. — Удачи, — вежливо сказала она, хотя в голосе прозвучала стальная нотка. Уголки губ Снейпа дрогнули — будто на мгновение там мелькнула тень усмешки. Флитвик дал сигнал к началу, и Гермиона едва успела среагировать, как первое заклинание Снейпа рассекло воздух. Она отразила его быстрым Протего, по щиту прошла едва заметная рябь. С этого момента дуэль превратилась в вихрь движений и магии. Точность Снейпа была безупречной: его заклинания пролетали по дуэльной площадке с такой выверенной грацией, что в них не было места ни ошибке, ни импровизации. Гермиона отбивалась с равной решимостью. Её стиль был менее изящен, но не менее эффективен. Она действовала на стыке инстинкта и стратегии — опыт, приобретённый за годы войны и бесчисленные сражения плечом к плечу с Гарри, явно давал о себе знать. Их палочки сверкали и гудели в воздухе: Остолбеней, Экспелиармус, Инкарцероус — всё слилось в ритмичную, напряжённую череду, от которой зрители замерли в напряжении. Гермиона, несмотря на волнение, чувствовала восхищение. Репутация Снейпа была заслуженной — его контроль над магией был поистине впечатляющим. Но она не собиралась уступать. Снейп снова атаковал, палочка рассекала воздух стремительно. Гермиона отреагировала моментально — её щит вспыхнул, отразив заклинание. В ответ она применила хитроумную комбинацию чар, заставив его сделать шаг назад и переоценить тактику. — Находчиво, — заметил Снейп холодно, с лёгкой насмешкой, но в голосе проскользнуло нечто похожее на одобрение. — От «самой умной ведьмы своего поколения» иного я бы не ожидал. Гермиона приподняла бровь, уголки губ изогнулись в тонкой улыбке: — Осторожнее, Северус, кажется, вы почти впечатлены. Он не ответил, но угол его рта вновь предательски дёрнулся — Гермиона была почти уверена, что он получает от этого удовольствие. Он послал новое заклинание, и она ответила точной, безмолвной атакой, заставив его пригнуться. — Безмолвная магия… — бросил Снейп, голос скользнул по залу, острый, как нож. — Наконец-то кто-то из вашего трио действительно оправдывает свою славу. Глаза Гермионы блеснули, когда она подготовила следующее заклинание. — Продолжай в том же духе — и я покажу, на что ещё способна. Толпа зашепталась, восхищённо переговариваясь. Даже Снейп, казалось, на миг опешил. Его следующее заклинание было быстрее и жёстче — Гермиона еле успела отклониться и в ответ выпустила разоружающее, которое тот отразил с лёгкостью. Дуэль продолжалась — палочки сверкали, как молнии. С каждой секундой уверенность Гермионы росла: она держалась наравне с ним, её быстрота мышления и точность давали ей неоспоримое преимущество. Когда Снейп едва увернулся от заклятия, пролетевшего мимо плеча, она не удержалась от колкости: — Для того, кто так любит читать нотации о контроле, у тебя весьма... нестабильная работа ног. Губы Снейпа вытянулись в тонкую линию, но в глазах мелькнула тень веселья. — А для человека, столь гордящегося своим умом, ты удивительно предсказуема. Гермиона ответила самодовольной улыбкой, когда Снейп вновь поднял палочку. На этот раз его заклинание вызвало порыв ветра, эффектно взъерошивший её мантию. Зал тихо засмеялся. Но следующий выпад Гермионы нанёс более точный удар — пусть и вербальный. — Я думала, драматично развеивать мантию — это исключительно твоя фишка, — заметила она с невинной игривостью и ответным заклинанием отправила поток ветра, распахнувший его собственную мантию далеко позади него. Палочка Снейпа взметнулась, легко парировав её следующий заклинательный выпад. — Я и не подозревал, что в ваш арсенал входят и театральные выходки, — протянул он лениво. — Но, полагаю, все когда-то бывает первое. Обмен репликами лишь подогревал напряжение в зале, зрители с затаённым дыханием следили не только за мастерством дуэли, но и за остротой их словесной перепалки. Гермиона неожиданно для себя почувствовала удовольствие от этого ритма — стремительного обмена заклинаниями, в котором приходилось думать быстрее, действовать умнее. Дуэль достигла кульминации, когда Гермиона обрушила на противника целую череду заклинаний, её палочка двигалась почти инстинктивно. Снейп отражал каждое из них с отточенной лёгкостью, его контратаки следовали одна за другой. Но