Глава 8: Обучение

Весь остаток дня Твайлайт прошел как в тумане из-за страстного желания поскорее добраться до информации на датападе. Это заставило её выполнить все пункты в списке дел с рекордной скоростью — разумеется, она сверила это со своими предыдущими результатами, подтвердила рекорд и сделала пометку, чтобы в конце месяца составить общий график. Отметив последний пункт, она взглянула на часы и убрала устройство, найденное Флаттершай, в седельную сумку, чтобы не забыть его при выходе. У меня еще есть около двух часов до выхода. На всякий случай она завела часы с боем, чтобы не зачитаться и не пропустить встречу с Тайтусом. В последний момент она заглянула в холодильник и добавила в сумку две бутылки сидра, который так любил Тайтус — в качестве благодарности за то, что он там мастерил, чтобы ей было удобнее работать с датападом. Подготовив всё и оставив вещи у двери (наложив заклинание охлаждения на сидр), чтобы просто подхватить их в нужный момент, Твайлайт вернулась на кухню, соорудила небольшую тарелку с закусками из крекеров, сыра и сока и практически вприпрыжку проследовала через весь дом к дивану. Запрыгнув на него, она пару секунд разминала подушку копытами, после чего развалилась в самой удобной позе и левитировала датапад со стола. С сияющими глазами и дрожа от предвкушения, она осторожно ткнула носом в экран и была вознаграждена мягким писком. Versafunction88SE представлено MicroData Technologies Данные → загружены (Ошибка! См. Ошибки)… Аппаратные модификации → загружены… Связь с судном → не обнаружена… Системное сообщение: Доступна новая версия! Нет подключения к сети — Поиск… Добро пожаловать (пользователь не определен)! Перейти в Главное меню Загрузить другой профиль Вер. 6.3 Проверить обновления? (Требуется подключение к ГолоНету) Она не смогла сдержать короткий восторженный писк, когда экран загорелся, и начала усердно пробираться по меню туда, где, по словам Тайтуса, должны были быть книги. О, пункт «Каталог»? Попробуем это, может, там список содержимого. Она прижалась мордочкой к экрану, чтобы выбрать опцию. Так, что тут у нас… есть? Твайлайт пробежала глазами по сокровищнице, открывшейся перед ней. Заголовки, казалось, шли без всякого порядка, а некоторые пункты в списке сопровождались мигающей пометкой «Данные нечитаемы» — было ясно, что это значит. Это напоминает разбор ящика для возврата книг. Хм… справочник существ различных планет, пара биографий, одно руководство пользователя для астродроида серии R6 — что бы это ни было — и, наконец, история чего-то под названием Галактическая Республика… З-здесь пятнадцать читаемых книг! Ей пришлось на мгновение остановиться и снова осмотреть компактное устройство в полном недоумении. Как, именем Луны, они умудрились запихнуть всё это в штуку, которая поместится в мой почтовый ящик?! Еще раз просмотрев список и взвесив варианты, она в итоге остановилась на руководстве пользователя: упоминание Тайтусом слова «дроид» ранее разбудило её любопытство. Её разум жадно поглощал информацию, скрытую в замысловатых диаграммах и эскизах, даже в продвинутых разделах сервисного руководства, предназначенных для техников. Когда в другой комнате пробили часы, Твайлайт была настолько увлечена, что едва осознавала окружающее; её тело двигалось словно на автопилоте. Всё ещё сосредоточенная на чтении, она приклеила клочок бумаги на видное место в холле и нацарапала совершенно неразборчивую записку для Спайка, в которой говорилось, куда она ушла и что ужин в холодильнике. К сожалению, строчка текста вышла за край листка, и последние закорючки она дописала прямо на обоях. После чего Твайлайт накинула сумку со вторым датападом и выскочила за дверь. Умение Твайлайт читать на ходу и пробираться сквозь толпу, ни в кого не врезаясь (в чем она изрядно натренировалась, живя в Кантерлоте), проявилось во всей красе: она миновала Понивилль, перешла мост на окраине и направилась к холму. Твайлайт не замечала, что скорость её шага замедлялась пропорционально интересу к прочитанному, и в данный момент она двигалась ползком. Приблизившись к холму, Твайлайт удалось оторвать взгляд от датапада ровно на столько, чтобы заметить отсутствие привычной толпы «наблюдателей за человеком». Однако навстречу ей спускалась пара пони, которых она узнала с легким оттенком неприязни. Отлично, те два фотографа. Она снова уткнулась носом в устройство, намереваясь пройти мимо без приветствия, когда одна из них остановилась и обернулась. — Эй, я тебя видела здесь раньше. Твайлайт Спаркл, посредник человека или вроде того, верно? Если ты его ищешь, он ушел недавно, — сообщила серая кобылка, Снэппи Скуп, завидев фиолетового единорога, проходящего мимо с носом в какой-то железке. — Страже пришлось утаскивать каких-то пьяных городских, которые к нему приставали. Вели себя так, будто на драку нарывались. — Что?! — Твайлайт замерла как вкопанная и резко обернулась в тревоге, превратившись в слух. — Кучка качков из Лас-Пегаса, кажется, из любительской лиги EFC, — фыркнула светло-коричневая пони, Экшн Шот, и пролистала снимки в камере, пока не нашла нарушителей, после чего показала их Твайлайт. — Да, вот они. Знаешь кого-нибудь? Четверка определенно не была похожа на тех, кого Твайлайт видела в Понивилле в последнее время, так что фото не дали никакой зацепки, а имен, которые назвала Экшн Шот, она не знала. Была лишь одна деталь, которая могла пригодиться, и она сделала мысленную пометку спросить Лиру или Эпплджек — они иногда вместе смотрели чемпионаты по эквестрийским боям и могли хотя бы узнать имена. Что Твайлайт могла бы предпринять дальше, она пока не знала. — Так вы можете рассказать, что случилось? — спросила она, не найдя на снимках доказательств физической стычки; самым серьезным был кадр с банановой кожурой, летящей в спину её друга. — Сначала они просто сидели и смотрели, как и все остальные, но чем больше пили, тем шумнее становились. Вскоре начали выкрикивать гадости и провоцировать его, а когда Тайтус это проигнорировал, они разозлились и попытались лезть в лицо. На самом деле ничего не произошло: двое городских стражников вмешались, увидев, что дело пахнет керосином, и он просто ушел, — Снэппи Скуп тряхнула гривой и усмехнулась, прежде чем бросить взгляд на коллегу. — Хотя некоторые из местных «наблюдателей» не были настроены просто стоять в сторонке, верно, Экшн? — А что? Он первый и единственный в своем роде в Эквестрии, и он не делает ничего плохого, — вызывающе ответила Экшн Шот. — Если им хочется подраться, в нашем списке «наблюдателей» найдется пара тех, кто с радостью вправит им мозги копытами, я в том числе. Наверное, поэтому стража и уволокла этих задир — ради их же собственного благополучия. Твайлайт слушала их спор о том, как стоило поступить, лишь в пол-уха, листая другие фотографии. Эти снимки не чета той грязи, что печатают в газетах… На одном Тайтус беседовал с парой профессоров из Кантерлотского университета, на другом — смеялся и играл в копытобол, пока жеребята и Спайк висели на нем, пытаясь повалить. Эти фотографы показывают его с хорошей стороны, будто документируют его пребывание без предвзятости. Ого, я действительно плохо о них подумала, но как бы мне ни хотелось поговорить, лучше поторопиться, если я хочу догнать Тайтуса. — Эй! — забрав свои вещи, Экшн Шот окликнула Твайлайт, которая уже перешла на галоп. — Если догонишь его, передай, что многих из нас впечатлило его спокойствие! — Да! Он сама невозмутимость! — добавила Снэппи. — Спасибо! — крикнула Твайлайт через плечо, не замедляя подъема на холм. — Я обязательно передам! Добравшись до вершины и не увидев Тайтуса, она на мгновение подумала, не подождать ли до завтра, чтобы проведать его. Но мысль эта была быстро отброшена. Но… мне нужно убедиться, что с ним всё в порядке прямо сейчас. Я бы не стала ждать, будь это кто-то другой из моих друзей. Нас много, и подобное для нас не так страшно, но он, должно быть, чувствует себя таким одиноким. Её бег перешел в стремительный галоп вниз по склону. Вскоре она скрылась в овраге и исчезла в лесу Эверфри, поглощенная мыслями о том, в каком состоянии может находиться её инопланетный друг. ***** Еда отвлечена. Еда устала. Маленькая. Слабая. Мяса мало. Мясо нежное. Мягкое. Это не были слова в привычном смысле — скорее, передаваемый друг другу инстинкт. Стая кралась сквозь подлесок по обе стороны недавно образовавшегося оврага, голодными глазами следя за добычей и выжидая подходящий момент для нападения. Впереди вода. Добыча будет карабкаться. Скоро нападаем. ***** Под копытами становилось скользко, и когда земля не грозила выскользнуть из-под ног, она всасывала их в себя. Вся вода из округи стекалась сюда, превращая всё в абсолютное месиво. Уворачиваясь от крупных луж, Твайлайт искала место, где можно было бы выбраться из траншеи на сухую землю. Склоны обычно не были слишком крутыми, но блестящий слой жидкой грязи, покрывавший их спереди и сзади до самого горизонта, заставил её прийти к выводу, что пытаться не стоит, если она хочет остаться чистой — или, по крайней мере, не оказаться полностью облепленной грязью. И всё же её ноги уже изрядно покрылись коркой, а в кончике длинного хвоста застряла жижа, утяжеляя его ещё сильнее. Телепортация тоже не рассматривалась: со дна траншеи она не видела края, а из-за груд сломанных брёвен и камней, отброшенных в стороны при крушении корабля, она не хотела рисковать, прыгая вслепую в воздух и рискуя подвернуть копыто при падении. Пока она шла вперёд, осматривая завалы хвороста наверху в поисках чего-нибудь подходящего, что можно было бы сдвинуть и использовать как пандус, она заметила какое-то движение в тенях, идущее параллельно ей по обеим сторонам. Спустя всего пару ударов сердца единственным предупреждением для Твайлайт стал зловонный запах за мгновение до того, как на неё метнулось нечто размытое. Древесные волки! Она едва увернулась от того, что прыгнул первым, и разнесла его в щепки заклинанием, которое, кажется, сотворила неосознанно, просто от страха. Это дало ей короткую передышку, чтобы успокоиться и оценить ситуацию, но пока палки и ветки начали стремительно срастаться, секунду спустя из-за краев траншеи показалась остальная стая. Был только один вариант: бежать, и бежать изо всех сил. Слишком близко и их слишком много, чтобы принимать бой. Внезапный шок и резкий переход в бегство привели к тому, что Твайлайт уже почти выдохлась — её сидячий образ жизни книжного червя явно не помогал. Еще один древесный волк прыгнул, широко разинув пасть с клыками, но Твайлайт снова уклонилась, на этот раз переместившись на пару корпусов вперёд с помощью короткой телепортации. Плохо! Чем больше я концентрируюсь на том, чтобы не поскользнуться в грязи, тем меньше сил остается на заклинания, способные покончить с ними навсегда. Волки теперь были и сзади, и на склонах по обе стороны траншеи, по которой становилось всё труднее идти — глубокие лужи превратились в миниатюрные озёра или бездонные грязевые ямы, а ветки и пни торчали из земли, словно костлявые руки, пытающиеся подставить ей подножку. Пробираясь через это грязное русло, Твайлайт увидела впереди доски, выложенные в виде дорожки через опасную местность — хороший знак того, что цель близка. Действительно, пробежав по доскам