_13_

      — Дия...       Комната перетерпела настоящий апокалипсис. Перевернутая мебель, разбитая посуда, и что самое страшное - мертвая Дия, лежащая на кровати. Хрупкие запястья были перерезаны, белоснежная постель пропиталась багровой кровью. А возле неё покоились пустые склянки и проклятые списки обходов.       Вспешку подойдя к ней, Амен приложил два пальца к шее и задержался на несколько секунд. Обречённо сомкнув губы в полоску, он отстранился.       — Опоздал.       В это время внезапно за его спиной объявились Тизиан с двумя охотниками. Впопыхах, смуглый вскочил и приглянулся к бездыханному телу.       — Она мертва.       Повернув голову к Амену, охотник не сомневался в его невиновности. Он знал, что друг не способен на подлое убийство. Исключением являлась казнь, которую заслужили все преступники Египта. Амен не щадил никого, пытал всеми возможными способами, чтобы они признали свою вину. Эпистат любил добиваться своего. И в кое-какое времени он добивался.       — Твоих рук дело? — спросил Тизиан, многозначно глядя на друга.       — Нет. Какую выгоду я получаю, когда убиваю подругу детства? — невозмутимо ответил Амен, но Тизиан на это усмехнулся.       — Может быть есть какие-то цели у тебя. Ну например, предательство, — смуглый указал взглядом на списки обходов. — Нам сообщили, что тут произошло самоубийство черномага. Не веря, все-таки решили проверить. Время прошло не даром. Украденные свитки тому доказательство, что шезму свела счёты с жизнью из-за мести.       — Кто сообщил? — спросил Амен, поняв, что его подставили. — Судя по всему, вы меня будете обвинять. Я к этому не причастна.       — Кто-то неизвестный оставил нам записку, когда мы отыскали беззаконников. Я эту песню с подставой слышал много раз. Пожалуй, мы сперва отправим тебя в темницу, пока все не выясниться.       — Но...       Не дослушав его, Тизиан кивнул головой своим головорезам.       Охотники мигом уволокли Амена, проводя его до жуткой темницы. Тизиан позвал Пеллийского, чтобы разобрался с покойницей, затем ушел к Эве, чтобы доложить ужасные новости.       — Что случилось Тизиан? — спросила Эва, заметив его печальный вид.       — У меня плохие вести, Амен, — с трудом выдохнув, охотник проговорил. — Дия наложила на себя руки. Эвтиду мы заключили в темницу, поскольку она была на месте трагедии.       И так мир, превратившийся в руины, вновь рухнул до образования пепла смерти. Эва, кажись, забыла как нормально дышать и как достойно держаться на ногах. Но в итоге взяв себя в руки и обуздав горе, она промолвила.       — Как это произошло?       — Пока мы точно не выяснили, но доказательству имеет место быть, — смуглый разложил все по полочкам, а Эва внимательно слушала его, чувствуя, как медленно пустеет её душа, взамен быстро наполняется гнилью отчаяния.       Указав Тизиану разузнать дополнительную информацию о смерти Дии, Эва посетила дом Анубиса, чтобы достойно попрощаться с подругой. Оставшись с ней наедине, она беззвучно оплакивала свое горе, присев возле трупа, обернутого хлопковой тканью, обняла себя за колени и рыдала, вспоминая все прожитые моменты с близким человеком.

