Часть 1. Глава 2. Андуин

На пути к Мглистым горам Галадриэль и Элронд собирали информацию, расспрашивали жителей поселений, которые им встречались, и поиски привели путников к берегам Андуина по другую сторону Мглистых гор. Больше всего слухов было про небольшой город Уилкадар (этимология названия в комментариях после главы — прим. автора), что раскинулся на обоих берегах Андуина, и был местом торговли и встреч людей Рованиона и гномов. И первые, и вторые с опаской относились к чужакам, поэтому было решено, что Элронд как дипломат первым отправится в Уилкадар, а Галадриэль отправится навстречу эльфу, чьё присутствие навязал им Гиль-галад. Оставшись одна, Галадриэль задумалась о том разговоре с Элрондом в Линдоне. Кажется, все, даже лучший друг, опасаются её не меньше Саурона. Погрузившись в свои размышления, Галадриэль не заметила, как оказалась в чаще леса. Настали сумерки, свет заката растворялся в тени, а между деревьев проступил туман, постепенно возвращая лес в свои ночные владения. Лошадь начала нервно дёргать поводья, и еще через несколько шагов совсем отказалась идти дальше. Галадриэль спешилась с лошади, зажгла факел. Ну конечно, самое время оказаться на кладбище. Как много могил она уже видела в своей жизни. Казалось, вся её жизнь — это бой и последующие за ним могилы, могилы любимых, могилы врагов. Хотя даже могил удостаивались не все. Вся радость, любовь и покой остались в другой жизни, не её жизни, а в её жизни остался лишь покой кладбища. Но и он был нарушен. Галадриэль услышала шум, странные крики. Прибежав на звук, она увидела, как странные сущности нападали на человека в плаще. Один из них повернулся к ней и закричал. Из его рта вывались земля вперемешку с зубами. Одного глаза не было, как и большинства кожи на лице. Голые кости с остатками сгноившего или высохшего мяса. Разложившаяся живая плоть. Человек в плаще бился с сущностями смело, как искусный сильный воин. Но ни один удар, видимо, не причинял им боли. Галадриэль ринулась на помощь человеку в плаще. Подбежав, она задела факелом одну из сущностей, та, издав яростный крик, отпрянула назад. «Ага, они боятся огня», — подумала Галадриэль, и, став спиной к человеку, принялась отпугивать врагов огнём. Один из них смело попробовал подойти, но Галадриэль направила огонь на него и обожгла. Ветхое тряпье, что было на ожившем трупе, воспламенилось, и, издав испуганный вопль, смельчак ринулся прочь. Оставшиеся также разбежались с испуганными криками. Человек в плаще и Галадриэль повернулись друг другу. Этот силуэт был знаком ей. — В кой то веки ты спасла меня, а не наоборот. — Снимая капюшон плаща, с ухмылкой произнёс Саурон. — Ты, — сказала Галадриэль, незаметно вставая на камень, чтобы смотреть на Саурона сверху вниз с выражением полного презрения ко всей его сущности. — Опять ты со своими экспериментами? На последних словах Галадриэль приставила меч к горлу Саурона. Она хотела величественно опустить меч на него, но не получилось, высоты камня не хватило, и Саурон все равно оказался выше её. — Да что ж такое, почему во всем всегда виноват я? — Ты Саурон! Знаешь ли, ты заработал себе репутацию. — Хм, правда? И какую репутацию я заработал? Искусного мастера и обольстите… Ай! Не тыкай меня своим мечом. Вдруг опять вы, эльфы, начнете помирать, кто вас спасёт? Ай! Да перестань ты, убери меч. Вот кстати я, умею быть благодарным, спасибо, Галадриэль, что спасла меня. Хотя способ был простой, и я бы сам догадался. — Ты закончил? Хорошо, если это не твоих рук дело, что ты делал на кладбище ночью в темноте? — То же, что и ты, я полагаю. Я прибыл сюда, чтобы выяснить, что стоит за этими слухами. Хотя как видишь, это совсем не слухи. А ночью и без света мне приходится передвигаться, потому что мой интерес стал заметен, а я не хотел привлекать внимание. — Уже поздно, наши шпионы уже узнали про человека, который расспрашивает всех об этих явлениях. — Ох, эльфы, до всего вам есть дело, все вы контролируете. — Это для мира и порядка на этих землях. — Хах, да, конечно. Вы, эльфы, любите, чтобы было только, как вы хотите. — Ой, кто бы говорил. — Кхм, ладно, давай к делу. Знаешь, ведь раньше эти мертвяки не нападали на людей. Поэтому сегодня они застали меня врасплох, а так бы я и без тебя справился. — Хорошо это или плохо, но без меня ты бы уплыл на том плоту, куда направлялся, предаваться жалости к самому себе. — С чего ты решила, что мне без тебя… — Мертвяки, говоришь? — Да, я раньше я видел несколько вблизи и смог их хорошо рассмотреть, до того, как они стали буйными и начали нападать. — Но что повлияло на них? Что вообще происходит? — Это нам и предстоит выяснить, мой маленький эльф, — сказал Саурон, с опаской следя за мечом Галадриэль. — Как и в прошлый раз, ты да я раскрываем загадки, спасаем невинных. — Мы пока еще никого не спасли. — Ты спасла меня, теперь наша связь еще крепче… Ай! Галина Финарфиновна, немедленно прекратите тыкать меня вашим мечом! — А то что? — …Я — майар, я родился ещё … Ай! Если перестанешь меня тыкать, я покажу кой-чего. — На что это ты намекаешь? — На карту! Я тут проводил исследование. — Хорошо, показывай, исследователь. Не вижу я при тебе карты. — Она в надежном месте. — Моя лошадь, кажется, ускакала, надеюсь, твоя карта недалеко. — Она в старой сторожке, где я остановился. Сторожка располагалась на краю поля. Саурон зашёл внутрь и принялся искать карту, Галадриэль осталась снаружи. Галадриэль устало присела, а затем и полностью легла на траву. Вокруг было тихо, лишь шорохи доносились со стороны сторожки. Молодая трава терпко пахла, прохлада ночи успокаивала. Темнота уносила прочь заботы дня, и звезды манили взор к себе. Она посмотрела на звездное небо. Интересно, смотрит ли отец Элронда, Эарендиль, с высоты неба на них. Наблюдает ли он за сыном? Или же его взор всегда направлен во тьму, ища там врага, и опасаясь наконец найти. Послышались шаги Саурона. Подойдя к Галадриэль, он немного потоптался на месте, словно решаясь, что делать, а потом прилег рядом. Подтянулся чуть ближе. — Как красиво, — сказал он. Галадриэль скосила на него глаза. — Ты даже не смотришь на небо. Он улыбнулся, глядя на нее. (музыкальное сопровождение для этой сцены — Arcade Duncan Laurence, ссылка в комментариях после части)

