My feelings. Майк Уиллер

Когда возле меня находится Майк Уиллер, и весь остальной мир просто перестаёт существовать. Я украдкой разглядываю его, пока он сосредоточенно перебирает свой рюкзак в поисках бинтов, и чувствую, как сердце начинает отбивать сумасшедший ритм. Эти его глупые шорты цвета хаки, которые он носит, кажется, с четвёртого класса и которые ему уже откровенно малы. Эта глупая прическа – вечно растрёпанные тёмные кудри, падающие на лоб, которые он машинально сдувает вверх, когда нервничает. Всё глупое, что только можно было найти в этом мире, воссоединилось в нём, в Майке Уиллере, но, чёрт возьми, в то же время всё это было такое прекрасное, что у меня перехватывало дыхание. Его глаза. Глубокие, тёмные, с этими невозможно длинными ресницами. Когда смотришь в них, тебя пробирает до мурашек, до дрожи в коленях. А его губы... словно умоляя меня: «Эмили, Эмили, ну поцелуй нас. Чего ты ждёшь? Мы же прямо здесь». Но я не могла себе этого позволить, совсем. Я боялась аж до чёртиков. Боялась, что стоит мне сделать хоть один неверный шаг, хоть на миллиметр переступить эту невидимую черту, и я разрушу всё. Нашу с ним дружбу, которая появляется не у каждого и которая была для меня самым ценным, что только есть в этом перевёрнутом вверх дном городе. Я скорее откушу себе язык, чем узнаю, что он не чувствует того же. Что для него я просто друг. Что я такая же, как Дастин или Лукас. От одной мысли об этом внутри всё сжималось. Нет. Лучше уж тихо страдать на расстоянии вытянутой руки. – Эмили! – голос Макс резко выдернул меня из мыслей. Она легонько, но настойчиво толкнула меня локтем в бок. – Что!? – я вздрогнула и вопросительно уставилась на неё, чувствуя, как предательски краснеют кончики ушей. Хотя я прекрасно знала, в чём дело. Нога Одиннадцать была в крови. Мы нашли её на опушке леса – она подвернула лодыжку, напоровшись на острый корень, и сильно рассекла голень. Вид был жутким. Мы действовали быстро. Я держала Оди за руку, чувствуя, как мелко дрожат её холодные пальцы, и тихонько шептала, что всё будет хорошо. Макс, сжав челюсть, уже вскрывала аптечку, прикидывая, как промывать рану. А Майк, стоял на коленях у самых её ног и сильно прижимал к ране импровизированный бинт из чьей-то чистой футболки, пытаясь остановить кровотечение. Его руки были в крови, лоб сосредоточенно нахмурен. Макс и Оди знали. Они были единственными, кому я могла доверить эту тайну, потому что я была на сто процентов уверена: они никогда, ни за что на свете не проболтаются. Макс, с её острым языком и безграничной преданностью, и Оди, которая понимала чувства без слов лучше, чем кто-либо. И сейчас Макс, несмотря на драматичность ситуации, смотрела на меня с тем самым дьявольским блеском в глазах. Она нарочно создавала ситуацию. – Майк, Эмили, сходите за водой и салфетками, – скомандовала она тоном, не терпящим возражений. – Что!? – я ошарашено посмотрела на подругу, широко распахнув глаза. Сейчас? Вот прямо сейчас?! – За водой и салфетками. Ты что, оглохла? И захватите ещё бинты, эти уже никуда не годятся, – повторила Макс и, скрывая ухмылку, многозначительно мне подмигнула, когда Майк на неё не смотрел. – Пошли, – уже поднимаясь с колен, коротко обратился ко мне парень. Он вытер тыльной стороной ладони пот со лба, размазав капельку крови Оди по виску. Он подал мне руку, чтобы помочь встать. Но когда моя ладонь скользнула в его – тёплую, шершавую от грязи и чуть влажную, меня будто ударило разрядом тока, который пронзил всё тело от макушки до пяток. Брюнет поднял на меня глаза, в которых читалось лёгкое удивление, и мы на одно бесконечное мгновение замерли. Мои щёки предательски залились алым румянцем, и я резко, почти грубо, выдернула руку, отвернувшись. – Ну поторопитесь, голубки! – донёсся до нас удаляющийся смешок Макс, когда мы уже быстрым шагом шли по торговому центру Честно, на тот момент всё было как в тумане. Мои мысли путались в огромный, звенящий клубок. Ноги были ватными, и я всерьёз думала, что просто рухну в обморок от переизбытка эмоций и позора. – Знаешь, Эми... – начал диалог Майкл, первым нарушив тишину, которая висела между нами уже, казалось, целую вечность. Я посмотрела на него, стараясь придать своему лицу максимально нейтральное выражение. – Я начал замечать, что ты меня в последнее время как-то сторонишься. Когда я подхожу, ты почти сразу находишь повод уйти. Я искал тебя вчера на ланче, но ты сидела с