совсем немного, она увидела одну из высоких частей корабля, возвышающуюся над гребнем траншеи, и прибавила скорости, сколько могла. Её дыхание стало прерывистым от нагрузки, пока она грохотала по доскам. Почти на месте! Корабль стал виден отчетливее, отвлекая Твайлайт ровно настолько, что она потеряла опору, когда одна из досок под её передним копытом слегка сдвинулась в жиже. Твайлайт отбросило далеко в одну из грязевых ям у тропы, и резкая боль пронзила её заднюю ногу — что-то острое полоснуло по шерсти. От неожиданности у неё перехватило дыхание, хотя, стоит отдать ей должное, она нашла в себе силы не вдохнуть полную грудь грязи. Тело молило о кислороде, она оттолкнулась от илистого дна и вытолкнула себя на поверхность, кашляя и отплевываясь. Её ноги лихорадочно работали, пытаясь удержаться на плаву в жидкой грязи, пока она жадно заглатывала столь необходимый воздух. Когда Твайлайт проморгалась и вытряхнула грязь из глаз, волки уже рычали и ходили взад-вперед, окружив края большой ямы. Твайлайт изо всех сил гребла к центру, чтобы максимально отдалиться от них. Долгий галоп в сочетании с погоней сделали её ноги свинцовыми, но, к её облегчению, в середине нашлось место помельче, где её задние копыта едва доставали до дна. Правда, для этого ей приходилось приподниматься и слегка подпрыгивать, и даже тогда ей приходилось вытягивать шею, чтобы держать мордочку над поверхностью, пока грязь снова заливала лицо. Она пыталась позвать на помощь, но не могла кричать громко — в горле пересохло, и ей приходилось выбирать: либо крикнуть, либо вдохнуть, на оба действия времени не хватало, пока она качалась в этой жиже. Волки становились смелее (или просто голоднее), и некоторые из них начали заходить в грязь за загнанным единорогом. В ответ они получили магический залп, хотя это лишь дало Твайлайт немного времени ценой истощения её магических резервов — волки просто собирались заново через короткое время. За спинами волков Твайлайт могла бы увидеть корабль, если бы не небольшая насыпь и низкий угол обзора — её глаза порой оказывались на уровне земли или даже ниже. Корабль не видно. Если я смогу телепортироваться за спину волкам и запутать их на несколько секунд, я смогу добежать и привлечь внимание Титуса, чтобы он помог м… Очередной укол боли в ноге при толчке от дна подсказал ей, что далеко убежать не получится, и Твайлайт пришлось сосредоточиться на магическом ударе по ближайшему волку, который как раз собирался воедино. Незамеченный Твайлайт хищник в её слепой зоне увидел возможность и взял разбег, намереваясь приземлиться прямо на свою добычу. Внезапно на Твайлайт посыпался град из останков древесного волка: ветки, листья и сучья посыпались вокруг неё и на неё. Сбитая с толку, она резко обернулась, пытаясь понять, что произошло, и услышала серию резких свистов. Оборачиваясь в воде на звук, Твайлайт почувствовала, как сердце подпрыгнуло: она увидела Титуса, который как раз скатывался с насыпи вдалеке. Однако гораздо ближе к ней было тёмно-коричневое пятно, которое с рычанием врезалось в одного древесного волка, яростно вырывая куски коры и веток, пока тот не перестал двигаться, а затем бросилось на другого. Внимание оставшихся волков переключилось — они не собирались делить добычу с другим хищником — и на мгновение забыли о единороге, переключившись на приближающиеся угрозы. — Сюда! — закричала Твайлайт, махая одной ногой над головой. Она наблюдала, как Титус вскинул руку в сторону одного из волков, наседавших на него, и тот мгновенно превратился в груду щепок и хвороста. Что? Должно быть, он использовал какое-то оружие или технологию. Похоже, так оно и было, потому что в другой его руке из знакомого серебристо-черного цилиндра, который он носил на поясе, вырвался синий стержень света. Его теплое гудение превратилось в яростный треск, когда один единственный взмах без усилий сразил другого хищника. Материалы, которых касался луч, падали на землю обугленными и дымящимися, а магия, оживлявшая их, исчезла. Твайлайт наблюдала, как Титус поймал еще одного волка за горло прямо в прыжке с насыпи и впечатал его в грязь, после чего снова пустил в ход световой клинок. В этот момент она сама нашла возможность ударить магией по волку, собиравшемуся у него за спиной. Снова комбинация свистков, и коричневое существо — собака, по мнению Твайлайт, судя по тем коротким мгновениям, когда она замирала — обошло лужу, чтобы зайти волкам во фланг и отрезать им путь к отступлению. Пока зверь загонял деревянных конструктов рычанием и ложными выпадами, Твайлайт прицелилась в одного и уничтожила его, а человек уклонился от отчаянной атаки другого и ответил чистым ударом, который снес бы тому голову, если бы тот не рассыпался на палки сам по себе. Титус тут же повернулся к огромной луже, и его тревожный возглас прозвучал прежде, чем он успел перевести дух после боя: — Твайлайт! Ты в порядке? — Осторожно, — закашлялась Твайлайт, всё ещё подпрыгивая на дне грязной ямы, — магия… она возвращает их через короткое время. Два волка, которых она подстрелила, начали восстанавливаться, но резкий свист заставил собаку прыгнуть на одного из них, а Титус подошел к другому и прервал процесс на полпути быстрым взмахом своего светового оружия. После этого они больше не шевелились. Когда местность была очищена, Титус хотел было спросить, сможет ли она выплыть, но одного взгляда на измученную пони хватило, чтобы понять: ей нужна помощь. Он снова свистнул, подзывая собаку; та послушно села, охраняя край лужи, пока Титус клал свой световой меч и пояс с сумками у её лап. Он пошёл вброд: сначала по колено, затем по бедра, и, наконец, по подмышки. Жижа была настолько глубокой, что ему пришлось сделать несколько гребков брассом, прежде чем он добрался до Твайлайт, качающейся на своём маленьком подводном «островке». — Я сейчас тебя вытащу, — сказал он, секунду удерживаясь на воде, после чего обхватил её рукой под живот. Она крепко вцепилась в него и, судя по выражению лица, была очень благодарна. — Просто постарайся расслабиться, я всё сделаю сам. Грязь, которая не желала расступаться так же легко, как вода, и лишнее сопротивление от буксировки единорога сделали обратный путь долгим, но его продвижение к берегу и твердой земле было уверенным. В конце концов человек помог изнуренной Твайлайт подняться на грязный берег, где она тут же повалилась на бок. — С… спасибо, — наконец прохрипела она, переводя дух. Она смогла немного успокоиться, но это длилось всего несколько секунд, прежде чем она резко села и снова осмотрела лужу. — О нет, мои сумки! Мои переметные сумки соскользнули, когда я упала! — крикнула она, с тревогой глядя на Титуса. — Т-там датапады… Как я заглажу свою вину, если уничтожила их? Это не то, что я могу просто починить или заменить! Она ждала от него какой-то реакции — печали или гнева, — но Титус был занят тем, что подзывал свою собаку. Когда к хозяину подошел пес размером с пони, Твайлайт посмотрела на него с опаской, что Титус сразу заметил. — Всё хорошо, Твайлайт. Это мой пес, Декс, он очень дружелюбный. — Титус для убедительности потрепал животное за ушами, и счастливая ухмылка на морде тяжело дышащего пса стала еще шире, что немного уняло страх в глазах Твайлайт. — Декс, это Твайлайт. Она тоже очень дружелюбная. После этого краткого знакомства и попытки разрядить обстановку, он сам бросил взгляд на грязь, из которой они только что выбрались. Подняв палец, он быстро пресек запинающиеся извинения единорога за потерянную технику: — Важнее всего то, что ты в безопасности, Твайлайт. Просто подожди здесь, отдохни и отдышись, а я быстро вернусь и попробую найти твою сумку, пока грязь, которую мы взбаламутили, не осела над ней. Я мигом. Поднявшись, Титус кивнул библиотекарше, но его слова были адресованы не ей: — Декс, охраняй. Пес тут же лег на живот рядом с Твайлайт, навострив уши и внимательно следя за окружением, высматривая и вынюхивая любые угрозы. Убедившись, что Декс присмотрит за всем до его возвращения, Титус поплыл обратно в лужу. Он несколько раз нырял с головой, пока не вынырнул с облепленными грязью сумками в руке — жижа сочилась из каждого шва. Когда он наконец выбрался на берег, ошметки грязи с мокрым шлепком падали с него на землю. Единорог, к счастью, уже сидела, хоть и выглядела вялой. — Твайлайт, ты как? — спросил он, присаживаясь перед ней. Он нерешительно положил руку ей на плечо и почувствовал, что она дрожит. Неудивительно, учитывая, что мы оба покрыты слоем этой высасывающей тепло слизи. — Измотана. Замерзла… но в порядке, благодаря тебе, — несмотря на усталость, Твайлайт выдавила благодарную улыбку, после чего неуверенно поднялась на копыта. Ей пришлось ненадолго опереться на его руку, пока она не поймала равновесие. — Хорошо. Пойдем на корабль, приведем себя в порядок и согреемся, — сказал Титус. Он встал и перекинул сумки через спину Декса, который принял их без проблем. Титус сделал несколько шагов, но заметил, что Твайлайт избегает наступать на заднюю ногу, и остановил группу. — Эй, стой. Твайлайт, ты ранена… — Д-да. Я порезалась о что-то в грязи, когда упала, — сказала она, оглядываясь на алый след, который теперь окрашивал налипшую на бок грязь. Пытаясь казаться храброй, она сделала несколько шагов вперед, стараясь не морщиться, но у неё ничего не вышло. Титус посмотрел на неё с ещё большей тревогой, которую она попыталась отмахнуться: — Ладно, да, признаю, больно, но я дотерплю до твоего корабля. — Нам еще прилично идти через эту траншею, а потом лезть по корпусу к люку. Давай сюда, я помогу, — он снова наклонился и попытался подхватить её под все четыре ноги. Она начала тихо протестовать, уверяя, что справится сама, но, видя, как тяжело ей дается каждый шаг, Титус и слушать ничего не хотел. — Послушай, тебе и так сегодня досталось. Тебе явно больно идти, так что я не позволю тебе ковылять весь путь, тем более что я могу тебя просто донести. — Ну, в этом правда нет необходимости… хотя мне и правда больновато, так что спасибо, — уступила она и позволила человеку поднять себя. Это получилось не сразу — из-за грязи её шерсть была чрезвычайно скользкой. Потребовалось несколько минут, чтобы найти удобный способ: в итоге они решили, что Титус сложит руки «кольцом», на котором она будет лежать на спине. Одна его рука поддерживала её под сгиб задней ноги, другая — у холки. В таком положении её голова покоилась на его плече, а передние ноги были прижаты к груди. Это оказалось на удивление удобно, и на несколько минут она позволила себе расслабиться, пока Титус мерно шагал по грязи. После недолгого молчания Твайлайт всё же почувствовала необходимость заговорить: — Так… ты в порядке? — М-м? — судя по звуку, вопрос застал человека врасплох, его мысли явно были где-то далеко. Она думала, он предпочтет идти в тишине, но, к её облегчению, он кивнул и ободряюще улыбнулся: — А, да, я в норме. У меня бывали переделки и похуже этой. — О, это хорошо. Но «переделки», как ты их легкомысленно называешь, с древесными волками могут быть очень опасными. На самом деле я имела в виду то, что произошло раньше, — уточнила она, но он, казалось, не понял. — Ранее, с теми пони, которые тебя задирали. — Твайлайт, — ответил он со вздохом и остановился. — Ты проделала весь этот путь только