Часть 6

Следующие дни стали похожи друг на друга. Мейлин приходила на тренировки раньше обычного и уходила позже всех. Она почти не разговаривала — отвечала коротко, кивками, иногда вовсе молчала. В её движениях появилась резкость, которой раньше не было. Сегодня лес был влажным после ночного дождя. — Ещё раз, — спокойно сказал Нетейам, наблюдая, как Мейлин встаёт в стойку с луком. Она молча кивнула. Стрела сорвалась с тетивы — мимо. Мейлин резко выдохнула, тут же достала следующую. Снова мимо. Плечи уже ныли, пальцы слегка подрагивали, но она не опускала лук. Даже не посмотрела на него. — Сделай паузу, — сказал Нетейам. — Ты устала. — Нет, — коротко ответила она и снова натянула тетиву. На этот раз стрела попала в край мишени, лишь зацепив её. Мейлин сжала зубы, хвост раздражённо дёрнулся. — Мейлин, — в его голосе появилось напряжение. — Это не тренировка, это упрямство. Она резко опустила лук. — Если я остановлюсь, я начну думать, — сказала она тихо. — А я не хочу. Нетейам внимательно посмотрел на неё. Она стояла перед ним — та же Мейлин, и в то же время совсем другая. Взгляд стал отстранённым, движения — жёсткими. В ней будто не осталось той спокойной мягкости, которая раньше чувствовалась даже в молчании. — Ты не такая, — произнёс он наконец. Мейлин дёрнула ухом. — Я такая, какая есть, — резко ответила она. — И мне нужно быть сильнее. Быстрее. Лучше. Она отвернулась и пошла за стрелами, но по пути споткнулась о корень и едва удержала равновесие. Нетейам мгновенно оказался рядом, поддержав её за локоть. — Хватит, — твёрдо сказал он. Она хотела вырваться, но остановилась. Сил сопротивляться уже не было. — Ты отдаляешься, — продолжил он тише. — От себя. От всех... Мейлин подняла на него взгляд. В её глазах мелькнула усталость, за которой пряталось слишком много невысказанного. — А если… — Нетейам помедлил. — Если твоя мать действительно где-то есть… возможно, ты сможешь почувствовать её не здесь. Он мягко кивнул в сторону леса. — Древо Душ. Мейлин замерла. — Ты думаешь… — её голос дрогнул. — Она может быть там? — Я не знаю, — честно ответил он. — Но если её дух нашёл путь к Эйве — ты можешь его услышать. Или хотя бы почувствовать. Мейлин долго молчала. Потом медленно выдохнула и кивнула. — Я согласна. Нетейам чуть расслабился, сумев усмирить пыл девушки. — Тогда сегодня без тренировок, — сказал он. — Мы пойдём к древу. Мейлин опустила взгляд, чувствуя, как внутри неё появляется не боль, а осторожная надежда. Они шли молча. Лес вокруг становился всё тише, будто сам мир затаивал дыхание. Воздух был наполнен мягким светом — семена Эйвы медленно парили между корней и ветвей, касаясь кожи почти невесомо. Мейлин чувствовала, как с каждым шагом внутри неё поднимается волнение, смешанное с благоговейным страхом. Когда перед ними открылось Древо Душ, она невольно остановилась. Оно было огромным. Живым. Дышащим. — Я… — тихо сказала Мейлин, не отрывая взгляда. — Я никогда не была так близко. Даже издалека оно казалось другим… но сейчас… Слова застряли в горле. Нетейам подошёл ближе, но не торопил её. — Это нормально, — спокойно сказал он. — Просто слушай. Древо слышит не слова, а намерения. Он сел рядом с корнями и мягко коснулся земли ладонью, показывая ей пример. — Сядь. Сделай дыхание ровным. Когда будешь готова — соединись. И не бойся того, что увидишь. Мейлин кивнула. Она опустилась на колени, осторожно взяла свой отросток и на мгновение замерла. Сердце билось слишком быстро. Мысли путались. «Пожалуйста…» — прошептала она про себя и соединилась с древом. Тепло накрыло её