***

Пока Элронд и Галадриэль были в пути, король эльфов принимал у себя еще одного гостя. — Келебримбор, друг мой, входи. Я так рад, что ты почтил нас своим присутствием. — Ты послал за мной Глорфинделя. Думаю, я не мог отказать. — Глорфиндель был нужен не для применения силы, а для защиты. — Защиты? От кого? — Как знать, мой друг, с чем мы имеем дело. Кроме того, Глорфиндель умеет заряжать уверенностью и бодрым духом всех вокруг себя. — Меня гложет не неуверенность в себе и не плохое настроение. Меня страшит осознание сделанного. И то, что меня обманули. — Если и обманули, то всех. Но это спасло нас всех, в конечном итоге. — Спасло. — ухмыльнулся Келебримбор. — Что думает об этом Галадриэль? Слышал, она отправилась на новое задание. Разумно было отпускать её? — Не отпусти ее на это задание, она могла бы лишить разума меня. Если дело пустяковое, она просто развеется, если серьёзное — с ней будут другие эльфы. В том числе Элронд. Если она кого и может послушать, так только Элронда. — Она злее, чем обычно? — Она тревожней, чем обычно. Мне кажется, она перестала спать. Кроме ярости и злости, её терзают и сомнения. И это беспокойство заражает всех вокруг. Кстати, не хочешь попробовать травяной отвар? Ромашка с душицей помогает от беспокойства. — Не откажусь. А меня ты пригласил к себе в королевство, чтобы меньше беспокоиться? — Не только это. Я понимаю, тебе может быть болезненно, но я прошу тебя разобраться в свойствах колец. Может ли у них быть другой эффект, чем тот, который используем мы. — Я, конечно, постараюсь. — В задумчивости произнес Келебримбор. — Но мне нужно больше сведений. Делал ли Саурон раньше подобное? Пытался ли? — Мы можем лишь догадываться. Знать мог бы Адар. Быть может тот, кто называет его отцом, сможет тебе помочь.