Глава шестая. Город наготове

— Как сообщает МЧС России, вчера на Кировской улице в Москве произошёл крупнейший за последнее столетие террористический акт. Около двух часов ночи раздались взрывы в округе, и, по рассказам очевидцев, вся эта улица была охвачена огнём, — произнесла корреспондент в микрофон, глядя в камеру. Это была молодая женщина с рыжими кудрявыми волосами, в рабочем сером костюме. Она говорила очень чётко, но ей не удавалось скрыть дрожь в голосе. Ей было страшно стоять посреди улицы, полностью заполненной сгоревшими автомобилями и огромными каменными глыбами, отколовшимися от старых домов. Оператор внимательно смотрел на изображение на дисплее, контролируя запись, и кивнул ей, что съёмка идёт полным ходом. — По данным властей города, жертв во время этого страшного события не было, но оказалось довольно много раненых с тяжёлыми переломами и ожогами. Позади них ходили полицейские и ограждали лентами закрытую территорию, которая частично продолжала гореть и рушиться. Горестную атмосферу Москвы усиливала скверная погода: небо уже целую неделю не могло очиститься от густого смога, словно что-то неизвестное уничтожило ясное солнце. Люди с ужасом смотрели на уничтоженную Кировскую улицу, не веря, что ещё вчера она была заполнена толпой народа и густыми пробками. Теперь это были лишь чёрные, как уголь, руины, где больше никто не будет жить — ведь здесь поселилось нечто очень ужасное, жаждущее чужой смерти и горя.

***

Полноватый пожилой мужчина в новом замшевом пальто, с потухшей сигаретой в зубах, сидел на одинокой чистой скамейке в пустом парке, который облачился в золотые тёплые шубы вековых деревьев, напоминающие сверкающие драгоценности, и читал только что купленную газету. Его всегда волновали события, происходящие в городе, и вдруг он наткнулся на статью на первой полосе. «Москву атакуют человекообразные монстры…» Сначала мужчина подумал, что это очередной бред, написанный просто для того, чтобы напугать людей, но, едва он прочитал первые строки, его мнение полностью изменилось. «…Как говорят очевидцы, каждую ночь они видят молодых подростков, прыгающих по крышам зданий или бегающих по пустынным местам, имеющих несколько рук или ног. Многие утверждают, что у некоторых были даже щупальца и когти, как у львов…» Читатель нахмурил брови, достал из широкого кармана очередную сигарету, нервно закурил и продолжил чтение. «…Сначала всё это посчитали обычным обманом и выдумками, но через несколько дней камеры слежения зафиксировали некое существо, летящее по воздуху во время теракта на Кировской улице. Теперь власти города наготове: “И если что-то подобное вновь случится, — как заявил мэр города, — мы дадим этим тварям мощный отпор”». Мужчина задумался над прочитанным. Что же это значит? В советское время такого не было. — Эх, — обречённо вздохнул он, — куда этот мир катится… Сплошные теракты и убийства. Не дают людям пожить спокойно. С этими словами он брезгливо бросил прочитанную от корки до корки газету в пустой мусорный бак и медленно побрёл по аллее, усыпанной опавшими пожухлыми листьями, которые бережно разносил по парку трудолюбивый и могучий ветер, не знающий отдыха. Дима поставил на горячую плиту пузатый серебряный, вымытый до кристального блеска чайник, взял со старого трюмо в коридоре домашний телефон и медленно набрал номер. Ему очень не хотелось никому звонить, но его чистая и тёплая душа заставляла это сделать. Через минуту в его ухо ворвались противные гудки, летящие куда-то в неизвестность, и вскоре он услышал в трубке спокойный мужской голос. — О, Дима, — радостно воскликнул господин Стрельцов. — Рад тебя слышать. Зачем звонишь раньше времени? — Я хотел вам сказать, что больше не работаю на вас, — твёрдо заявил парень и в сердцах бросил трубку, не желая больше слышать этого человека, испортившего ему жизнь. Он хотел быть обычным человеком. Ни власти, ни бескрайнего богатства — только спокойную и мирную жизнь. Неожиданно из его комнаты выглянула удивлённая Вика с растрёпанными длинными волосами. — Дим, что случилось? — слабым голосом спросила она. — Ничего, — улыбнулся ей в ответ Дима. — Всё просто замечательно. Господин Стрельцов ожидал услышать эти слова. Он знал, что ничто не сможет сломить волю мальчишки. И был горд его силой и смелостью. Ему нужны были именно такие люди, а не трусы и подлизы, жаждущие никчёмных денег. Он не боялся, что Дима отказался работать на него. Но был и другой способ изменить мнение паренька. Раз не хочет по-хорошему — будет по-плохому. Он не привык рушить свои планы и мечты: отец всегда учил его никогда не отступать и не сдаваться, даже если будет ужасно трудно. И ничего страшного, если на его пути окажется несколько жертв. Главное, что всё, к чему он стремится, воплотится в сладкую реальность, превратив его жизнь в блаженство. Дима усадил Вику за стол, на котором стояли аппетитные бутерброды с ветчиной, свежие яблоки в стеклянной мисочке и две чашки крепкого сладкого чая с сочным лимоном, плавающим на поверхности, словно корабль во время штиля. Он включил магнитофон, из которого зазвучала спокойная классическая музыка. Вика удивлённо посмотрела на него, не понимая, к чему вся эта забота. — И к чему такой банкет? — улыбнулась она, наслаждаясь слегка романтической атмосферой. Ещё ни один парень в её жизни не относился к ней так трепетно. — А тебе разве не нравится? — немного обиделся Дима, ставя перед ней тарелку с горячим борщом. — Нравится, но… Не знаю, как объяснить, — смутилась Вика, нервно перебирая волосы от волнения. — А ты попробуй. — Просто… я никогда толком не общалась с мальчиками и даже не знаю, как с вами обходиться. Вы иногда такие загадочные и непредсказуемые, что я, бывало, просто теряю рассудок. — Вот как, — удивился парень, садясь напротив. — Ты уж извини, что всё так торжественно. Кстати, как ты себя чувствуешь после того случая? Ты проспала полдня. — Какого случая? — Как какого? Ты чуть не погибла, когда на тебя неслась машина, помнишь? Я едва успел тебя оттолкнуть. Вика побледнела, словно лягушка, и выбежала из кухни, направляясь в сторону туалета. Хотя она ни разу здесь не была, к удивлению Димы, девушка прекрасно ориентировалась в квартире, словно в своей собственной. Дима оставил роль «заботливого хозяина квартиры Стрельцовых» и побежал за ней. — Вик, что с тобой? — стал стучать в дверь туалета Дима. — Тебе плохо? Может, врача вызвать? — Не надо, — странным тоном отозвалась она, будто услышала о смерти любимого питомца. Замок щёлкнул, и Вика, прикрывая лицо рукой, вышла, даже не взглянув на него. — Вик, ты чего? — окликнул он, догоняя её. — Просто голова немного закружилась. Уже всё нормально, — неожиданно повеселела она и, сверкнув глазами, посмотрела на него. — Продолжим наш сорванный по моей вине обед? — Тебе точно лучше? — насторожился Дима. — Конечно. Не переживай. Дима облегчённо кивнул и повёл гостью к столу, готовясь задать ей давно мучившие его вопросы.