***

      Ржавая дверь темницы распахнулась с лязгом. Амен обернулся и увидел её. Грустные глаза, опухшие от слез, смотрели на него, будто показывая ему обреченную Ка Эвы.       — Неферут, мне очень жаль.       — Ты веришь в то, что она убила себя?       Абсолютное спокойствие Эвы очередной раз удивило Амена. Он ждал от нее совсем другую реакцию в виде нападения или же неконтролируемой истерики. Её стойкость духа поразила эпистата, из-за чего он влюблялся в неё сильнее прежнего. Любовь мужчины крепчала с каждой секундой, когда изучал не только тело шезму, но и её Ка.       — Не знаю, Эва. Когда я вернулся, Дия лежала мертвая. Вполне вероятно, что самоубийство может быть подстроено кем-то, чтобы обвинить меня.       — Не тебя, господин, а меня скорее всего. Кто ещё знает о нашем недуге, кроме Аша?       — Никто.       Услышав обреченный вздох Эвы, Амен решил подойти к ней тешить крепкими объятиями. Не успел он сделать три шага, как за спиной Эвы объявился Тизиан.       — Ну что, поговорим? — хитрая ухмылка смуглого заставила немного напрячься присутствующих. Амен с Эвой обменивались взглядами, не понимая его намёков.       — Спокойно, друзья. Я всего лишь хочу узнать, как вы обменялись телами. Скрывать тайны от меня нет больше смысла. Объяснитесь, может помогу, чем смогу.       Что уж говорить им? Ещё один шок в их совместную копилку. Но Амен быстро спохватился, уловив в её глазах одобрение, после чего начал рассказ с самого начала, не вникаясь в подробностях. Эва сохранила молчание, то кивая головой, то смущённо опуская голову. Амен это замечал и ухмылялся краешком губ, вновь умиляясь её реакции.       Навострив уши, Тизиан слушал друга, заодно вспоминал те дни, проведённые с Эвой. Так получается, в оазисе тогда, она увидела меня...Исфет!       Охотник неловко прокашлялся в кулак, а Эва прикусила губу, скрывая от мужчин покрасневшие щеки.