вдруг она увидела шанс — кратчайшее замешательство, едва уловимый сбой в его защитном заклинании. Она не колебалась. Быстрым, почти незаметным движением палочки Гермиона произнесла безмолвное Экспелиармус. Заклинание проскользнуло сквозь его защиту. Палочка Снейпа вылетела из руки и плавно опустилась в её ладонь. На мгновение в зале повисла ошеломлённая тишина — а затем помещение взорвалось аплодисментами и восторженными возгласами. Ученики вскочили с мест, приветствуя победу стоя. Гермиона опустила палочку, тяжело дыша, стараясь прийти в себя. Её взгляд пересёкся с глазами Снейпа на другой стороне помоста — и в этот момент никто из них не произнёс ни слова. Снейп выпрямился. Лицо его оставалось непроницаемым, когда он подошёл и принял протянутую палочку. Ещё раз их взгляды встретились, и Гермионе почудилось в его тёмных глазах нечто едва различимое — не злость, а скорее… признание. Он слегка кивнул — почти незаметно, но совершенно отчётливо. — Превосходно, — тихо сказал он, ровно настолько, чтобы она услышала. Гермиона моргнула, удивлённая, но кивнула в ответ. — Спасибо. Флитвик захлопал в ладоши, сияя, и взбежал на платформу. — Это было нечто невероятное! Примите мою благодарность за столь захватывающее представление. Уверен, наши ученики извлекут из него немало пользы. Гермиона сошла с помоста, мысли вихрем носились в голове. Дуэль выдалась напряжённой, даже захватывающей, а тихое признание со стороны Снейпа не выходило у неё из головы. Что бы она ни ожидала от этого вечера — только не этого. Впервые она задумалась, что же он на самом деле думает… и почему мысль о том, что ей удалось его впечатлить, приносила такое странное удовлетворение. Она вышла из зала дуэлей, решительно отбрасывая эйфорию от сражения. Сегодня был вечер окончательного раскрытия. Гермиона медленно выдохнула, дойдя до двери своей комнаты, и на мгновение прислонилась к косяку, чтобы собраться. Предвкушение скорой встречи со своей парой, наконец возможность увидеть лицо и услышать голос без искажений — всё это вызывало смешанные чувства волнения и тревоги. В этом вечере было что-то особенное, и она намеревалась соответствовать моменту. Победа над Снейпом — пусть и не имеющая большого значения — придавала ей уверенности перед главным событием. После быстрого душа, смывшего следы напряжённого часа, Гермиона подошла к шкафу. Её руки замерли над тёмно-синем платьем, купленным в Хогсмиде несколько недель назад. Оно было подогнано по фигуре, и, когда она надела его, струящийся атлас с блестящим верхним слоем облегал её тело в нужных местах. Полупрозрачные рукава с искрящейся пылью звёзд мягко обрамляли плечи, а подол плавно касался пола. Она подошла к туалетному столику, открыла флакон с зельем для завивки и вмассировала его в волосы. Обычно пушистые и непослушные, её локоны стали мягкими, чётко очерченными волнами, естественно обрамляющими лицо. Гермиона решила оставить волосы распущенными — просто, но изящно. Из шкатулки она достала жемчужный комплект матери — колье и серьги. Их тихая, чувственная красота показалась ей особенно уместной для этого вечера. Жемчуг прохладно лёг на кожу, а серьги заняли своё место в ушах. От браслетов она отказалась, оставив запястья обнажёнными — пусть простота наряда говорит сама за себя. Завершив образ, она обулась в серебристые туфли на низком каблуке и накинула тёмно-синий бархатный плащ с мягкой меховой подкладкой. Он был роскошным, но не вычурным, и идеально оттенял платье. Гермиона повернулась к зеркалу, вглядываясь в своё отражение. Женщина, глядящая на неё, выглядела уверенно и достойно, но в её глазах таилась едва заметная уязвимость. Она наклонилась и почесала Живоглота за ушами — полукот смотрел на неё со своей привычной проницательностью. — Ну как? — мягко спросила она. — Я выгляжу достойно? Живоглот замурлыкал, прижимаясь головой к её ладони, и Гермиона слабо улыбнулась. — Приму это за одобрение. Бросив последний взгляд в зеркало, она расправила плечи и направилась к камину. Зачерпнув пригоршню летучего пороха, она шагнула в очаг и громко, чётко произнесла название ресторана. Вокруг вспыхнуло зелёное пламя, и, глубоко вдохнув, она шагнула вперёд — навстречу вечеру, который должен был всё изменить.