Не выходи замуж

Дождь стучал в окна библиотеки, когда Бенедикт прижал ладонь к полке над головой Элоизы. — Ты дрожишь, — его губы обожгли шею там, где пульс выбивал запретный ритм. — От холода... — её голос сорвался, когда пальцы брата переплелись с её пальцами. — Лжешь. Он знал. Знает. Всегда знал. И когда его рот накрыл её губы, мир перестал существовать — остались только стон дождя, жар камина и грех, сладкий как мёд на языке. «Мы сгорим за это в аду»,— мелькнуло в её голове.