сразу. Мир вокруг растворился, и вместо света она почувствовала присутствие — знакомое, родное, отзывающееся где-то глубоко внутри. Перед ней стоял на’ви. Высокий, спокойный, с мягкой улыбкой. Его лицо было таким, каким она представляла его по рассказам бабушки — добрые глаза, чуть наклонённая голова, тёплый взгляд. — Мейлин, — произнёс он, и его голос был словно эхо воспоминаний. — Я долго ждал тебя здесь. Она замерла. — Папа… — выдохнула она, сама не веря, что произносит это вслух. Он улыбнулся шире. — Ты выросла именно такой, какой я тебя представлял, — сказал он. — Сильной. Доброй. Упрямой, как твоя мать… и терпеливой, как твоя бабушка. В груди защемило. — Я часто сомневаюсь, — призналась Мейлин. — Мне кажется, что я не справлюсь. Что я слишком слабая. Он покачал головой. — Сила — не в том, чтобы не бояться, — мягко ответил он. — А в том, чтобы идти вперёд, даже когда страшно. Ты уже делаешь это. И Эйва это видит. Мейлин почувствовала, как тепло разливается внутри неё. И только тогда она вспомнила, зачем пришла. — Папа… — её голос дрогнул. — Где мама? Улыбка на его лице стала тише. Не исчезла — но наполнилась чем-то иным. — Её здесь нет, — ответил он спокойно. — И никогда не будет. Мейлин нахмурилась. — Почему? Он посмотрел на неё долго, с печалью и уверенностью одновременно. — Потому что у Эйвы другие планы на неё. И… возможно, на тебя тоже. — Какие планы? — почти прошептала она. Но ответ не пришёл. Тепло начало уходить. Образ отца стал растворяться, словно свет сквозь воду. — Не бойся пути, Мейлин, — прозвучал его голос напоследок. — Ты не одна. Связь оборвалась. Мейлин резко вдохнула, словно вынырнула из глубины. Древо всё ещё светилось перед ней. Семена Эйвы продолжали свой медленный танец. Но внутри было пусто и одновременно слишком полно. Нетейам всё это время сидел рядом. — Что ты увидела? — тихо спросил он. Мейлин медленно повернула к нему голову. — Моего отца, — ответила она. — Но… мамы там не было. Одинокая слеза скатилась по её щеке. Нетейам не сказал ни слова. Он лишь осторожно поднял руку и большим пальцем стёр слезу, словно боялся причинить боль. Затем притянул её к себе, обнимая, и мягко провёл ладонью по её голове. Мейлин прижалась к нему, позволяя себе наконец не быть сильной. А Древо Душ молчало, храня свои тайны. Прошло несколько недель. Ровно столько понадобилось Мейлин, чтобы перестать всерьёз думать о поисках матери. Не потому что боль ушла — нет. Она просто научилась сдерживать её, прятать глубже, туда, где она не мешала дышать. Иногда она всё же ловила себя на том, что смотрит в сторону леса дольше обычного. Мысли упрямо тянулись туда, рисуя невозможные картины: тропы, по которым могла пройти её мать, укрытия, следы, которые могли сохраниться. Но каждый раз Мейлин останавливала себя. Это глупо. Это опасно. Я не хочу потерять тех, кто принял меня. И это срабатывало. На утро она проснулась от непривычного шума. Голоса, шаги, быстрые движения — вся деревня словно ожила раньше обычного. Мейлин приподнялась и сразу поняла: подготовка к большой охоте. Она ненадолго задержалась взглядом на проходящих мимо охотниках, затем тихо вышла наружу. Семья Салли была полностью погружена в приготовления, и Мейлин не стала мешать. Она знала, куда идти. Лес встретил её привычной прохладой. Мейлин расставила мишени молча, методично, будто каждая мелочь помогала удерживать мысли в порядке. Лук лёг в руку уверенно — уже не так, как раньше. Она глубоко вдохнула. Выдохнула. Натянула тетиву. Не спеши. Чувствуй. Выстрел. Попадание. Она не улыбнулась — просто перешла к