Часть 4

Прошло уже несколько недель с тех пор, как Нетейам начал обучать Мейлин. За это время лес перестал казаться ей враждебным и чужим — он стал понятным, почти знакомым. Она уже различала тропы, училась слушать ветки под ногами, чувствовать направление ветра и движение жизни вокруг себя. Сегодня они стояли среди высоких деревьев, там, где ветви переплетались особенно густо. — Тебе нужно поработать над координацией, — сказал Нетейам, окидывая взглядом пространство над землёй. — Для бега по деревьям. Он посмотрел на неё с лукавой улыбкой. — Попробуй догнать меня. Не дожидаясь ответа, он ловко вскочил на ствол дерева и в несколько движений оказался на широкой, устойчивой ветке выше. Его движения были быстрыми и лёгкими — словно лес сам подстраивался под него. — Эй! — возмущённо выдохнула Мейлин и тут же поспешила следом. Она забралась наверх, стараясь повторять его движения. Ветка под ногами была скользкой, а следующий шаг требовал большего прыжка, чем она рассчитывала. В нескольких шагах от Нетейама её нога соскользнула, равновесие было потеряно, и сердце ухнуло вниз вместе с телом. Но упасть она не успела. Нетейам оказался рядом мгновенно. Его рука обхватила её за талию, удерживая и возвращая на ветку. — Ты неуклюжа, — сказал он почти весело. Мейлин раздражённо дёрнула ушами и хвостом. — Я не неуклюжая, — буркнула она. — Просто… дай мне ещё одну попытку. Нетейам усмехнулся, но в глазах мелькнуло одобрение. — Хорошо. Ещё одну. На этот раз они двигались вместе. Прыгали с ветки на ветку, балансировали, ускорялись и замедлялись, учась чувствовать друг друга и лес. Сердце Мейлин билось быстро, дыхание сбивалось, но страх уступал место азарту. И вдруг она увидела момент. Оттолкнувшись сильнее, чем обычно, Мейлин прыгнула вперёд — и приземлилась прямо на спину Нетейама, обхватив его руками. — Я догнала тебя! — счастливо выпалила она. Она тут же спрыгнула обратно на ветку, смеясь. Нетейам обернулся, широко улыбаясь. — Тогда теперь твоя очередь убегать. Мейлин не стала ждать. Она сразу сорвалась с места, перепрыгивая через промежутки, осторожно, но быстро. Сердце колотилось, ветки мелькали под ногами. Она знала — он догонит. Нетейам дал ей фору всего пару секунд, а потом пустился следом. Его шаги были уверенными, он легко сокращал расстояние между ними. И вскоре его руки сомкнулись вокруг неё, останавливая бег. Они стояли так близко, что Мейлин чувствовала его дыхание, такое же тяжёлое, как и её собственное. Его руки удерживали её, не давая упасть. Этот момент вдруг стал слишком… тихим. Слишком близким. Мейлин смущённо отвела взгляд, сердце стучало где-то в горле. Как бы приятно ни было это ощущение, она всё же осторожно выбралась из его объятий. — Ничья, — сказала она с неловкой улыбкой. Нетейам смотрел на неё чуть дольше, чем обычно, а затем кивнул. — Ничья.                   Эти несколько недель пролетели незаметно. Тренировки с Нетейамом стали частью её жизни — почти ритуалом. Каждое утро или под вечер они уходили в лес, и Мейлин всё реже оглядывалась назад, всё чаще смотрела вперёд. Она научилась правильно держать лук. Пальцы больше не дрожали так сильно, плечи становились увереннее, дыхание — ровнее. Стрелы всё ещё не всегда находили цель, но каждая удачная попытка вызывала у неё тихую, искреннюю радость. Нетейам не смеялся над промахами — он просто спокойно поправлял её стойку, направлял руку, иногда становился слишком близко, и тогда Мейлин сбивалась больше от этого, чем от сложности упражнения. Она поймала свою первую рыбу в реке. Это произошло неожиданно — рыба рванулась, вода брызнула в стороны, а Мейлин, растерявшись, чуть не выронила острогу. Но удержала. Когда она вытащила