ради того, чтобы спросить об этом? — Увидев, как она подняла голову с его плеча, Титус уже знал ответ и заговорил прежде, чем она успела вставить слово: — Я в порядке, Твайлайт. Это просто горлопаны, которые перебрали лишнего, так что я не обращал особого внимания на то, что они там кричали. К тому же, я знаю, что некоторые горожане за меня заступились. — Начиная сам ощущать холод, он снова пошел вперед по дощатому настилу, решив не отчитывать единорога стоя на месте. — Я ценю заботу, но приходить сюда так поздно было безрассудно. Даже если бы мы вышли сейчас, мы бы не добрались до города до темноты. Так что, ты не против остаться здесь на ночь? — Да! Азарт от того, что её пригласили остаться — к тому же на борту космического корабля! — был настолько велик, а ответ казался настолько очевидным, что уровень её энтузиазма, возможно, заставил её прибавить громкости. Однако внезапный испуганный взгляд, который он на неё бросил, напомнил ей о её положении, и она быстро и кротко склонила голову. — Хех. Извини. Да, я с удовольствием останусь, спасибо, и прошу прощения за навязчивость, — сказала Твайлайт уже гораздо более сдержанным тоном, после чего вздохнула и снова прислонилась к его плечу. — Но я так волновалась… — она едва заметно потерлась носом о его шею, не понимая, заметил ли он это, — они могли серьезно тебя поранить. В ответ на это утверждение он приподнял бровь, хотя опять же не был уверен, говорит ли она о пони или о древесных волках. — Я… ценю твою заботу. Последовал еще один период тишины, за который они добрались до основания перевернутого корабля. Но вместо того, чтобы завороженно рассматривать совершенный аппарат перед собой, Твайлайт лишь желала подольше оставаться в этом удобном положении, положив голову ему на плечо так, чтобы её мордочка находилась в паре сантиметров от его шеи, пока в голове прокручивались сцены погони по траншее. Когда сцена подошла к концу, она шутливо вздохнула под нос: — Ну, всё в итоге вышло шиворот-навыворот, не так ли? — Шиворот-навыворот? — переспросил он, ловко карабкаясь по части фюзеляжа и пересекая верх (или низ, смотря с какой стороны посмотреть) перевернутого судна, прежде чем остановиться перед большой вертикальной металлической панелью. — М-хм, — промычала Твайлайт. По правде говоря, она не ожидала, что он услышит её своими маленькими плоскими ушами, и ей пришлось объяснять: — Кобыла должна, ну… должна спасать жеребца, попавшего в беду. — О, так я теперь беспомощный жеребец? — спросил он и слегка сжал её, улыбнувшись, чтобы она поняла: он шутит. — Я бы сказала, что это неприменимо, учитывая события вечера, но этот идеал — одно из досадных побочных явлений нашего матриархального общества, — начала объяснять Твайлайт, опираясь на свои знания по предмету, но ей пришлось слегка извернуться и положить копыта на плечи человека, когда одна из его рук выскользнула из-под неё, чтобы нажать на кнопки. — Понимаешь, эм… — из-за смены позы рука, поддерживавшая её сзади, слегка надавила на её кобылью суть через поджатый хвост, и в ответ она невольно крепче вцепилась в него. — Видишь ли… ах!.. исторически жеребцы… — она немного поерзала и потеряла нить повествования. Я знаю, что это непреднамеренно и чистая случайность, но почему я не хочу, чтобы он прекращал? — Давай оставим урок истории на потом, когда мы будем чистыми и в тепле? — прервал он её, на мгновение замирая: пони было неудобно балансировать на одной руке, когда она так неожиданно заерзала. К счастью, он был достаточно опытен, чтобы быстро ввести код на большой гермодвери грузового отсека, которая открылась с плавным всасывающим звуком вшух!. Титусу пришлось повозиться еще с парой временно установленных переключателей, чтобы зажечь свет внутри. — Но если не считать того, что друзья помогают друг другу, как насчет того, чтобы считать, что мы квиты после того, как ты спасла меня из обломков? Идет? — Идет! — на этот раз Твайлайт открыто прильнула к нему, потираясь о его челюсть и под ухом, отчего по её телу пробежало легкое покалывание. Ого, а это приятно. Она продолжала, вызвав у человека тихий смешок, что только раззадорило её, пока он не попытался увернуться головой, что было малоуспешно, учитывая их положение. — Ну хватит, щекотно же. — О? Ты имеешь в виду, когда я делаю вот так? — она игриво коснулась того же места, на что он снова дернулся и на этот раз открыто рассмеялся. — Не думала, что ты боишься щекотки… запомню это местечко. Неужели я это сказала? Что со мной происходит? — Боюсь представить, для чего, — с невозмутимым видом ответил Титус, закрывая за ними дверь простым взмахом руки над идентичной панелью внутри. — Извини за беспорядок, я бы прибрался, если бы знал, что у меня будут гости. — Его сухой юмор не остался незамеченным: пока они пересекали захламленный грузовой отсек, дрожащий единорог крутила головой во все стороны, жадно изучая каждый предмет вокруг. У неё было время осмотреться, пока Титус снимал сумки со своего пса и откладывал их в сторону, прежде чем понести Твайлайт через двери в коридор в дальнем конце отсека. Сноп искр и яркий синий свет внезапно прекратились, когда работающий дроид повернулся, чтобы поприветствовать их серией свистов. Эй! Я это узнаю! — Это же дроид из инструкции? — Твайлайт вытянула шею, чтобы получше рассмотреть его, пока человек проносил её мимо. Ей отчаянно хотелось попросить его подождать, чтобы она могла изучить робота подробнее, но из-за противной грязи и приятного физического контакта она оставила эту идею на потом. — Хм? О, так ты всё-таки прочитала инструкцию? — спросил он, остановившись в дверях. — Я так и думал. Верно, это астродроид серии R6. Его зовут Арсикс. — Титус повернулся, чтобы единорожка могла лучше рассмотреть дроида, когда тот подкатился ближе, понимая, что робот тоже хочет изучить пони, которую он несет. — Арсикс, это Твайлайт, она и её друзья вытащили меня из корабля после крушения. Она останется на ночь. — В ответ последовало мягкое гудение. Титус знал, что библиотекарше не терпится понаблюдать за дроидом, и тут ему в голову пришла идея: — Эй, Арсикс, не мог бы ты пойти за нами и провести быструю диагностику, чтобы убедиться, что в душе есть горячая вода? Дроид с энтузиазмом запереминался с ноги на ногу, издавая веселые чирикающие звуки, и хотя его голова вращалась из стороны в сторону, Титус объяснил, что это не означает «нет». Секунду спустя выдвинулась третья колесная опора, и дроид последовал за ними. Это, конечно, позволило Твайлайт наблюдать через плечо человека за тем, как катится астромеханик, — возможность, которую она очень оценила. Титус шел по тускло освещенному коридору, отвечая на вопросы, связанные с инструкцией, и прошел через еще одни двери, где опустился на колено. — Ну вот, пришли, — сказал он. Когда он попытался опустить Твайлайт, выяснилось, что из-за того, что они оба были скользкими от грязи, «кольцо» из рук стало ненадежным, и любое ослабление хватки грозило падением. Твайлайт пришлось обхватить копытами его шею, и так она смогла поставить здоровую заднюю ногу на пол, а затем с его помощью опустить на палубу и передние копыта, хотя он не отпускал её, пока не убедился, что она держит равновесие. Оказавшись на своих ногах, она огляделась; это выглядело как обычная ванная комната, хотя некоторые вещи были явно наспех переделаны, чтобы работать, когда корабль лежит вверх тормашками. Душ был одной из таких вещей. Хотя принцип работы был похож на её домашний, Твайлайт показали, где находятся регуляторы горячей и холодной воды, а также другие кнопки на стене. — Если хочешь промыть порез, а я рекомендую это сделать, нажми вот эту кнопку, и пойдет физраствор… — он вопросительно показал большой палец (Твайлайт узнала об этом странном жесте вскоре после его прибытия) дроиду, который пропищал ответ. — Кажется, всё готово. Арсикс говорит, что подогреватель воды в порядке, только будь осторожна, когда будешь прибавлять температуру, потому что ограничитель барахлит. Я пойду найду полотенца и оставлю их в раздевалке. Дверь немного сломана и не закрывается плотно, так что я оставлю Арсикса снаружи в коридоре. Если что понадобится, просто крикни ему, и он позовет меня… — Подожди, ты не останешься? — она в замешательстве наклонила голову. — Я думала, ты тоже хотел принять душ. Человек тоже выглядел озадаченным: — Хотел. Я собирался пропустить тебя вперед, а потом пойти самому… Твайлайт посмотрела через плечо на душевую кабину, которая была в несколько раз больше её домашней, а затем снова на Титуса: — Тут места более чем достаточно для нас обоих, зачем идти по очереди? — Твайлайт тут же увидела, как его лицо залил румянец. — Мне, эм, придется снять одежду, чтобы помыться. — Ну да, — она закатила глаза, — было бы глупо принимать душ в одежде. Что за пунктик у людей с этой одеждой? — Она указала копытом на его рубашку и штаны и кивнула. — Давай, снимай, ты всегда закутан с головы до ног, мне любопытно посмотреть, как ты выглядишь под всей этой тканью. От последнего замечания Твайлайт Титус стал совсем пунцовым. — Быть голым при других людях неловко, особенно если они другого пола. — Хорошо, что я не человек, а пони, — пошутила Твайлайт, всё еще не понимая, к чему он клонит. — К тому же, это нелогично, ведь пони почти никогда не носят одежду! На мне сейчас ничего нет, и я чувствую себя прекрасно рядом с тобой. — Она пыталась уловить ход мыслей человека, но искренне не понимала его неприязни, и тут до неё дошло: — Неужели… неужели то, что я без одежды, заставляет тебя чувствовать себя неловко? — Хотя она этого не хотела, её уши прижались к голове в надежде, что это не так. — Что? Нет, конечно нет! — Титус почему-то посмотрел на робота R6 в поисках поддержки, хотя дроид явно не мог знать о его чувствах. — Давай проясним: когда я сказал «люди», я использовал это как общее понятие, включая пони, но то, что пони не носят одежду — это другое, и это меня не смущает. У людей, да и у других рас, всё сложнее. Вообще-то, раздевание обычно предшествует нескольким вещам: душу, сну и, эм… — он откашлялся, — серьезной близости. — Он чувствовал, как кровь прилила к щекам. Как объяснить концепцию одежды и причину её ношения инопланетному виду, который считает её совершенно необязательной? — О, — настала очередь Твайлайт краснеть. — Значит, ты боишься, что если раздеешься и пойдешь в душ со мной, ты… разгорячишься? — На мгновение в её голове вспыхнул образ, и её бедра слегка сжались, пока разум начал связывать воедино всё, о чем она думала и что чувствовала в последнее время. О нет. Пожалуйста, только не сейчас! И я только что ляпнула, что мне любопытно увидеть его голым… проклятье. Перед мысленным взором всплыла еще одна картинка: как мог бы выглядеть Титус без одежды, и как она сама стоит на полу душевой, припав грудью к полу, пока на неё льется теплая вода. Она подняла круп, а его пальцы переплелись с её хвостом, чтобы… Нет! Остановись. Твайлайт тряхнула головой, отгоняя видение, что со стороны выглядело довольно странно, хотя Титус ничего не сказал. — Наверное, я тогда пойду первой, — её уши поникли, а румянец пробивался сквозь шерсть. — Я, э-э, дам знать, когда закончу. — С нервной улыбкой Твайлайт нажала копытом на кнопку закрытия двери. Это было слишком близко. Она изо всех сил