следующей мишени. И снова. И снова. Стрела за стрелой находили цель, будто тело наконец начало понимать то, что раньше ускользало. Она уже собиралась выстрелить снова, когда почувствовала чужое присутствие. Не опасное. Знакомое. Мейлин резко обернулась. Из кустов вышел Нетейам. Он не скрывал улыбки — спокойной, гордой, почти тёплой. — Молодец, — сказал он. — Ты заметила меня почти сразу. Мейлин чуть приподняла уши. — Ты громко дышал, — ответила она, но в голосе не было упрёка. Нетейам хмыкнул. — Значит, ты действительно учишься. Он подошёл ближе, взгляд скользнул по мишеням, по стрелам, торчащим почти в центре. Мейлин же украдкой смотрела на него, отмечая, как он выглядит сегодня: собранный, спокойный, будто уже мысленно был на охоте. Нетейам вдруг шагнул вперёд и аккуратно забрал у неё лук. — Хватит, — сказал он мягко. — Сегодня тебе можно расслабиться. В честь завтрашнего дня. Мейлин нахмурилась, но не стала спорить. — Ты будешь участвовать? — спросила она после паузы. — Конечно, — кивнул он. — Это важная охота. Она опустила взгляд. — Жаль, что ты ещё не приручила икрана, — добавил он честно. — Ты бы полетела со мной. Эти слова больно, но тихо кольнули. Мейлин сжала пальцы. Я стараюсь. Просто… ещё не готова. Нетейам заметил это сразу. — Эй, — сказал он и чуть наклонил голову. — У тебя всё получится. Просто не сегодня. Он помолчал, словно раздумывая. — Мне бы хотелось, — добавил он, — чтобы ты пожелала мне удачи. Мейлин удивлённо подняла глаза. Между ними повисла тишина — не неловкая, а плотная, наполненная невысказанным. Она шагнула ближе и положила ладонь ему на грудную клетку. Почувствовала тепло, ровный ритм сердца. — Удачи, Нетейам, — сказала она тихо. — Пусть Эйва будет с тобой. Парень на мгновение замер, затем накрыл её ладонь своей. Он должен вернуться невредимым, хотя бы ради того, чтобы снова почувствовать тепло её ладони. — Спасибо, — ответил он и слегка сжал её пальцы. Они ещё несколько секунд смотрели друг на друга, не желая разрывать этот момент. Но Мейлин первой отвела взгляд. Утро прошло мимо Мейлин. Она спала крепко — слишком крепко для того, кто знал, что сегодня большая охота. Когда деревня уже шумела, охотники собирались, а икранов уводили к краю скал, Мейлин всё ещё была погружена в сон, будто Эйва нарочно укрыла её от этого момента. Когда она проснулась, воздух уже был другим. Тише. Пустее. Она вышла наружу и сразу поняла — они ушли. Мейлин на секунду задержалась, вглядываясь в сторону леса, туда, где скрылись охотники. Где-то там был Нетейам. Она глубоко вдохнула и выдохнула. Всё будет хорошо. День оказался насыщенным. Мейлин почти сразу нашла Кири — та помогала Мо’ат готовить место для вечернего праздника. Листья аккуратно раскладывались, травы сортировались, сосуды с настоями и красками стояли вдоль корней. — Ты вовремя, — сказала Мо’ат, заметив Мейлин. — Помоги нам с благовониями. Мейлин молча кивнула и присела рядом, ловко перебирая знакомые травы. Запахи были ей привычны — когда-то она делала это десятки раз для своей бабушки. Тук тут же появилась рядом, почти споткнувшись о собственные ноги. — Я тоже хочу помогать! — заявила она, важно сложив руки на груди. Кири усмехнулась. — Ты помогаешь нам уже тем, что не мешаешь, — сказала она, но в глазах мелькнула улыбка. — Это нечестно! — возмутилась Тук и тут же повернулась к Мейлин. Мейлин посмотрела на неё и мягко улыбнулась. — Ты можешь выбирать самые красивые листья, — предложила она. — Только самые лучшие. Глаза Тук тут же загорелись. — Я умею! — радостно воскликнула она и тут же убежала, размахивая