добычу на берег, уши приподнялись, а глаза светились гордостью. Нетейам лишь кивнул, но в этом кивке было больше одобрения, чем в любых словах. С па’ли ей стало проще. Она чувствовала движение животного, понимала, когда нужно слегка наклониться, когда ослабить поводья. Па’ли слушался её всё охотнее, словно признавая. Иногда она разговаривала с ним тихо, как с живым существом, а не средством передвижения, и это, казалось, имело значение. Со временем Мейлин начала лучше ориентироваться в лесу. Она уже не боялась уходить чуть дальше от троп, различала безопасные ветви, понимала, какие растения лучше обходить стороной. Иногда она сама находила путь назад — и каждый раз это наполняло её тихой уверенностью. Были и моменты покоя. После тренировок они часто сидели рядом, восстанавливая дыхание. Нетейам рассказывал о жизни племени, о детстве, о смешных случаях с Ло’аком. Мейлин слушала, иногда улыбалась, иногда просто молчала — и ему этого было достаточно. Она всё ещё была тихой, всё ещё замкнутой. Но теперь в её взгляде всё чаще появлялось что-то новое — не страх, не настороженность, а интерес и доверие. И пусть она ещё не стала воином, не была самой ловкой или сильной, Мейлин училась главному — жить. А Нетейам был рядом, позволяя ей идти своим темпом. В один из спокойных дней, когда тренировок не было, Мейлин сидела у края поселения, перебирая травы и аккуратно раскладывая их сушиться. Солнце мягко пробивалось сквозь листву, и лес дышал лениво, словно никуда не спешил. Она заметила детей не сразу. Сначала услышала спор — негромкий, но настойчивый. Пятеро малышей собрались у корней дерева, склонившись над чем-то на земле. Тук была среди них — её голос Мейлин узнала сразу. — Это не так! — возмущённо сказала одна девочка. — Ты неправильно держишь! — ответил мальчик, махнув руками. Мейлин поднялась и подошла ближе. На земле лежал небольшой самодельный лук — кривоватый, с плохо натянутой тетивой. Дети пытались понять, как с ним обращаться, но выходило плохо. — Можно я посмотрю? — тихо спросила Мейлин. Дети мгновенно обернулись к ней. Тук радостно кивнула. — Она умеет! — уверенно сказала она. Мейлин присела рядом, не забирая лук сразу, сначала просто разглядывая его. — Он неплохо выглядит, — сказала она мягко. — Вы старались. Дети заметно расслабились. Она осторожно показала, как держать лук, как ставить ноги, не напрягая плечи. Говорила спокойно, не спеша, позволяя каждому попробовать. Если кто-то ошибался — не поправляла резко, а лишь подсказывала, как будет удобнее. — Главное — не сила, — объясняла она. — А внимание. Слушайте себя и лес. Один за другим дети пробовали — и получалось всё лучше. Кто-то засмеялся от радости, кто-то гордо выпрямился, когда стрела попала ближе к цели. Тук смотрела на Мейлин с восхищением. — Ты как наставница, — сказала она серьёзно. Мейлин улыбнулась, чуть смутившись. — Нет, — покачала она головой. — Я просто делюсь тем, что знаю. Чуть поодаль стоял Нетейам. Он не вмешивался, лишь наблюдал. Видел, как дети тянутся к ней, как слушают, как её голос успокаивает и собирает их внимание. И он понял раньше неё самой: это и есть её место. Дети, смеясь и обсуждая, кто будет тренироваться дальше, старались заполучить полное внимание девушки. Мейлин осталась сидеть рядом с ними, чувствуя странное тепло в груди — тихое, уверенное. Она помогла не потому, что должна была. А потому что хотела. И это значило больше, чем любые тренировки. Джейк и Нейтири остановились чуть поодаль, не вмешиваясь. Дети сидели вокруг Мейлин полукругом, кто-то — на корнях, кто-то — прямо на земле. Она говорила негромко, показывала движения руками, терпеливо повторяла одно и то же снова и снова. Ни