старалась удержать хвост на месте, но теперь, когда дверь закрылась, он начал неистово вилять из стороны в сторону, а мышцы крупа снова и снова напрягались. Забудь о горячей воде; мне нужно остыть. С тем, что он принял за нервную улыбку, дверь душевой закрылась почти перед его носом. Ну, она довольно быстро передумала. Надеюсь, я её не обидел, она же сама спросила. Человек нашел полотенца в шкафчике, отдал их дроиду и вышел из комнаты, когда послышался шум воды. Вернувшись в грузовой отсек, он начал собирать и раскладывать инструменты и детали, которые оставил разбросанными. Хм, этот коллектор еще пригодится… Как только эта мысль промелькнула, связка изогнутых трубок поплыла к полке. То же самое касается этого кабеля и радиатора. Детали быстро присоединились к коллектору. Сканер энергии, набор визоров, стилус для настройки, лазерный штангенциркуль… Инструменты сами собой расставлялись на верстаке или на стене, и за очень короткое время ангар стал выглядеть гораздо опрятнее: похожие вещи группировались вместе — ящики с запчастями летели к рабочей зоне, настенные панели возвращались на место над оголенными пучками проводов, а оборудование аккуратно складывалось в углу у двери в коридор. Декс, который валялся под верстаком, полностью игнорируя суету, так как привык к подобным зрелищам, внезапно сел и пристально посмотрел на дверь коридора. Мгновение спустя в комнату, пища и чирикая, въехал астродроид. Это мой выход. Титус доставил последний ящик и направился обратно к душевой, где его ждала Твайлайт. — Всё? Единорожка кивнула, но ничего не сказала. — Арсикс может показать тебе дорогу обратно в отсек, если хочешь… — Можно я подожду тебя здесь? — нерешительно спросила Твайлайт. — Я бы не хотела сейчас оставаться наедине с Дексом. Вайнона учуяла феромоны, когда у Эпплджек была течка, логично предположить, что и здесь будет так же. Хвост Твайлайт едва заметно дернулся, но, к её облегчению, Титус этого не заметил или не понял, что это значит. — О, конечно. Подожди в коридоре, я быстро. После того, как её чуть не сожрали те волки, неудивительно, что она опасается другой собаки. Надеюсь, она его не боится, он ведь такой лапочка. Дождавшись, пока Твайлайт выйдет и дверь зашипит, закрываясь настолько, насколько позволял сломанный рельс, Титус стянул грязную рубашку, расстегнул пояс и быстро разделся, войдя в душ. Фиолетовый глаз заглянул в щель сломанной двери, с любопытством наблюдая за двуногим, который стоял к ней спиной, снимая одежду. Он и правда почти совсем безволосый. Жаль, что он не поворачивается, но в то же время… ммм, отличный круп. Твайлайт пришлось сделать волевое усилие, чтобы не просунуть копыто между задних ног, и даже когда он зашел за матовую дверь душа, она продолжала наблюдать за его силуэтом. Титус быстро помылся, хотя, смывая грязь и болотную жижу, он удивился, что лужи на полу после предыдущего купания уже успели остыть. Когда он закончил, дроид любезно принес ему комплект чистой одежды. Он оделся и поспешил к Твайлайт, чтобы она не ждала в незнакомом месте дольше необходимого. — Чувствую себя гораздо лучше, — сказал Титус, вытирая волосы полотенцем, чтобы они быстрее высохли. — А ты как? Согрелась хотя бы? Твайлайт кивнула: — И я определенно чувствую себя лучше, когда я чистая. — Она поднялась с места, куда поспешно села, когда он направился к выходу, и экспериментально потянулась раненой ногой. — Ой! — Она даже не пыталась двинуть ею снова, так как боль была слишком резкой, а нога сама поджималась к телу, не давая на неё опереться. — Кажется, моих скромных навыков в лечебной магии не хватит. Максимум — притупить боль. Присев рядом с ней, Титус посмотрел на рваную рану, пересекавшую один из символов на её боку — её кьютимарку, как он понял из её лекций. Осмотрев порез, Титус решил, что он не слишком глубокий и не оставит последствий, но душ не дал ране затянуться, а движения ноги снова вызвали кровотечение. — У тебя тут приличная такая дыра, но я и не такое видал. У меня в отсеке есть медикаменты. — Титус снова наклонился, чтобы подхватить Твайлайт, но она отказалась, сказав, что предпочтет идти сама, и они медленно побрели по коридору. Если он сейчас хоть случайно коснется моей кобыльей сути, я сорвусь. Она какая-то… дерганая? Нервничает? Титус подстроился под темп единорога. Они шли в тишине, пока она внимательно изучала всё вокруг. — Здесь всё выглядит иначе, чем в прошлый раз, — заметила Твайлайт, когда они вошли в огромный грузовой отсек. — Но нам тогда не удалось здесь всё рассмотреть, двери были завалены. У одной стены стоял верстак, по бокам — стеллажи и ящики с инструментами. В центре на ящиках стояло что-то непонятное; Твайлайт не знала, что это, но предположила, что какое-то транспортное средство из-за характерного сиденья. Часть корпуса была открыта, обнажая механизмы, а какая-то деталь лежала на верстаке, видимо, снятая для ремонта. Её грязная сумка лежала рядом с одеялом, натянутым между двумя балками наподобие гамака — она удивленно вскинула бровь. Ну, наверное, удобнее, чем спать на этом жестком полу… то есть потолке. На чем бы мы ни стояли. Человек подождал, пока она осмотрится, и поманил её к себе, держа в руке маленький аэрозольный баллончик. Сев рядом с ним, она с любопытством посмотрела на предмет: — Что это? — Это антисептик и обезболивающий спрей, который через несколько секунд высыхает, превращаясь в повязку. — Он брызнул немного себе на руку для демонстрации, отклеил подсохшую пленку и протянул ей. — Довольно остроумное сочетание, — сказала она, изучая его руку и прозрачную «повязку», которую ей дали. Усадив Твайлайт, Титус осмотрел рану на её ноге и обнаружил, что она глубже, чем он думал вначале. — Мне придется немного раздвинуть края, чтобы спрей попал внутрь и стянул их. Предупреждаю: будет больно, пока он вымывает грязь и микробов, но обезболивающее подействует почти мгновенно. Кстати, о «действии», — он виновато улыбнулся, — я придержу тебя, чтобы ты меня случайно не лягнула. Он полностью обездвижил обе её ноги, зажав их своими коленями, и осторожно зафиксировал раненую ногу за лодыжку одной рукой, держа пальцы наготове, чтобы раскрыть рану. Верхняя часть тела Твайлайт прижалась к нему сбоку, пока он наклонялся, готовясь нанести антисептик. — Так, начали, — он поднял баллончик. — На счет три… Твайлайт сглотнула от предвкушения и легкой боли, когда он раздвинул края пореза, но кивнула, давая понять, что готова. — Раз. Он брызнул. Глаза Твайлайт распахнулись. Ух, я знала, что он так сделает… СВЯТЫЕ СЕСТРЫ-СКАКУНЬИ! Не в силах лягнуть от боли, она невольно вцепилась зубами в его плечо, с её губ сорвался приглушенный стон. ЛЯГНИ МЕНЯ! Жжёт так, будто я прижалась крупом к плитке в лаборатории! ГА-А-АХ! К счастью, секунду спустя обезболивающее подействовало. Хватка на её задних ногах ослабла, когда они перестали дергаться, и она почувствовала, как человек похлопал её по животу. Она благодарно простонала от облегчения и расслабилась; её мордочка соскользнула с его плеча и уткнулась в его руку, пока она переводила дух — внезапное напряжение сменилось усталостью во всём теле. Спустя несколько мгновений Твайлайт слегка подтолкнула державшую её руку, давая понять, что пришла в себя. — Ого, — выдохнула она и медленно поднялась на копыта, чтобы походить. К её удивлению, нога больше не мешала ей. Чувствую себя как новенькая! Надо будет спросить состав этого средства, оно потрясающее и могло бы сотворить чудеса в Эквестрии. Продолжая нарезать круги, проверяя ногу, она заметила след от зубов на его плече и тут же подбежала к нему: — Прости, я не хотела тебя кусать! Просто боль… — Ты укусила не так уж сильно, — соврал он; челюсти у неё были обманчиво сильными. Он оттянул ворот рубашки, пытаясь рассмотреть место укуса, но ткань не растягивалась так далеко. — Моя вина, не дал тебе что-нибудь, что можно было бы закусить. И извини, что не дождался «трех». Поймав своё отражение в выключенном экране компьютера неподалеку, Твайлайт замерла и осмотрела себя. Хм, надеюсь, я это взяла. Она попыталась пробежаться по мысленному списку вещей, но стычка с волками стерла большую его часть, и ей пришлось подойти к лежащей на полу сумке. Промокший клапан шлепнулся о пол с хлюпаньем. Она вытянула магией два датапада и две бутылки сидра, а также испачканные письменные принадлежности, но не нашла того, что искала. — Проклятье. Когда человек спросил, что случилось, Твайлайт сотворила заклинание, чтобы очистить блокнот. — Моя грива в полном беспорядке и сейчас запутается в узлы. Я забыла взять свою… — когда блокнот стал чистым, она обернулась, но замолчала на полуслове, увидев его. Титус наполовину стянул рубашку, чтобы осмотреть плечо; часть ткани была закатана к шее, обнажая одну сторону груди. Твайлайт видела его только со спины, когда подглядывала изучала его (чисто в научных целях, разумеется), пока он раздевался в душ. У людей-самцов есть соски?! И-и-и они так высоко на теле… Вид обнаженной кожи и перекатывающихся под ней мышц, когда он осторожно потягивался, стараясь не тревожить большой синяк под грудью, вновь вызвал то самое покалывание. Её разум на мгновение завис, прежде чем она неловко закончила фразу: — …свою… щетку. — Сомневаюсь, что у меня есть что-то подобное, — сказал он, не замечая состояния единорожки, так как ему в голову пришла идея, позволяющая немного помастерить. — Хотя я мог бы сделать что-нибудь, если дашь мне минуту. Титус зашагал к верстаку и взял с полки тот самый радиатор. — Арсикс, нарежь это на тонкие полоски. Мне нужно, чтобы они были примерно такой ширины, — проинструктировал он дроида. Спустя пару шумных минут у него в руках было несколько похожих на гребни пластин. Сложив их вместе и чередуя положение зубцов, человек надел защитные очки. Яркий бело-голубой свет вспыхнул и затрещал, пока он сваривал детали. Твайлайт наблюдала, но не видела процесса — стол был слишком высок для неё, даже когда она вставала на задние ноги, поэтому она отошла на несколько шагов и села, дожидаясь финала. После короткого высокого визга Титус отложил инструмент и встал со стула. — Ничего особенного, — он подошел к Твайлайт, медленно приседая и протягивая самодельную щетку, — но, думаю, это лучше, чем ничего. Надеюсь. Твайлайт обнаружила, что может удерживать щетку левитацией (она не создавала гармонического диссонанса, как некоторые его технологии), и поднесла её поближе. Дизайн был грубоват, но в нём была эстетичная простота, которую она оценила ещё больше, потому что это был подарок. То, что когда-то было квадратным куском металла, теперь имело полу овальную форму, зубцы были подпилены, а вся щетка отполирована до зеркального блеска, который искрился в неровном свете ангара. Она перестала поддерживать заклинание, поймав щетку копытами, и тут же заметила, какая она легкая. — Такая легкая! Это не железо и не сталь. — Она провела ею по гриве и обнаружила, что та отлично распутывает волосы, а в качестве бонуса — зубцы приятно чесали кожу у корней, чего не делала её обычная щетка. Интересно, совсем нет статического электричества. Возможно, свойство сплава? — Спасибо, она чудесная! — она прыгнула на него, обхватив копытами шею в объятиях, и запечатлела, пожалуй, слишком восторженный поцелуй на его щеке, когда одна из его рук обняла