***

      Три дня спустя.       — Поскольку Дии больше нет с нами, шанс на спасение близится к нулю.       — Что нам делать дальше?       Рэймсс сидел за письменным столом, подперев руку об подбородок. Амен вперил взглядом Реммао, который нервно сминал пальцы, задумчиво кусая губу. Случайно уловив пристальный взгляд Амена, Реммао на секунду осекся.       — Я предупреждал тебя Эва, чтобы ты держалась подальше от эпистата. Но кажется, ты предпочитаешь быть его жертвой.       — Как я могу его избегать, если он назначил меня личным писарем? — невозмутимо спросил он.       — Вот этого тоже не понимаю. Когда ты научилась писать лучше меня? — Реммао прищурил глаза, разглядывая в нем хоть какие-то ответы.       — Я не сидела сложа руки, училась до поздней ночи, пока остальные дремали.       Реммао хмыкнул, подозревая что-то неладное. Амен это оценил и осторожно сложил папирус. Когда в зал ворвался Тизиан с Эвой, шезму обомлели и замерли как тушканы в норках.       — Время трапезы! — крикнул Тизиан, чтобы те покинули читальный зал. Как наставник с учениками шли к выходу, Эва остановила Амена в приказном тоне.       — Эвтида. Ты, пока что, останешься тут. Для тебя есть задание!       Амен угукал и отошёл в сторону, заметив на себя предупредительный взгляд Реммао.       — Чего же вы ждете? Пошевеливайтесь! — рявкнул Тизиан, выбивая наставника из колеи. Затем он обернулся к парочке и задорно подмигнул. Амен фыркнул и закатил, незаметно усмехаясь из-за неприличного жеста друга.       И вот, когда они остались одни, эпистат первый нарушил звенящую тишину.       — И какое задание для меня придумала неферут?       — Будешь учить меня по письменности.       Её быстрый ответ слегка удивил его. Скинув густые брови верх, Амен скривил губы в усмешке.       — Я разве не твой личный писарь?       — Не ты, господин. А я - твой писарь, — пробубнила она, заняв место за столом. Мой любимый писарь...       Поняв смысл слов, промелькнувшие в голове, взгляд Амена стал глубоким, затуманенным. Влюблённость творила с ним нечто прекрасное, чем представление блаженных полей Иалу.       Как шезму подготовила пустой папирус и чернильницу с пером, она сосредоточилась на движение своей руки. Смутно вспоминая тот трепетный поцелуй, Эва вздрогнула так, что Амен легко это заметил, когда оказался за ее широкой спиной. Он наблюдал, как она, дрожащей рукой макнула перо и небрежно нарисовала иероглиф.       — Для первого раза неплохо. Напиши ещё раз.       Томный голосок, что раздался сзади неё, заставил Эву только переволноваться. Но по какой причине? Она этого не знала, стараясь сосредоточиться на писание.       — Расслабься, Эва. Держи перо ровно.       Эва ещё сильнее напряглась, и Амен это увидел. Покачав головой, он наклонился так близко, что чуть ли не прохрипел ей на ухо, глубже вдыхая запах изысканных ягод.       — Ты сильно нервничаешь. Расслабься. Как я могу сосредоточиться, когда ты мне в затылок дышишь?       — Вовсе и не нервничаю. С чего это ты вдруг выдумал? — огрызнулась Эва, стараясь игнорить его критическую близость.       Женская рука мягко легла на ее трясущуюся ладонь, что держала перо, затем эпистат пробурчал.       — У тебя рука холодная, влажная. Не стоит так изводить себя, Эва.       — Если тебе больно смотреть, как я "извожу" твое тело, можешь уйти. Сама справлюсь без твоей помощи! — неистово шикнув, Эва хотела отдернуть руку, но Амен не дал этого, ещё сильнее сжав до побеления костяшек.       — Непокорная, — усмехнулся он, согревая дыханием её шею. — Мне все равно, что произойдёт с моим телом. Твори с ним, что хочешь, — макнув перо в чернильницу, эпистат помогал ей дорисовывать иероглиф. — Твоя Ка хрупкая, как это перо. Даже если ты находишься в мужском теле, я вижу тебя насквозь, неферут. Мне больно смотреть, как ты убиваешься горем, как твоя светлая Ка угасает перед моими глазами. Я переживаю...за тебя. Он переживает за меня?       Ошарашенно моргнув глазами, Эва повернула голову к нему и застыла, когда кончики носа прикоснулись друг с другом. Его дыхание обдало мятой, а янтарные глаза пылали огнём. Эва видела в них таинственность, скрывающую за ней огромную любовь.       — Эпистату не свойственно переживать за шезму, забыл? — негромко проворковала она, ловя на себе его влюблённый взгляд, отчего на коже предательски образовались мурашки.       — Такое вряд-ли я забуду. Но во мне кое-что изменилось, когда встретил тебя...       Не сдержав свой пыл страсти, Амен невесомо коснулся губами в уголок губ возлюбленной, затем шепнул так, что его дыхание коснулось до её уст, щекоча до приятной дрожи.       — Рядом с тобой, я забываю о своей жестокости. Твоя дерзость превзошла все мои ожидания. Неферут...       Внизу живота эпистата приятно кольнуло, чувствуя как в жилах текло возбуждение. А Эва забыла как нормализовать дыхание и унять гулкое сердцебиение, ощущая лёгкое прикосновение его губ, понимая, что ещё один дюйм ближе и он прильнет как в тот день. Но вместо того, чтобы осыпать её желанным поцелуем, эпистат коснулся лбом ко её лбу, а рука, что держала перо, легла на затылок.       — Господин, я...       — Эвтида...       Их мимолетное уединение прервал назойливый скрежет двери. Амен быстро отпрянул, Эва неловко прочистила горло, вернувшись в прежнее русло писания.       — Эпистат, — к ним подошла юная девушка. — Тизиан мне сообщил, что у тебя есть для меня задание! Я к твоим услугам.       Эва в ответ свела белые брови к переносице, не понимая, какая персона предстала перед ней. Амен скрестил руки под грудью, узнав своего человека. Агния - наемная убийца, его вечная должница.       — Задание, — задумчиво почесав подбородок, Эва наигранно улыбнулась. — Приготовься к переезду. С этого дня ты будешь жить с ней, — она взглядом указала на Амена. — Поскольку вести недавней трагедии ещё свежи, то Эве может быть угрожает опасность. Будешь беречь её, как зеницу ока. Я сам смогу за себя постоять, любимая. Неужели она волнуется за меня или же о своём теле так обеспокоена?       Амен не догадывался о чувствах Эвы. Что же она чувствует, когда он касается, беседует с ней, проявляет знаки внимания и заботы? Ей наплевать или же есть хоть какая-то частичка неравнодушия? Столько вопросов замучали эпистата, что в его голове происходила полная путаница.       Эва впервые познала неординарные чувства, схожие на любовные. После поцелуя, Эва смотрела на эпистата другим взглядом. Хоть она показывала ему недовольство, но сердце подсказывало ей об обратном. Близость, что согревала её тело до дрожи, взбудоражила Эву до безумия, напрочь позабыв, как пользоваться пером и начертить сплошную линию на проклятом папирусе.       Прошло несколько дней, как у Амена появилась соседка. Подруга, убийца, мастер своего дела. Амен спас её жизнь от нападок шайки черномагов, когда те грабили её лавку, отбирая себе обсидиановые камни. С того дня, Агния пообещала ему, что будет служить ему, пока Египет не очиститься от "грязных" шезму.       В это время, Эва училась к правописанию под руководством Тизиана. Ей получалось иногда уболтать его о всяком. Охотник делился с ней информацией о Агнии, о своей давней службе, о знакомстве с Аменом. Но Тизиан утаил тему о мести. Эпистат доверял другу, рассказав ему о злосчастных днях, когда потерял родителей, о своём происхождении.       Ведь Тизиан - человек слово.       Стук в дверь прервал очередную беседу, отчего Эва тяжко выдохнула.       — Войдите!       В кабинет зашла смуглая девушка с небольшим свитком.       — Здравствуйте, эпистат. Я Герса - помощница Ливия Пеллийского. Он отправил вам письмо из дома Анубиса.       — Хорошо. Поставьте на стол.       Девушка слегка поклонилась и приблизилась, чтобы оставить свиток на стол, не замечая, как заинтересованный взгляд Тизиана охватил её с головы до ног. Эва искоса посмотрела на него и незаметно усмехнулась.       Как помощница лекаря попятилась, увидела его скрытую похоть в карих глазах. Гордо подняв голову и выпячив пышную грудь, Герса покинула кабинет, сводя Тизиана с ума своим дерзким характером.       — Эва, ты её раньше не встречала?       — Нет. А что? — прыснув безобидным смешком, Эва продолжила. — Приглянулась?       — Хороша, девица. Не прочь бы мне узнать её получше. Поможешь?       — Услуга за услугу? — мило улыбнулась она.       — Вроде да.