хвостом. Кири проводила её взглядом. — Она тебя очень любит, — тихо сказала она. Мейлин чуть опустила уши. — Я стараюсь быть для неё хорошим примером… — ответила она и на мгновение замолчала. Мо’ат, до этого молчавшая, внимательно взглянула на неё. — Твоё сердце сегодня беспокойно, — произнесла тсахик спокойно. — Ты ждёшь. Мейлин замерла. — Это… так заметно? — спросила она тихо. Мо’ат слегка улыбнулась. — Для тех, кто смотрит, — да. Кири мягко толкнула Мейлин плечом. — Не отвлекайся. Мейлин кивнула, но пальцы всё равно сильнее сжали листья. День тянулся. Тук возвращалась снова и снова, принося то слишком большие листья, то откровенно пожёванные. — Этот красивый! — заявила она, протягивая один из них. — Да, красивый, — согласилась Мейлин. Тук рассмеялась, и этот смех немного согрел. Но стоило Мейлин остаться без дела хоть на секунду, как мысли тут же возвращались в лес. А если что-то пойдёт не так? А если он… Она резко одёрнула себя. — Мейлин? — позвала Кири. — Прости, — быстро ответила она. — Задумалась. Кири посмотрела на неё внимательно, но ничего не сказала. Только пересела ближе. К вечеру место для праздника было почти готово. День медленно клонился к закату, и Мейлин поймала себя на том, что слишком часто смотрит в сторону тропы, по которой должны вернуться охотники. Тук подошла и тихо взяла её за руку. — Они скоро вернутся, — сказала она уверенно. — Они всегда возвращаются. Мейлин наклонилась к ней и легко коснулась лбом её головы. — Я надеюсь, — прошептала она. И где-то глубоко внутри она молилась Эйве, чтобы это было правдой. Победные крики разнеслись по деревне ещё до того, как охотники показались на тропах. Мейлин вздрогнула и тут же поднялась на ноги. Они возвращались. Икранов вели осторожно, добычу несли на плечах, на копьях и специальных носилках. Воздух был наполнен запахом крови, дыма и леса — тяжёлым, но живым. Кто-то был поцарапан, кто-то прихрамывал, но все были живы. Это было главное. Мейлин выдохнула, даже не заметив, что до этого задерживала дыхание. Она увидела Нетейама почти сразу. Он шёл уверенно, чуть уставший, с полосой засохшей крови на плече — не его. Он был цел. Живой. И, когда на секунду поднял взгляд и встретился с её глазами, уголки его губ едва заметно приподнялись. Этого было достаточно. Перед праздником Мейлин поспешила переодеться. Она выбрала украшения, которые раньше надевала только по особым случаям — тонкие нити бусин, мягкую ткань, свободно облегающую талию. Она провела ладонями по рукам, будто собирая себя воедино. — Это просто праздник, — сказала она себе. Просто танцы. Но сердце всё равно билось быстрее обычного. Когда праздник начался, деревня будто преобразилась. Огни, смех, музыка. Танцы, звон украшений, запах жареного мяса. Мейлин сидела среди тех на’ви, с которыми познакомилась ещё в первые дни — знакомые лица, спокойные взгляды. Они делились кусками мяса стурмбиста, обсуждали охоту, перебивали друг друга, смеялись. — Ты бы видела, как он рванулся! — А Сей’ра едва не упала с па’ли. Мейлин слушала, иногда улыбалась, задавала вопросы. Ей было хорошо. Спокойно. И именно в этот момент тень упала на землю перед ней. Она подняла взгляд. Нетейам стоял напротив. — Потанцуешь со мной? — спросил он просто. Разговоры вокруг тут же оборвались. Кто-то тихо ахнул. Кто-то наклонился ближе к соседу, шепча что-то на ухо. Мейлин почувствовала, как к щекам приливает тепло. — Я… да, — ответила она тихо. Нетейам протянул ладонь. Она вложила в неё свою — осторожно, будто проверяя, не исчезнет ли он, — и поднялась. Он мягко повёл её за собой, не