раздражения, ни спешки — только внимание и мягкость. Дети тянулись к ней сами. — Смотри, — тихо сказала Нейтири, не отрывая взгляда. — Они слушают её. Джейк кивнул. Нейтири склонила голову чуть в сторону, оценивая Мейлин взглядом охотницы и матери одновременно. — Воин из неё не получится, — произнесла она спокойно. — У неё слишком доброе сердце. В её голосе не было упрёка — лишь констатация факта. — Согласен, — ответил Джейк. — Но воином становится не каждый. Нетейам говорил мне… что она хочет приручить горного банши. Нейтири удивлённо приподняла уши. — Обряд Икнимайя? — Да. Она задумалась, переводя взгляд с Мейлин на детей и обратно. — Тогда ей понадобится более опытный учитель, — сказала она после паузы. — Обряд нельзя проходить неподготовленной. Джейк усмехнулся и скрестил руки на груди. — У неё он уже есть. Нейтири повернулась к нему. — Ты уверен в своём сыне? — Абсолютно, — ответил он без колебаний. — Нетейам уже проходил этот путь. Нейтири ещё немного помолчала, словно взвешивая его слова. Потом медленно кивнула. — Тогда пусть будет так. В этот момент дети засмеялись, и Мейлин улыбнулась вместе с ними — светло, открыто, совсем не так, как раньше. Нейтири задержала на ней взгляд чуть дольше. — Эйва ведёт её своим путём, — сказала она тихо. Джейк посмотрел на сына, стоящего неподалёку, и кивнул. Мейлин узнала об этом не сразу. Сначала было лишь ощущение — странное, тяжёлое и одновременно светлое. Она заметила взгляды: внимательные, оценивающие, но не осуждающие. Кто-то из взрослых задерживал на ней внимание дольше обычного, кто-то тихо кивал, проходя мимо. Это настораживало. Она сидела у края поселения, наблюдая за детьми, когда почувствовала присутствие рядом. Нетейам остановился, не говоря ни слова, словно давая ей время закончить мысль. — Мейлин, — позвал он негромко. Она подняла голову. — Отец дал разрешение, — сказал он прямо. — Ты пройдёшь обряд Икнимайя. Мир будто замер. — Ик… Икнимайя? — переспросила она, словно слово было слишком большим, чтобы сразу уложиться в сознании. — Да, — кивнул Нетейам. — Когда будешь готова. Мейлин медленно выдохнула. Сердце билось так сильно, что казалось — его слышно всем вокруг. Радость накрыла её первой, тёплой волной. Это было признание. Доверие. Шанс, о котором она не смела говорить вслух. — Я… — она запнулась, подбирая слова. — Я очень рада. Но почти сразу следом пришло другое чувство. Страх. — А если у меня не получится? — тихо спросила она, глядя куда-то в сторону. — Если икран меня не выберет? Нетейам опустился рядом, так, чтобы быть с ней на одном уровне. — Такое происходит редко, — спокойно ответил он. — Но я не думаю, что это произойдёт с тобой. Она посмотрела на него — всё ещё сомневаясь. — С этого дня, — продолжил он, — я буду обучать тебя усерднее, чем раньше. Это будет сложно. Иногда страшно. Ты будешь уставать. Он чуть улыбнулся. — Но ты не будешь одна. Мейлин кивнула. Волнение всё ещё жило в ней, но теперь рядом с ним было другое — уверенность, что рядом есть тот, кто не отпустит, если она оступится. Она сжала пальцы, будто собирая себя по частям. — Я постараюсь, — сказала она наконец. И это было обещание. Они сидели чуть в стороне от деревни, там, где корни Древа образовывали естественные выступы, удобные для сидения. Вечерний лес медленно наполнялся мягкими звуками — стрекотом насекомых и далёкими голосами. Мейлин долго молчала, сжимая в пальцах тонкую травинку. Кири не торопила её — просто сидела рядом, раскачивая хвост и наблюдая, как свет проникает сквозь листву. — Я боюсь, — наконец сказала Мейлин, почти шёпотом. Кири повернулась к ней. — Икнимайя? — уточнила она мягко. Мейлин кивнула. — Я знаю, что это честь… и