***

      Перечитывая письмо лекаря несколько раз, Эва проанализировала смерть Дии.       — Все сходится. Амен был прав.       Лекарь подтвердил догадки эпистата, что Дия умерла не от потери крови, а от удушья. Убийца беспощадно задушил несчастную, затем перерезал ей вены, якобы жители посчитали этот случай как самоубийство. Есть один выход, чтобы узнать убийцу Дии.       Наносив на тело пахучее масло диких ягод, Эва вздумала посетить дом Анубиса, где до сих пор держать мумию Дии и совершить ритуал некромантии. Спустя время, как она принялась облачаться во что-то тёмное, внезапно объявился гость.       — Приветствую тебя, шезмочка.       Эва обернулась и растерянно произнесла его имя.       — Аш?       Красноволосый хитро оскалился и медленно подходил к ней, пока не оказался близко. Поймав её за руку, он рассмотрел еле зажившую рану, отмеченная Аменом во время облавы.       — Эпистат не пожалел тебя и свое тело. Его жестокость не знает границ, — отпустив руку, мужчина сказал следующее. — Я прибыл сюда, чтобы поговорить на чистоту.       — О чем будем говорить?       — О многом. Внимательно посмотри на меня и скажи. Связан ли я с твоим прошлым? Тебе не интересно, откуда я тебя знаю, кем являюсь я и кому ты принадлежишь?       — Что за чушь? — нахмурившись, Эва обошла его, направляясь к столу, чтобы попить немного воды, дабы во рту пересохло. — Я конечно же благодарю тебя, что позаботился обо мне, несмотря на того, кто управляет моим телом. Но твои бесполезные загадки меня только нервируют. Есть что сказать - не ходи вокруг да около. Рассказывай что хотел, потом исчезни.       — Взбалмошная девица, — усмехнувшись, красноволосый подходил к ней, говоря следующее. — Забыла, как я тебя спасал от насильника отца, как родная мать продала твою душу мне.       — Что? — уронив полупустую чашу на пол, Эва шокированно хлопала голубыми глазами. Она смутно вспоминала несчастные дни - нападение отца, маму, что безразлично вела себя, будто унижая родную дочь перед всеми. Рассказы Исмана, происхождение имени Эме...       — Ты принадлежишь мне. Моя Меренсет...— отчеканил Аш, сложив руки на груди. — Ну что, догадываешься, кто я?       — С...Сет? — заикнулась она, ощущая как мужские ноги становятся ватными, а в горле образовалось препятствие, что мешало глубоко дышать.       — У-у-умничка.       И вдруг их душещипательный разговор оборвала резко распахнутая дверь. В хижину ворвался Амен с острым хопешом в руке.       — Отойди от неё...Сет!