её в ответ. — Я рад, что тебе понравилось, — он попытался имитировать прикосновение носом к обнимающей его пони и был вознагражден удивленным смешком. О-он потерся об меня носом! — Я видел, ты достала датапады. Я посмотрю их, пока ты занята гривой. Он правда потерся в ответ! Твайлайт была почти в экстазе и провела следующие несколько минут, счастливо расчесывая гриву и хвост. Пара упрямых узлов доставила ей хлопот, пока человек не помог; он как будто заставлял их таять. И хотя обычно спутанный хвост заставил бы её смутиться, сейчас Твайлайт наслаждалась тем, как его пальцы скользили сквозь волосы, слегка потягивая их. Ей было даже немного неловко, что ему приходится постоянно отвлекаться от работы за столом. Она выражала свою признательность, ласково тычась носом в его руки всякий раз, когда они оказывались рядом, что часто заканчивалось тем, что он потирал ей ушки — это стало для неё целым открытием. Богиня Селестия, это было просто божественно! После очередного случая помощи с особенно непокорным узлом (и растирания ушей, от которого Твайлайт чуть не застонала вслух) она решила, что прическа в порядке, и с обновленной энергией направилась к Титусу за верстак. Твайлайт посмотрела на него: он сидел, скрестив ноги, слегка ссутулившись и подперев голову рукой, локоть которой упирался в стол. Глаза закрывал странный визор, но между краями устройства и его лицом пробивались лучики света, что навело её на мысль о наличии встроенного дисплея. — Ну как, — столешница была высоковата, но это не мешало ей пытаться заглянуть наверх, — датапады работают? Думаю, погружение в грязь им не на пользу. Надеюсь, я их не испортила. Он издал неопределенное мычание, не подтверждая и не опровергая их исправность. Прежние ласки Титуса с узлами и ушами — и те ощущения, которые они принесли — настроили Твайлайт на игривый лад. — Я хочу помочь! — её рог засветился, и во вспышке фиолетового света она оказалась прямо на коленях у человека на высоком стуле. На долю секунды она увидела, как детали разобранного датапада парят чуть выше поверхности стола, прежде чем они с грохотом упали обратно, так как стул качнулся от резкой смены веса. Титус тут же ухватился руками за край стола, чтобы они оба не повалились на пол. Выдохнув, когда стул перестал шататься, Титус поднял визор на лоб и обратился к единорогу в своих коленях: — Твайлайт… Она даже не услышала своего имени. Они левитировали… они ОПРЕДЕЛЕННО левитировали! — Как ты это сделал?! — Твайлайт недоверчиво уставилась на человека. — Как?! Я думала, у людей нет магии! Вот черт. Можно сказать, что это технология, функция визора… нет, потом боком выйдет. — У нас её нет. Если ты спустишься… — Я знаю, что видела! — Твайлайт отказалась слезать, пока он не объяснит, как заставил компоненты парить. Направив магию в рог, она проверила местность на наличие остаточной Гармонии, но, кроме обычного природного фона, ничего не обнаружила. — Согласно газетным статьям и моим собственным, гораздо более тщательным измерениям, у тебя нулевой магический коэффициент! Нулевой! Значит, ты не должен… нет, не так, ты НЕ МОЖЕШЬ обладать магией! — Она затрясла головой так сильно, что стул снова качнулся. — Ты хоть представляешь… хоть малейшее представление имеешь, что станется с установленной тауматургической теорией — не говоря уже о законах, на которых она базируется — если существо без врожденных способностей сможет обуздать Гармонию?! Это будет хаос! Диск… — Твайлайт перевела дух. — У Козломордого был бы праздник. Козломордый? Ладно, потом спрошу. — Это не магия, Твайлайт, — попытался объяснить Титус. Она тут же засыпала его вопросами о том, что же это за способность такая, а её сияющие глаза выдавали жажду знаний. — Это называется Сила. Помнишь, сегодня на пикнике я упоминал группу уединенных людей, которые использовали нечто похожее на вашу магию? — он дождался её кивка. — Они использовали Силу. Я знаю, это выглядит похоже, и многие люди в моем измерении или где бы то ни было тоже назвали бы это магией, но это не так. — К тому же, — он попытался перевести тему, — всего неделю назад те же газеты, на которые ты ссылаешься, писали, что я пожираю пони и собираюсь свергнуть Принцесс, чтобы поработить Эквестрию. Я хочу сказать, что они до сих пор так пишут, но он явно увиливает от разговора. — Покажи мне, — она постаралась звучать решительно и посмотрела на него через плечо, надеясь, что он увидит её непоколебимость. — Это довольно… — Пожалуйста? — Я не уверен… — Пожалуйста-пожалуйста-ПОЖАЛУЙСТА? — Её желание было настолько сильным, что она невольно начала подпрыгивать на каждом слове, отчего лицо человека залилось краской. — Воу, Твайлайт, перестань прыгать. — ~♫~ Ты краснеешь! ~♫~ — Наступающая фаза её цикла придала ей смелости, и Твайлайт решила развить успех. — О, я перестану, — она продолжила ерзать и бросила на него лукавый взгляд, прежде чем повернуться в его коленях и прошептать на ухо: — когда покажешь. — Ладно, — вздохнул Титус. — Только, пожалуйста. Перестань. Прыгать. Твайлайт напоследок озорно вильнула бедрами и нетерпеливо повернулась к столу. Ой… кажется, я нас обоих немного «разгорячила». Она сделала вид, что не замечает изменившуюся «топографию» его коленей. Что ж, это подтверждение того, что он укомплектован. — Сиди смирно, — скомандовал Титус и сосредоточился на разобранном датападе. — Тут много мелких деталей, если я не сконцентрируюсь, будет гораздо труднее. Пожалуйста, не говори сейчас про «труднее». Твайлайт сжала челюсти, борясь с дергающимся хвостом и блуждающими мыслями. Просто… просто игнорируй то, что упирается тебе в бок, и сосредоточься. Это исторический прорыв. Фокус. Она взяла себя в руки (почти) и пристально наблюдала, как Титус опустил визор на глаза и направил ладони к деталям на столе. Секунду ничего не происходило, затем одна деталь, вторая, третья — и вот уже каждый компонент парил в воздухе. Вокруг них нет видимой ауры, как при магии пони. Она закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Я… я не чувствую принадлежности ни к светлой, ни к темной магии. Вообще ничего не чувствую, просто… пустота. Если бы я не видела это своими глазами, я бы сказала, что это невозможно. Твайлайт перестала концентрироваться, и сияние рога погасло. Датапад тем временем собрался прямо у неё на глазах и опустился на стол. Экран вспыхнул знакомым теплым светом. Размышляя об увиденном, Твайлайт не сводила глаз с датапада, пока кто-то мягко не коснулся её плеча. Титус, снова подняв визор, держал предмет, похожий на перьевую ручку. Она была сделана из какого-то металла или сплава, а её кончик был закруглен почти в полусферу. — Вот, — он положил её рядом с датападом и кивнул. — Сделал это, чтобы тебе не приходилось пользоваться носом… Твайлайт подняла ручку левитацией и изучала её, когда шепот коснулся шерстки на её ухе: — Хотя со стороны это выглядело очаровательно. Ухмылка на лице человека стала шире, когда Твайлайт невольно вздрогнула, а её тело напряглось. Это тебе за прыжки. Разум Твайлайт уже просчитывал все исследования, потенциальные прорывы и отчеты, которые она могла бы написать об этой «Силе». Масштабы увиденного поражали, а жажда знаний была неутолимой. — Я бы очень хотела, чтобы ты пришел в мою лабораторию, чтобы я могла сделать замеры и провести тесты. П-почему ты скрывал такое?! — Она услышала в своем голосе раздражение, граничащее с гневом, и быстро извинилась. — Всё в порядке, Твайлайт, — он похлопал её по плечу, давая понять, что не в обиде. — Я… скрывал это из-за того, откуда я родом. Уши Твайлайт повернулись вперед. Титус почти ничего не рассказывал о своем прошлом никому, кроме принцессы Луны, а та вежливо хранила молчание — Твайлайт пыталась спрашивать, но ей ответили, что не в её праве делиться тем, о чем он сам не готов рассказать. Одновременно с любопытством Твайлайт почувствовала тревогу; она никогда раньше не слышала у него такого тона. — Подобные действия, — он поднял датапад в воздух, и тот прилетел ему в руку, — привлекли бы много нежелательного внимания. — П-почему? — Твайлайт была в замешательстве. — Это похоже на то, как земные пони иногда обижаются из-за отсутствия магии или из-за того, что их недооценивают? — Нет. Большую часть моей жизни это было нормально, но… всё изменилось, и это стало опасным. — Он остановился и потер переносицу, понимая, что этот разговор породит больше вопросов, чем ответов для любознательного единорога. — Наверное, проще начать с самого начала. Готова послушать историю? Перед тем как меня затянуло в портал, в галактике шла ожесточенная война… — Во ВСЕЙ галактике?! — Твайлайт в шоке перебила его. Она читала о войнах Эквестрии в периоды смут, но мысль о целой галактике в таком состоянии не укладывалась у неё в голове. — Да, — ответил Титус и легонько щелкнул её по носу пальцем за то, что перебила. — Во. Всей. Галактике. А теперь, пожалуйста, дай мне продолжить. — Он посмотрел куда-то вдаль, пытаясь собрать мысли в краткую форму, чтобы они не просидели так всю ночь. — Я был рыцарем-джедаем, членом Ордена джедаев. Это… точнее, была древняя организация, призванная защищать мир и поддерживать справедливость во всей галактике. Родители отдали меня в Орден в очень юном возрасте, чтобы меня отвезли в Храм джедаев для обучения и тренировок, почти как в ту специальную школу, в которой училась ты… — Школа Селестии для одаренных единорогов, — подсказала она название. — Но что значит «родители отдали тебя в Орден»? Храм был школой-интернатом? — Нет, возможно, «отдали» — не совсем верное слово. Они передали меня Ордену на воспитание и обучение, разорвав со мной все связи. Твайлайт испытала смесь замешательства и шока: — Но… они же были твоими родителями… это… — Так было заведено, — закончил он за неё, снова приложив палец к её мордочке в знак того, что эта тема закрыта и стоит дать ему продолжить. Твайлайт была само внимание и улеглась на его коленях поудобнее. — Я оставался в Храме до подросткового возраста, сдал выпускные экзамены, после чего магистр Круа выбрала меня своим учеником. Я продолжал обучение под её руководством, пока не пришло время Испытаний на звание рыцаря. Через два года я прошел Испытания и стал рыцарем. — Теперь, прежде чем продолжить, тебе нужно узнать о двух главных фракциях. Первая — Галактическая Республика, представительная демократия под руководством человека по имени канцлер Палпатин. Именно этой фракции служил Орден джедаев. Республика состояла из множества миров и целых звездных систем по всей известной галактике, а управлял ею Галактический Сенат. Вторая фракция, ведомая Дартом Сидиусом — Конфедерация Независимых Систем, или сепаратисты. Это было организованное движение планет, которые не хотели подчиняться законам Республики, устали от коррупции в Сенате или были просто подкуплены. — И как была фракция против Республики, так была и фракция против джедаев. Их называют ситхами. Джедаи используют светлую сторону Силы, никогда не прибегая к ней в гневе или из ненависти… Почти так же Принцесса учила меня использовать магию. — …в то время как ситхи использовали темную сторону Силы. Они использовали её в корыстных целях, не колеблясь причиняли боль и даже наслаждались страданиями других, а также властью, которую давали им гнев и ненависть. Дарт Сидиус был