шанс. Но иногда мне кажется, что я просто… не создана для этого. Что в какой-то момент я замру. Или сорвусь. Или подведу Нетейама. Она опустила взгляд на свои ладони. — Мне кажется, что все ждут от меня слишком многого. Кири тихо усмехнулась, но без насмешки — скорее с пониманием. — Хочешь честно? — спросила она. Мейлин осторожно кивнула. — Я тоже боялась, — призналась Кири. — Очень. Не потому, что не верила в себя… а потому, что чувствовала слишком много сразу. Она помолчала, подбирая слова. — Когда я впервые поднялась в горы, мне казалось, что весь мир смотрит на меня. А потом я просто перестала думать. Делала шаг за шагом. Кири взглянула на Мейлин и вдруг хитро прищурилась. — А если тебе нужен пример… — она хмыкнула. — Можем поговорить о Ло’аке. Мейлин невольно улыбнулась. — У него… не сразу получилось? — осторожно спросила она. — Не сразу? — Кири фыркнула. — Он умудрился разозлить и банши, и мать, и половину взрослых за один день. Мейлин тихо рассмеялась — впервые за вечер. — Но знаешь, что важно? — продолжила Кири уже серьёзнее. — Он попробовал снова. И снова. И в итоге — получилось. Она пожала плечами. — Икнимайя — это не про идеальность. Это про смелость вернуться и сделать шаг ещё раз. Мейлин задумалась. Её волнение не исчезло — оно всё ещё жило где-то внутри, тёплым узлом под грудью. Но страх стал другим. Чуть менее острым. — Значит… если у меня не выйдет с первого раза… — начала она. — Это не конец, — закончила за неё Кири. — Это просто начало. Мейлин выдохнула, позволяя себе расслабиться хотя бы немного. — Спасибо, — тихо сказала она. Кири легко толкнула её плечом. — Для этого и нужны подруги, — улыбнулась она. — И глупые мальчики, которые показывают, как не надо делать. Мейлин снова улыбнулась — чуть увереннее. Волнение всё ещё оставалось с ней. Но теперь рядом с ним жила мысль: даже если она оступится — её не отвернут. Когда Кири ушла, лес вокруг словно стал тише. Мейлин осталась сидеть на том же месте, не меняя позы. Она смотрела в одну точку, но не видела её — мысли снова и снова возвращались к предстоящим тренировкам, к высоте, ветру и к самому обряду. Слова Кири немного согрели её, но не прогнали сомнения. Она едва заметно покачивалась вперёд и назад, будто стараясь удержать равновесие даже здесь, на земле. Хвост выдавал её с головой — нервно дёргался, цепляясь за корни. Нетейам заметил это издалека. Он сначала остановился, наблюдая. Видел, как она сжала пальцы, как опустились уши, как дыхание стало слишком ровным — таким, каким оно бывает, когда стараешься не показать тревогу. Он подошёл тихо и сел рядом, не слишком близко, но и не далеко — так, чтобы она знала: он здесь. Мейлин почувствовала его почти сразу. Не повернув головы, она слегка выпрямилась, хвост замер. Они молчали. Долгие секунды — почти неловкие, но не тяжёлые. В них было что-то бережное. Нетейам смотрел на неё, пытаясь найти слова, которые не звучали бы как приказ или наставление. Мейлин украдкой взглянула на него и тут же отвела глаза. — Ты всё ещё думаешь об этом, — тихо сказал он. Это был не вопрос. Она кивнула, едва заметно. Нетейам выдохнул, опустив взгляд на землю, затем снова посмотрел на неё. Слова всё равно не складывались так, как он хотел. Поэтому он выбрал не их. — Хочешь… — начал он и на мгновение замолчал, словно передумал, — полетать со мной? Мейлин резко подняла голову. Её уши навострились, глаза широко раскрылись от удивления. — Полетать?.. — переспросила она почти шёпотом. Он кивнул, уголки губ чуть дрогнули в улыбке. — Иногда… — он пожал плечами, — высота помогает расслабиться. Мейлин смотрела на него несколько мгновений, словно проверяя, не показалось ли ей. А потом её плечи