Глава 9: Крах идеального кадра

Алиса Лью ворвалась в свой номер, и тяжелая дверь захлопнулась, отсекая шум коридора. Праздник, который должен был стать триуфом «золотой пары» американского фигурного катания, оставил во рту горький привкус разочарования. Илья просто исчез, оставив её одну отдуваться перед прессой и спонсорами. — Идиот! Какой же ты идиот, Малинин! — прошипела она, швыряя расшитую бисером сумочку в дальний угол комнаты. Аксессуар за 5000 долларов жалко не было. Хотелось швырнуть что-то потяжелее. Она в десятый раз набрала его номер, прижав трубку к уху так сильно, что заныла челюсть. Длинные, издевательские гудки. Автоответчик. Снова тишина. Раздраженно скинув туфли, Алиса отправилась в душ. Горячая вода не смывала гнев — она лишь заставляла кровь быстрее бежать по венам. Выйдя из ванной в пушистом халате, она упала на кровать и привычным жестом открыла ленту новостей. Первые заголовки заставили её хищно улыбнуться. Фотографы сработали идеально: вот она поправляет Илье ворот рубашки, вот они смеются, глядя в объектив. «Золотая пара Милана-2026», «Американская мечта на льду». — Мы будем смотреться еще лучше, когда на этих шеях будут висеть золотые медали, — прошептала она, листая ленту дальше. — А ты, Илья, поймешь, что я — единственная, кто достоин стоять рядом. Но следующий слайд в ленте заставил её сердце на мгновение остановиться, а затем буквально задохнуться от ярости. Это было фото плохого качества, сделанное на длинном фокусе кем-то из папарацци у бокового входа в отель. Илья и Аделия. Он бережно придерживал её за плечи, а на ней, скрывая синее платье, висел его черный пиджак. Темные локоны Аделии выбивались из-под тяжелой ткани, а лицо Ильи, обращенное к ней, светилось такой мягкостью, какой Алиса не видела за все годы их знакомства. Подпись под фото кричала жирным шрифтом: «НОВАЯ ФАВОРИТКА БОГА КВАДОВ ИЛИ ЧТО-ТО БОЛЬШЕЕ?» — Дрянь... Какая же ты дешевая дрянь! — взвизгнула Алиса. Экран смартфона полетел в стену. Раздался сухой хруст, и дорогой гаджет безжизненно рухнул на ковер с паутиной трещин на стекле. Гнев душил её. Это было не просто уязвленное самолюбие — это была угроза всему её идеально выстроенному миру. Алиса сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. — Завтра, — прорычала она в темноту номера. — Завтра на тренировке я покажу тебе, «нейтральная» ты девочка, где твоё место. Ты хотела внимания? Ты его получишь. Но ты проклянешь тот день, когда решила забрать то, что принадлежит мне по праву. Она легла в постель, но сон не шел. В голове уже рождался план, как превратить завтрашний прокат Аделии Петросян в настоящий ад на льду.