Глава 5. ПОЛЕЗНЫЙ ЭЛЕМЕНТ.

      Весна пришла на Тисовую улицу с первыми тёплыми днями марта. В доме номер четыре царило обычное утреннее оживление — стук детских ножек по коридору, звон посуды на кухне и запах готовящегося завтрака.       Петунья переворачивала яичницу на сковороде, когда за её спиной раздался громкий шорох. Дадли, предоставленный сам себе на пару минут, ухватился за край свисающей скатерти и с усердием потянул на себя. На столе опасно звякнула тяжёлая сахарница.       — Тётя! — раздался короткий и требовательный голос Гарри. — Дадли тянет!       Петунья резко обернулась и успела перехватить скатерть ровно в тот момент, когда сахарница уже готова была спикировать сыну на голову.       Она с облегчением выдохнула. За прошедшие месяцы Петунья окончательно привыкла к тому, что племянник работал как идеальная система раннего оповещения. Гарри не читал длинных нотаций — его детский речевой аппарат к этому и не располагал, — но он всегда вовремя звал её или просто преграждал кузену путь. Сколько раз он не давал Дадли опрокинуть на себя горячее, влезть в розетку или стащить что-то тяжелое на пол?       — Завтрак готов! — объявила она, раскладывая еду по тарелкам.       Мальчики забрались на свои стулья. Дадли тут же потянулся к кусочку бекона руками и с аппетитом принялся есть, размазывая жир по щёкам и рукам. Гарри аккуратно уселся рядом, взял вилку и начал есть свою порцию медленно и осторожно, хотя иногда всё же промахивался мимо рта.       — Доброе утро, тётя Петунья, — сказал Гарри, жуя. — Очень вкусно.       — Доброе утро, Гарри, — ответила Петунья, наливая детям молоко в кружки-непроливайки.       Она наблюдала, как по-разному едят мальчики. Дадли хватал еду руками, крошки летели во все стороны, а кружку-непроливайку умудрялся переворачивать и трясти, пытаясь добыть из неё последние капли молока. А Гарри ел старательно, пытаясь быть аккуратным, но всё же по-детски неловко ронял кусочки на поднос. Разница была заметной, но не настолько кардинальной — всё-таки оба были ещё совсем малышами.       — Мама, гулять! — заявил Дадли, размазав по лицу остатки яичного желтка.       — Сначала давай вытремся, — сказала Петунья, доставая влажные салфетки.       Пока она отмывала Дадли от следов завтрака, Гарри тихо допил своё молоко и сам попытался вытереть лицо салфеткой, правда, не очень успешно — половина яичного желтка так и осталась на подбородке.       Взрослый разум со вздохом констатировал: контроль мелкой моторики развивался удручающе медленно.       — И тебя тоже нужно вытереть, Гарри, — улыбнулась Петунья, аккуратно протирая лицо племянника.       — Я сам хотел, — чуть насупившись, объяснил Гарри. — Но плохо получается.       — Получается, — заверила его Петунья. — Просто нужно ещё немного подрасти.       Во дворе мальчики играли в небольшой песочнице под присмотром Петуньи. Дадли с энтузиазмом копался в песке, швыряя его во все стороны и громко комментируя свои действия неразборчивым лепетом. Песок летел на одежду, в волосы, на близстоящие игрушки.       Гарри сидел рядом и пытался строить небольшой замок, используя формочки, но у него получалось не очень аккуратно — песок был то слишком сухой, то слишком мокрым. Когда Дадли неловко повернулся и случайно снёс половину постройки, Гарри мысленно застонал, но на лице изобразил лишь лёгкую детскую обиду.       — Ой, — сказал он. — Мой замок бах.       — Дадли не специально, — заступилась за сына Петунья. — Он ещё маленький, не понимает.       — Знаю, — кивнул Гарри и повернулся к кузену. — Дадли, смотри. Аккуратно.       Он взял руку кузена и показал, как правильно набирать песок в формочку. У Дадли получалось неровно и неаккуратно, но он старался повторить движения.       — Хорошо! — похвалил Гарри. — Ещё давай!       Вдруг Дадли потянул горсть песка ко рту. Гарри не стал суетиться. Он просто молча перехватил пухлую руку кузена своей и громко крикнул:       — Тётя Петунья! Дадли ест песок!       — Дадли, нельзя! — строго вмешалась она, подбегая и перехватывая руку сына. — Животик заболит.       — А я держал, — серьёзно сообщил Гарри, отпуская кузена.       — Ты молодец, что позвал меня, — с облегчением выдохнула Петунья. — Спасибо тебе.       В это время к дому подъехала машина Вернона. Он вернулся с работы раньше обычного — сегодня была пятница, и он решил уйти пораньше.       — Папа! — радостно закричал Дадли, увидев отца, и неуклюже попытался выбраться из песочницы, но запутался в бортике и начал заваливаться лицом вперёд.       — Осторожно! — тут же сказал Гарри, протягивая кузену руку. — Давай помогу.       Гарри, сидевший ближе всех, не стал кричать. Он просто подставил плечо и упёрся спиной в бок кузена, не давая тому упасть в траву, пока Вернон не подошел ближе. Никаких лишних слов — только выверенное, своевременное действие.       Вернон поднял сына на руки, расцеловал и обнял. Затем его взгляд упал на Гарри, который отряхивал свою одежду от песка.       — Привет, Гарри, — сказал Вернон. — Что делали?       — Замки строили, — ответил Гарри. — Дадли помогал.       — Молодцы, — одобрил Вернон. — А теперь марш в дом, мыться. Скоро обед.       За обеденным столом Вернон рассказывал о работе, пока Петунья раскладывала еду. Дадли, как обычно, ел с аппетитом, но неаккуратно, роняя кусочки на стол и пол. Гарри ел более спокойно, но тоже по-детски — порою пытался откусить слишком большой кусок, иногда забывал вытереть рот.       — Петунья, — сказал Вернон, — я сегодня разговаривал с соседом. Он жаловался, что их двухлетний сын стал совсем неуправляемым — бьёт других детей, кричит, если что-то не по его...       Он понизил голос, чтобы дети не слышали:       — А наши мальчики играют так мирно. Дадли, конечно, временами капризничает, но рядом с Гарри он ведёт себя спокойнее. Как будто Гарри на него хорошо влияет...       — Гарри действительно повзрослел за эти месяцы, — тихо ответила Петунья. — Но он всё равно ребёнок. Просто... тихий.       — Тихий и послушный, — удовлетворённо кивнул Вернон. — Он же нам не проблемы создаёт, а наоборот. Знает своё место.       — Дядя Вернон, — вдруг обратился к нему Гарри, — а можно книжку с большими картинками посмотреть? Дадли любит.       — Конечно, можно, — благосклонно ответил Вернон. — Только сначала доедим.       — Я быстро, — пообещал Гарри и принялся старательно жевать.       Вернон и Петунья переглянулись. Стратегия старого артефактора работала безупречно: этот «тихий» мальчик методично и незаметно становился для них самым удобным и полезным элементом в доме.