немного расслабились. — Я… да, — сказала она искренне. — Очень хочу. Нетейам поднялся первым и протянул ей руку. Мейлин вложила в неё свою, всё ещё немного неуверенно, но без колебаний. Они пошли рядом, не ускоряя шаг, в сторону, где их ждал его икран. Волнение не исчезло полностью — оно всё ещё жило где-то внутри неё. Но теперь рядом с ним было предвкушение. Они подошли к икра́ну молча — слова здесь были не нужны. Нетейам первым коснулся его дыхала, успокаивающе погладил, и лишь затем повернулся к Мейлин. Он взял её за талию уверенно, но бережно, помогая взобраться на спину икрана. Мейлин неловко устроилась впереди, чувствуя под собой тёплое, живое тело существа и слабую вибрацию его дыхания. Через мгновение позади неё оказался Нетейам. Он сел близко, так, чтобы она чувствовала его присутствие — не давя, но не оставляя пространства для падения. Его руки сомкнулись вокруг неё, удерживая повод икрана, и Мейлин вдруг осознала, что снова находится в его кольце. От этой мысли сердце забилось быстрее. Нетейам наклонился вперёд и соединился с икра́ном. Связь замкнулась — и существо резко расправило крылья, издав громкий, пронизывающий воздух крик. Мейлин вздрогнула всем телом и инстинктивно вцепилась пальцами в ремни. — Всё хорошо, — тихо сказал Нетейам прямо у её уха. Его голос был спокойным, уверенным. — Он чувствует нас. Икран оттолкнулся от земли. В первое мгновение Мейлин показалось, что у неё исчезла опора. Земля ушла вниз слишком быстро, воздух ударил в лицо, и страх сжал грудь. Она зажмурилась, уши прижались к голове, дыхание сбилось. Мир стал ветром, звуком крыльев и ощущением пустоты под ногами. Но руки Нетейама были рядом. Надёжные. Спокойные. Она чувствовала, как он чуть сильнее удерживает её, как его дыхание остаётся ровным. И постепенно страх начал отступать. Мейлин осторожно приоткрыла глаза. Под ними расстилался лес — бесконечный, живой, переливающийся светом. Кроны деревьев напоминали океан, медленно качающийся под крыльями икрана. Солнце скользило между листьями, отражаясь в потоках воздуха. Всё казалось таким большим… и таким свободным. Она выдохнула. Плечи расслабились. Хвост перестал нервно дёргаться. А потом — она улыбнулась. Сначала тихо, почти неуверенно. А затем весело рассмеялась — звонко, искренне, так, будто этот смех давно ждал своего часа. Ветер подхватывал его, уносил прочь, и Мейлин смеялась ещё громче, запрокинув голову, позволяя полёту стать частью себя. Нетейам смотрел на неё, не отводя взгляда. Он никогда раньше не видел её такой — по-настоящему свободной. Без тени страха в глазах, без тяжести прошлого. Её смех был живым, тёплым, и от него внутри что-то тихо сжималось и разжималось одновременно. Он улыбнулся сам, чуть склонив голову ближе. Нетейам хотел запечатлеть этот момент в памяти надолго. Мейлин повернула свою голову к нему, замечая его лицо слишком близко к своему. — Мне нравится, — всё что смогла сказать она. — Больше не боишься? Его голос звучал тихо, с хрипотцой, от чего по её телу прошлись мелкие мурашки. Улыбка пропала с её лица, усталость дала о себе знать. — Я боюсь не этого, Нетейам, — она тяжело вздохнула. Парень наклонился ещё ближе к ней, пытаясь взглянуть ей в душу. — Я боюсь, что не справлюсь. — Нет ничего постыдного в том, что ты боишься. Икнимайа — очень важный обряд для всех. Я буду рядом и помогу в любой момент, идёт? Нетейам нашел её ладонь и накрыл своей, слегка сжимая. Девушка благодарно кивнула, чувствуя поддержку. — Идёт. Они летали до тех пор, пока не наступил вечер. Нетейам всё это время объяснял ей, как управлять икраном. Мейлин слушала и запоминала, ловя себя на мысли, что хотела бы полетать с ним хотя бы ещё один раз.