лордом ситхов, и у него был ученик, граф Дуку. Напряжение росло, пока не вспыхнула война. — Он сделал паузу и немного поерзал на стуле, чтобы ноги не затекли. — Республика собрала армию солдат-клонов, созданных в лабораториях, чтобы они сражались за неё. Мы, джедаи, также отправлялись в бой по просьбе Сената или канцлера, хотя Совет джедаев в основном управлял собой сам. Тем временем сепаратисты использовали легионы дроидов, специально созданных для боя, и любых пешек, которых Дуку мог найти для исполнения замыслов своего господина. Три года на бесчисленных планетах бушевала война. Число погибших исчислялось миллиардами. «Миллиарды?» Твайлайт осознавала масштаб этого числа, и ей стало не по себе от мысли о таком количестве смертей, ведь по сравнению с этим цифры всех задокументированных эквестрийских войн казались ничтожными. — Так что же произошло? — подала она голос, когда человек на мгновение замолчал. — Кто выиграл войну? — Никто, Твайлайт, — всё тело Титуса словно обмякло в тяжелом вздохе. — Никто не выиграл. Ближе к концу у Республики было решающее преимущество над Конфедерацией, и всё указывало на то, что война наконец-то близится к завершению. Чего никто не ожидал, так это того, что канцлер Палпатин и Дарт Сидиус — одно и то же лицо. — Что? — Твайлайт резко подскочила, нарушив равновесие стула, пока их общими усилиями его снова не удалось стабилизировать. — Как? — Он обманул Сенат. Заставил их плясать как марионеток, пока сам тайно руководил сепаратистами, используя Дуку как публичную фигуру, на которой сосредоточилась Республика. Канцлер потратил десятилетия на то, чтобы подстроить передачу власти, дающую ему полный контроль. Когда он привёл план в действие, он выставил Орден предателями и активировал в солдатах-клонах заложенные протоколы, заставившие их обернуться против своих союзников-джедаев. Мы были главной угрозой его правлению, поэтому он издал «Приказ 66» и практически полностью истребил Орден джедаев. Клоны на полях сражений направили бластеры и истребители на своих командиров; батальон был отправлен в Храм, где убили всех, включая детей-юнлингов и персонал, не владеющий Силой. Любых выживших джедаев активно выслеживала Галактическая Империя или охотники за головами. Это называется Великая чистка джедаев. Вот почему показывать кому-либо владение Силой было опасно — ты сразу становился мишенью для Империи. Твайлайт молчала какое-то время, осознавая услышанное, прежде чем поняла, что Титус закончил и она может задавать вопросы: — Так… как же ты выжил? — Какое-то время мы с учителем скрывались на отдаленных планетах. Хотя я уже сдал экзамены, мы использовали это уединение, чтобы продолжить моё обучение. В конце концов охотник за головами выследил нас. Он напал на наше убежище с отрядом боевых дроидов, и во время побега Круа… она оказалась в ловушке, и он убил её. Благодаря ей я скрылся в джунглях и уклонялся от преследования, пока не обманул его, заставив поверить, что меня сожрали хищники. Не имея возможности получить награду за меня, ему пришлось довольствоваться наградой за Круа. Когда он готовился к отлету, я пробрался на его корабль и спрятался, ожидая, пока он отключит дроидов на время пути. Тогда-то я его и убил. Финальность в голосе человека ясно дала понять, что он не хочет углубляться в эту тему. Твайлайт не стала настаивать, лишь спросила, не на корабле ли того охотника они сейчас находятся. — Нет, я пригнал его обратно на ту планету и использовал запчасти, чтобы починить этот. Этот корабль принадлежал магистру Круа и мне. — Он замолчал, решив не рассказывать подробности того, как они «позаимствовали» этот корабль — эта история была для другого раза. Он достал из ящика и положил перед Твайлайт устройство. — А это было её оружие. Это называется световой меч, символ Ордена джедаев. Ты видела, как я использовал свой. Человек на мгновение задумался, а затем легонько коснулся пальцем кьютимарки Твайлайт. — По сути, световой меч — как кьютимарка. — Титус положил свой меч рядом с мечом учителя, чтобы единорожка могла сравнить. — Каждый из них уникален для джедая, создавшего его, потому что изготовление требует от джедая пути самопознания для поиска ключевого компонента. Их… кьютимарки? Твайлайт провела много минут, изучая и запоминая каждую деталь рукоятей, лежащих на столе. Спустя мгновение Титус активировал их, чтобы она могла увидеть зеленый и синий клинки. — А как насчет твоей способности управлять вещами? Ты назвал это «Силой», верно? Как это работает? — Твайлайт осторожно сменила позу в его коленях, свернувшись клубочком. Рука человека поглаживала её гриву почти в такт сердцебиению, которое единорожка чувствовала в его груди. — Сила течет через каждое живое существо и окружает нас повсюду. Те, кто чувствителен к ней, могут управлять ею, взаимодействуя с мидихлорианами — микроорганизмами, присутствующими в каждой живой клетке. — Человек почесал затылок. — Не знаю, были ли они здесь до моего прибытия или попали сюда вместе со мной через портал. — Хм. Это стоит изучить, — промычала Твайлайт. — Твоя Сила имеет сходство с нашей магией, которая также так или иначе переплетена со всем в Эквестрии. — Она замолчала, пока рука продолжала скользить по её гриве. Закрыв глаза, она почувствовала, как усиливается расслабляющее ощущение. Когда поглаживание прекратилось, Твайлайт чувствовала легкое головокружение, но абсолютный покой. — Кстати о портале, — сказал Титус, — мне всё еще нужно вычистить грязь из другого датапада, чтобы я мог скопировать на него остальные данные сенсоров. — Ты снова используешь Силу? — Твайлайт с надеждой посмотрела на него. — Чтобы разобрать датапад, я имею в виду. — Вообще-то я хотел поковыряться руками по старинке, но, думаю, могу сделать и так, если хочешь. А что? — Я бы хотела кое-что попробовать, — начала она, говоря медленно, так как надеялась на его согласие. — Есть заклинание, которое позволяет заклинателю чувствовать и видеть то же, что чувствует и видит другой. Оно называется «Сенсорная связь». — Твайлайт видела его опасение даже на инопланетном лице, поэтому поспешила успокоить: — Это базовое заклинание, и влиять оно будет только на меня. К тому же эффект мгновенно прекращается, если я перестаю концентрироваться. Прошло несколько мгновений, прежде чем он заговорил: — Хорошо. Информации будет много. Я вырос с этим, поэтому не знаю, насколько резким это будет для тебя. Постарайся сосредоточиться на чем-то одном. Только будь осторожна, не хочу, чтобы тебе было плохо. Твайлайт поблагодарила его за заботу, но когда она села, стул снова зашатался, и они чуть не рухнули. — Одно условие, — сказал человек, выровняв сиденье, — эксперимент проводим на полу. Надо всё-таки починить ножку у этой штуки… Спустившись со стула, Титус положил на пол датапад, найденный Флаттершай, и снова сел перед ним, скрестив ноги. Возбуждение от предстоящего интеллектуального удовлетворения в сочетании с нарастающими позывами цикла ослабили самоконтроль Твайлайт, и прежде чем кто-то из них успел опомниться, она снова забралась к нему на колени. — Я надеялась, что ты будешь больше сомневаться, чтобы я могла снова попробовать тебя убедить, — поддразнила она, игриво вильнув бедрами и закрепив эффект, потеревшись носом о то самое чувствительное место на его шее. Её обострившееся обоняние уловило его тонкий аромат, заставляя её тереться ещё восторженнее. — Твайлайт, я знаю, что мы друзья, но что происходит? — он положил руку ей на плечо, слегка отстраняя её «атаку». — Ты ведешь себя… ну, честно говоря, я тебя такой никогда не видел. Тартар побери, я так разогрета. — «Если не возьмешь себя в руки, ты будешь слишком отвлечена, чтобы сотворить заклинание!» — Но я хочу его. Хочу прямо сейчас. — «Цыц! Разберемся с инстинктами позже, сейчас время для науки». Из двух голосов в её голове победил ученый. Рука на её шерстке, совершающая мягкое круговое движение, вернула её в реальность. — Ой, прости. Я просто… немного взволнована перед тем, что увижу. Да, «взволнована» — подходящее слово. — «Я. Сказала. Молчать!» Она сконфуженно слезла с его колен и предпочла встать плечом к плечу. — Я начинаю заклинание. Нам нужен физический контакт, так что, когда будешь готов, просто коснись меня, — проинструктировала она, наполняя рог магией. В отсеке воцарилась полная тишина. Твайлайт и Титус замерли, сосредоточившись. Единственным предупреждением для Твайлайт стал едва слышный вздох, прежде чем палец медленно провел по спиральной бороздке её рога. Ого, ощущение, будто мой рог лизнули! Прикосновение к рогу, ставшему невероятно чувствительным из-за магического потока, едва не выбило её из колеи — волна удовольствия разбилась о волю, удерживающую концентрацию. Она едва успела спасти заклинание, и её разум взорвался внезапным и острым осознанием всего вокруг. Чувство восприятия покатилось наружу, расширяясь, как звуковая волна, отражаясь от каждого предмета. Это было похоже на погружение в воду, где невидимое течение омывает всё вокруг. Она не просто видела окружение, она его ощущала. Не оборачиваясь, она знала, что ящик позади неё старее и другого размера, чем тот, на котором он стоит. Она чувствовала присутствие Арсикса в коридоре, его механические руки чинили проводку, и замкнутая цепь посылала импульс в корабль, как удар сердца. Краем сознания она ощущала существ снаружи корабля, рыщущих в ночи, и понимала их мотивы — в основном еда, убежище и секс. Но центр её внимания был полностью занят человеком рядом. Я чувствую его; не только физическую форму, но и его… дух? Душу? Нет, не могу подобрать слова. И его мысли, чувства… о, я чувствую его чувства… но там какое-то сомнение… Нечто холодное и мокрое ткнулось в её «кобылью суть» и принюхалось, мгновенно разрушив концентрацию. Твайлайт потеряла заклинание и с тихим стоном повалилась на пол. — Что-?.. Декс! Нет! — Титус схватил пса за ошейник и увел в коридор. — Место! Он бросился обратно к пони, которая всё еще лежала на палубе, тяжело дыша. Прикосновение к рогу, общие чувства человека и неожиданный контакт с её чувствительным крупом — всё это сложилось в пульсирующую волну удовольствия, прошедшую сквозь изнывающее тело Твайлайт. — Твайлайт? Твайлайт услышала своё имя словно издалека, затем почувствовала руку на животе: — Твайлайт, ты в порядке? Она открыла глаза и увидела человека, склонившегося над ней. На его лице, которое было так близко, читалась явная тревога. Она была уже не в силах бороться с дергающимся хвостом, сжимающимися мышцами или жаждой близости. Больше не могу. Она рванулась вверх, обхватила его шею копытами и жадно прижалась своей мордочкой к его губам. Голос желания сверг ученого с престола. — Твай… мпф! — Титус был застигнут врасплох. Он замахал руками, заваливаясь на спину, и похотливая пони рухнула прямо на него. Две руки легли ей на плечи, удерживая на месте. Твайлайт потянулась вверх по его телу, насколько позволяли руки, желая продолжить поцелуй, прерванный падением. Как бы она ни извивалась, ей не удавалось придвинуться ближе — стальная хватка Титуса держала её крепко. Твайлайт обмякла, признав поражение. Она лежала на его груди, раскинув ноги по бокам. Всё-таки она не зашла так далеко в своем вожделении, чтобы применять магию и принуждать его. — Твайлайт, да что с тобой сегодня