Макс в другом конце столовой. Всё в порядке? Я тебя ничем не обидел случайно? Если да, ты только скажи, я же не кусаюсь. Он был таким искренним и обеспокоенным, что у меня внутри всё болезненно перевернулось. – Что? Ой. Да. То есть, нет! Вовсе нет, – я затараторила, путаясь в словах. – Майк, ты меня ничем не обидел. Я просто... я сама не понимаю, что со мной. Это, наверное, из-за всех этих событий. Вся эта беготня... Они все сразу повалились на меня, и всё теперь такое странное, и я немного... потерялась. В себе, наверное. – Понимаю. Но, знаешь, просто я подумал, что мы стали меньше общаться, – он пинал носком кроссовка упавшую с полки пачку орешек. – Имею в виду... ты уже долгое время не рассказывала мне о своих мыслях. О том, что тебе снится, или какую книгу ты читаешь. И мы давно не разговаривали по душам, как раньше. Я скучаю по этому, Эм. – Извини... – прошептала я одними губами, чувствуя себя последней дрянью. Я готова была взорваться. Провалиться сквозь землю. Это было так стыдно, что даже словами не описать. Мне нечего было сказать в свою защиту, а молчание было просто невыносимым. Вдруг его лицо озарила тёплая, чуть хитрая улыбка, которую я так любила. Он решил сменить тему, чтобы разрядить обстановку. – О, слушай, а расскажи мне, кто тебе нравится сейчас. Помню, как ты в пятом классе сохла по тому старшекласснику, Джеку, кажется, из одиннадцатого? Ты тогда каждый день мимо его шкафчика ходила и краснела, как помидор, если он смотрел в твою сторону. – Фу, Майк, забудь об этом! – я засмеялась, и это было так легко и неожиданно хорошо. – Это была катастрофа, а не влюблённость. У него были брекеты с остатками завтрака. Кошмар. Мы оба рассмеялись. Мне было так невероятно комфортно с ним в тот момент. Так спокойно и правильно. Я была рада, что мы начали хоть как-то разговаривать после этой долгой, паузы. – Ну так? – не унимался он, подталкивая меня плечом. – Кто сейчас? Я же вижу, что кто-то есть. У тебя глаза так светятся, когда ты о нём думаешь. Давай, колись. Обещаю, я не скажу Дастину. Он всё разболтает Лукасу, а там уже берегись. Он не отставал, и от его игривого, любопытного тона во мне что-то треснуло. Фильтр, который я так старательно возводила годами, просто исчез. – Ну, знаешь... – начала я тихо, глядя куда-то вдаль, на неоновые вывески. – Этот человек... он невероятно добр ко мне. Самый добрый из всех, кого я знаю. Мне с ним так комфортно, как ни с кем другим. Он единственный, с кем я могу молчать, и это не будет неловко. А ещё он носит ужасно глупые шорты. Ему они дико малы, но хоть они и глупые, выглядит он в них так мило, что у меня сердце щемит. А... у него супер красивые волосы, – я запнулась, чувствуя, как жар приливает к лицу, но остановиться уже не могла. Слова лились сами собой, и я с ужасом понимала, что делаю, но ничего не могла с собой поделать. – Тёмные, непослушные кудри, в которые так и хочется окунуться с головой. Зарыться пальцами и забыть обо всём на свете. А ещё этот человек - единственный, кто называет меня Эми. И от того, как он это произносит, у меня бабочки в животе устраивают ураган. И он сейчас идёт со мной за салфетками и водой. Хотя мы их уже давно прошли... Я увидела боковым зрением, как Майк замер на месте, будто наткнувшись на невидимую стену. Я тоже остановилась и медленно, боясь увидеть его реакцию, повернулась. Он стоял и смотрел на меня огромными, в пять копеек, глазами. Его рот был слегка приоткрыт. В его лице читалось только одно слово, выжженное в каждой его черточке: «Как?» – Эми... – прошептал он, выдыхая моё имя. Только он так меня называл. Никто другой. И от этого единственного короткого слова у меня подкосились ноги. Я уже приготовилась к худшему. Сейчас он отступит на шаг. Скажет, что я всё не так поняла. Что он польщён, но... Но он этого не сделал. Вместо этого он резко притянул меня к себе за талию, так что я врезалась в его грудь. Его тёплые, всё ещё липкие от чужой крови ладони оказались на моих пылающих щеках, заставляя смотреть прямо на него. И наши губы слились в поцелуе. Нежном, неуверенном, головокружительно-долгом. Я закрыла глаза, и весь мир, Оди, монстры, кровь и страх просто исчез. Он отстранился первым, но рук не убрал. Его зрачки были огромными, дыхание — сбитым. – Так а чем тебе мои шорты-то не нравятся, Эми? – сказал он с иронией и облегчением, его голос чуть дрожал. – Модные вообще-то! Я их специально для тебя ношу. Знал, что зацепит.