Глава 31: Тест на выбор объекта

«Я выбирал тебе подарок час,

Между плюшевым зайцем и книгой.

А потом просто взял тебя за руку и повёз

Выбирать самой.И ты выбрала рыжую рыбку.

Самую невзрачную.Потому что она была грустной, как ты»

Мысль пришла внезапно и также внезапно обрела статус задачи. Задача: «Приобрести объект, стимулирующий игровое поведение у подопечного (Felis catus)». Предпосылка: наблюдались признаки скучающего поведения (бесцельное брожение, нападение на движущиеся шнурки, попытки поймать солнечного зайчика). Цель: оптимизировать среду обитания. Логично. Зоомагазин был другим миром. Ярким, шумным, пахнущим древесным наполнителем, сухим кормом и чем-то сладковато-звериным. Альтаир стоял перед стеной с игрушками. Его аналитический ум дал сбой. Перед ним был не выбор, а какофония стимулов. Перья всех цветов радуги, пищащие мыши из меха, шарики с колокольчиками, удочки с блестящими приманками, многоэтажные комплексы с тоннелями. Каждая игрушка кричала о своей эффективности, но ни одна не предоставляла объективных данных. Он взял в руки мышку из серого меха. Она была мягкой, инертной. Жучок играл с тенью, с движением. Ему нужна была динамика. Он отложил. Взял удочку с пёстрым пером. Слишком очевидно, слишком примитивно. Плюшевый банан? Абсурд. Его пальцы сжимали и разжимали упаковки. Внутри нарастала знакомая тревога неверного выбора. Он представлял, как приносит игрушку, бросает её, а Жучок равнодушно обнюхает и уйдёт спать. Неэффективное использование ресурсов (времени, денег, усилий). Провал миссии. Продавец, девушка с разноцветными волосами, спросила: «Подсказать? Для котика какого возраста?» Альтаир монотонно выдал: «Подросток. Уличный. Не социализирован с игрушками ранее». Девушка закивала и начала выкладывать перед ним «хиты продаж». Каждый её аргумент («это все обожают», «проверено») лишь усиливал его нерешительность. Как можно выбрать что-то «для всех»? Его котёнок был уникальной системой со своими патологиями (страх одиночества) и предпочтениями (движение, тепло, темнота рюкзака). И тогда в его голове, как холодная вспышка, возникло решение. Он не может выбрать, потому что у него недостаточно данных. Единственный, кто обладает данными о предпочтениях Жучка, — это сам Жучок. Задача из категории «выбор объекта» перешла в категорию «полевое исследование». Он купил только крошечный ошейник с бубенчиком (для отслеживания локации в магазине) и вернулся в общагу. Жучок, как всегда, выскочил из-под кровати при звуке ключа. Альтаир, не говоря ни слова, взял его, посадил в тот же карман куртки, из которого когда-то принёс, и отправился обратно. В зоомагазине он выпустил Жучка на пол в районе игрушек. Котёнок, ошеломлённый новыми запахами и пространством, сначала прижался к его ноге. Но любопытство победило. Он начал исследовать. Обнюхивал углы, игнорируя яркие перья. Подошёл к пищащим мышам, ткнулся носом — и отпрыгнул от неожиданного звука. Удочка его не заинтересовала. Он прошёл мимо горы плюшевых мышей. Альтаир наблюдал, как учёный за подопытным в лабиринте. И вот Жучок остановился. Перед корзиной с мелкими, невзрачными предметами по акции. Там лежали резиновые шарики, какие-то дешёвые мячики. И среди них — маленькая, тряпичная рыбка. Неяркая, серо-рыжая, с выцветшей тканью и двумя чёрными бусинами вместо глаз. Она не пищала, не блестела. Она просто лежала, потрёпанная, грустная. Жучок подошёл, долго её обнюхивал. Потом ткнулся мордой, перевернул. И вдруг — зарычал. Тихое, игровое, но абсолютно серьёзное рычание из глубины крошечного горла. Он схватил рыбку зубами, потряс её, отбросил, набросился снова. Это был не интерес. Это было предназначение. Он нашёл свой объект. Альтаир подошёл, поднял рыбку. Она была лёгкой, почти невесомой. Он купил её. На кассе девушка улыбнулась: «О, эту старую партию почти никто не брал». Он кивнул. Дома он бросил рыбку на пол. Всю оставшуюся вечер Жучок терзал её с тихой, сосредоточенной яростью, таскал по комнате, забивал под кровать, вытаскивал, снова рычал. Альтаир сидел за столом и смотрел. Он не выбрал игрушку. Он организовал тест, и система выдала результат. Рыбка была не игрушкой. Она была продолжением инстинкта, добычей, врагом, частью мира Жучка, которую он сам выбрал и завоевал. И в этом выборе, абсолютно иррациональном, но абсолютно точном, была странная, совершенная правота. Альтаир выпил кофе. Вкус был тем же. Но в комнате теперь был не просто кот. Было существо, имеющее собственную волю, выраженную в потрёпанной тряпичной рыбке. И это меняло баланс вселенной.