торопясь, давая ей шагать в своём ритме. — Охота прошла хорошо, — сказал он, когда они отошли от шумной компании. — Даже лучше, чем в прошлый раз. Стурмбист был сильный, но… мы справились. — Я рада, — искренне ответила Мейлин. — И рада, что ты вернулся без ран. Он взглянул на неё чуть внимательнее, чем нужно. — Твоё пожелание удачи мне всё же помогло, — сказал он. Музыка подхватила их. Мейлин нечасто танцевала в своём племени, но тело помнило. Движения были плавными, уверенными, словно она всегда знала, как двигаться под этот ритм. Нетейам вёл её мягко, не сжимая, но и не отпуская слишком далеко. Их шаги совпадали. Смех, огни, голоса — всё стало фоном. Но через какое-то время Мейлин начала чувствовать взгляды. Острые. Заинтересованные. Чужие. Она заметила нескольких девушек, наблюдающих за ними слишком внимательно. Ожидающе. Терпеливо. Мейлин замедлилась. Потом остановилась. Нетейам тут же остановился вместе с ней. — Что случилось? — спросил он тихо. Она опустила взгляд. — Наверное… мне лучше вернуться обратно, — начала она и запнулась. — Другие девушки тоже хотят с тобой танцевать. Она сделала шаг назад, готовясь уйти. Но он не отпустил. Нетейам быстро перехватил её ладонь, мягко, но уверенно возвращая её на место перед собой. — Мне не нужны другие, — сказал он спокойно. — Я хочу танцевать с тобой. Её дыхание сбилось. Она подняла взгляд. Их глаза встретились — слишком близко, слишком честно. Он ждал ответа. Мейлин почувствовала странную, приятную тревогу — ту, от которой хочется улыбаться и бояться одновременно. Она усмехнулась. И, не говоря ни слова, взяла его вторую ладонь в свою. Музыка снова подхватила их. Нетейам выдохнул, заметно расслабившись, и продолжил танец, не отпуская её рук. И на этот раз Мейлин не думала о взглядах вокруг. Только о том, как правильно они совпадают. И как хорошо быть здесь. С ним. Нейтири сидела у костра рядом с Джейком. Огонь потрескивал, отбрасывая тёплые тени на лица на’ви вокруг. Праздник был в самом разгаре — смех, музыка, танцы, радость возвращения. Нейтири держала в ладонях чашу с напитком, но почти не притрагивалась к ней. Её внимание было обращено не к огню. Она смотрела на танцующих. На Нетейама. Он двигался спокойно, уверенно, будто знал этот танец не телом, а сердцем. Рядом с ним была Мейлин — чуть смущённая, но удивительно гармоничная в каждом шаге. Она улыбалась редко, но каждый раз — искренне. И каждый её взгляд неизменно возвращался к нему. Джейк заметил это почти сразу. — Знаешь… — сказал он после короткой паузы. — Они мне кое-кого напоминают. Нейтири слегка повернула голову, не спрашивая кого именно. Она уже знала. — Нас, — продолжил Джейк тише. — В начале. Когда всё было проще… и сложнее одновременно. Он усмехнулся краешком губ. Нейтири снова посмотрела на сына. На то, как Нетейам держит Мейлин — не слишком близко, но так, будто готов подхватить в любой момент. Как склоняет голову, слушая её. Как не отводит взгляда, даже когда вокруг шум и музыка. — Он влюблён, — сказала она спокойно. Джейк кивнул. — Да. Нейтири позволила себе едва заметную улыбку. В этот момент Мейлин тихо рассмеялась, и Нетейам ответил ей такой же улыбкой. На миг вокруг них будто стало тише, словно сам лес позволил этому моменту быть. Нейтири опустила взгляд, а затем посмотрела на Джейка. — Потанцуешь со мной? — неожиданно спросил он, поднимаясь на ноги и протягивая ей ладонь. Она удивлённо приподняла брови… и улыбнулась. — Да, — ответила она. Она вложила свою ладонь в его, и они шагнули в круг света — туда, где музыка, огонь и жизнь продолжались.