такое?! — спросил Титус с заметным раздражением в голосе. — Что это было?! Лягни меня. Я всё испортила. — Прости, я, наверное, тебя напугала… — Да, я сейчас в легком шоке. Ты буквально виснешь на мне. Я имею в виду, прикосновение тут или там — это одно, и я понимаю, что между друзьями может быть легкий флирт, но это было слишком неожиданно. — Он пытался прочитать её, но она уткнулась лицом в его рубашку, и всё, что он мог уловить через Силу, — это шторм из спутанных эмоций. Я всё провалила. Опять. Твайлайт почувствовала знакомый комок в горле. Я действовала слишком быстро и агрессивно, и теперь я его оттолкнула. Она изо всех сил сдерживала слезы: — Мне правда жаль. Не знаю, с чего я взяла, что ты заинтересуешься такой заучкой, как я. Неуклюжей… одинокой… — Твайлайт выплевывала оскорбления в свой адрес, каждое из которых било как мешок с подковами, — невзрачной… какопигичной… Руки, удерживающие её, расслабились. — Твайлайт, посмотри на меня, — Титус приложил ладонь к её мордочке, заставляя поднять глаза. — Я, наверное, виноват в этом не меньше. Я просто… не понимаю. — Чего ты не понимаешь? Титус сделал жест руками, указывая на себя и на неё: — Этого! Я не понимаю этого. Почему так внезапно? И почему я, из всех существ? — О… — Твайлайт еще больше сникла от неуверенности. — Наверное, потому что мы друзья, и я считаю тебя… ну, мне нравится проводить с тобой время и… и при всём этом я никогда раньше не испытывала такого сильного начала цикла… — Э-э, — человек озадаченно посмотрел на неё. — Цикла? Твайлайт была поражена тем, что у людей нет «течки», поэтому ей пришлось потратить несколько минут на объяснение того, через что она проходит. Эта лекция дала ей время остыть и немного прийти в норму. — Значит… О-о. — Титус сопоставил всё сказанное, и до него дошло. — О-О-О. Он быстро убрал руки с её плеч. Несколько секунд он не знал, куда их деть, поэтому они зависли в воздухе, прежде чем он опустил их по швам. От этого жеста Твайлайт буквально сдулась. Он, должно быть, думает, что я притворялась дружелюбной только из-за течки и просто хотела его использовать. Она посмотрела на человека: его брови были нахмурены, а челюсть сжата. Он выглядит разочарованным — он не хочет иметь со мной ничего общего. На самом же деле Титус просто пытался сообразить, что делать дальше. Она сказала, что физический контакт возбуждает, так как мне вести себя? Она мне действительно начала нравиться, и, судя по её словам, это взаимно. Но Орден запрещал… ладно, может, не прямо запрещал, но очень не одобрял… — Я-я… п-прости, я и так сделала ситуацию максимально неловкой. Я не буду тебе мешать, а утром уйду домой и попрошу Принцессу назначить тебе нового посредника. Я такая глупая и бестолковая. На этот раз она не выдержала, и слезы покатились по лицу, оставляя темные пятна на рубашке человека. Я это заслужила. — Тебе больше не придется меня видеть. Слёзы окончательно разрушили его защиту. Когда она попыталась встать, его руки обвились вокруг неё, и он притянул её к себе в крепком объятии. — Всё совсем не так, Твай. Я просто… — он замолчал, подбирая слова, и пока он думал, его собственные чувства начали вставать на свои места. Она сейчас в полном разорении, но из её объяснений следует, что дело не только в биологии. После всех наших разговоров, где мы учили друг друга, можно смело сказать, что мы больше чем просто знакомые. Наверное, мы друзья? Я был бы не против. Глядя на неё, лежащую у меня на груди, я должен признаться себе, что, несмотря на разницу видов, она привлекала меня почти с самого начала наших встреч. Если посмотреть непредвзято, она красивая и, наверное, милая, если это слово уместно. Но важнее то, что я стал ждать её прихода. Я чувствую, что могу ей доверять. Значит, мне нужно решить: против ли я того, чтобы что-то произошло, если она этого хочет? Или я просто нервничаю, потому что понятия не имею, что делать в такой ситуации? Погруженный в мысли, он заметил на лице Твайлайт взгляд, полный тревожного ожидания, что заставило его заговорить быстрее, даже если он не был до конца готов: — Послушай, в Храме мы жили довольно уединенно, и подобные вещи… ну, это не было строго запрещено, но я с таким никогда раньше не сталкивался… Он… он просто говорит это. Твайлайт прижалась к нему, но всё еще не была убеждена. Он просто не хочет, чтобы ты чувствовала себя плохо. Он чувствовал её тихое всхлипывание; отголоски её резких вдохов глухо отдавались в его груди. — Я и сам не был душой компании, всегда предпочитал общество дроидов и возможность покопаться в «кишках» двигателя, чем любезничать с сенаторами на каком-нибудь банкете… — Титус взглянул на единорожку. — Так что я спрошу тебя как такой же неловкий, одинокий, яйцеголовый, невзрачный и какопигический… — Что?! — Твайлайт вскинула голову поразительно быстро. — У тебя отличные крупы! — выпалила она прежде, чем сработал внутренний фильтр, и по мере того как до неё доходил смысл сказанного, лицо её медленно менялось. Я… я ведь не сказала этого вслух, правда? Она снова уткнулась головой в грудь человека и прижала уши от смущения, не заметив, как его губы расплылись в улыбке. Да, я это сказала. Прошла секунда, прежде чем Твайлайт осознала, что он потирает ей ушко; её разум начал плавиться под движениями его пальцев. Он мог бы сколотить небольшое состояние, если бы брал за это деньги на рынке Понивилля… если бы это не ощущалось так потрясающе непристойно. Твайлайт пришлось прикусить губу. Да, именно там! Ох, брык… — Ну, спасибо, — он продолжал круговыми движениями массировать ухо большим и указательным пальцами. — Но я хотел сказать: пожалуйста, не связывайся с Принцессой… Не связываться с Принцессой? Массаж уха оставил Твайлайт ровно столько ясности ума, чтобы обработать фразу, и её глаза чуть приоткрылись в надежде, что разговор пойдёт именно туда, куда ей отчаянно хотелось. — …Я не хочу, чтобы она искала тебе замену. Массаж прекратился, когда она чуть придвинулась к лицу Титуса. Он хочет, чтобы я осталась! Может, я и не… — Может, из-за моего инопланетного восприятия я не совсем понимаю твои опасения, но я нахожу тебя пленительной. И конечно, иногда ты звучишь так, будто читаешь по голокниге, но в том, чтобы быть «яйцеголовой», нет ничего плохого — это часть того, кто ты есть. О, и если позволишь… — его руки скользнули по её спине и остановились чуть позади кьютимарки, осторожно избегая травмированного бока. Пара похлопываний вызвали у неё счастливое хихиканье. — Я думаю, твой зад тоже проходит проверку на «отлично». Извини за нерешительность, мне просто… нужно было кое-что уложить в голове. Н-не то чтобы это помогло мне лучше понять, как это делается… Если ты наберёшься терпения к моему отсутствию опыта в подобных вещах, я открыт для идеи… в общем, я просто замолчу. Может, я и не провалилась так сильно, как думала… Еще ближе. Её подбородок лежал на его грудине; она чувствовала, как его рубашка сминается под ней, пока она преодолевала последние сантиметры, и его уникально гладкая кожа дразняще касалась её груди. Оказавшись на одном уровне с его плоским лицом, она нерешительно потянулась, чтобы ткнуться носом в знак привязанности и проверить реакцию. Она почувствовала, как рука скользнула по её шее; писк удивления, когда рука притянула её ближе, сменился тёплым воркованием — Титус ответил взаимностью. Я… он действительно даёт мне ещё один шанс! Слёзы счастья навернулись на глазах Твайлайт, когда она благодарно прижалась мордочкой к его губам. Было ясно, что она снова застала его врасплох, но когда его губы разомкнулись, позволяя ей исследовать его рот, она скользнула мимо плоского языка и коснулась этих захватывающе хищных зубов. Для обоих это был и опыт, и эксперимент; их дыхание смешалось, языки ласкали друг друга, а его пальцы то мягко перебирали её гриву, то поглаживали шерстку. Когнитивные способности Твайлайт медленно растворялись в тумане, пока она погружалась в поцелуй. Внезапно она отстранилась, осознав, что начала тереться бедрами о чудесно гладкую, обнаженную кожу его живота. Я не позволю себе снова потерять контроль и всё испортить; я буду действовать по учебнику. Она запихнула желание продолжать за столько ментальных дверей, за сколько смогла. — Мо… можно мне ещё раз воспользоваться душем? — А, да? Иди, конечно, — ответил он, выдохнув ей в шерсть, прежде чем несколько раз легко прикусить её за шею. — Уф! Эти твои зубы… — выдохнула она; от легких укусов под шерстью побежали мурашки, а мысли спутались. — Вау. — Она в ответ благодарно прикусила его. Титус смотрел, как единорожка игриво извивается под его укусами, прежде чем отпустить её. — Вся эта штука с «течкой» выглядит тя… — он вовремя спохватился: слово «тяжело» (hard) было в списке запрещённых, который она продиктовала ранее. — Выглядит так, будто с этим очень неприятно иметь дело. — Т-ты… даже не… представляешь, — её глаза прикрылись, и она кивнула. — Особенно для кобыл без стада или тех, кто не планирует заводить жеребят. — Твайлайт внимательно следила за тем, чтобы хвост прикрывал её, пока она отходила от человека. — А если ты попадаешь в обе категории, как я, это граничит с пыткой. — Понятно. Значит, пони формируют стада. Интересно. Рискну предположить, что это из-за дисбаланса популяции? — Так ты уже заметил? — Твайлайт вздохнула. — Да, на каждого жеребца в Эквестрии приходится примерно… четыре или пять кобыл. Добавь к этому еще меньшее число жеребцов в Понивилле, и получишь кучу кобыл без стада. Она уставилась на человека, который приподнялся на локтях. — Помнишь, я говорила, что идеал «спасения беспомощного жеребца» — это пережиток нехорошей эпохи? Ну, ты знаком с тем тёмным периодом, когда Принцессе Селестии пришлось править одной в течение тысячи лет? Твайлайт продолжила, когда он кивнул: — В то время нехватка свободных жеребцов привела к их объективации, вплоть до того, что количество жеребцов в стаде было показателем богатства и власти кобыл. Жеребцов ценили за их силу и, эм… — её тон стал смесью брезгливости и стыда за эту часть истории, — сексуальную доблесть. Жеребцы были, по сути, рабами женской популяции. Когда Принцесса вышла из затворничества, она жестко пресекла эту философию, но к тому времени ущерб уже был нанесен, и даже в наши дни есть пони, которые считают, что единственное место, где жеребец должен и может приносить пользу обществу, — это спальня. — Понимаю. Но разве низкая популяция не должна приводить к увеличению размера стада? — Титус поднялся. — Ой! Погоди, Декс в коридоре. Дай мне секунду, я его заберу. — Спасибо. Логически — должна, но био-логически… — стон человека, проходившего мимо, подсказал ей, что он оценил намеренно каламбур, — это слишком большая нагрузка на жеребца. Видишь ли, циклы со временем подстраиваются под других кобыл поблизости, так что в итоге всё стадо впадает в течку примерно в одно время. Только представь, каково это — пытаться, кхм… обслужить четырех кобыл в течке одновременно. Лицо Твайлайт покраснело, когда Титус принял задумчивый вид. — Погоди, я не имела в виду БУКВАЛЬНО! — она в мгновение ока оказалась перед ним, встав на задние ноги и отчаянно замахав копытами перед его лицом, чтобы отвлечь от этих мыслей. Но тут она замерла: в голову пришёл важный вопрос. — Стой. А какова позиция людей в вопросе межвидовых