Глава 3: «Нерастворимый осадок несправедливости»

Глава 3: «Нерастворимый осадок несправедливости» Неделя после унизительного провала у доски тянулась для Джейка мучительно медленно. Каждый урок химии он чувствовал на себе взгляд Хисына — тяжелый, изучающий, как будто учитель пытался провести его реакцию с индикатором и определить точный pH его стыда. Лаборатория, которая во время дополнительных занятий казалась ему местом тихих чудес, теперь снова превратилась в зал суда. Даже сладковатый запах грушевого эфира, витавший в воздухе, теперь казался ему приторным и ложным. Сону, видя его мучения, пытался подбодрить его мемами и шепотом: «Да забей, все забыли уже». Но Джейк не мог забыть. Он чувствовал себя химическим соединением, которое неправильно хранили, и оно начало непредсказуемо разлагаться. И вот, в конце очередного урока, когда студенты уже начали шумно захлопывать учебники, Хисын поднял руку, призывая к тишине. Его голос был ровным и безразличным, как дистиллированная вода. «Прежде чем вы уйдете, небольшое объявление. В рамках текущего контроля, некоторым студентам потребуется выполнить индивидуальную проверочную работу. Она позволит мне оценить, насколько... усвоен материал, который не все смогли продемонстрировать у доски». Сердце Джейка замерло. Он почувствовал, как по спине пробежал холодный, липкий страх. «Сим Джейк, — имя прозвучало, как приговор. — Ваша работа ждет вас завтра после уроков. Вам понадобятся только ручка и ваши знания. Если они, конечно, не испарились вместе с пунктуальностью». В классе повисло напряженное хихиканье. Для Джейка это был последний катализатор, запустивший бурную реакцию возмущения. Он резко встал, отчего его стул с грохотом отъехал назад. «Это что, шутка?» — его голос прозвучал громче и резче, чем он планировал. «Индивидуальная работа? Почему только мне? Потому что я опоздал один раз?» Хисын не моргнув глазом встретил его взгляд. Его спокойствие было ледяной ванной для кипящего гнева Джейка. «Правила академической чести, Сим Джейк, требуют демонстрации знаний, а не оправданий. Это не наказание. Это возможность. Для вас.» «Возможность? — Джейк фыркнул, и его ухмылка вернулась, но на этот раз она была едкой, оборонительной. — Возможность для чего? Для того чтобы снова опозориться? Вы думаете, я не вижу, что это... это личная проверка!» Он чуть не сказал «травля», но вовремя остановился. В воздухе запахло озоном после грозы, напряженным и опасным. Сону отчаянно дергал его за край свитера, пытаясь усадить. Хисын медленно прошелся между рядами парт, его шаги были бесшумными, как движение теней. «В науке, Сим Джейк, личным является все. Каждая реакция уникальна. Каждое вещество требует своего подхода. Я просто нашел подход к вам. Или вы боитесь, что ваши знания, как и ваша дисциплина, находятся в газообразном состоянии и легко улетучиваются?» Эта фраза добила Джейка. Он видел, как другие студенты переглядываются, и чувствовал, как жар стыда снова заливает его щеки. Он был загнан в угол, как подопытное животное. «Я все решу, — выдохнул он, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Я докажу вам. Я решу вашу дурацкую работу.» «Вот и прекрасно, — мягко ответил Хисын, и в уголке его рта дрогнула та самая, едва уловимая улыбка, которая могла растопить лед. Но сейчас для Джейка она выглядела лишь насмешкой. — Жду вас завтра. Не опаздывайте. На неверно проведенный эксперимент времени не бывает.»

Джейк грузно упал на стул, не видя и не слыша ничего вокруг. Гнев кипел в нем, как перегретый реактив. Он докажет этому зазнавшемуся учителю. Он вбросит в свою голову все эти формулы, даже если они разорвут его изнутри. Он не позволит себя унижать. Эта проверочная работа стала для ним не просто оценкой — это была война, и он не собирался в ней проигрывать.