отношений? — Мы уже давно прошли тот этап, когда об этом задумываются, — он небрежно пожал плечами, отчего сердце Твайлайт пропустило удар, и она мысленно победно вскинула копыто. — Учитывая, что в галактике более двадцати миллионов известных разумных видов, это уже давно не проблема, хотя всегда найдутся пуристы или кто-то в этом роде, кто будет против. — Чтобы показать собаке, что изоляция не была наказанием, Титус недолго повозился с Дексом, прежде чем закрыть его в ангаре позади них. Теперь, когда между ним и Твайлайт была дверь, Титус снова мог принять задумчивую позу. — Так вот, если размеры стада ограничены, что происходит с пони без пары, когда наступает цикл? Ты говорила, что ты не в стаде, так как ты обычно справляешься? Двадцать миллионов вариаций человека?! Так, у некоторых наверняка есть рога, у других крылья, может, другие могут дышать под водой… Она очнулась от попыток представить эти различия, когда осознала его вопрос. — Ну, в прошлый раз… — Твайлайт осеклась, вспомнив катастрофу своего последнего цикла. Первый день был мучительным, но терпимым. К счастью, Принцесса отозвала Спайка (в письме он именовался «Секретным агентом Спайком») в Кантерлот на «Особое Сверхсекретное Задание» еще в начале недели, так что Твайлайт могла оставить библиотеку за собой. За собой, пока тот жеребец не нырнул в библиотеку, чтобы скрыться от толпы преследующих его одиноких кобыл. Я начала проявлять интерес, и он тут же заперся в подвале. Шесть дней спустя потребовалось два гвардейца, чтобы убедить его, что выходить безопасно. Через неделю после окончания цикла Твайлайт набралась храбрости и пошла к нему домой, чтобы извиниться, но обнаружила, что он переехал. Только позже я узнала от Рэрити, что его вообще не интересуют кобылы. — Я просто запираюсь в библиотеке и читаю. Иногда подруга, вроде Лиры или Дэш, протягивает копы- эм… — Твайлайт поморщилась, поняв, как двусмысленно это прозвучало. — Иногда подруги помогают. — То есть ты читаешь, чтобы отвлечься? А как подруги помогают? — Есть несколько, э-э… устройств, которые можно использовать, чтобы облегчить симптомы, хотя облегчение временное. Некоторые из них требуют помощи в использовании, что бывает довольно неловко обсуждать. — Да, отсутствие стада может быть проблемой, — он помолчал, разглядывая Твайлайт. — Что ж, надеюсь, если я смогу чем-то помочь, ты попросишь. Я мог бы потратить время на восстановление книг из компьютера, если хочешь, и я, возможно, знаю технику медитации, которая может помочь… Предложение потенциальной «помощи» того рода, которого жаждала её биология, ударило в её ментальные щиты подобно тарану. К счастью, они выстояли, но она всё же одарила его тёплой улыбкой. — Эй, — она остановилась у двери душевой. — Наклонись-ка на секунду. Давай рассуждать здраво: ты им очарована; он один из немногих «жеребцов», которые сами инициируют интеллектуальную беседу — пусть и не на уровне продвинутой квантовой тауматургической относительности или теории гармонических струн, но темы определенно стимулирующие. И он, пожалуй, первый, кто сказал, что ты привлекательна. Он даже похвалил твои крупы! Мысль об этом заставила Твайлайт просиять — она никогда не была уверена в своем теле. К тому же он не побоялся стаи древесных волков, чтобы помочь тебе, а позже через заклинание связи чувств ты ощутила, что он искренне о тебе заботится. Когда человек наклонился, Твайлайт встала на дыбы и обхватила его шею передними копытами. — Книги были бы чудесным подспорьем, спасибо. — Она запечатлела серию быстрых, легких поцелуев вдоль его челюсти, задержавшись на губах чуть дольше, чем раньше, но не заходя так далеко, как в прошлый раз. Чистое блаженство затопило её систему, когда Титус ответил на поцелуй в полную силу. — Ух, — она наконец отстранилась, тяжело дыша. — Так, надо остановиться. Я хочу сделать всё по учебнику, ну, знаешь, традиционным способом: свидание, ужин, всё такое. Надо будет посмотреть, что в библиотеке есть по межвидовым ухаживаниям, хотя я могла бы использовать Рэйнбоу как источник информации. Твайлайт прервала мысль, потираясь мордочкой о шею Титуса; его длинные волосы щекотали ей веки и нос. Я соберу дополнительные данные из соответствующих статей в подшивке «Космареполитен» и сверю их с экспертным мнением Рэрити. — Еще мне нужно затащить тебя в лабораторию, чтобы провести несколько тестов. — Хочешь использовать меня как подопытного кролика для своего следующего эксперимента? Надеюсь, это не то самое свидание, которое ты планировала. — Что? Нет! — Твайлайт была шокирована, пока он не чмокнул её в кончик носа. Её мордочка забавно сморщилась от досады, когда она поняла, что он шутит. — Нет, если я собираюсь находиться рядом с тобой во время течки, я хочу провести анализы и убедиться, что ты не сможешь обрюхатить меня… ну, в том маловероятном случае, если всё станет совсем плохо и я… наброшусь… или, эм, свяжу тебя… Титус удивленно поднял бровь: — Э-э, насколько «маловероятно» мы сейчас обсуждаем? — Как я и сказала, это маловероятно — крайне маловероятно, на самом деле, — она попыталась звучать оптимистично. — Но судя по тому, насколько сильным было начало этого цикла, я ожидаю, что станет гораздо хуже. Так что признаю: это не совсем за гранью реальности. Вспомни, как я прыгнула на тебя раньше… но чем дальше я буду заходить в цикл, тем в два, три, в десять раз мне будет труднее сдержаться. Вид человека обеспокоил Твайлайт. — Я… я бы никогда не подумала причинить тебе б-боль! — Я знаю, Твай, то же самое касается и меня, — он взъерошил её гриву, и на его лице появилась игривая, но уверенная улыбка. — Но я способен постоять за себя. Больше, чем вы, пони, думаете. В их вид было заложено правило: работа кобылы — защищать жеребца. Мысль о том, что жеребец может защитить себя лучше кобылы, Твайлайт было очень трудно принять. В детстве она пару раз ввязывалась в драки с теми, кто говорил гадости о её брате — не то чтобы она часто побеждала, но дело было не в этом (к тому же в таких драках нельзя было использовать магию). Шайни был сильным и смелым, но сама идея того, что он сражается за себя, казалась ей неправильной. Не то чтобы любая уважающая себя кобыла подняла бы копыто на жеребца — если только она не хотела быть растертой в порошок любой другой кобылой, которая это заметит. Я не говорю, что жеребцы не могут защищаться, конечно, но Титус такой… Твайлайт знала, что он может справиться с парой древесных волков, но пони — это совсем другой коленкор. Он хрупкий по сравнению с пони: длинные тонкие конечности, ноги, кажется, не способны на хороший удар копытом, а высокий центр тяжести говорит о том, что он предпочтет борьбу, а не удары. Если не считать использования пальцев для захвата или, возможно, укусов — к его чести, он вполне может вырвать кусок мяса из обидчика — я не представляю, как он устоит против ловкости пегаса или приземленной силы земного пони. А про единорогов и говорить нечего: сомневаюсь, что у него был бы шанс, используй они магию. Твайлайт почувствовала, как в животе неприятно заурчало, и отогнала мысли о драках. — Слушай, тесты не займут много времени. Когда завтра вернемся в город, перекусим в кафе, и к тому времени, как закончим, у меня будут результаты, — она сама чмокнула человека в короткий нос, и он повторил её смешную гримасу. — Мне пора, — она быстро обняла его и отпустила, опустившись на все четыре ноги, чувствуя, как возвращается то самое теплое покалывание. — Как бы мне ни… я имею в виду, ПРАВДА… не хотелось обратного, но если мы минимизируем физический контакт, думаю, я дотяну до утра без происшествий. — Твайлайт вошла в душевую, оставив Титуса в коридоре; дверь осталась приоткрытой. — Мне нужно доделать одну вещь, прежде чем я вырублюсь, — он облокотился на переборку. — Я опущу гамак, чтобы ты могла в него залезть. На эту ночь он полностью твой. Твайлайт благодарно кивнула и закрыла дверь. Этот приступ течки не пройдет просто от душа, а без охладителя придется… Она задумчиво посмотрела на душевую лейку и шланг. Придется немного поимпровизировать. Магическая аура окружила лейку, снимая её с крючка, пока Твайлайт переключала поток на солевой раствор. Титус не слышал, что происходит в душе — звуки были недостаточно громкими, чтобы достичь ангара, где он собирал турбинный двигатель. Он почти закончил установку его обратно в спидербайк и одолел половину бутылки сидра, когда в ангар зашла Твайлайт с облегченным видом. — Полегчало? — он защелкнул стопорный анкер и выскользнул из-под байка, намереваясь закончить работу, увидев, как дела у единорожки, и, возможно, показать ей, чем он занимается. — Гораздо лучше, спасибо, — промурлыкала она, магически переместившись на короткое расстояние прямо в гамак. Твайлайт натянула на себя одно из одеял. — Но я совершенно вымотана, так что ложусь «на боковую». Увидимся утром. Она поглубже зарылась в теплое одеяло и уснула так быстро, что Титус оказался в неловком положении, пытаясь закончить работу в полной тишине. ***** Твайлайт остро почувствовала боль в ноге, когда перевернулась в гамаке и проснулась с тихим стоном. Ой-ой-ой… Похоже, действие обезболивающего проходит. Она также начала ощущать, как сильно замерзла, несмотря на укутывавшее её одеяло. Ангар был залит тусклым красным светом; глаза быстро привыкли к темноте, пока она осматривалась. Это был резкий контраст по сравнению с теплым освещением, которое было здесь, когда она засыпала. Все выглядит так иначе… Ей потребовалось мгновение, чтобы узнать предметы в ангаре, и чуть больше времени, чтобы разглядеть лежащую на полу приземистую фигуру Тайтуса в другом конце помещения. Твайлайт выбралась из гамака — все еще сонная и завернутая в одеяло — и направилась к спящему человеку так тихо, как только могла. Подойдя ближе, она увидела, что он раздобыл очень тонкий матрас, а в качестве одеяла использовал длинный коричневый плащ, наброшенный на нижнюю половину тела. Он лежал на спине, подложив одну руку под голову вместо подушки, а другая рука покоилась вдоль туловища. У неё начали постукивать зубы, и она быстро поняла, что холодный металл пола вытягивает из неё тепло прямо через подушечки копыт. Никакого меха, и только эта рубашка, чтобы согреть верхнюю часть тела. Как ему не холодно?! Твайлайт продолжала дрожать, глядя на человека, который, судя по всему, чувствовал себя совершенно комфортно при такой температуре. Она пристроилась под изгиб его руки и, не раздумывая, магией накрыла их обоих одеялом. — Что-то не так? — Тайтус слегка повернул голову, чтобы сонно взглянуть на Твайлайт. — Нет, — Твайлайт поглубже уткнулась в него, используя грудь человека как подушку. — Ты выглядел замерзшим, вот и всё. Она уже чувствовала, как тепло возвращается к ней, и эта приятная перемена вновь погружала её в сон. Ну конечно, именно поэтому это ТЫ дрожишь, — Тайтус подразнил её, но при этом обнял единорожку, прижавшуюся к нему, показывая, что он вовсе не против её присутствия. — А как же «минимум контактов», который ты прописала? В полусонном состоянии Твайлайт вытянула свою длинную шею, чтобы быстро и игриво чмокнуть его. — Извини, я тебя не слышу. Я уже сплю. И она действительно очень быстро уснула, закинув одну переднюю ногу ему на грудь, пока тепло и близость уносили её в блаженное сновидение.